РВБ: Вяч. Иванов. Критические издания. Версия 1.0 от 9 марта 2010 г.

СУД ОГНЯ

Эпиграф — из «Фрагментов» Гераклита (64)

179. «Остров». 1909. № 1.

Городецкий Сергей Митрофанович (1884—1967) в начале своей литературной деятельности выступал как один из активнейших представителей символизма, примыкал к петербургским литераторам, которые группировались вокруг Иванова. В конце 1905 г. он впервые появился на одной из ивановских «сред», где с большим успехом читал ст-ния из будущей своей книги «Ярь» (Пб., 1907) (Пяст В. Встречи. М., 1929. С. 92—93). Поэтов связывал общий интерес к мифу и фольклору. В рецензии на «Ярь», отмечая движение поэзии от символизма к мифотворчеству, Иванов назвал сборник Городецкого «литературным событием» («Критическое обозрение». 1907. № 2. С. 48). Для понимания взаимоотношений поэтов в этот период немало дает дневник Иванова 1906 г. (СС. Т. 2. С. 744—754). Городецкому, кроме комментируемого, посвящено еще ст-ние 643, в автографах ПД ряда ст-ний (282, 284, 293, 295) также есть посвящения Городецкому. Иванову посвящено несколько произведений Городецкого: «Беспредельна даль поляны...» (1906), цикл «Хаос» (1906), «Весна рождается сегодня...» (в автографе с датой: 9 мая 1916 г. // ПД). Его сборнику «Русь» (М., 1910) предпослан эпиграф из ст-ния 295. Позже, в 1910-х гг., Городецкий продолжал чувствовать свою личную и творческую близость к Иванову, а иногда и зависимость от него. «В „Руне“ статья моя — „Идолославие“, — писал он 26 января 1910 г. Иванову. — Я вячеславнее в ней, чем сам Вячеслав» (РГБ) (см: ЗР. 1909. № I, под загл. «Идолотворчество»). Вместе с тем в начале 1920-х гг. Городецкий довольно резко подчеркивает свою поэтическую самостоятельность. «Трактовать меня как вульгаризатора Иванова, — писал он В. П. Полонскому 14 января 1922 г., — значит не понимать развития русской поэзии последних 15 лет. Вячеслав — стилизатор. Моя же работа вывела русский поэтический язык из тупика, в который завели его эстеты» (РГАЛИ). Его полемические выступления против Иванова достигли наибольшей остроты в «Воспоминаниях об Александре Блоке», где он назвал «башню» «Парнасом бесноватых» (ПиР. 1922. № 1. С. 81). В основу ст-ния, которое по образному и ритмическому строю может быть соотнесено со ст-нием Ф. Шиллера «Торжество победителей», положен миф, рассказанный в «Описании Эллады» (VII, 19) древнегреческим писателем Павсанием (указано Ивановым в статье «Ницше и Дионис» // ПЗв. С. 1). Ст-ние получило высокую оценку и подробный комментарий в статье И. Анненского «О современном лиризме» (1909), где оно названо «превосходным». Процитировав ст. 41—52, Анненский писал: «Тут не знаешь даже, чему более изумляться: точности ли изображения или его колориту; сжатости ли стихов или их выдержанному стилю». Указал он и на то, что «мешает понимать» поэзию Иванова, «дышать ею»: на так называемые «темноты».

300

«А между тем, — замечает Анненский, — миф тем-то и велик, что он всегда общенароден. В нем не должно и не может быть темнот» (Анненский. С. 331—333).

Жадный жатву жизни жнет. Ср. ст. 1 ст-ния Вяземского без названия: «Смерть жатву жизни косит, косит...» С Геей сплетшийся Перун — молния.

© Электронная публикация — РВБ, 2010.
РВБ