1858—1865

О погоде

(С. 175)

Часть первая печатается по Ст 1873, т. I, ч. 2, с. 147–170, с восстановлением собственных имен в ст. 113 и 124–125 сатиры «До сумерек» (Николай Алексеевич <Некрасов>, Фрейганг и Краевский) по Ст 1879.

Впервые опубликовано: первая сатира — С, 1859, № 1, с. 307–311, с посвящением: «(П. А<нненко> ву)», датой под текстом: «27 дек.» и подписью: «Н. Некрасов»; вторая сатира — С, 1859, № 2, с. 507–512, с датой под текстом: «10 февр.» и подписью: «Н. Некрасов»; третья сатира — С, 1859, № 3, с. 5–8, с подписью: «Н. Некрасов». Общее заглавие: «О погоде (вступление к сатирам)», эпиграф отсутствует.

В собрание сочинений впервые включено: Ст 1861, ч. 2, с общим заглавием: «О погоде. Уличные впечатления» и общей датой в конце: «1858–1859». Перепечатывалось во 2-й части всех последующих прижизненных изданий «Стихотворений». В Ст 1873, т. I, ч. 2 подзаголовок «Часть первая» отсутствует. Вторая главка сатиры «До сумерек» (ст. 21–58) перепечатана в издании для народного чтения: Красные книжки. Книжка вторая <…> Сочинил и издал Н. Некрасов. СПб., 1863, с. 21–22, под заглавием: «Городская кляча».

Автографы первой части не найдены. Цензорская корректура (гранки) из архива А. Н. Пыпина с авторской правкой и пометами цензора — ИРЛИ, 21121, л. 1–2, 9–12. Корректура «Утренней прогулки» — без авторской правки, с общим заглавием цикла: «С утра до ночи (вступление к сатирам)», с печатной датой: «27 декабря» и подписью: «Цензор Д. Мацкевич». В корректуре «До сумерек» четыре цензурных вычерка красными чернилами и на полях соответственные варианты Некрасова (см.: Другие редакции и варианты, с. 305–306). Общее заглавие цикла — как в С. Дата: «10 февраля». Надпись: «Исключить зачеркнутые места. Цензор Мацкевич». Помета: «Г-ну цензору. Февр. 12». В корректуре «Сумерек» одна строка вычеркнута цензором. Общее заглавие цикла — как в С. Подпись: «Н. Некрасов». У заглавия помета Некрасова: «Поместить в начале книги». Копия А. Я. Панаевой с авторской правкой и дополнениями — Тетр. Панаевой, л. 34–44 об., 64–67.

В процессе подготовки к печати менялось, очевидно, не только общее заглавие первой части, но также и заглавия отдельных сатир. Имеется свидетельство А. В. Никитенко о том, что 31 декабря 1858 г. Некрасов на обеде у И. А. Гончарова «прочел свое замечательное стихотворение „Кладбище“» (Никитенко, т. II, с. 53). Не исключена возможность, что это первое название «Утренней прогулки» (см.: ПССт 1967, т. II, с. 625).

Часть вторая печатается по Ст 1873, т. II, ч. 4, с. 9–26, куда вошла с заглавием: «О погоде. Часть вторая (1865)».

Впервые опубликовано: первая сатира — С, 1865, № 2, с. 541–545, с заглавием: «О погоде. V. Крещенские морозы», подписью: «Н. Некрасов», примечанием к цифре V в заглавии: «См. „Современник“,

401

1861, №№ 1, 2, 3. Глава IV, следующая за напечатанными, выпущена» и ремаркой после текста: «(Продолжение впредь)»; вторая сатира — С, 1865, № 3, с. 235–239, с заглавием: «О погоде. VI. Кому холодно, кому жарко!», подписью: «Н. Некрасов» и ремаркой после текста: «(Продолжение впредь)».

В собрание сочинений впервые включено: Ст 1869, ч. 4, с общим заглавием и датой на шмуцтитуле: «О погоде. Часть вторая (1865)» (перепечатано: Ст 1873, т. II, ч. 4, с таким же общим заглавием).

