АЛЕКСЕЙ КОНСТАНТИНОВИЧ ТОЛСТОЙ:
С НЕМЕЦКОГО ЯЗЫКА НА РУССКИЙ
Стихи из писем Каролине Павловой
в переводе Нонны Слепаковой
Предисловие и примечания А. А. Илюшина
Резюме
Переводя с немецкого языка на русский и с русского на немецкий, Толстой старался не столько сохранить особенности чужестранной поэтики, сколько приблизить переводные стихи к поэтической традиции читателя. Соблазны эквиметрии его не увлекали: он полагал, что главное в поэтическом переводе передать впечатление от подлинника, не стремясь к эквилинеарности и буквализму. В начале сентября 1867 г. он писал жене по поводу своей версии «Коринфской невесты» Гете: «Я стараюсь, насколько возможно, быть верным оригиналу, но только там, где верность или точность не вредит художественному впечатлению, и, ни минуты не колеблясь, я отдаляюсь от подстрочности, если это может дать на русском языке другое впечатление, чем по-немецки». «Я думаю, что не следует переводить слова, и даже иногда смысл, а главное, надо передавать впечатление».
По этой причине во многом теряет смысл очень заманчивая проблема: перевести немецкоязычные стихи Толстого так, как их перевел бы автор, то есть выполнить за него работу, которой он не сделал, и таким образом восполнить пробел в истории русской переводной поэзии ХIХ в. Эта проблема становится в принципе нерешаемой: неясно, что получилось бы у Толстого (заведомо было бы неточно, однако в чем неточность неведомо). Возникает парадоксальная ситуация: чем ближе будет перевод к немецкому оригиналу, тем дальше он окажется от русских стихов Толстого, и наоборот. С этим противоречием была вынуждена считаться Нонна Слепакова, труд которой свидетельствует о ее стремлении к адекватной передаче подлинника. Это значит, что она пошла путем, который скорее всего не вызвал бы одобрения у Толстого. Но отсюда отнюдь не следует, что она пренебрегла стилистикой русскоязычных произведений поэта. Результаты ее усилий впечатляют: иногда кажется, что мы слышим голос самого автора Козьмы Пруткова.