Пожалуйста, прочтите это сообщение.

Обнаружен блокировщик рекламы, препятствующий полной загрузке страницы. 

Реклама — наш единственный источник дохода. Без нее поддержка и развитие сайта невозможны. 

Пожалуйста, добавьте rvb.ru в белый список / список исключений вашего блокировщика рекламы или отключите его. 

 

×


ПРИКОВАННЫЙ ПРОМЕТЕЙ

Датировка трагедии, ее стилистические особенности, место в ряду других драм о Прометее и даже авторство Эсхила являются в наше время предметом длительной полемики и весьма существенных разногласий.

Никаких документальных данных о постановке «Прометея» не сохранилось. Язык трагедии существенно проще, чем в остальных сохранившихся произведениях Эсхила, роль хора — несравненно меньше. Все это побуждает относить «Прометея» к числу поздних творений драматурга, написанных в самые последние годы его жизни в Сицилии для местного театра, где не было полувековой традиции постановки трагедий с обширными партиями хора, как в Афинах. Не исключается и другая точка зрения — «Прометей» не был показан при жизни Эсхила, а впоследствии обработан его сыном Эвфорионом для постановки в Афинах в 40-е годы V в. со значительным облегчением его языка. Однако и в этом случае нет оснований сомневаться в том, что разработка центрального конфликта трагедии принадлежит самому Эсхилу (см. выше, статью «На рубеже двух эпох», с. 481 сл.).

Что касается других эсхиловских драм, которые могли бы составить трилогию о Прометее, то из их числа надо в первую очередь исключить «Прометея — огневозжигателя» — сатировскую драму из тетралогии 472 г. (см. фр. 37, 47—51). Из двух остающихся «Прометей освобождаемый» (см. фр. 25—35) должен был, конечно, следовать за «Прикованным Прометеем». Кроме естественного порядка событий, такая последовательность подтверждается и сохранившимися отрывками из этой недошедшей трагедии, и античными свидетельствами. Сложнее обстоит дело с «Прометеем-огненосцем», от которого сохранился один стих (фр. 36), ничего не объясняющий. Поэтому мнения исследователей разделились.

Одни считают, что в утраченной трагедии изображалось похищение Прометеем божественного огня, т. е. сюжет ее совпадал с «Прометеем-огневозжигателем». Неясно, однако, чем можно было заполнить — в отличие от драмы сатиров — целую трагедию с таким содержанием и кто мог составлять в ней хор. Другие предполагают, что «Прометей-огненосец» завершал трилогию и что в нем изображалось установление культового праздника, справлявшегося в Афинах: в этот день гончары и кузнецы, проживавшие в предместье Афин — Керамике, гасили огонь в своих печах и горнах в ожидании, когда бегуны, зажегшие свои факелы от огня у алтаря Прометея в роще героя Академа, вновь принесут божественное пламя в их мастерские. В качестве параллели к такому содержанию «Прометея-огненосца» приводят финал «Эвменид», посвященный установлению их культа в Афинах. При этом, однако, забывают, что учреждение культа Эвменид занимает в одноименной трагедии не более одной пятой ее объема (о предоставлении Эриниям убежища в Аттике Афина впервые заводит речь в ст. 805—807, но Эринии прислушиваются к ее предложению только в ст. 892),

546

в то время как основную часть драмы составляет спор между Эриниями и Аполлоном, приводящий к оправданию Ореста и разрешению капитальной для «Орестеи» проблемы — замены кровной мести государственным правом. Ничего подобного в «Прометее-огненосце», показанном после «Прометея освобождаемого», представить себе нельзя: Зевс уже помиловал Прометея, между ними установился союз, и в память о мучениях Прометея люди будут носить на голове железный обруч, обо всем этом была речь в трагедии об освобождении Прометея. Чем же мог занять Эсхил постулируемую вслед за ней третью трагедию? Дать ответ на этот вопрос весьма затруднительно.

