| Главная страница | Содержание |   Philologica   | Рубрики | Авторы | Personalia |
  О журнале "Philologica"  
   
english
 
 
 

LECTORIBUS NOSTRIS

Русская филология переживает не лучшие времена. Героический период ее истории остался далеко позади. Высокий уровень научности (точности, доказательности, теоретичности etc. ) почти ни для кого уже не является притягательным образцом — сегодняшняя наука о литературе не только к этому не стремится, но уверенно следует в противоположном направлении, теряя по дороге обретенное и накопленное трудом многих предшественников. Методологическое безразличие, скудость теоретической мысли, отсутствие новых приемов исследования, резкое падение общей филологической культуры просто бросаются в глаза. У нас нет «нормальной науки»: в подавляющем большинстве случаев литературоведческая продукция находится за пределами науки как таковой, а научное сообщество не в состоянии эту продукцию квалифицировать. Закреплению и воспроизводству кризисной ситуации способствует деградация научного быта: отсутствуют неформальные научные объединения, нет здоровой научной конкуренции, вымирают последние научные школы, фактически прервана научная традиция, но самое главное, не существует ни одного специального периодического издания, которое поддерживало бы стабильно высокий научный уровень.

В таких условиях нелепо открывать новый журнал программным манифестом, провозглашающим методологические принципы и установки, симпатии и антипатии издателей. Это, конечно, не значит, что у редакторов нет продуманного филологического мировоззрения. Напротив, они надеются, что их мировоззрение найдет последовательное выражение во многих публикуемых материалах, причем не только в их собственных. Но на фоне общего вырождения русской филологии кажется правильным отказаться от излишне строгих «направленческих» ограничений. Поскольку поставлена цель поддержать научную традицию в период ее упадка, постольку страницы журнала должны быть предоставлены сторонникам любых научных направлений, в том числе неблизких издателям, если только работы удовлетворяют двум основным требованиям: несут на себе печать профессионального дарования автора и остаются в рамках науки в классическом логико-методологическом смысле этого слова. (Разумеется, второе правило не касается тех разновидностей филологического творчества, которые по определению находятся за гранью науки. ) Из сказанного отнюдь не следует, будто редакторы вполне довольны содержанием первого номера, но несомненно, что их неудовлетворенность может способствовать повышению качества издания в будущем.

«Philologica» призвана стать сугубо рабочим органом, издатели которого обязуются руководствоваться исключительно интересами самой науки, как они ее понимают. Им хотелось бы создать своего рода филологический «оазис» для бескорыстной научной деятельности всех, чьи идеалы не слишком расходятся с их собственными. Особо они приглашают к сотрудничеству молодых ученых, в которых жива тоска по высокому профессионализму. В эпоху филологического безвременья необходимо объединить усилия, чтобы, уповая на возрождение науки, уже сейчас осуществлять исследования, свободные от сиюминутной приуроченности, — от которой поневоле страдает это предисловие.


AUCTORIBUS NOSTRIS

«Philologica» публикует работы любого жанра и объема по самому широкому спектру гуманитарных проблем. Специфика издания определяется тем, что в области русистики это практически единственный журнал, рассматривающий вопросы культуры sub specie philologiae. Поэтому при отборе материалов предпочтение главным образом будет отдаваться тем авторам, которые вне зависимости от принадлежности к конкретной научной дисциплине, не обязательно филологической, осознанно ставят перед собой филологическую сверхзадачу. Филология при этом мыслится вполне традиционно — как деятельность (techne), преследующая цели понимания, постижения смысла, воспознания природы и культуры (Wiedererkenntnis des Erkannten). Мы помним, что такая деятельность в пределе неизбежно выплескивается за границы науки как таковой: поскольку смысл каждого текста потенциально и актуально бесконечен, постольку всякая попытка исчерпать его с необходимостью ставит филологию вне сферы научного познания.

Основными категориями филологического дискурса представляются не знак и значение, а текст и смысл. Но смысл — как правило — чувственно не воспринимаем: он невидим и неслышим, и постичь его можно лишь по внешним приметам, по тому, как он отложился в материальных (вещественных) формах, доступных непосредственному восприятию. В силу этого в первую очередь «Philologica» приветствует исследования, подчеркивающие целостность текстов, выявляющие неразрывное единство их духовной и материальной природы, демонстрирующие изоморфизм языковых уровней, гомологию формы и содержания. Нас интересует такая лингвистика, которая видит в языке прежде всего выражение смысла и манифестацию культуры, и наоборот, для нас неприемлемо никакое литературоведческое построение, если оно не базируется прочно на данных языка в широком смысле слова.

