94

Что грустно мне? О чем я так жалею?
Во мне уж нет ни силы, ни огня...
Слабеет взор... Я стыну, холодею...
И жизнь и свет отходят от меня.

Меня зовет какой-то голос свыше.
Мне кажется, что я уж не живу:
И шум людской становится всё тише,
И смерти вздох я слышу наяву.

Как лист в ручье, теченьем струй гонимый,
Поблекший лист, оторванный с куста, —
Куда-то вдаль я мчусь неудержимо,
Неслышно мчусь, как дух или мечта.

Душа назад, как птица, рвется жадно;
Но мчит вперед поток ее немой...
А солнце светит ярко и отрадно,
Душистый клен шумит над головой.

И дороги душе моей скорбящей
Леса, луга, сияющая высь,
И я взываю, к жизни уходящей:
«Не покидай! Постой! Остановись!»

«Мне дорог свет! — твержу в бреду я страстно.
Не уходи!» Желаньем грудь полна!
Я трепещу, я плачу, — но напрасно!
Вот-вот уйдет последняя волна...

Что ж будет там, в неведомом мне мире,
За этой страшной, тайною чертой?
Польется ль жизнь спокойнее и шире
В пространстве светлом вечности

Иль будет тьма мертвящая, и эта
Немая тишь, и бездна пустоты?..
Ни чувств, ни слов, ни времени, ни света,
Ни мимолетной радостной мечты...

160

Нестися вдаль, не чувствуя движенья,
Жить и не жить, томиться в полусне,
Не видя снов, не зная пробужденья...
Ничтожным быть! — О, страшно, страшно мне!

Начало 1875


И. 3. Суриков и поэты-суриковцы. М.—Л.: Советский писатель, 1966. (Библиотека поэта; Большая серия; Второе издание).
© Электронная публикация — РВБ, 2022. Версия 1.0 от 7 марта 2022 г.