Поэтому привлекает внимание точка зрения, согласно которой у Эсхила вовсе не было трагедии о Прометее—огненосце. Сохранившееся в каталоге пьес Эсхила название πυρφόρος («огненосец») — синоним слова πυρχαεύς («огневозжигатель»), обозначавшего сатировскую драму 472 г., и возможно, что сюжет о Прометее исчерпывался в дилогии, составленной из «Прометея прикованного» и «Прометея освобождаемого». Правда, для первой половины V в. достоверных свидетельств о существовании трагических дилогий нет, но из названий и отрывков несохранившихся трагедий Эсхила не всегда удается собрать трилогию — содержание мифа кажется исчерпанным в двух драмах. Если же вспомнить о возможном создании трагедий о Прометее для сицилийского театра, где не было традиции постановок тетралогического комплекса, или, тем более, об их показе в Афинах в переработке 40-х годов, когда принцип связной трилогии вовсе вышел из сценической практики, то ничто не мешает принять гипотезу о существовании в творчестве Эсхила дилогии о Прометее.

В известной нам греческой поэзии первую литературную обработку миф о Прометее получил в поэмах Гесиода. В «Теогонии» (ст. 521—616) рассказывалось о том, как Прометею удалось обмануть богов при разделе туши жертвенного быка таким образом, что людям досталось мясо, а богам — жир и кости. Обнаружив обман, Зевс спрятал от людей огонь, но Прометей выкрал его в полом тростнике и отнес людям. Тогда Зевс наслал на род человеческий обольстительницу Пандору, от которой на земле пошли все несчастья, а Прометея велел заковать в цепи и наслал на него орла, расклевывавшего его печень. Наконец, желая прославить своего сына Геракла, Зевс позволил ему убить орла и освободить мученика Прометея. В «Трудах и Днях», где тоже излагается сказание о Пандоре (ст. 49—105), оно предваряется напоминанием о том, что Зевс запрятал от людей источники пищи в гневе на Прометея. Таким образом, у Гесиода получается, что деяния Прометея стали для людей скорее источником тяжких трудов и бедствий, чем благодеянием.

Эсхил существенно видоизменил трактовку образа Прометея, сделав его не только похитителем столь нужного людям огня, но и первооткрывателем всех достижений цивилизации (ст. 442—471, 476—506). Наряду с этим Эсхил ввел и другие мотивы, происхождение которых установить невозможно; вполне вероятно, что они принадлежат ему самому. Сюда относятся: 1) участие Прометея в заговоре титанов против Зевса, его попытка предотвратить их выступление и переход на сторону Зевса (ст. 199—223); 2) пророческий дар Прометея, позволяющий ему предвидеть свержение Зевса в результате брака, от которого должен родиться сын сильнее своего отца (ст. 760—768), — здесь имеется в виду Фетида, в других версиях никак с Прометеем не связанная; 3) соединение судьбы Прометея с судьбой Ио, позволяющее еще ярче обрисовать самовластие и жестокость Зевса и вложить в уста Прометея пророчество о его освобождении далеким потомком Ио (ст. 772—774, 871—873). Все эти нововведения в миф служат созданию образа непреклонного героя, знающего свое будущее и тем не менее не идущего ни на какие компромиссы с Зевсом.

«Прометея приковывают...» — в переводе Адр. Пиотровского тексту предпослано сохранившееся в рукописях «содержание», аналогичное тем, которые приведены выше в примечаниях к другим трагедиям.

2. Скифы, по тогдашним представлениям, населяли необъятные пространства на север от Греции и Черного моря, вплоть до «рубежей земли», т. е. до Океана.

7. Огонь твой... украл... — В классической Греции богом огня и кузнечного

547

дела являлся Гефест, и его кузницу помещали на о-ве Лемносе под горой-вулканом Мосихлом. Считали, что когда раздувавшие огонь на наковальне киклопы слишком усердствовали, из горы вырывается пламя. Возможно, Прометей был богом огня у догреческого населения Балканского полуострова; отсюда — необходимость его свержения, чтобы передать его права Гефесту, представителю олимпийского пантеона.

10. Тирания Зевсова... — Здесь и далее в трагедии понятию «тирании» придается тот отрицательный оттенок, который был связан с ней в сознании современников Эсхила: единовластие, недоверие к друзьям, следование своим прихотям.

12. Власть и Насилье (по-гречески первая из них, Κράτος — мужского рода, второе, βὶη — женского) — персонажи, известные из гесиодовской «Теогонии» (ст. 385—401) как дети Стикс и верные слуги Зевса. Власть у Эсхила — лицо без слов.

