ЮРИЙ ВЕРХОВСКИЙ

1878—1956

Ю. Верховский
Ю. Верховский

«Слон», «Слон Слонович», «Юраша», «Медвежатина» — так именовался добродушный, пользовавшийся всеобщей дружеской симпатией Юрий Никандрович Верховский в письмах и дневниках близких к нему Блока, Ремизова, Кузмина, Вяч. Иванова, Брюсова. Ученик А. Н. Веселовского, историк литературы, доцент Петербургского университета, Верховский был цельным в своих филологических занятиях и творчестве. Автор работ о Баратынском и Дельвиге, составитель антологий «Поэты пушкинской поры» (1919) и «Поэты декабристы» (1922), Верховский-лирик ориентировался на жанровую и стилистическую систему поэтов пушкинского круга, у которых он воспринял традиции антологической лирики. Одна из первых его публикаций в альманахе «Зеленый сборник» (СПб., 1905) была сочувственно замечена Брюсовым, привлекшим Верховского к сотрудничеству в «Весах», и Вяч. Ивановым, сказавшим о его «поэзии сумерек» и «полутонов», что это «истинная, хоть и несколько флегматическая лирика»; Блок также выделил Верховского среди авторов альманаха. На сборник Верховского «Идиллии и элегии» «СПб., 1910) Блок откликнулся посланием «Дождь мелкий, разговор неспешный...», в котором дал своего рода формулу творческой манеры Верховского: «И в шуме осени суровом /Я вспомнил вас, люблю уже /За каждый ваш намек о новом /В старинном грустном чертеже»

В советское время Верховский переводил Мицкевича, поэтов Возрождения, грузинских лириков. Продолжал писать стихи до конца жизни, изредка выпуская небольшие сборники: «Утренняя звезда» (М., 1915), «Стихотворения. Том первый». (М., 1917). «Солнце в заточении» (Пг., 1922). Последняя книжка — патриотические стихи «Будет так» (1943) — вышла во время войны в Свердловске.

Из цикла «Сельские эпиграммы»: 8, 14, 27.
Из цикля «Идиллии»: Заход солнца.
Из цикла «Элегии»: 5. Судьба с судьбой.
«Как ты привык к плохим обоям...».

ИЗ ЦИКЛА «СЕЛЬСКИЕ ЭПИГРАММЫ»

8

Тихо. Так тихо, что слышу: в соседней избе, полунощник,
Песню заводит сверчок, — словно родную, поэт!
Не вдохновеннее ль там он скрипит за теплою печкой,
Чем, у ночного окна, я — беспокойным пером?

14

Дети деревней бегут — обогнать гремящую тройку,
Ей ворота отворить — и получить за труды.
Слышат обет: вот поедем назад — привезем вам баранок!
Глупые злобно кричат баловни кучеру вслед.
Всё ж не понятен ли больше обманутый голос надежды
Голоса веры слепой в путь предстоящий — назад?

27

Лесбии нет в эпиграммах моих; или только мечтою,
Словно пустынник во сне, женственный образ ловлю.
Вот отчего эти строки одна на другую похожи:
Тщетно уюта искать — там, где живет холостяк.

321

ИЗ ЦИКЛА «ИДИЛЛИИ»

ЗАХОД СОЛНЦА

Девушка

Ах, как я рада! Я рада пожару заката!
Счастьем и ясной печалью душа так богата!
Что ж не восходом на утре любви я пленяюсь?
Верно, — спокойно, покорно — я с жизнью прощаюсь?

Юноша

Милая, нет! Ты пленяешься юною грустью:
Светлый поток, истомленный, не клонится к устью, —
Он лишь темней, в серебристом тумане влекомый,
Тайно дыша, благодатною веет истомой.

Караульщик

Караульщик! — тише! тише!
Видишь — свет в оконной нише,
Слышишь — шепот шелестит...
Ведь она — не спит?
Ах, смотри же — выше! выше!
Кто-то вон — с балконной крыши
Что-то сбросил — ловко слез, —
В темноте — исчез.
Вон висит еще веревка...
Ты! Взлезай же — быстро! ловко!
Настежь — светлое окно,
И пока — темно.
Ну, живей! Уж брезжит зорька.
Что же ты смеешься горько?
Блещут слезы, слезы — ах!
На твоих щеках?

<1910>

ИЗ ЦИКЛА «ЭЛЕГИИ»

5
СУДЬБА С СУДЬБОЙ

Ты, может быть, придешь ко мне иная,
Чем та, что я любил;
Придешь, как вновь — не помня и не зная
Своих великих сил.

322

Но можешь ли идти со мною рядом,
А я — идти с тобой,
Чтоб первый взгляд не встретился со взглядом
И в них — судьба с судьбой?

Твоя судьба — предаться полновластью:
Суровой — не избыть.
Моя судьба — гореть покорной страстью:
Иной — не может быть.

<1910>

* * *

Как ты привык к плохим обоям
Убогой комнаты своей,
Но, лихорадкой беспокоим,
Увидишь в них проклятым роем
Драконов, мандрагор, чертей, —
Так, приглядись к толпе людей,
Одной и той же раз за разом,
Болезненно-раскрытым глазом, —
Увидишь в них ясней, ясней
Поток цветов, чертей, зверей —
И возопишь, и содрогнешься,
Но от него не отвернешься —
И вдруг постигнешь, что твое
С ним неразрывно бытие.

323

Воспроизводится по изданию: Русская поэзия «серебряного века». 1890-1917. Антология. Москва: «Наука», 1993.
© Электронная публикация — РВБ, 2017. Версия 2.0 от 4 августа 2017 г.

Загрузка...