С. 23. ...стрюцкие.— Подлые, дрянные, презренные люди (см.: Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. М., 1955. Т. 4. С. 346). См. статью «Что значат слова „стрюцкие“?» в ноябрьском выпуске «Дневника» за 1877 г. (гл. I).

С. 24. Еще до Петра, при московских еще царях и патриархах, один тогдашний молодой московский франт ~ прицепил европейскую шпагу.

552

Достоевский мог иметь в виду родственника царя Алексея Михайловича Н. И. Романова, князя А. М. Кольцова-Мосальского, а также князя В. В. Голицына (1643—1714), фаворита Софьи Алексеевны.

С. 24. Мы с восторгом встретили пришествие Руссо и Вольтера... — Достоевский имеет в виду отношение к Руссо и Вольтеру подавляющего большинства русского образованного дворянства и даже венценосных особ (Екатерина II). Вместе с тем здесь содержится, по-видимому, персональный намек на Карамзина, который, вспоминая о своем пребывании в Швейцарии, писал в статье «Несколько слов о русской литературе»: «Автор совершает поездки в Савойю, в Швейцарию; ему кажется, что на острове св. Петра он видит тень Ж.-Ж. Руссо, в экстатическом состоянии беседует с нею и возвращается в Женеву — читать продолжение „Исповеди“, которое только что вышло в свет. Он неоднократно посещает Фернейский замок, откуда некогда лились лучи просвещения, рассеявшие в Европе тьму предрассудков, где загорелись лучи остроумия и чувства, заставлявшие то плакать, то смеяться всех современников» (Карамзин Н. М. Избранные соч.: В 2 т. М., 1958. Т. 2. С. 150).

С. 24. ...мы с путешествующим Карамзиным умилительно радовались созванию «Национальных штатов» в 89 году... — О сочувственном отношении Карамзина к Великой французской буржуазной революции 1789—1793 гг. Достоевский узнал, по всей вероятности, в 1866 г., когда были опубликованы письма Карамзина к поэту И. И. Дмитриеву. В одном из писем (от 16 ноября 1797 г.) сообщалось: «Издатель французского „Северного зрителя“ (французский журнал «Spectateur du Nord, издававшийся в Гамбурге.— Ред.) требовал от меня чего-нибудь. Я послал к нему. „Un mot sur la litterature russe“ («Несколько слов о русской литературе».— Ред.). Письмо мое напечатано в октябре месяце журнала; но я не имею еще этой книжки» (Письма Н. М. Карамзина к И. И. Дмитриеву. СПб., 1866. С. 82). В письме Карамзина от 18 января 1798 г. вновь сообщалось: „У меня нет копии с письма моего к издателю французского „Северного зрителя“; оно напечатано в октябре месяце журнала <...> Издатель и читатели довольны...» (там же. С. 91). Это-то «письмо», а по существу статья, перепечатанная в самом конце «Писем Н. М. Карамзина к И. И. Дмитриеву» (с. 473—483), и содержало несколько сочувственных суждений о революционной Франции и ее политических учреждениях (о себе как авторе «Писем русского путешественника» Карамзин всюду говорит в третьем лице): «О французской революции он услышал впервые во Франкфурте-на-Майне; известие это его чрезвычайно волнует <...> он спешит в Швейцарию, чтобы там вдохнуть воздух мирной свободы <...> Наконец, автор прощается с прекрасным Женевским озером, прикрепляет к шляпе трехцветную кокарду, въезжает во Францию, некоторое время живет в Лионе <...> и, наконец, надолго останавливается в Париже <...> Наш путешественник присутствует на бурных заседаниях в Народном собрании, восхищается талантами Мирабо, отдает должное красноречию его противника аббата Мори и сравнивает их с Ахиллесом и Гектором <...> И, наконец, автор собрался рассказать о революции... Можно было бы ждать пространного письма, но в нем всего несколько строчек; вот они: „Французская революция относится к таким явлениям, которые определяют судьбы человечества на долгий ряд веков. Начинается новая эпоха. Я это вижу, а Руссо предвидел. Прочтите одно замечание в „Эмиле“, и книга выпадет у вас из рук. Я слышу пышные речи, за и против; но я не собираюсь подражать этим крикунам. Признаюсь, мои взгляды на сей предмет недостаточно зрелы. Одно событие сменяется другим, как волны в бурном море; а люди уже хотят рассматривать революцию как завершенную. Нет. Нет. Мы еще увидим множество поразительных явлений.

553

Крайнее возбуждение умов говорит за то. Я опускаю занавес» (Карамзин Н. М. Избранные соч.: В 2 т. М., 1958. Т. 2. С. 149, 150, 151—153).

