ФИЛИПП ШКУЛЕВ

1868—1930

Филипп Степанович Шкулев родился в бедной крестьянской семье. В 11 лет был отдан на текстильную фабрику, попал правой рукой в машину, остался калекой. Десять лет работал подручным в овощной лавке «за харчи». С 15 лет писал стихи, сблизился с писателями-суриковцами, дебютировал в их сборнике «Наша хата» (1891). Его ранние стихи и рассказы — на крестьянские темы, в религиозном духе. Под влиянием роста рабочего движения в мировоззрении поэта происходит перелом. Его «Гимн труду» (1904) призывает тружеников к борьбе, стихи 1905 г. отражают настроения борющегося пролетариата («Я — раскаленное железо», «На баррикадах» и др.). В годы реакции Шкулев занимался издательской деятельностью, редактировал сатирические журналы писателей из народа. В 1912 г. выступил в большевистской печати («Мы кузнецы, и дух наш молод...» и «Гуди, набат!»). Несколько месяцев провел в тюрьме, в начале 1914 г. был выслан из Москвы. Признание и возможность широко печататься получил лишь после революции.

Изд.: Шкулев Ф. Стихотворения. М., 1973.

ПАХАРЬ

Встану я пораньше
Утренней зарею,
Распластаю землю
Матушкой сохою.
Брошу в землю зерна,
И те дни придут,
Землю смочит дождик,
Семена взойдут.
Да, пора и взяться
Мне за труд родной...
Будет, отдохнул я
Долгою зимой.
Хлеб уж весь подъелся,
Пусты закрома,
Корму нет скотине, —
Всё взяла зима.
Вся теперь надежда
На труды и пот,
А за них Господь мне
Урожай пошлет.

1902

417

КУЗНЕЦЫ

Мы кузнецы, и дух наш молод,
Куем мы к счастию ключи!
Вздымайся выше, тяжкий молот,
В стальную грудь сильней стучи!

Мы светлый путь куем народу,
Мы новый, лучший мир куем...
В горне желанную свободу
Горячим закалим огнем.

Ведь после каждого удара
Редеет тьма, слабеет гнет,
И по полям родным и ярам
Народ измученный встает.

Недолог час — огнем объятый,
Великий, славный грянет бой.
И всех врагов с земли проклятых
Сметем мы бурною волной.

Вздымайся вихрем, грозный молот,
В стальную грудь сильней стучи.
Мы кузнецы, и дух наш молод,
Куем мы к счастию ключи!

1906

СВОБОДА

Она не умерла. Она еще живет!
Она в простых сердцах таится,
И страшным гневом разразится
И всё позорное сметет.

Она не умерла. Она и не умрет!
Она взлелеяна народом,
Она сильнее с каждым годом
По стороне родной растет.

Она не умерла. Пусть думают они,
Что спит она на дне могилы,
От грозных взмахов темной силы
И царства их вернулись дни...

418

Она не умерла. О нет! Она живет.
Она живет и силы копит
И злое всё снесет, потопит, —
Несчастные счастье принесет!

<1907>

* * *

Люблю я осени картины:
Полей чернеющих простор,
И гроздья красные рябины,
И мягкий озими ковер.

Прозрачной сетью паутина
В прохладном воздухе плывет...
И на увядшие куртины
Листки свершают свой полет.

В выси над голыми полями
Летят косою журавли...
И хлеб высокими скирдами
Блестит на солнышке вдали.

1908

ГУДИ, НАБАТ!

Гуди, набат, сильней над Русью,
Смелей, настойчивей гуди
И всех, кто спит в родной отчизне,
На дело общее буди.

Несися вдаль по горным кручам,
По стогнам бедных деревень,
Где под ярмом тяжелой доли
Страдают люди ночь и день.

Гуди призывом к грозной буре,
Чтоб наш измученный народ
Разрушил цепи роковые
И сбросил вековечный гнет...

Гуди, набат, гуди сильнее,
Гуди над Русью без конца...
Пусть от твоих ударов мощных
Дрожат холодные сердца.

1912

419

Воспроизводится по изданию: Русская поэзия «серебряного века». 1890-1917. Антология. Москва: «Наука», 1993.
© Электронная публикация — РВБ, 2017. Версия 2.0 от 4 августа 2017 г.

Загрузка...