РВБ: В.Т. Нарежный. Собрание сочинений в 2 томах. Версия 1.0 от 17 апреля 2002 г.

Бурсак
Малороссийская повесть

Впервые: «Бурсак, малороссийская повесть, сочинение Василия Нарежного», ч. 1—4. М., 1824. В изданном посмертно Собрании сочинений — «Романы и повести, сочинения Василия Нарежного», СПб., 1835—1836 — «Бурсак» занял первые два тома.

Впоследствии произведение неоднократно переиздавалось отдельно и включалось в оба вышедшие в советское время сборники «Избранные сочинения» (1956) и «Избранные романы» (1933).

«Бурсак» при своем появлении был сочувственно встречен критикой. Анонимный рецензент журнала «Благонамеренный» писал: «Русский оригинальный роман есть необыкновенное явление в нашей словесности, несмотря на то что у нас около полутора тысячи романов, по каталогам наших книгопродавцев; большая часть переводы; русских же, оригинальных... едва наберется сто романов; и те, за небольшим исключением, можно причислить к самым плохим переводам... Жалеть о том бесполезно! Утешимся надеждою на будущее: может быть, и у нас появятся свои Фильдинги, Лафонтены и Скотты — а до того времени предлагаем любителям чтения новый роман г. Нарежного «Бурсак»... Ручаемся, что многие прочтут его с удовольствием... Характеры действующих

468

лиц оттенены превосходно — особливо характер гетмана. Всего любопытнее в этой повести место происшествия: Малороссия, обычаи малороссийские, гетманский двор, шляхетство, сечь Запорожская, и пр. — описаны превосходно» («Благонамеренный», 1824, ч. XXVII, № XVI, с. 274—275). Рецензент считает, однако, что слог романа «не везде довольно обработан». Поясняя этот упрек, «издатель», то есть А. Измайлов, отмечает, что автор «с излишнею подробностию описывает мелочи, недостойные внимания просвещенных читателей,— беспрерывно появляются на сцену сулеи, чарки, вишневка и пенник». В качестве недостатка отмечено и то, «что все лица в этом романе имеют необыкновенные имена: Сарвилл, Далмат, Авдон, Мукон, Мелитон, Куфий... даже названия селений весьма странны: село Глупцово, село Швитково, сельцо Мигуны...» (там же, с. 282).

Как удачный опыт оригинального русского романа оценили «Бурсака» журналы «Литературные листки» (1824, ч. IV, № XIX « XX, с. 49), «Сын отечества» (1824, ч. 97, № XLI, с. 37—38), повторив в то же время обычные в отношении Нарежного упреки в недостатке вкуса, неправильности языка и т. д.

Другой рецензент уже упоминавшегося выше «Благонамеренного» назвал произведение историческим романом: «...В этом истинно самом лучшем у нас и, можно сказать, историческом романе — изъяснимся языком наших романтиков — очень много местности и народности» («Благонамеренный», 1824, ч. XXVII, № XV, с. 216).

В новом свете предстал роман Нарежного с появлением первых произведений Гоголя: критика тотчас обратила внимание на ряд перекличек и параллелей. Так, А. Я. Стороженко (Царынный) в статье «Мысли малороссиянина, по прочтении повестей пасичника Рудаго-Панька...» отметил верное и яркое изображение Нарежным старой бурсы. «Я видел одного умного, почтенного старика протопопа, который, читая «Бурсака», то смеялся, то плакал от избытка чувств и душевного умиления. Старик сознавался, что в бурсаке он видел почти самого себя и что, воспоминая учение свое в Переяславской бурсе, казалось, делался моложе годами 60-тью. «Бурсак», говорил он, списан Нарежным с натуры» («Сын отечества и Северный архив», 1832, № II, с. 103). О сходстве описания бурсы в романе Нарежного и в гоголевском «Вне» писал в 1835 году Белинский в статье «О русской повести и повестях г. Гоголя» (см.: В. Г. Белинский. Полн. собр. соч., т. I. M., АН СССР, 1953, с. 304).

«Бурсака» и «Двух Иванов...» Белинский причислял к лучшим романам Нарежного, положившим начало истории этого жанра в русской литературе (см.: В. Г. Белинский. Полн. собр. соч.,

469

т. VIII, с. 53). В то же время с позиций более зрелого развития русского реализма критик отмечал в романе «бедность внутреннего содержания» (там же, т. V, с. 564) и традиционность «завязки и развязки» (там же, т. IX, с. 642).

