РВБ: А.М. Ремизов. Собрание сочинений в 10 томах. Версия 1.8 от 23 октября 2016 г.

А.М. Ремизов. Книга «Николины притчи».

НИКОЛА ВЕРНЫЙ

I

Жили—были два брата. Был один брат богатый, другой — голый. У бедного нечего есть, а ребят много. Приходит бедный к богатому.

— Дай мне на пудик, дети голодом сидят.

Тот ему не дал.

Дома хозяйка ждет, ребятишки.

— Ну, что?

— Нет, брат не дал. Ложитесь, детушки, голодом.

Плохо бедному, и не с голода, с тоски нездоров сделался, полежал немного времени и помер.

Приходит жена его к богатому.

— Помер братец твой. Дай мне на похороны рублика полтора! — со слезами просит.

217

А хозяйка богатого брата услышала.

— Дай, дай, — говорит, — ты беден не будешь, похорони брата.

Тот не дает.

И опять просит со слезами.

— Дай, пожалуйста, вот Никола Угодник свидетель! — на икону показывает.

Тот поверил, дал на похороны.

Везти покойника на кладбище было мимо города. Едет богатый брат, лошаденку подхлестывает: раз хлестнет да Николе Угоднику пеняет:

— Ты, вот, ручаешься за этих людей, а чего я с них возьму?

Сидел в лавке молодой купеческий сын, слышит, и жалко ему, выскочил из лавки.

— Постой, — говорит, — дай проститься с покойником.

Простился, стал расспрашивать у богатого, чего он такой, что думает?

— Да, вот, я дал на похороны, и деньги мои, видно, пропащие, а поручился Никола Угодник за них.

Купеческий сын вынул деньги, рассчитал его.

— Не считай за братом долгу! — и просит отдать ему икону Николы Угодника.

А тому, почему не отдать!

Взял купеческий сын икону и поставил к себе в лавку — Николу Угодника. А как стал вечер, запер лавку и домой.

Дома встречает мать.

— Что, каково сегодня поторговал, дитятко?

— А хорошо, маменька, я поторговал. Я икону купил, маменька.

— А какую ты, дитятко, икону купил?

— Купил я Николу Угодника.

— А где ты купил?

— А везли покойника, выбежал я проститься и купил.

— Дорого ли?

— Да за похороны отдал.

— Ну, дитятко, это добро дело. Слава тебе, Господи, хорошо поторговал.

Легли спать. И видится матери сон.

«Возьмите, вы, — говорит, — приказчика, у тебя сын не в полных летах, он его наставит в торговле. Вы выйдите

218

на улицу, кто попадет первый человек навстречу, тот и будет приказчиком. Вы будете счастливы!».

Утром мать рассказала сыну. Помолился он Богу и вышел на улицу. И никто не попался ему навстречу. От дома отошел порядочно, и вдруг идет.

— Здорово, дедушка!

— Здорово, милый вьюныш.

— Дедушка, не можешь ли мне послужить?

— Где, сынок?

— Да вот по торговой части. Я еще глупый, ты меня наставь.

Старичок послушал, вернулись они в дом, заходят в избу.

Увидала мать.

— Слава Богу, нашел себе товарища! Дедушка, я тебе помолюсь, как Богу, наставь моего сына уму—разуму.

— Я взяться возьмусь, только меня слушай: что я велю, то и делай.

Мать на все согласна. И остался старичок с ними жить в доме.

II

Поутру чуть свет будит старичок Ивана.

— Вставай, сынок, пора идти в лавку торговать. Торговые люди долго не спят. Ишь разоспался!

Поднялся Иван и пошли. Осмотрел старичок лавку.

— У вас благодать какая, можно торговать. Подпишите под меня все теперь — я полный хозяин.

Иван подписал. И день торговали хорошо.

Вернулись вечером домой. Собрала мать ужин. Сидят втроем, ужинают. И вдруг приходит большой ее брат.

— Зачем пришел, братец?

— Да вот в Заморье король требует.

— Зачем же он вас требует?

— А потому, что он нам должен. Мы вместе жили, сколько кораблей товару продавали ему.

— А когда думаешь отправляться? — спросил старичок.

— А у меня все готово и корабль готовый, только отправляться!

Простился с сестрою, простился с племянником и со старичком, приказчиком их.

219

Остались одни, Иван и говорит:

— А мы когда, дедушка?

— Поспеем.

— И легли спать.

Поутру чуть свет будит старичок Ивана:

— Вставай, сынок, нам надо идти на корабельную пристань, корабль выбирать.