С этим связано важнейшее формальное требование, предъявляемое к авторам журнала, — безукоризненно точное сохранение графики, орфографии и пунктуации источника во всех без исключения случаях: при публикации, републикации, цитировании и т. д. ; все изменения, произведенные в оригинальном тексте, заключаются в угловые скобки или оговариваются в примечаниях (при этом ответственность за аутентичность публикации или цитаты несет не редакция, а автор). Требование это продиктовано не только тем, что филологические науки и без того слишком неточны, чтобы добровольно отказываться от доступной им степени строгости. Оно обусловлено, во-первых, междисциплинарным характером издания, стремящегося дать максимум информации и удовлетворить запросы ученых разных специальностей: лингвиста, литературоведа, искусствоведа, социолога, психолога, биографа и других, — а во-вторых, оно исходит из представления о тесной взаимозависимости между глубинными и поверхностными структурами: модернизация текста зачастую меняет семантику, синтактику и прагматику произведения, и отделить релевантные элементы письма от иррелевантных совсем не так просто, как может показаться со стороны. (Чтобы не затруднять работы с каталогами, сказанное не распространяется на библиографию — в ней сохраняются только написания, не восстановимые автоматически: в случае отсутствия нормы, наличия двойной нормы, значимого отступления от общепринятой орфографии и т. п. )

«Philologica» принимает работы на двух языках: по-русски и по-английски. Автор должен представить пространное резюме, дающее адекватное представление о темах, направлениях, приемах и результатах исследования; перевод резюме на второй язык редакция готова взять на себя (некоторые работы по усмотрению издателей предполагается переводить полностью). В англоязычных статьях русские слова и выражения (в примерах, цитатах, названиях работ) передаются кириллицей (это не касается имен). При цитировании русских памятников недопустимо ограничиваться переводом на английский; при цитировании иноязычных источников (греческих, латинских, итальянских, французских и т. д. ) вне зависимости от их жанра рекомендуется давать перевод на основной язык статьи (оригинал от перевода можно отделять знаком равенства).

Языковые примеры и стихотворные цитаты следует выделять курсивом, для остальных выделений лучше использовать разрядку. По соображениям ясности разумно вводить иерархию скобок: круглые внутри квадратных. В одинарные (марровские) кавычки берутся значения слов и выражений, а в библиографии — названия статей и публикаций. При ссылке на источники в скобках сообщаются фамилия автора или публикатора, год издания и номер страницы. Иногда удобнее ссылаться на сокращенное название издания или работы; так же дается ссылка на архивохранилище, полное название и местоположение которого раскрываются в библиографии. При первой ссылке на неопубликованные документы желательно указывать не только номер архивного фонда, но и фондообразователя.

Примечания помещаются после статьи перед библиографией; текст одного примечания предпочтительнее не дробить на абзацы. В библиографии соблюдаются алфавитная и хронологическая последовательность. Заглавия не сокращаются (у журналов опускаются подзаголовки). Сведения приводятся в следующем порядке: фамилия автора, инициалы (у второго автора порядок обратный: сначала инициалы, потом фамилия), год издания, название работы, название издания (курсивом), место издания (у журналов не указывается), том, выпуск, для статьи — номера страниц (если библиография дается внутри примечаний, номера крайних страниц приводятся при первой ссылке на данную работу, перед номером цитируемой страницы). Дополнительная библиографическая информация заключается в квадратные скобки.

Рукописи проходят обязательное рецензирование. Авторам гарантируется чтение корректуры. Перепечатка статей и публикаций в других периодических изданиях или сборниках без договоренности с редакцией не допускается. Ранее опубликованные работы к печати не принимаются.

Philologica

 
english
 
 
 
|| Главная страница || Содержание | Рубрики | Авторы | Personalia || Книги || О редакторах | Отзывы | Новости ||
Оформление © студия Zina deZign 2000 © Philologica Publications 1994-2017
Загрузка...

музыкальный магазин микрофоны