Высоко оценил произведение Нарежного Н. А. Добролюбов. В его статье, публикуемой под условным названием «О русском историческом романе», говорится: «Честь создания русского романа принадлежит Нарежному... Его «Бурсак» и «Два Ивана» до сих пор не потеряли цены своей...» (Н. А. Добролюбов. Собр. соч. в 9-ти томах, т. I. М.— Л., «Художественная литература», 1961, с. 96).

В 60-е годы прошлого века и позднее, вплоть до нашего времени, критики и литературоведы продолжали сопоставлять «Бурсака» с произведениями Гоголя. В 1861 году А. Григорьев писал в статье «Западничество в русской литературе»: «Разве в Нарежном, например (в особенности в «Бурсаке» его), но видать тех элементов, из которых слагаются потом у Гоголя «Вий», «Тарас Бульба» и т. д.? Перечтите хоть изображение жизни бурсы в «Бурсаке» и сравните с ним изображение Гоголя в упомянутых повестях...» (Аполлон Григорьев. Эстетика и критика. М., «Искусство», 1980, с. 228). А. Галахов, говоря о традиционности романа, о том, что по своей запутанности похождения Неона напоминают «Непостоянную фортуну, или Похождения Мирамонда» Ф. Эмина, также выделял в романе Нарежного описание бурсы: «Здесь много верных, очень комических сцен из бурсацкой жизни, изображение которой достигло высшего комизма под пером Гоголя. Но за Нарежным остается честь почина в ознакомлении читателей с предметом, до него почитавшимся недостойным литературной сферы или карикатурно выходившим на сцену в одних театральных пиесах» (А. Галахов. История русской словесности, древней и новой. Т. П. Первая половина. СПб., 1868, с. 183).

Большой интерес к произведению Нарежного проявил молодой Достоевский. А. М. Достоевский, характеризуя круг чтения будущего писателя, вспоминал: «Любил также брат Федор и повести Нарежного, из которых «Бурсака» перечитывал неоднократно,» («Ф. М. Достоевский об искусстве». М., «Искусство», 1973, с. 485).

Василий Михайлович Федоров, которому посвящено произведение, был драматургом и поэтом. Служил чиновником в Москве, а затем в Петербурге.

Стр. 8. Келейник — здесь: прислужник при ректоре.

Стр. 10. ...латинскою книгою на польском языке...— Такие издания были распространены в России, особенно на Украине. Сравним

470

свидетельство Н. И. Надеждина в его статье «Европеизм и народность в отношении к русской словесности» (1836): «За несколько лет я имел обязанность пересмотреть огромную библиотеку одного духовного училища и между старыми книгами нашел множество избитых экземпляров латинской грамматики... изданной на польском языке. Эти книги, очевидно, были учебные; итак, русское духовенство училось латыни по-польски!» (Н. И. Надеждин. Литературная критика. Эстетика. М., 1972, с. 412).

Стр. 12.Префект.— Здесь: инспектор духовной семинарии.

Стр. 15. Сняв бриль...— Бриль — шляпа.

Стр. 17. Кисы их были довольно наполнены...— Киса — кошель или мешок, затягиваемый шнурком.

Стр. 18. ...сделаешься нарядным плутом.— Нарядный плут — здесь: человек, получивший наряд (поручение) сплутовать, обмануть кого-либо; то есть плут не по воле, не по наклонностям.

Стр. 31. ...кроме плохой свиты...— Свита — здесь: вид верхней длинной одежды.

...а иногда и проворили...— Проворить — здесь: воровать, что-либо ловко добывать.

Стр. 32. ...доводит отца моего до вод Стигийских? — Стигийские воды — в древнегреческой мифологии воды реки Стикс, протекающей в подземном царстве. В подземное царство умерших переправляет на своем челноке перевозчик Харон, сын Ночи,

Стр. 59. ...сей устарелой Ириде...— Ирида — в древнегреческой мифологии — богиня радуги, крылатая вестница богов.

Стр. 74. ...а особливо тебе, старый фалалей...— Фалалей — простофиля; фетюк.

Стр. 81. ...Артемида... дошед до кущи пастуха Эндимиона...— Подразумевается древнегреческий миф о том, как богиня луны Селена полюбила прекрасного пастуха Эндимиона, спавшего непробудным сном. Иногда Селена сходила к юноше, гладила его волосы, тщетно пытаясь его разбудить. Нарежный упоминает не Селену, а Артемиду, видимо, потому, что последняя также считалась богиней лупы.

Стр. 87. Комолый — безрогий.

Стр. 95. ...красною крашенинною занавесью...— Крашенина — грубое крашеное полотно.

