РВБ: Неофициальная поэзия. Версия 2.99s от 23 ноября 2008 г.

Дмитрий Бобышев

* * *

Равнодушие —
Набитый льдом,
Наполненный снегом дом.
Равнодушие —
Не для жилья,
Для замораживанья дом.
Погреб. Плюшевый склеп.
Равнодушие. Дом.
Пыльный хлеб и коробки.
Корки, мертвые птицы, очески, поскребыши.
Загляни — здесь и люди,
Двугорбые люди — уроды!
И подохнут со скуки.
И люди!
О люди — верблюды!
И девки — о потаскухи.
Загляни.
Но попробуй зайди —
Лишь попробуй!
Я уподоблюсь врачу.
Вырву глаз, выбью зубы,
А возвращу!
Равнодушие.
Гроб. Мертвечина.
Муравьи и мышиный помет на полу.
Мертвечина.
Мертвый дом. Птичьи перья. Разбитые клешни.
Равнодушие. Дом. Равнодушие

* * *

Когда пойдет военный эшелон
Мобилизованных, задумчивых, не шустрых,
Вздыхающих особо тяжело,
Мой друг, давай
Преувеличим чувства!

Вот девочка! — последнее знакомство —
Улыбка у вокзального навеса.
Припоминай! Хватай себя за космы,
Люби ее! Она твоя невеста!

А тот — вчера — оборванный стоит,
С глазами — из лохмотьев, из бород —
В слезах, он кто? Он, думаешь, старик?
Он родины костлявый жест: «Вперед!»

Сегодня
Жизнь
Измерена
До дна.
Мы приготовлены и падать и лечиться.
И — где б ты ни остался — под иль над,
Ты будешь над иль под землей — лучистым!

Ты будешь четкой, ясною звездою.
И ты — герой.
Герой уже сейчас.
У девочки твоей со взглядом вдовьим
Зажглася ожидания свеча.

К ЗАПУСКУ КОСМИЧЕСКОЙ РАКЕТЫ

Как мало жить!
А все стоит земля.
А все толпятся у газет рабочие.
Себе наращивают мозоля
От писем
        служащие почты.

И за отгруженными дровами
Играют дворники в биллиард.
А ведь жратва еще не даровая,
И не бесплатна выдача белья.

Но нет — людей все пустота пленяет,
И приспособлены нарочно скорости
О заграничные планеты
Расплющивать живые кости.

Вот человек!
На столь короткий срок
Ему отпущено любви и хлеба.
Ан грудь отталкивает сосунок
И тычет пальцем в небо!

А где, скажите, дворник проживает?
Где горб и мозоли наживает?
Где метлы и щетки,
Лопаты его и скребки?
Ему работы до чорта
Доставят окурки и коробки.

А человек!
На сколь короткий срок
Тебе отпущены безумства и болезни.
Ты неудачный времени сынок,
Бредущий по разбитой лестнице.

Так починяй перила на земле
И ремонтируй дворнику жилье.
Он проживает тоже на земле
И честно моет и скребет ее.

* * *

Где ты бываешь?
Где ты забываешь
Мои уходы, шорохи, касанья?
Кому согласно головой киваешь,
Отломленную веточку кусая?

Твоя совсем заброшенная комната,
Она живет, она грустит о ком-то.
Чужие лица ходят, курят.
Позванивают стекла по ночам.

Где ты вчера была?
Какую песню пела поначалу?
И плакала, кусая веточку,
И проходила мокрым парком.
И кто-то знающий и сведущий
Тебя утешил летним Парголово.

Твоя оставленная комната,
Она живет, она грустит о ком-то,
Постукивают дятлы по ночам.

Где я найду тебя такую,
Какую знал я поначалу?
Где без ступенек и перил
Та лестница кошачья, окаянная?

На самом подступе к двери
Я грохнусь о нее коленями.
Ведь лестница
И та под мною ластится!

А ты идешь себе...
И только дождь
Втыкает в землю тоненькие клинья.
И в городе идет такой же ливень,
И он не хуже и не лучше,
У рюмочных и поликлиник
Похожие разводит лужи.

А ты уходишь...
               Ты сама не знаешь,
Куда уходишь?
Где ты забываешь?

ТАМ БЫЛИ ДОМА

Там был дом,
на другом
берегу.
У солдат был там перекур.
Там был дом.
Люди жили в нем.
А солдаты пришли потом.
Перед этим.
Утром — тихо. А днем
пели дети.
А солдаты шли по дороге,
видят — дом.
У деревьев сломали ноги,
разожгли с трудом.
Слушали, как один поет —
через тело шрамы —
разворачивали паек,
шелестели, жрали.
Покурили. Потом огонь
притоптали своей ногой
и ушли.
И конец на том.
Там был дом.
Там
был
дом.

© Тексты — Авторы.
© Составление — Г.В. Сапгир, 1997; И. Ахметьев, 1999—2016.
© Комментарии — И. Ахметьев, 1999—2017.
© Электронная публикация — РВБ, 1999—2017.
РВБ
Загрузка...