14. Бога, кровно близкого... — По мифической генеалогии, Гефест — сын Зевса и Геры, то есть правнук Земли и Урана. Прометей, который обычно считается сыном титана Иапета и океаниды Климены, у Эсхила представлен титаном, сыном Фемиды, которая идентифицируется здесь с Геей (см. ниже, ст. 209 сл.).

15. К скале... — По традиционной версии, Прометей был прикован к скале на Кавказе; ничто, однако, не мешало Эсхилу представить себе Кавказ на север от Черного моря, т. е. там же, где локализовали Скифию. См. ст. 719 и примеч.

35. Властелины новые — Зевс и его олимпийская родня, захватившая власть после свержения Крона. Столкновение новой власти с представителями старого порядка вещей так же актуально для «Прометея», как для «Эвменид», где Эриниям противопоставляются Аполлон и Афина.

56. Злодея пригвозди к скале... — Сценировка «Прометея» представляет собой достаточно спорный вопрос. Вероятнее всего, фасад сцены был декорирован так, чтобы изображать скалистый хребет. К одной из скал, позади которой находилась центральная дверь сценического здания, приковывался Прометей. В финале драмы было достаточно открыть настеж эту дверь, чтобы Прометей вместе со скалой провалился назад, — для зрителя это должно было означать его погружение в Тартар.

65. Сквозь грудь вгони... — Исходя из этого стиха, делали предположение, что Прометея изображала кукла, позади которой стоял актер, произносивший его слова. Однако безжизненная кукла, неспособная сделать малейший жест головой, едва ли могла возбудить сострадание зрителей. Конечно, никто не думал пронзать насквозь железным костылем живого исполнителя; актеру, исполнявшему роль Гефеста, достаточно было сделать несколько взмахов молотом, сопровождавшихся лязгом металла (ср. ст. 133 сл.).

85 сл. Прометеем, промыслителем, слывешь. — Имя Прометея греки сближали с существительным προμηϑία — «предвидение»; у Эсхила эта связь подкрепляется способностью Прометея предвидеть будущее (ср. ст. 101, 265 сл.), из других источников неизвестной.

93—100. Вкрапление анапестов в монолог Прометея здесь и дальше, ст. 120—127, имеет своей целью разрядить монотонность, которая могла бы возникнуть при длинной речи без возможности оживить ее движением или жестом. В то же время употребление анапестов в выходном монологе персонажа — пример, не известный из других трагедий Эсхила. Ср. также ниже, при выходе Океана (284—297) и Ио (561—565).

128—192. Парод, в котором лирические строфы хора чередуются с анапестическими партиями Прометея, тоже не встречается в других трагедиях Эсхила. Появление хора в крылатой колеснице составляет еще одну проблему. В греческом театре применялась специальная машина, напоминающая журавль у деревенского колодца (она так и называлась: «машина» или «журавль»), с помощью которой могли появляться спускающиеся с небес боги или обожествленные герои. Однако поднять хор, состоявший из 15 человек, такое устройство, конечно, не могло. Остается предположить, что снабженная крыльями повозка выкатывалась либо на орхестру, либо на крышу сцены, откуда Океаниды со временем спускаются на орхестру (278—283). Во втором случае придется согласиться с тем, что строфы хора исполнялись в сопровождении минимальных телодвижений.

548

146. Вот стоишь, огромный... — Последнее слово добавлено А. Пиотровским, видимо, считавшим, что Прометея изображала кукла выше человеческого роста.

170. Заговор новый... — Речь идет не о каком-то сознательно организованном заговоре, а о предопределении судьбы, по которому сын, имеющий родиться от морской нимфы Фетиды, будет сильнее своего отца. Поскольку же Прометей знает, что Зевс со временем захочет обладать Фетидой и породит себе противника, если не будет вовремя предупрежден о последствиях этой связи, он провидит в этом угрозу власти Зевса. См. ниже, ст. 761—770, 908—910, 920—927.

191 сл. Будет дружбы ... искать... — Предвещение развязки конфликта в «Прометее освобождаемом».

229 сл. Распределять начал он... — Ср. Гесиод, «Теогония», ст. 881—885.

