756. Г. З. ЕЛИСЕЕВУ

15/27 июля 1881. Висбаден

Висбаден. 15 июля.

Многоуважаемый Григорий Захарович.

Извините, что долго не писал Вам. Тоскливо живется, за перо взяться лень. Покуда Лихачевы были здесь, все-таки было веселее, но и они вот уж три дня как уехали в Диепп. С тех пор, как я выехал из Петербурга — словно в воду канул; никаких известий не получаю. Самый, значит, настоящий редактор. Гаспер однажды по моим личным делам писал 1, но и тот ни об Вас, ни о ком из редакции ни одним словом не обмолвился.

Устроился я здесь очень хорошо; платим за 5 пансионов, имеем 6 комнат, утренний кофе или чай, обед из 4-х блюд и вечером чай с легким (весьма) ужином. Комнаты прекрасные, вид прямо в парк, бесподобный. Платим по 7 марок с рыла — по-моему, недорого. До сего числа жили в бель-этаже, а сегодня перегнали в нижний этаж, потому что весь бель-этаж наняли под Лорис-Меликова. Надо Вам сказать, что я уже раз его видел совсем неожиданно. Поехали мы с Лихачевыми в

13

Шлангенбад погулять (11/2 часа езды), а там в кур-листе увидели, что и Лорис-Меликов налицо. Кстати, и Кошелев там же оказался. Вот мы с Лихачевым и послали узнать, примет ли он нас. Принял, и был очень любезен, а через три дня приехал в Висбаден и отдал нам визит, но не застал никого, потому что мы опять экскурсию делали. А сегодня приехала его дочь искать квартиру, и так как наша вилла очень удобна и красива, то она уговорила нашу хозяйку уступить весь бель-этаж, а нам пришлось перейти вниз, что, впрочем, для меня и лучше, потому что не утомительно. Житье здесь, как и во всех немецких городах в эту пору, развеселое, и даже в эту самую минуту перед нашей виллой в парке спускают фейерверк, и в моих ушах раздается канонада от ракет. Но я более нездоров, нежели когда-нибудь: слаб до крайности и кашляю непрерывно. По совету Николая Андреевича 2 пью Вейльбах, серные воды, имеющие вкус тухлого яйца. Предположил себе пить три недели, т. е. по 3/15 августа, и стало быть до этого числа обязательно пробуду в Висбадене. Куда поеду дальше — не знаю. Хотел было в Биариц проехать для детей, но пугает праздная толпа, да и времени едва ли достанет. Не хочется с места трогаться — благо раз приютился. Но, вероятно, все-таки хоть на короткое время (дня на три), но съезжу в Тун. Сначала поеду в Баден-Баден, оставлю там детей и отправлюсь с женой в Швейцарию. А между 1 — 5 сентября нов. ст. в Париж, где пробуду дней 20.

Напишите, как Ваше здоровье и не встретимся ли где-нибудь? А также не грозит ли что «Отеч<ественным> зап<искам>» и как идут дела? Что касается до меня, то я с самого приезда сюда двух строк из себя выжать не могу, хотя очень хотелось бы к августовской книжке что-нибудь прислать 3. Постараюсь, впрочем, сделать это и до 5-го числа (ст. ст.) прошу оставить место листа на 11/2.

Гаспер какие-то загадочные штуки со мной выделывает. Просил я его получить по векселю в мою пользу 2 т. руб. и прислать их мне переводом через Учетный банк. Он это и сделал, но каково было мое удивление, когда я на переводе прочел: выдать такому-то столько-то марок и занести их счетом на редакцию «Отеч<ественных> записок». Каким образом он мои личные деньги смешал с деньгами «Отеч<ественных> зап<исок>» — не понимаю. Я послал ему, пять дней тому назад, запрос по этому предмету; но, право, как-то чересчур это чудно! Хотел было сгоряча Краевскому написать, но остановился, и теперь боюсь, что он что-нибудь солжет мне в ответ. Сверх того, я просил его напечатать в «Голосе» объявление о моих книгах, и даже дал ему совсем готовый проект. Он

14

и тут ухитрился напакостить: печатает такую глупость, что ни на что не похоже 4.

До свидания; выздоравливайте скорее, и если сами не можете написать мне (Wiesbaden, Sonnenbergstrasse, 16), то попросите Екатерину Павловну, которой и я и жена посылаем сердечный поклон.

Весь Ваш
М. Салтыков.


Салтыков-Щедрин М.Е. Письма. 756. Г. З. Елисееву 15/27 июля 1881. Висбаден // М.Е. Салтыков-Щедрин. Собрание сочинений в 20 томах. М.: Художественная литература, 1977. Т. 19. Кн. 2. С. 13—15.
© Электронная публикация — РВБ, 2008—2019. Версия 2.0 от 30 марта 2017 г.