С. 24. Даже самые «белые» из русских у себя в отечестве становились в Европе тотчас же «красными»... — Одним из таких «красных», в глазах Достоевского, был Карамзин — автор «Писем русского путешественника» и корреспондент французского журнала «Spectateur du Nord». Но главным образом сарказм Достоевского направлен не на Карамзина, а на тех русских (по преимуществу вельмож екатерининского времени и их потомков), которые, попав за границу, слепо перенимали западноевропейские идеи, нравы и обычаи. Так, в «Письмах русского путешественника» приведено следующее высказывание немецкого писателя X. М. Виланда о графе А. П. Шувалове (1744—1789): «Я видел вашего Ш<увалова>, острого человека, напитанного духом этого старика (указывая на бюст Вольтеров). Обыкновенно ваши единоземцы стараются подражать французам...» (там же. С. 176—177). Современник Достоевского, Дмитрий Кобеко, приведя эту цитату из «Писем русского путешественника», резюмировал в своей статье «Ученик Вольтера граф Андрей Петрович Шувалов»: «...все общество, которое окружало императрицу, Строгановы, Шуваловы и Чернышевы, были тем же, чем они и остались — garcons perruquiers de Paris (выучениками парижских парикмахеров.— Ред.)» (Рус. архив. 1881. Т. 3. № 2. С. 273—274).

С. 25. Наши помещики продавали своих крепостных крестьян и ехали в Париж издавать социальные журналы... — Намек прежде всего на А. И. Герцена, который, покинув Россию и обосновавшись сначала в Париже, помогал Пьеру Жозефу Прудону (1809—1865) в издании газеты «La voix du peuple» («Голос народа», 1849—1850). Герцен внес за Прудона крупный, по существу безвозвратный денежный залог (24 000 франков), без которого издание по тогдашним стеснительным французским законам было невозможно, и напечатал в этой газете несколько своих статей (см.: Герцен А. И. Полн. собр. соч.: В 30 т. М., 1950. Т. 10. С. 184—195). Как бы заранее отклоняя упреки, подобные этому, Герцен писал в одной из глав «Былого и дум»: «Глупо или притворно было бы в наше время денежного неустройства пренебрегать состоянием. Деньги — независимость, сила, оружие. А оружие никто не бросает во время войны, хотя бы оно и было неприятельское, даже ржавое. Рабство нищеты страшно, я изучил его во всех видах, живши годы с людьми, которые спаслись в чем были от политических кораблекрушений. Поэтому я считал справедливым и необходимым принять все меры, чтоб вырвать что можно из медвежьих лап русского правительства» (там же. С. 132).

По-видимому, наряду с Герценом Достоевский имел в виду и Тургенева. Об этом свидетельствует обращенная к Тургеневу фраза в записной тетради 1875—1876 гг.: «Вы выпродали имение и выбрались за границу, тотчас же как вообразили, что что-то страшное будет» (см.: XXIV, 74).

С. 25. ...а наши Рудины умирали на баррикадах. — Сценой гибели Рудина на парижских баррикадах роман Тургенева (1855) был дополнен в издании 1860 г. Упоминая о «наших» Рудиных, Достоевский намекал, по всей вероятности, и на М. А. Бакунина (главный прототип Рудина), принявшего активное участие в дрезденском восстании 1848 г.

С. 26. ...в ней всё Афетово племя, а наша идея объединение всех наций этого племени, и даже дальше, гораздо дальше, до Сима и Хама. — Идею о всемирном братстве человечества Достоевский выражает здесь, обращаясь к библейским образам и представлениям. Согласно библейской легенде, рассказанной в «Первой книге Моисеевой» («Бытие»), у Ноя, спасенного богом от всемирного потопа, было три сына. По окончании потопа старший сын Ноя Сим стал родоначальником семитических

554

 племен и народов, потомки Хама, второго по старшинству сына, заселили Африку, а из потомков Иафета, самого младшего сына Ноя, образовалась индо-европейская раса, в состав которой вошли и европейские народы — «всё Афетово племя», по определению Достоевского.


Батюто А.И., Берёзкин А.М. Комментарии: Ф.М.Достоевский. Дневник писателя. 1877. Январь. Глава вторая. II. Мы в Европе лишь стрюцкие // Ф.М. Достоевский. Собрание сочинений в 15 томах. СПб.: Наука, 1995. Т. 14. С. 552—555.
© Электронная публикация — РВБ, 2002—2019. Версия 3.0 от 27 января 2017 г.