Рукопись наборная, чернилами, с несколькими слоями правки, чернилами и карандашом — ГБЛ, ф. 195, М 5750, л. 1–6 и М 5754, л. 1. Общее заглавие «О погоде» и примечание к № 5 (как в С) вписаны позже. Подзаголовок «Часть вторая» отсутствует. В конце ремарка: «(Продолжение впредь)» и подпись: «Н. Некрасов». На полях пометы Некрасова: «Прошу эти листы мне возвратить», «Листы эти прошу не затерять».

В «Современнике» цикл «О погоде», главным образом первая часть, печатался с рядом цензурных искажений. В «Утренней прогулке» ст. 83 читался: «Да на гроб, да на саван, на свечи» (вместо «Да попу, да на гроб, да на свечи»), ст. 131; «Да судьба, как захочет обидеть» (вместо «Да господь, как захочет обидеть»). А. М. Гаркави высказал предположение, что в обоих случаях имела место автоцензура (см.: Гаркави А. М. Некрасов в борьбе с царской цензурой. Калининград, 1966, с. 221 и 230–231). В корректуре «До сумерек» цензор вычеркнул ст. 11–12 и 15–16, что побудило Некрасова снять полностью ст. 9–16 и заменить их в журнале строкой точек. Ст. 86 «Тут жандармский седой генерал» по требованию цензора был заменен на «Тут какой-то седой генерал». Все эти искажения устранены в последующих прижизненных изданиях. К первоначальному варианту ст. 103 («Заколодило с сорок девятого»), тоже вызвавшему возражение цензора, автор больше не возвращался. Цензор сомневался также в возможности напечатать ст. 48, 59–66 и 76, но они появились в «Современнике» без искажений. В ст. 200 вместо «Злость-тоску мужики на лошадках сорвут» в «Современнике» было «Грусть-тоску…». А. М. Гаркави (там же, с. 221) усматривает здесь также проявление автоцензуры. По той же причине автор, очевидно, снял и ст. 123–126 (о взаимоотношениях с цензурой). После них в копии Панаевой вписано четверостишие:

Нет, шалишь: это дело ученое
Чья возьмет — попытаем сперва…
Не гляди, что лицо-то зеленое,—

Человек голова!

Как предполагает М. Я. Блинчевская, приведенное четверостишие свидетельствует о том, что при подготовке издания 1861 г. у Некрасова была мысль связать эти взаимоотношения со временем сотрудничества в журнале Белинского (ПССт 1967, т. II, с. 627). В главке «Сумерки» цензор снял ст. 58: «Словно цепи куют на несчастный народ». В «Современнике» печаталось: «Словно общая гибель идет». В ст. 12 «Кому холодно, кому жарко!» по требованию цензора снято было упоминание царя (вместо «Где катаются сами цари» печаталось «Где катаются моды цари»).

402

В Ст 1879 первая часть цикла напечатана без подзаголовка «Часть первая», вторая часть — без общего заглавия «О погоде. Часть вторая», отсутствуют и порядковые номера при заглавиях «Крещенские морозы» и «Кому холодно, кому жарко!». Какая-либо мотивировка этих изменений отсутствует. В примечании к сатире «Кому холодно, кому жарко!» сказано: «Вместе с предыдущим оно начинало собой вторую часть „О погоде“» (Ст 1879, т. IV, с. XVIII). Почему «начинало», а не «начинает», остается неясным. В письмах А. А. Буткевич к С. И. Пономареву имеются замечания, свидетельствующие, что проблема публикации этих сатир для обоих представляла определенные трудности. 5 июня 1879 г. А. А. Буткевич пишет: «Стихотворения: „Русским детям“, „О погоде“ и проч. поставить под один год. (Так, кажется, Вы хотели?)» (ЛН, т. 53–54, с. 175). 28 июля ему же: «Относительно „Русским детям“ и „О погоде“ сделайте, как было у брата» (там же, с. 182). Эти колебания вызваны, очевидно, тем обстоятельством, что в последнем прижизненном издании первая часть цикла опубликована без подзаголовка «Часть первая», т. е. как вполне самостоятельное, законченное произведение, а вторая — с подзаголовком «Часть вторая», т. е. как продолжение первой части. Случайно ли это, или здесь отразилось не доведенное до конца стремление обособить обе части? На эти вопросы и сегодня нельзя ответить. Неясно также, что означает последнее указание в только что цитированном письме А. А. Буткевич — печатать как в прижизненных изданиях (это не было выполнено) или печатать в соответствии с каким-то неизвестным нам указанием автора (ведь, как мы знаем, А. А. Буткевич и С. И. Пономарев опирались на не дошедшие до нас заметки на полях авторского экземпляра частей 1–4 Ст 1873–1874)? И осталось ли указание Буткевич последним, не подверглось ли еще раз пересмотру? Все эти вопросы остаются без ответа. Поэтому мы печатаем цикл в том виде, как он печатался в последнем прижизненном издании.

