РВБ: О. Мандельштам. Версия 1.2 от 26 января 2010 г.

64.
Н. Я. МАНДЕЛЬШТАМ,

‹11 ноября 1925 г.›

Родная пташенька!

Вот мой сегодняшний день: с утра 3 часа гулял в Гизе. Касса была закрыта. Ждали артельщика из банка. Потом в 2 часа на телеграф. Потом обратно в Гиз. Завтрак у Гурме. Сегодня Горлин сказал, что как только Ангерт привезет из Москвы утвержденный план, мы заключим договор. Потом поехал в Сеятель, показал им горлинские новые книжки: берут. Если попрошу — Горлин их отдаст.

Ну, деточка — довольно о делах. Я знаю, как это тебя волнует — потому пишу наперед. Не об этом, ласточка, с тобой говорить! Я тебя люблю, зверенок мой — так, как никогда — не могу без тебя — хочу к тебе... и буду у тебя...

Ненаглядная моя, ты за тысячи верст в большой пустой комнате с градусничком своим! Жизнь моя: пойми меня, что ты моя жизнь! Как турушка твоя? Весела ли ты? Смеешься ли? Да понимаешь ты или нет, что я только февраль согласен быть без тебя и больше ни денечка!

Аню, детка, я, свинья, еще не видел. Занят. И она тоже. Только перезваниваемся. У Выгодских и Бенов был. Давид с Эммой невозмутимые испанцы. Бены жалуются на дитиньку: его зовут Кирилл(?). У него злые профессорские желтые глазки. Он не улыбается и сердится очень. Им теперь тесно. А в доме Выг‹одских› может освободиться для нас квартирка.

Пока что, деточка, я сплю в столовой. На диван кладут мне волосяной наш тюфяк. Засыпаю в 1 ч. и до 10-ти глубокая тишина. Тепло и хорошо.

Сейчас был у Пуниных. Там живет старушка; лежала она на диване веселая, но простуженная. Встретила меня «сплетнями»: 1) Г. Иванов пишет в парижских газетах «страшные пашквили» про нее и про меня; во-2), «Шум времени» — вызвал «бурю» восторгов и энтузиазмов в зарубежной печати, с чем можно нас поздравить. Еще курьез:

48

сегодня в Вечерней я прочел, что «вчера я ходил в Финотдел жаловаться на налоги». И не думал я ходить! Врет газетка — но это хорошо: я эту вырезку посылаю тебе и сохраню газетку для фининспектора!

Нежняночка! Я еще не имел от тебя писем. Знаешь, где я пишу? На Николаевском вокзале в десятом часу вечера, после Пуниных...

До завтра, детуся! Господь с тобой, родная! Целую нежно, долго, много... лапушки твои и волоски и глазы...

Становясь в очередь с письмом. Пиши ежедневно, родная.

Твой Нянь.

Надя! Не скрывай от меня ничего. Слышишь, родная!

 

 

Воспроизводится по изданию: О.Э. Мандельштам. Собрание сочинений в 4 т. М.: Арт-Бизнес-Центр, 1999. Т. 4
© Электронная публикация — РВБ, 2010—2017.
РВБ

Загрузка...