РВБ: Неофициальная поэзия. Версия 2.99s от 23 ноября 2008 г.

«В монументальной серии «Итоги века» издательства «Полифакт», представляющей собой один из самых амбициозных издательских проектов наших дней, вышел роскошный том «Самиздат века». Ранее в той же серии вышли «Строфы века», «Сказки века» и «Фантастика века». Две последние книги были проглочены рынком спокойно и безболезненно, а вокруг «Строф века» разгорелась яростная полемика. Вышло в общей сложности свыше восьмидесяти статей, две из которых принадлежали автору этих строк. Одиозное и прославленное имя составителя антологии — Евгения Евтушенко, изрядная тенденциозность отбора и подбора, субъективистские и порой обидные «врезки», обилие текстуальных и фактических ошибок (Виктор Кривулин не поленился пролопатить циклопический том с карандашом и клянется, что насчитал таковых три тысячи, в чем я, правда, сомневаюсь, зная дотошность и энциклопедическую эрудицию научного редактора тома Евгения Витковского), наконец естественная обида не включенных в антологию (или представленных в ней не так, как им хотелось бы, а ведь хорошего много не бывает) стихотворцев, — все это взывало даже не к спору, а к бичеванию, незаметно переходящему в колесование, что и имело место фактически. Но прошла пара-тройка лет — и книга Евтушенко стала, чем и должна была стать — подарочным изданием для отрочества и юности, единственным в своем роде современным аналогом знаменитой антологии Ежова и Шамурина, своего рода самоучителем поэтического мастерства, танцуя от которого, каждый вправе углубиться в заинтересовавший его раздел поэзии и продолжить самостоятельный поиск.
      В ходе дискуссии апологеты «Строф века», отбиваясь от нападок, пришли к разумной и, на мой взгляд, снимающей большинство вопросов формуле: перед нами не антология, а хрестоматия, иначе говоря, книга для чтения. Претензии к антологии сводятся, в первую очередь, к тому, чего в ней нет; достоинства хрестоматии, напротив, обусловлены главным образом тем, что в ней есть, она не претендует на универсальность (с поправкой на неизбежный и подразумеваемый субъективизм составителя), но гарантирует качество... Впрочем, вздумай мы подойти с теми же критериями к книге «Самиздат века» — это ни нас, ни ее не спасет: что такое стихи («строфы»), более или менее понятно всем; что такое самиздат, остается загадочным едва ли не во всех ракурсах.»

Антология — букв. собрание цветов (греч.) — собрание лучших стихотворений на определенную тему, или определенной группы авторов, или определенного места-времени.

Хрестоматия — букв. полезное для изучения (греч.) — сборник образцовых сочинений и/или отрывков, предназначенный для образовательных целей.

И то и другое гарантирует качество. Но разные оттенки: необязательность, удовольствие в первом случае; поучительность (в том числе и в профессиональном смысле) и дидактичность во втором.

Ни «Строфы», ни «Самиздат» (имеем в виду поэтический раздел) не соответствуют вполне ни одному из определений. Идея «Строф» была показать всю русскую поэзию XX века как явление. Идея «Самиздата» была показать неофициальную поэзию, как самодостаточное явление, как эпоху в развитии русской поэзии. По нашему мнению, многие поэтические тексты в обеих книгах имеют качества и антологичности, и хрестоматийности.

Основным недостатком «Строф» было, по нашему мнению, искажение картины русской поэзии XX века из-за недостаточного представления неофициальной поэзии. Особенно это касается 50—80-х годов, когда она стала самостоятельной литературой, развивающейся по своим внутренним законам.

Именно эту литературу и попытался показать «Самиздат». Основные претензии к нему сводятся, во-первых, к тому, что такового явления не было, или оно не имеет культурной ценности; во-вторых, к тому, что неофициальная поэзия показана в «Самиздате» неполно и неадекватно.

Ответом на первую претензию являются «Непохожие стихи», как таковые. Что касается второй, то «Самиздат века» можно сравнивать только с грандиозной 9-томной «Голубой Лагуной» Кузьминского, в которой, однако, при обилии питерских авторов Москва представлена недостаточно — только в 1 томе (Кузьминский готовил еще 3 московских тома, которые, к сожалению, не вышли). А недостатки «Самиздата века» мы надеемся постепенно восполнить в Антологии неофициальной поэзии.

«В щекотливое положение попал в связи с выходом «Самиздата века» Виктор Кривулин, выступивший здесь не только как автор статьи о поэзии самиздата (статьи превосходной и единственного концептуального материала во всей книге), но и как со-составитель (в питерской части) поэтического раздела. Со-составитель — но не на равных правах: последнее слово во всех случаях осталось за Сапгиром, выбросившим или сократившим многие питерские подборки. В результате в книге нет таких активных в самиздате поэтов, как Елена Игнатова, Елена Пудовкина, покойный Лев Васильев, Евгений Вензель, да и многие другие представлены куцо и неадекватно. Теперь Кривулин объясняет на пальцах, что он не виноват, но с вечностью на пальцах не объяснишься.»

По моим сведениям, Кривулин не предлагал в «Самиздат века» стихов Пудовкиной, Васильева и Вензеля. Отметим, что Пудовкиной нет и в составленной автором рецензии антологии Поздние петербуржцы. Нет там и некоторых других авторов, без которых, как нам кажется, представление о неофициальной поэзии северной столицы было бы куцым и неадекватным: Г. Алексеева, Виноградова, Вольфа, Гаврильчика, Грачева, Еремина, Кондратова, Кучерявкина, Ожиганова, Стратановского, Шварц, Шельваха...

Статья В.Л. Топорова под названием "Когда тайное становится... скучным" опубликована в петербургском журнале "Постскриптум", № 3 (11), 1998, с.260-274.

© Тексты — Авторы.
© Составление — Г.В. Сапгир, 1997; И. Ахметьев, 1999—2016.
© Комментарии — И. Ахметьев, 1999—2017.
© Электронная публикация — РВБ, 1999—2017.
РВБ
Загрузка...