Поднялся Иван, пошли они на корабельную пристань, долго ходили и выбрали корабль: сколько лет стоял этот корабль, не ломался.

— Нам такой в самый раз: мне, старику, и сынку молодому.

И сейчас на корабль заходят.

— Дедушка, как мы поедем, нельзя пробраться!

— Проберемся.

Заволновалась корабельная пристань и сделался им ход.

Удивились корабельщики.

— Что это у нас, живучи, никогда не бывало!

Привалили они к бережку, оприколили корабль.

— Молись, сынок, Богу, счастливы будем.

— Наш дядюшка теперь далеко идет!

— Молись Богу и мы выйдем.

К ночи вернулись они домой. Встречает их мать.

— Что, купили кораблик?

— Купили.

— Слава Богу, — взмолилась она к Богу, — нашли!

— Когда же, дедушка, будем отправляться?

— А будем отправляться завтра.

Дождались они дня и на пристань, сели на корабль, простились с матерью.

— Господа корабельщики, дайте ход!

— Ступай с Богом, дедушка, дорога готова.

И выехали они на море и пошли морем.

III

Шел корабль честно. Едут они сутки и другие, и третьи.

— Погляди, сынок, в подзорную трубку, что не видать ли?

Посмотрел Иван и увидел: чернеет. Проехали еще и опять посмотрел.

220

— Дедушка, дядюшка наш идет!

— Ну, теперь поедем вместе.

А и на корабле у дяди увидели корабль.

— Едет племянник и флаг их развевается! — узнал дядя.

И догнали и поехали вместе.

Вот им изладилось ехать мимо города недалеко.

— Дедушка, нам надо заехать в город, купить кое—что, королю подарки, — говорит дядя.

— Ладно.

— Мы без этого никогда не являемся, всегда подарки покупаем.

Остановились у города. Накупил дядя подарков, упаси Боже сколько.

— Дедушка, а мы что повезем?

— Чего повезем? Что повезем, то и ладно.

— А как же мы поедем, купить надо что.

— Ну, да ладно, и так доедем, — и велел дяде впереди плыть.

Отъехал дядя и они за ним следом. Подъехали к горе, взял старичок железную тростку.

— На, сынок, рой, в горе.

Иван ткнул — и повалились каменья в корабль.

— Теперь сынок будет с нас.

И опять поехали. И скоро достигли королевского города. Поглядел Иван в подзорную трубку.

— Вот и дядюшкин корабль, а нам нету места, негде стать.

— Ну, да станем.

И раздвинулась корабельная пристань.

— Потихоньку, потихоньку! — закликали корабельщики.

Так и вошли и стали рядом с кораблем дяди.

Пора было заявить, что такие-то купцы явились, пора было идти к королю с подарками. Дядя забрал свои подарки и пошел.

— Дедушка, а мы-то с чем пойдем?

— А поди, сынок, купи две чашки хлебные, что хлебы валяют.

Иван пошел на базар, купил две чашки.

— Ладны ли, дедушка?

— Ладны, ладны, умел выбрать!

221

И набрал камушков чашку, другой закрыл.

— На, сынок, понеси королю подарки.

— Что ты, дедушка, какие это королю подарки? — и стыдно-то ему с этими-то чашками и каменьем, да и ослушаться не смеет, и пошел.

Приходит к королевскому дворцу.

— Чего ты несешь?

— Подарки королю.

— А что ты, какие это подарки королю! Он тебя выгонит.

— Не ваше дело.

И пропустили его, доложили королю.

Король выходит, на него смотрит.

— Извольте от меня принять подарки! — и подает королю чашки.

Принял король подарки и, как раскрыл чашку, так в горнице и осияло. Очень обрадовался король и королева обрадела. И в назначенное число рассчитал король Ивана и его дядю и отпустил на корабль с миром.

IV

А была у короля дочь — сколько годов в расслаблении лежала! — и была перенесена она в церковь, как неживая.

И объявляет король:

— Кто будет ночью мою дочь караулить, я того человека награжу. А выздоровеет, отдам в замужество за того человека.

Услышал Иван и говорит:

— Дедушка, я пойду караулить.

— Ой, ты, ну, куда лезешь!

— Нет, дедушка, пойду.

— Ну, ладно, Бог помилует, на уголек, очертись, очерти и ее, да купи куль груши и возьми с собою в церковь! — и еще дал старичок книгу: читать святырь до последнего слова, и, что бы ни было, не давать ответу.

Купил Иван куль груши и к ночи отправился в церковь, рассыпал по церкви грушу, очертился, очертил королевну и стал читать святырь.

В самую полночь вдруг выходит...

«От нашего короля обед сегодня нам!»