248. Избавил ... от предвидения. — Смысл этой заслуги Прометея в том, что он не дал людям знать срок их смерти и тем самым поселил в них надежду на будущее (ср. ст. 250). У Платона в «Горгии», 523d, история излагается следующим образом. Раньше одни люди судили других до наступления срока их смерти, присуждая одним поселение на Островах Блаженных, другим — пребывание в Тартаре. Заручившись изреченным приговором, люди имели еще время обмануть судей. Тогда Зевс поручил Прометею пресечь эту систему, а людям назначил умирать без предупреждения и поступать на суд других умерших уже после смерти. Поскольку, кроме Эсхила и Платона, мотив этот нигде не встречается, можно сделать вывод, что Платон перетолковал мысль своего предшественника в пользу Зевса.

250. Надежды поселил. — Здесь, напротив, Эсхил перетолковывает Гесиода. В «Трудах и Днях» рассказывалось, как в наказание за похищение огня, дарованного Прометеем смертным, к людям была послана Пандора с сосудом, содержащим все беды и болезни; только на дне его притаились надежды. Открыв крышку сосуда, Пандора выпустила наружу все беды, которые и стали настигать смертных. Когда Пандора по воле Зевса захлопнула крышку, то надежды остались внутри сосуда, недоступные смертным (ст. 90—105).

290. Ты мне родич... — По наиболее распространенной генеалогии, Океан — сын Урана и Геи, т. е. тоже титан, как Прометей. С другой стороны, по Эсхилу, Прометей был женат на океаниде Гесионе (см. ниже, ст. 559 сл.), — стало быть, и по этой линии он в родстве с Океаном.

300. Океан-поток, по представлениям древних, обтекал вокруг всю земную твердь.

302. В страну, железа мать — в Скифию, см. ст. 714 сл. и примеч.

309. Пойми границы... — Вариант известного изречения «Познай самого себя», приписывавшегося одному из полулегендарных семи мудрецов и начертанного при входе в храм Аполлона в Дельфах. Прометей, по мнению Океана, сочтет этот призыв «устарелым» (317 сл.).

331. Был ты мой сподвижник — загадочная фраза. Раньше Прометей сказал, что из всех титанов он один встал на сторону Зевса (ст. 215—217). Текст, скорее всего, испорчен; может быть, что-нибудь выпало. Во всяком случае, перевод «бунтовал со мной» — сильное преувеличение. Скорее всего, признаком отваги (τητολμηϰῶς) Океана Прометей саркастически считает самый его приход к опальному врагу Зевса и предложение услуг для их примирения.

348. Атланта чаще всего представляли себе как титана, удерживающего на плечах небесный свод (ср. Гесиод, «Теогония», ст. 517—520). С другой стороны, согласно «Одиссее», I, 52 сл., Атлант подпирает столбы, разделяющие небо и землю. Эсхил склонялся, по-видимому, ко второму образу. В любом случае Атланта локализовали «в странах западных», на краю тогдашней ойкумены (совр. Гибралтарский пролив с противостоящими друг другу скалами).

352. Тифон (Тифоей), обычно олицетворяющей знойный ветер пустыни (ср. «Просительницы», ст. 559 сл.), здесь выступает как супостат Зевса, поднявшийся на борьбу с ним (ср. «Семеро», 493 и примеч.). Потерпев поражение, Тифон был заживо погребен под Этной (365); вулканические извержения ее недр представляются как результат яростного дыхания Тифона. Описание борьбы Зевса с Тифоном см. у Гесиода, «Теогония», ст. 820—868.

367—371. Но час придет... — Как полагают, здесь отразились рассказы об извержении Этны в 479 или 475 г., почти целиком разрушившем город Катану. Гиерон,

549

тиран Сиракуз, восстановил город и назвал его Этной. Торжества в честь его основания происходили в конце 70-х годов, и Эсхил, вероятно, принимал в них участие, показав там «Персов» и специально для этого случая написанную трагедию «Этнеянки» (фр. 191—193). Тогда же он мог услышать и о последствиях извержения Этны.

415. Племя девушек-наездниц — амазонки, которых Эсхил помещает на севере или северо-западе от Черного моря (ср. 723—728). Здесь же на его карте мира расположена и Колхида.