Сатиры, публиковавшиеся под заглавием «О погоде», являлись составной частью незавершенного большого цикла сатир, получившего наименование «номерной цикл»: он должен был состоять по меньшей мере из 13 пронумерованных сатир, представляющих широкое сатирическое обозрение пореформенной русской действительности. С этим замыслом кроме комментируемого произведения связаны также «Балет», «Газетная» и «Недавнее время». С конца 1860-х гг., убедившись, что осуществить весь замысел не удастся, Некрасов принимает меры к обособлению и превращению в самостоятельные произведения отдельных его частей: в сатирах «Газетная» и «Балет» снимаются подзаголовки, указывающие порядковый номер данной сатиры, тексты, оставшиеся неопубликованными, входят в состав поэмы «Недавнее время» (о творческой истории номерных сатир см. подробнее: наст. изд., т. III, комментарий к «Недавнему времени»). «О погоде» не только в Ст 1869, но и в Ст 1873–1874 печатается как первая часть не доведенного до конца замысла: видимо, утратив надежду осуществить замысел в целом, Некрасов еще надеялся довести до конца работу над этим подциклом, тоже незаконченным. Известно, что между первой частью «О погоде» (заканчивается сатирой № III) и второй частью (начинается сатирой № V) планировалась сатира № IV, которая должна была, вероятно, явиться связующим звеном между первой

403

и второй частями (см.: Фролова Т. Д. Незавершенный сатирический цикл Н. А. Некрасова. — Некр. сб., I, с. 174). Не исключена возможность, что в эту часть цикла должны были войти и сатиры VII и VIII, в которых автор, по предположению той же исследовательницы, намерен был коснуться такого острого вопроса, как петербургские пожары (там же; см. также ниже, с. 409).

Тенденция к обособлению первой части «О погоде» проявилась сравнительно рано: в Ст 1861, ч. 2 подзаголовок «Вступление к сатирам» заменяется другим — «Уличные впечатления», чем, конечно, придавалась большая самостоятельность и законченность первой части, но это справедливо объяснялось тем, что осуществление всего замысла затягивалось (ПССт 1967, т. II, с. 625).

В дни болезни Некрасова, когда он готовил то издание своих стихотворений, которому суждено было стать первым посмертным, надежд на завершение «О погоде» уже не оставалось. При таких обстоятельствах он вполне мог принять решение превратить их в самостоятельные произведения, т. е. сделать то, что уже сделал с другими частями номерного цикла. Некоторые основания для такого превращения несомненно имелись. Первая часть, представляя собой наблюдения автора в течение одного дня («Уличные впечатления»), что подчеркивалось первоначальным вариантом общего заглавия («С утра до ночи») и отразилось в заглавиях отдельных главок («Утренняя прогулка», «До сумерек», «Сумерки»), обладает определенной цельностью и законченностью. Вторая часть тематически несомненно связана с первой, однако при отсутствии четвертой (промежуточной) сатиры эта связь не может быть постигнута до конца, тем более что «Крещенские морозы» и «Кому холодно, кому жарко!» не являются (как сатиры первой части) картинами уличных впечатлений в строгом смысле слова. Но каждая из них обладает определенной законченностью и вполне достойна внимания в качестве самостоятельного произведения. При этом, конечно, остаются внутренние подспудные связи между сатирами обеих частей, но не большие, чем между другими частями замысла, обособленными автором и превращенными в самостоятельные произведения. Не случайно, может быть, и отсутствие подзаголовка «Часть первая» в Ст 1873, т. I, ч. 2.

Все эти соображения, однако, остаются гипотетическими, поскольку неизвестно, чем руководствовались А. А. Буткевич и С. И. Пономарев, превращая части «О погоде» в самостоятельные произведения, имелись ли какие-нибудь указания автора на этот счет.

