| Главная страница | Содержание |   Philologica   | Рубрики | Авторы | Personalia |
  Philologica russica et speculativa I  
   
english
 
 
 
Максим Ильич Шапир. Фотография И. А. Долгопольского. 1998       

Шапир М. И., Universum versus: Язык — стих — смысл в русской поэзии XVIII—XX веков, Москва: Языки русской культуры, 2000, кн. 1. VIII, 536 c. (Philologica russica et speculativa; T. I).

 


Книга составлена из работ, вызванных к жизни сквозным историко-литературным и теоретико-методологическим замыслом. Автор исходит прежде всего из представления о неслиянности и нераздельности материала, формы и содержания; всеобщего, единичного и особенного; факта, закона и принципа; истории, теории и методологии. Отразить такой взгляд на вещи призвано латинское название книги: в нем обыгрывается лексическая и грамматическая амбивалентность составляющих его однокорневых слов. Благодаря ей «Universum versus» с одинаковым правом переводится как «Мир стиха» или «По направлению к универсуму»: в поэтической речи, как и в любой другой реальности, находят отражение общие принципы нашего мироустройства.

Центральный герой книги — русский стих, но рассматривается он не сам по себе, а в его отношении к языку и смыслу поэзии, которая предстает как одна из глобальных областей духовной культуры. По-новому решается основной вопрос стиховедения — о границе между стихом и прозой; от ответа на него во многом зависят объем и содержание чуть ли не всех стиховедческих понятий. Главная теоретическая задача — продемонстрировать содержательную насыщенность стиха и его тесную связь с остальными явлениями художественной формы. Главная историко-литературная задача — исследовать становление и позднейшую перестройку классической национальной стиховой культуры, фундамент которой заложил Ломоносов, а наивысшая точка развития была достигнута Пушкиным. Его поэтическое наследие берется в контексте творчества предшественников, современников и последователей: от Тредиаковского, Ломоносова и Сумарокова до Д. А. Пригова, Л. Рубинштейна и Т. Кибирова; наряду с авторами первого и второго ряда привлекаются произведения малоизвестных и вовсе не известных поэтов. При этом внимание уделяется не только имманентным факторам эволюции стиха — его, с позволения сказать, номогенезу, — но и таким генетическим механизмам взаимодействия поэзии с «внешним миром», которые изнутри нее самой должны казаться посторонними и случайными.

Стих и жанр, стих и тема, стих и сюжет, стих и композиция, стих и стиль, стих и автор, стих и персонаж — вот лишь часть рассматриваемых проблем. На протяжении всего цикла исследований они обсуждаются по нескольку раз: сначала чисто теоретически, затем на материале лирической, эпической и драматической поэзии XVIII—XX столетий и, наконец, с точки зрения истории изучения соответствующей проблематики в русской филологической науке.


 Содержание 

От автора

Часть I. Теория

Поэзия в ряду языков духовной культуры

«Versus» vs «prosa»: пространство-время поэтического текста

На подступах к общей теории стиха (Основные методы и понятия)

Metrum et rhythmus sub specie semioticae

Часть II. История (XVIII и XIX век)

У истоков русского четырехстопного ямба: генезис и эволюция ритма
(Социолингвистика стиха раннего Ломоносова)

Ритм и синтаксис ломоносовской оды
(К исторической грамматике русского стиха)

Исчисление силлабо-тонической парадигмы
(Случай Сумарокова: «Цефал и Прокрис»)

К семантике «пародического балладного стиха»
(«Тень Баркова» в контексте полемики о старом и новом слоге)

О текстологии «Евгения Онегина» (орфография, поэтика и семантика)

«...Хоть поздно, а вступленье есть» («Евгений Онегин» и поэтика бурлеска)

«Горе от ума»: семантика поэтической формы
(Опыт конкретной диалектики стиха)

Гексаметр и пентаметр в поэзии Катенина
(«Инвалид Горев» на фоне формально-семантической деривации стихотворных размеров)

Феномен Батенькова и проблема мистификации
(Лингвостиховедческий аспект)

Приложения

Библиография

Указатель имен

 

Вся книга одним файлом: https://www.academia.edu/15154930/ (full text preview, pdf download)

 


 Отзывы 

«Собранные в книге „исследовательские фрагменты“ объединены „сквозным историко-литературным и теоретико-методологическим замыслом“, однако каждый из этих фрагментов автономен. Но несмотря на их жанровое разнообразие, труд Шапира обладает безусловным стилевым единством. Сложные логические построения, установка на максимальный охват материала (как „вширь“, так и „вглубь“), афористичный язык и острая полемичность — эти черты, характерные почти для всех работ Шапира, проявляются в рецензируемой книге настолько ярко, что уже сами по себе заставляют воспринимать ее как цельный текст».