419. У Меотийских мелей — у Азовского моря.

420. Арийцы — см. «Плакальщицы», ст. 423 и примеч. Впрочем, перевод сделан по коньектуре ’Αρίας вместо ’Αραβίας — некоторые издатели считают Аравию глишком удаленной от тех мест, которые здесь упоминаются.

422. Над Кавказской крутизною — см. примеч. к ст. 15.

425—430. Однажды — текст испорчен. В самом деле, оковы, наложенные на Атланта, не вяжутся с его описанием в ст. 347—350; кроме того, в оригинале нарушено ритмическое соответствие с антистрофой. Перевод сделан по общему смыслу.

466. Забава кошельков тугих. — Прометей имеет в виду содержание лошадей для соревнования в беге на колесницах, доступное только очень обеспеченным людям.

488. Птиц полет я объяснил... — См. «Просительницы», ст. 57 и примеч.

495. Пятна пестрой печени... — Гаданье по внутренностям жертвенных животных входило в древнейший жреческий ритуал.

560. Гесиону повел Моревну. — Так как Гесиона — дочь Океана, то Океаниды называют ее «происходящей от одного с ними отца». Моревна — попытка А. Пиотровского передать эту родословную Гесионы одним словом в духе русского фольклора.

567—570. Призрак, прочь! — Когда Ио, преследуемая оводом, бросилась бежать, не разбирая пути, Аргос уже был убит Гермесом (наст. изд., с. 524), но Ио в ее галлюцинациях он кажется живым. Тысячеглазый (у Эсхила: «с десятью тысячами глаз») — преувеличение, порожденное болезненным состоянием рассудка Ио.

596. Божью болезнь — т. е. насланную богами.

636. Сестры твоего отца... — Инах, как все речные боги, считался сыном Океана.

652. Лерна — болотистая местность недалеко от Аргоса.

658. Додона — прорицалище Зевса в Эпире. Здесь жрецы гадали по шелесту священного дуба. См. ниже, ст. 830—833.

676. Керхнея — город недалеко от Аргоса.

709. Скифы кочевые описываются и Геродотом (IV, 46), который помещает их близ Меотийского (Азовского) моря.

715. Халибы — традиционно известны как мастера обработки стали. По Геродоту (I, 28), они живут на южном берегу Черного моря. Здесь они, однако, помещены в северной Скифии.

717. Река Громотуха (‘Υβριστής — «яростная») из других источников неизвестна.

719. Кавказ увидишь. — Поскольку Ио еще находится в Европе, эсхиловский Кавказ следует локализовать на севере или северо-западе от Черного моря.

724 сл. Фемискира — город на южном берегу Черного моря; Фермодонт — впадающая в море недалеко от Фемискиры река. Как видно, амазонки, живущие сейчас на севере Скифии (ср. ст. 415 и примеч.), со временем переселятся на южное побережье Черного моря. Эсхил стремится совместить здесь две версии о местожительстве амазонок: одна помещала их в Скифии, другая — в районе Фермодонта (Геродот, III, 110).

725—730. Отмель там ... Сальмидесская. — «Там», разумеетея, не у Фермодонта, а по пути Ио от амазонок к Истму Киммерийскому, т. е. к нынешнему Перекопскому перешейку, соединяющему Тавриду (Крым) с материком. Под Сальмидесской отмелью Эсхил имеет в виду, по-видимому, нынешний Сиваш, хотя исторический Сальмидес находился недалеко от входа в Мраморное море.

731—733. Меотиды переплыть пролив — т. е. Киммерийский Боспор; греки производили это наименование от словосочетания βοὸς πόρος — «коровья переправа».

550

В «Просительницах», 544 сл., путь Ио лежит через фракийский Боспор (совр. Босфор), и география ее странствий вообще более надежная, чем в «Прометее»: там Эсхил ограничивался хорошо знакомой ему Грецией вплоть до Фракии, здесь удаляется в менее известные области на запад и север от Черного моря.

764—770. См. выше, ст. 170 и примеч.

772. Спаситель ... из рода твоего... — Геракл, восходящий к Ио через своего прадеда Персея, являющегося, в свою очередь, внуком аргосского царя Акрисия. Ср. ст. 872 и фр. 30—35.