Датируется «О погоде» в соответствии с авторскими пометками. Исходя из общей даты первой части в прижизненных изданиях (1858–1859), дату «27 декабря» под «Утренней прогулкой», опубликованной в январской книжке «Современника», следует отнести к 1858 г. Время создания последней главки — «Сумерки», — опубликованной в мартовской книжке того же журнала, проходившего цензуру 1 и 15 марта, — между 10 февраля и 15 марта 1859 г. Датировка второй части определяется следующими соображениями. К ст. 114 «Крещенских морозов» в рукописи имеется примечание автора: «Писано в разгар деятельности М. Н. Муравьева и М. Н. Каткова». Это дает основание утверждать, что работа над названной сатирой велась в 1863–1864 гг., может быть, еще вне связи с комментируемым циклом: общее заглавие «О погоде» и

404

примечание к № V вписаны позже. Подзаголовок «Часть вторая» отсутствует. Рукопись сильно правлена. В частности, центральный эпизод «Кому холодно, кому жарко!» (ст. 81–120 — о том, как «лихо потешились» франты над девушками-модистками) — на вставке: видимо, это писалось позже, чем остальной текст. Анализ рукописи привел М. Я. Блинчевскую к справедливому выводу, что работа над второй частью была продолжена и в 1865 г. (ПССт 1967, т. II, с. 625–626); при этом велась она, очевидно, непосредственно в процессе подготовки к печати. Конечные даты могут быть определены на основании цензурных разрешений февральской и мартовской книжек «Современника» 1865 г., где печатались главки второй части, — 12 марта и 21 апреля. Пометы на рукописи с просьбой вернуть «эти листы», по-видимому, свидетельствуют о намерении автора вернуться к работе над текстами второй части.

«О погоде» — одно из наиболее значительных произведений некрасовской урбанистической лирики, с характерным для Некрасова восприятием современного города как средоточия душераздирающих противоречий, контрастов и драм, вся тяжесть которых ложится на плечи социальных низов. Некрасовский урбанизм сложился очень рано, еще в его прозе первой половины и середины 1840-х гг., и наиболее полно выражен в незаконченном романе «Жизнь и похождения Тихона Тростникова» (1843–1848):

«Петербург — город великолепный и обширный! Как полюбил я тебя, когда в первый раз увидел твои огромные домы, в которых, казалось мне, могло жить только счастие <…> Но прошло несколько лет…

Я узнал, что у великолепных и огромных домов, в которых замечал я прежде только бархат и золото, дорогие изваяния и картины, есть чердаки и подвалы, где воздух сыр и зловреден, где душно и темно и где на голых досках, на полусгнившей соломе в грязи, стуже и голоде влачатся нищета, несчастье и преступление. Узнал, что есть несчастливцы, которым нет места даже на чердаках и подвалах, потому что есть счастливцы, которым тесны целые домы…

И я спустился в душные те подвалы, поднялся под крыши высоких домов и увидел нищету падающую и падшую <…> И сильней поразили меня такие картины, неизбежные в больших и кипящих народонаселением городах, глубже запали в душу, чем блеск и богатства твои, обманчивый Петербург! И не веселят уже меня твои гордые здания и всё, что есть в тебе блестящего и поразительного!..» (ПСС, т. VI, с. 262–263).

Отразившееся здесь восприятие столицы ляжет впоследствии в основу всей урбанистической лирики Некрасова. Из предшествующих «О погоде» стихотворений этого плана следует назвать прежде всего цикл «На улице» (1851), из последующих — «Утро» (1874). «О погоде» выделяется в этом ряду полнотой, всесторонностью и глубиной выражения некрасовского революционного урбанизма.

405

<Часть первая>

(С. 175)

Что за славная столица Развеселый Петербург! — Известен ряд вариантов песни, припевом к которой являются эти строки. Полемика с лакейским представлением о «развеселой» столичной жизни проходит через всю сатиру Некрасова (см. об этом: Гин М. М. Из истории борьбы Некрасова с ложной народностью. — Некр. сб., III, с. 280–285).