«В своих работах Шапир ищет ответы едва ли не на все „проклятые вопросы“ европейской эстетики: о сущности искусства в его отличии от науки и религии, о материале, форме и содержании, о единстве художественного произведения и т. д. <...> Можно сказать, что его сверхзадачей является построение совершенной теории литературы».

«Мы думаем, что книга Шапира затрагивает центральный нерв науки о русском стихе и русском поэтическом языке. Мы также думаем, что она принадлежит к числу выдающихся достижений современной отечественной филологии. И хотя труд еще далеко не окончен и не все поставленные задачи решены, по крайней мере, одной своей цели М. И. Шапир, несомненно, добился. Ему удалось — пусть еще не очень заметно — переломить к лучшему ситуацию в области гуманитарного знания. Сегодня уже просто недопустимо работать на таком уровне, как это было принято вчера. После выхода его книги научная „планка“ поднялась на новую высоту».

«Новая Русская Книга», 2001, № 6

«Совершенно необоснованным выглядит утверждение... Разнообразный и очень интересный материал... Это чрезвычайно ценное наблюдение... ...во всеоружии научного инструментария. ... Он не слышит... не слышит... Если бы Шапир слышал то, что видит в тексте... Здесь также дан обширный и любопытный материал, подробно и толково прокомментированный. ... недоумение возникает при виде хитроумных манипуляций...

Ну, парадигма, ну, принудительная. Но ведь — стихи, стопы? К чему это переименование, этот маскарад?

...принципиально не воспринимает звучащий смысл стихов... неминуемо вязнет в грубейших ошибках. ... В интересной и содержательной статье ... подробно описаны и моменты общности и тонкости различия... ...достоинства — широкий охват материала и научной литературы, целостность историко-литературного и теоретико-методологического подхода — очевидны... ...склоняясь с почтением перед объемом проделанной работы и завидной эрудицией автора... ...выполненный с блеском лингвостиховедческий анализ... Его методика не только не вызывает возражений, но наоборот, — уверенность, что более верного подхода и более основательного анализа нельзя представить. ... слишком абсолютизирует... ...и совсем наивным выглядит... вывод... Увы, это все, что можно вынести из добытых сложными подсчетами диаграмм. ... не представляет большого интереса... ...стиховедческие задачи Шапир решает с достойной восхищенного удивления обстоятельностью, но попытка... не удалась.

...В этом отношении ничего не добавлено к тому, что уже известно».

«Новое литературное обозрение», 2001, № 47

«Это первая книга из двухтомной монографии М. И. Шапира, самого выдающегося из российских стиховедов своего поколения. В ней две части: „Теория“ и „История“ <...> Раздел „История“ чуть ли не втрое больше раздела „Теория“, но по значению они равны. Известно, что соотношение теоретических обобщений и разработки эмпирического материала в современном стиховедении страдает диспропорцией <...> Русские ученые <...> предпочитают исторические исследования: они скрупулезно исследуют метрику, ритмику, рифму, строфику, связь ритма с грамматикой, метра с семантикой и т. д. Однако теория здесь отстает и даже считается почти что ненужной. М. Л. Гаспаров не так давно заявил, что новых открытий в нашей науке не предвидится, методика исследований выработана, и требуется лишь время и способные аспиранты». «Книга М. И. Шапира, которую было бы полезно прочитать и западным ученым, свидетельствует, что теория нам очень нужна — нужна, чтобы осмыслить результаты исторических исследований. Автор по-новому рассматривает те проблемы, которые считались решенными: как соотносятся речь стихотворная и речь бытовая, стих и проза, метр и ритм, теория и эмпирика».

«Вторая, эмпирическая часть книги очень интересна: анализ — блестящий, а гипотезы смелые, но правдоподобные». «Перед нами прекрасный труд, автор которого поднимает „вечные проблемы“ стиховедения и предлагает умные, творческие решения. Проблемы теории и методологии связаны, и исторические главы поражают скрупулезностью анализа и подкрепляют теоретические положения книги <...> Общий филологический уровень книги, единство в ней лингвистического и стиховедческого, теории и истории, дедуктивных идей и ювелирного анализа, нащупывание связей между формой и семантикой стиха, методика исследования для целей атрибуции — все это делает книгу М. И. Шапира событием в нашей науке».

«Известия Российской академии наук. Серия литературы и языка»,
2001, т. 60, № 3

Philologica

 
english
 
 
 
|| Главная страница || Содержание | Рубрики | Авторы | Personalia || Книги || О редакторах | Отзывы | Новости ||
Оформление © студия Zina deZign 2000 © Philologica Publications 1994-2017
Загрузка...