Стр. 96. ...из монастыря выгнали шелепами...— Шелеп — плеть, кнут.

Стр. 99. ...отбирал деньги у питухов...— Питух — пьяница, выпивоха.

Стр. 102. ...я высуслил примерно чарки две запеканной...— Суслить — медленно пить, причмокивая. Запеканная, запеканка — здесь: водка с медком, настоянная на пряностях в печи.

471

Стр. 105. ...отлетала так, как тень Евридики от певца Орфея...— В древнегреческой мифологии чудесный певец Орфей спустился в подземное царство, чтобы вернуть умершую жену Эвридику. Своим пением ему удалось очаровать богов, и Аид, властелин подземного царства, согласился возвратить Эвридику, но с одним условием: Орфей ни в коем случае не должен оглядываться на следующую за ним жену. Орфей нарушил этот запрет, оглянулся — и Эвридика осталась в подземелье.

Стр. 107. ...еломок на целые полвершка поднялся выше.- Еломок — шапочка у евреев, ермолка.

Стр. 108. ...подобна жалкой участи дочери Рагуиловой...— Согласно библейской легенде в дочь Рагуила Сарру, жену Товия, влюбился демон (Книга Товит, 6, 13—18).

Стр. 117. ...прожили Мафусаиловы лета.— Согласно библейскому мифу древнееврейский патриарх Мафусаил прожил 969 лет.

Стр. 132. ...Сегодня середа... нам же хотелось бы поесть чего-нибудь рыбного...— Православная церковь устанавливала в среду однодневный пост в связи с тем, что Христос в этот день был предан Иудой на страдание и смерть.

Стр. 150. ...о настоящих своих [делах]...— Слово, взятое в квадратные скобки, отсутствует в прижизненном издании.

Стр. 153. ...сын Евера...— Евер — прародитель патриарха Авраама. Существовала точка зрения, что слово «евреи» происходит от Евера.

Стр. 155. ...подавилась купели Силуамской...— Согласно библейской легенде в купальню Силоамскую в Иерусалиме по временам сходил ангел и «возмущал воду, и кто первый входил в нее по возмущении, тот выздоравливал, какою бы ни был одержим болезнью» (Евангелие от Иоанна, 5, 4).

Стр. 171. ...читать... Книгу Иова, Плач Иеремии и Екклезиаста.— Все эти книги входят в Ветхий завет.

Стр. 175....погибель сарматов...— Сарматы — здесь:поляки.

Стр. 181. ...роскошный червец начал дышать под безоблачным небом...— Червец — по-украински — июнь.

Стр. 182. ... Vanitas vanitatum et omnia sunt vanitas (суета суетств и всяческая суета) — выражение из Библии, Екклезиаст, 1, 2. Суета суетствий (суетств) — церковнославянская форма «суеты сует».

Стр. 184. ...тот из семи мудрецов древности...— По преданию, семь мудрецов Древней Греции (Фалес, Питтак, Биант, Солон, Клеобул, Мисон и Хилон), сойдясь в храме Аполлона в Дельфах, написали: «Познай самого себя». Предание это рассказал Платон в диалоге «Протагор».

472

Стр. 200. Божусь тебе десятисловием...— Подразумеваются «10 заповедей», скрижали с которыми, согласно библейской мифологии, были даны богом вождю израильских племен Моисею.

Стр. 211. ...не будет ни шелеха денег...— Шелег — неходячая монета, бляшка, употребляемая для счета или как игрушка.

Стр. 230. ...приняв вид сатира Марсиаса, с которого Аполлон сдирает кожу — то есть вид страдальца. (Подразумевается древнегреческий миф о том, как играющий на кифаре Аполлон победил в состязании флейтиста Марсия и, чтобы наказать его за дерзость, привязал к дереву и с живого содрал кожу.)

...как обнимал древний Иксион волоокую Юнону...— Согласно древнегреческому мифу, царь лапифов Иксиои влюбился в богиню Геру (в древнеримской мифологии Юнону) и стал преследовать ее. Решив обмануть Иксиона, Зевс вместо Геры вывел к нему похожее на нее облако.

Стр. 238. ...как соименный мне спартанец...— Подразумевается спартанский царь Леонид (508/507—480 до н. э.), прославившийся своей храбростью и отвагой.

 

 

Воспроизводится по изданию: В.Т. Нарежный. Собрание сочинений в 2 томах. М.: «Художественная литература», 1983.

© Электронная публикация — РВБ, 2003—2019.
РВБ