I

УТРЕННЯЯ ПРОГУЛКА

(С. 175)

Слава богу, стрелять перестали! — Выстрелами из пушек Петропавловской крепости население Петербурга оповещалось о подъеме воды и угрозе наводнения.

Там одной незаметной могилы… — Речь идет о могиле В. Г. Белинского, которая на протяжении многих лет была затеряна. Об этом Некрасов писал в стихотворении «Памяти Белинского», поэме «Белинский» (см.: Рейсер С. А. Революционные демократы в Петербурге. Л., 1957, с. 35–36).

II

ДО СУМЕРЕК

(С. 179)

Тесак — рубящее и колющее оружие с широким обоюдоострым клинком на крестообразной рукояти; находилось тогда на вооружении русской армии.

Под жестокой рукой человека… — Существует мнение о том, что стихи об избиваемой кляче представляют собой перевод одного из эпизодов стихотворения В. Гюго «Меланхолия» (см.: Русскоевропейские литературные связи. М. — Л., 1966, с. 133–135). Однако, как отметил Б. Я. Бухштаб, аналогичная сцена была описана Некрасовым еще в фельетоне «Литературной газеты» от 13 июля 1844 г. (см.: ПСС, т. V, с. 459, 626). Впоследствии образ коня-труженика, символизирующий труженика-мужика и восходящий в конечном счете к народной поэзии, пройдет через все творчество Некрасова. Не исключена возможность влияния Некрасова на других писателей, обращавшихся к этому образу, — Л. Н. Толстого («Холстомер»), М. Е. Салтыкова-Щедрина («Коняга»), Ф. М. Достоевского («Преступление и наказание»; первый сон Раскольникова), В. В. Маяковского («Хорошее отношение к лошадям»), еврейского писателя М. Мойхер-Сфорима («Кляча») (см. об этом: Гин М. Судьба одного сюжета. — В кн.: Гин М. Литература и время. Петрозаводск, 1969, с. 187–204).

406

Федотов П. А. (1815–1852) — художник-жанрист, прославившийся изображением быта городской бедноты, купечества и мещанства.

…бедняк-итальянец с фигурами… — продавец гипсовых статуэток. Итальянец с фигурами изображен в водевиле Некрасова «Актер» (1841). В статье Некрасова «Современные заметки» «итальянцы с гипсовыми фигурками» упоминаются в числе любимых действующих лиц водевилей 1840-х гг. (ПСС, т. IX, с. 553–554).

…рассыльный Минай с корректурами. — Очевидно, реальное лицо. Ему посвящена одна из «Песен о свободном слове» — «Рассыльный».

— Много было до сорок девятого; Отдохнули потом… да опять С пятьдесят этак прорвало с пятого… — Речь идет об эпохе цензурного террора (1848–1855), когда резко сократилась печатная продукция. В доцензурной редакции было сказано еще более опре= деленно: «Заколодило с сорок девятого; Отдыхали лет семь да опять…» (см.: Другие редакции и варианты, с. 306).

Я «Записки» носил с основания… — Журнал «Отечественные за писки» был основан в 1818 г. П. П. Свиньиным.

С «Современником» нянчусь давно… — «Современник» был ос нован в 1836 г. Пушкиным.

То носил к Александру Сергеичу… — к Пушкину.

А теперь уж тринадцатый год Всё ношу к Николай Алексеи чу, — На Литейной живет, — Николай Алексеич — Некрасов, редактировавший «Современник» с 1847 г. На Литейной улице (ныне Литейный проспект) Некрасов жил с 1857 г. до конца жизни, там же находилась редакция журнала.

Всё зарезать друг дружку стараются. — Речь идет о конку рентной полемике («битье по карману») — борьбе за подписчика (см. стихотворение «Деловой разговор» на с. 83–93 т. I наст. изд. и комментарий к нему).

Фрейганг А. И. (р. 1805) — цензор.

Объяви, говорит, ты Краевскому… — А. А. Краевский (1810–1889), с 1839 г. редактор-издатель «Отечественных записок».