222

И слышит Иван, начали собирать грушу, хряпают. И скоро всю подобрали. И увидел Иван огоньки, ровно свечи, по всей церкви, и сделался шум, вереск, кричат:

«Ой, есть нечего, давайте съедим их!»

И увидел Иван не огоньки, а сам все читает. Буквы, как огоньки, мелькали, а он все читает. И дошел до последнего слова.

— Аллилуя, аллилуя, слава Тебе, Боже! — и закрыл книгу.

Тут петушки спели и их не стало.

— Ну, теперь, королевна, вставай! — поднял ее за руки, поставил, и стали оба Богу молиться.

Ключи забрякали, двери отпирают, сторожа пришли. Сторожа пришли и видят — живы, стоят, оба Богу молятся.

— Идите, скажите королю: дочь здорова, на ногах стоит.

Бегут сторожа к королю.

— Дочь здорова, на ногах стоит!

Обрадовался король и королева обрадела: велел король запрягать коней самых лучших, везти дочь во дворец да Ивана.

И привезли их. Вошли они в горницу, Богу помолились.

— Ну, теперь, — говорит король, — ты ее освободил, я позволяю на ней жениться. И ты уж не Иван, купеческий сын, а королевич!

И повенчался Иван—королевич на королевне и стали пир пировать. Тут только и вспомнил.

— Ой, у меня на корабле есть дедушка — доверенный приказчик и дядя!

Ну, сейчас же поехали за ними, подхватили под ручки, в карету посадили и привезли во дворец — за гостей почитать будут.

— Эх, Иван—королевич, позабыл ты дедушку! Повенчался на королевне! — пенял старичок Ивану.

Да, делать нечего, не воротишь.

Трое суток пировали.

— Иван—королевич, хорошо гостить, да время отправляться?

— Когда, будем, дедушка, отправляться?

— Да на завтрашний день.

223

И на завтра велел король сказать на корабельной пристани, чтобы простору им было.

Удивляются корабельщики.

— Был Иван, купеческий сын, а стал Иван—королевич!

Вышли они на белы дворы, сели в кареты. Музыка впереди и войско. Приехали на пристань, вошли на корабль. Простились с тестем. Дядю вперед отправили. Сел старичок на руль, Иван—королевич стал на нос и поехали.

Шел корабль честно. На корабле войско и музыка.

— Иван—королевич, посмотри в подзорную трубу.

Посмотрел Иван—королевич.

— Дедушка, недалеко что-то чернеет. Дедушка, остров!

— Ну, слава Богу, можно погулять и войско покормить. Пристали они к острову и пировали.

Приказал старичок войску наносить дров и приказал дрова сжечь. Разгорелись дрова на мелкий уголек — жар сильный стал. Взял старик королевну, в огонь бросил и сжег. И не стало королевны.

Один остался Иван—королевич.

— Что же ты, Иван—королевич, запечалился?

— Да как же, дедушка!

— Не печалься, подождем немного! — сам дунул в пепел и на две грудки он сделался, — можешь ли ты отгадать, какой пепел от дров, какой от человека?

Иван—королевич посмотрел и узнал.

— Вот этот.

— Ну молодец!

Взял старичок пепел в руку, кинул его в воду. Пепел расплылся по воде и здрава выскочила королевна из воды.

— Что, королевна, чувствуешь ли теперь что?

— Да ничего, дедушка, я жива и здорова.

— Вот, Иван—королевич, теперь она жива и здорова. Молитесь Богу, ты — королевич, ты — королевна.

И благословил их старичок. Сели на корабль и дальше в путь.

Корабль бежит и сердце радуется.

— Иван—королевич, посмотри в подзорную трубку, не увидишь ли что?

224

Посмотрел Иван—королевич:

— Мне, дедушка, показывается что-то, чернеет что-то.

Вот ближе и ближе.

— Ой, дедушка, наш город!

— Ну, и слава Богу, домой попали.

Вышел воинский начальник встречать их с войском, с музыкой.

Сошли с корабля. Королевич и королевна, старичок, а за ними войско.

— Иван—королевич, спросите, что мать ваша жива ли? Дом цел ли?

И сейчас распознали: старуха жива, а там все крапива и дома нет!

И выстроили новый дом—дворец, жить, да поживать.

Простился старичок, благословил и пошел, Никола Угодник верный.

А они и теперь живут.

Ремизов А.М. Николины притчи. Никола верный // А.М. Ремизов. Собрание сочинений в десяти томах. М.: Русская книга, 2000—2003. Т. 6. С. 217—225.
© Электронная публикация — РВБ, 2012—2019. РВБ