РВБ: XVIII век: Поэты 1790-1810-х годов. Версия 1.1, 11 июля 2016 г.

 

97. СТАРИННАЯ ПЕСНЬ
ДЛЯ НОВОМОДНОГО АЛЬБОМА

Старички почтенной древности,
Наши дедушки и бабушки!
Ах! Когда б хоть на часок один
Вы в святую Русь явилися!
Что б за странности увидели,
Как чудесят ваши правнуки,
Как бы вы, всплеснув обеими,
Взвыли громким, горьким голосом:
«Ах ты свет наша святая Русь!
Как совсем ты перковеркалась!
Басурманские обычаи
Приняла земля крещеная!
Не одни фаты и фартуки,
Телогреи с сарафанами,
Не одни кафтаны русские
И горлатны черны шапочки
Бросили они, беспутные!
Нет в них сердца, нету русского,
Нет родного, нет ни кровного,
Нет ни дружбы, ни любови в них!
Ах, бывало, девка молодцу
Скажет: «Ваня, я люблю тебя!» —
Молодец уж не кручинится:
Девка рада хоть во гроб за ним!
А зато ведь уж и парень-то
Девку любит верой, правдою,
Из огня и изо полымя
Выхватит свою лебедушку!
А теперь уж всё по-новому —
Малый бесом рассыпается,
А на думе всё непутное:
249
Сломит розу, — да и был таков!
Девка плачет, надрывается,
Коротает свою молодость,
А бездушный насмехается:
«Ну, вольно было ей верить мне!»
В старину, бывало, друга нет —
Сердце ноет, сокрушается,
Тяжело быть в одиночестве!
Свет не мил без друга милого!
А зато как уж найдет его,
Вдвое солнышко прекраснее,
Вдвое птички веселей поют,
И цветочки, и муравушка —
Как-то всё уж не по-прежнему!
И в печали, и в веселии
Делишь сердце с другом надвое.
А теперь уж и по крошечке
Сердца для друзей не станется;
Их считают не десятками,
А всё сотнями и тысячми.
Если деньги — и друзей тогда толпа,
Есть веселости — как мухи к меду льнут,
А приди злодей-невзгодушка — тогда
Все рассыпятся, и след друзьям простыл.
Ах! Бывало, друга милого
Имя на сердце написано,
А теперь — ну как запомнить всех?
Поголовную им перепись,
Надо им приход, расход вести.
О! Беспутные вы вну́чаты!
Ведь на то-то вам альбаумы
Басурмане ввозят кучами!
Уж хотя бы вы в альбаумах,
Как, бывало, мы в часовниках,
Доброму чему училися;
Но и этой нету радости
Вашим дедушкам и бабушкам.
Ах ты свет наша святая Русь!
Как совсем ты перковеркалась!»
Старички почтенной древности,
Наши бабушки и дедушки!
250
Вы утрите слезы горькие,
Вам слезами не исправить нас!
Ах! И я, ваш внук почтительный,
Должен вместе за толпой идти!
Мне Всемила написать велит
Что-нибудь в ее альбауме.
Как обычая идти не вслед?
Как Всемилы не послушаться?
Вот, Всемила, тебе песенка
Старомодная, не новая.
Если будешь ты когда-нибудь
В книжке листики рассматривать,
Если очередь меня дойдет,
Ах! Прочти тогда и мой листок!
Поневоле тогда вспомнишь ты,
Что и я когда-то в свете жил.
Может быть, тогда, задумавшись,
Скажешь тихо: «Он любил меня!
А любить ведь не грешно ничуть,
Сам небесный царь любить велит.
Он любил меня душою всей,
Рад был жизнью мне пожертвовать.
Этот листик написал он мне
В самый день мово рождения,
Хоть далёко он отсюда был,
Но душа его со мной была.
Он желал мне счастья, радостей,
Он желал мне ввек веселой быть,
Чтоб здоровье разливалося
По всем жилкам и составчикам;
Чтоб я в вечной цвела младости
Гордо, пышно — словно маков цвет!
Чтоб смеялась лю́дским глупостям,
Пересудам их и зависти,
Чтоб я шла своей тропинкою,
Чтобы сердца всегда слушала —
Сердце злому не научит нас,
Он желал мне — ввек Всемилой быть!»
22 сентября 1809
251
Кайсаров А.С. Старинная песнь для новомодного альбома // Поэты 1790-1810-х годов. Л.: Советский писатель, 1971. С. 249—251. (Библиотека поэта; Большая серия).
© Электронная публикация — РВБ, 2007—2018. РВБ
Загрузка...