774. В колене третьем... — Если продолжительность каждого поколения считать в 40 лет, то Прометею предстоит мучаться около 500 лет, а не 10 тысяч, как об этом говорилось в его первом монологе (ст. 94; в переводе преувеличение: «мириады веков»).

790—815. Странствия Ио на востоке носят уже совсем фантастический характер. Пройдя Керченский пролив, материки разрезавший, Ио должна обойти Каспийское море (прибой ... бурлящий) и вступить на загадочные поля Кисфены, — город под этим названием существовал в историческое время вблизи Пергама, но это совсем в стороне от маршрута Ио. Скорее всего, Кисфена — просто поговорочное обозначение очень отдаленной земли. Дальше следуют персонажи, известные по мифу о подвигах Персея, — Форкиды и Горгоны, за ними — полусказочные грифы (существа с телами львов, но орлиным клювом и крыльями), борющиеся с одноглазыми Аримаспами за золото (см. Павсаний, I, 24, 6), которое приносит Плутонов поток, нигде больше не упоминаемый. О грифах и Аримаспах ср. Геродот, III, 116; IV, 13. Затем путь Ио идет на юго-восток, к эфиопам (народец черный), обычно локализуемым на юге от Средиземного моря, к верховьям Нила (эту его часть Эсхил называет Эфиоп-рекой), через нигде больше не упоминаемые Библосские горы в дельту Нила (в землю треугольную) и к Канопу (см. ниже, ст. 846 и «Просительницы», ст. 311 и примеч.).

829—841. Начало странствий Ио пролегает (через не упоминаемые здесь Эсхилом Фокею и Этолию) в Эпир, прибрежная часть которого называлась Феспротией (отсюда Феспрот-Зевс); восточнее лежала Молосская равнина, с возвышающейся над ней Додоной. Отсюда Ио мчится вдоль берега Адриатического моря (широкого залива Реи). Поскольку Адриатическое море служит продолжением на север Ионийского моря, Эсхил производит это название (губа... Ионийская) от имени Ио.

849. Дитя прикосновенья... — Имя Эпафа греки производили от глагола εϕάπτϖ) — «прикасаться».

853—869. Излагается содержание трилогии о Данаидах. Со ст. 860 — содержание «Египтян», с 865 — «Данаид». См. фр. 100—102.

865. Завлечет желанье... — Перевод дает однозначное толкование, имеющее в виду влечение Гиперместры к жениху. Оригинал (παίδϖν ϊμερος) допускает дополнительное значение: желанье иметь детей.

872. Лучник знаменитейший — Геракл. См. ст. 772.

957. Два тирана пали в пыль. — Уран, свергнутый Кроном, и Крон, свергнутый Зевсом,

970. Обидой ... отомщать... — В оригинале стих звучит так, как будто перед ним выпал один стих («...Именно так следует отвечать насилием насильникам»).

980. Единственный случай у Эсхила, когда стих делится между двумя персонажами.

1027. Доброволъно бог какой-нибудь... — Отзвук версии мифа, по которой кентавр Хирон, случайно раненный отравленной стрелой Геракла, согласился заменить в подземном мире Прометея. Была ли использована эта версия в «Прометее освобождаемом», неизвестно.

1080. Вот на деле уже... — Картина разгула стихий могла быть только отчасти передана техническими средствами древнегреческого театра (напр., грохот грома). Остальное аудитории предлагалось домыслить самой. Об исчезновении Прометея см. ст. 56 и примеч. Хор, вероятно, при первых шумовых эффектах в испуге покидал орхестру через один из ведущих к ней боковых проходов (пародов).


Воспроизводится по изданию: Эсхил. Трагедии / В пер. Вячеслава Иванова ; изд. подг. Н. И. Балашов, Дим. Вяч. Иванов, М. Л. Гаспаров, Г. Ч. Гусейнов, Н. В. Котрелев, В. Н. Ярхо ; отв. ред. Н. И. Балашов. — М. : Наука, 1989. — 592 с. — (Литературные памятники / Академия наук СССР ; председатель редколлегии Д. С. Лихачёв).
© Электронная публикация — РВБ, 2010–2019. Версия 2.0 от 25 сентября 2019 г.