Я хожу уж полвека без малого… — Здесь явный анахронизм «Современник» издавался Некрасовым с 1847 г. Время встречи рассказчика с Минаем («А теперь уж тринадцатый год Всё ношу к Николай Алексеичу…»), следовательно, приурочено к 1859 г. — году опубликования первой части «О погоде». Между тем к 1859 г, со времени смерти «царицы» (Екатерины II, умершей в 1796 г.), при которой Минай, по его словам, уже ходил с корректурами, прошло не «полвека без малого», а более 60 лет. И даже сменивший ее Павел I тоже более полувека назад сошел в могилу (см. об этом: Гин М. От факта к образу и сюжету. М., 1971, с. 248–249).

Знал Булгарина, Греча, Сенковского, у Воейкова долго служил… — О Булгарине и Грече см. на с. 436–438 наст. тома комментарий к стихотворению «Молодое поколение своему Зоилу». О. И. Сенковский (1800–1858) — журналист, писатель, историк, редактор «Библиотеки для чтения»; А. Ф. Воейков (1779–1839) — поэт, переводчик и журналист.

407

III

СУМЕРКИ

(С. 184)

Там торчит Веллингтонов сапог… — Сапог для верховой езды на вывеске сапожника.

Там с открытою грудью Диана… — Восковой манекен в витрине парикмахерской.

Ты знаком уже нам, петербургский бедняк… — В. Е. ЕвгеньевМаксимов утверждает, что здесь имеется в виду альманах Некрасова «Физиология Петербурга» (см.: Евгеньев-Максимов В. Е. Жизнь и деятельность Н. А. Некрасова, т. 3. М, 1952, с. 396). Речь, однако, идет о «ловкой кисти», т. е. об одном авторе «модной книги». «Физиология Петербурга» — сборник, созданный коллективом авторов. Скорее, Некрасов имеет в виду другую популярнейшую книгу 1840-х гг. — роман Ф. М. Достоевского «Бедные люди».

Часть вторая

I

КРЕЩЕНСКИЕ МОРОЗЫ

(С. 187)

Ежедневно газетная проза… — Впечатление «газетности» некрасовской сатиры, создававшееся этими ссылками на «газетную прозу» и вовлечением в орбиту наблюдения рядовых фактов повседневности, было так велико, что реакционная критика трактовала его творчество как «поэзию журнальных мотивов» (так называлась статья В. Г. Авсеенко о Некрасове). В действительности это была мнимая «газетность», нарочитый литературный прием: факты, по поверхности которых скользили газетный фельетон и газетная хроника, поднимались поэтом на недосягаемую высоту осмысления (см.: Гин М. М. О так называемой «газетности» Некрасова. — В кн.: Журналистика и литература. Под ред. Э. А. Лазаревич. М., 1972, с. 126–137).

Самоед на Неве удивляется… — Самоедами тогда называли ненцев. Два-три ненецких семейства зимой приезжали в Петербург на заработки и устанавливали свой чум на льду Невы. Это неизменно отмечалось газетной и журнальной хроникой (см.: С, 1859, № 2, с. 414; Петербургский листок, 1865, 10 янв.).

Вспомним — Бозио. — Итальянская певица Анджелина Бозио (1824–1859) с 1856 г. с большим успехом выступала на Петербургской оперной сцене; весной 1859 г. умерла от простуды.

…известья из Вильно… — Под заглавием «Из Вильно» печатались газетные сообщения о ходе подавления восстания 1863 г.: Вильно было административным центром Северо-Западного края и штаб-квартирой генерал-адъютанта М. Н. Муравьева-Вешателя (1796–1866), кровавого усмирителя и жестокого палача восставших.

408

…статьи из Москвы… — Передовицы газеты «Московские ведомости» М. Н. Каткова (1818–1887), горячего сторонника и трубадура свирепых расправ Муравьева-Вешателя с восставшими.

II

КОМУ ХОЛОДНО, КОМУ ЖАРКО!

(С. 191)

…над Думой Показались два красных шара… — Деревянные красные шары над Думой были сигналами пожара, их количество обозначало часть города, где возник пожар. Обещание взглянуть на пожары, которым заканчивается сатира, свидетельствует о намерении коснуться острейшей темы.


О погоде (Комментарии) // Некрасов Н.А. Полное собрание сочинений в 15 томах. Л.: «Наука», 1981. Т. 2. С. 401-409.
© Электронная публикация — РВБ, 2018-2021. Версия 0.1 от 10 декабря 2018 г.