«Скоро стану добычею тленья…»

(С. 176)

Печатается по ПП, с. 14, с восстановлением ст. 14 («Пали жертвой насилья, измен» вместо «Пали жертвою злобы, измен») по наборной рукописи.

Впервые опубликовано: ОЗ, 1877, № 1, с. 281, с подписью: «Н. Н.» и изменением по цензурным причинам ст. 14 (перепечатано: ПП).

В собрание сочинений включено: Ст 1879, т. III. В прижизненные издания «Стихотворений» Некрасова не входило.

Автографы: 1) первоначальная редакция, с датой: «1874» и пометой Некрасова: «Стих<отворения> Некр<асова>. Часть VI. На последнюю страницу в 1-м отделе», свидетельствующей о том, что стихотворение предназначалось для Ст 1874, где не появилось по неизвестным причинам, — ЦГАЛИ, ф. 338, оп. 1, № 25, л. 1 (опубликована: ПССт 1927, с. 545); 2) наборная рукопись — ГБЛ, ф. 195, п. 1, № 26, л. 1 (опубликована: ПСС, т. II, с. 608).

Стихотворение послужило поводом для адреса, преподнесенного Некрасову в начале февраля 1877 г. студенческой молодежью. В нем, в частности, говорилось:

«Прочли мы твои „Последние песни“, дорогой наш, любимый Николай Алексеевич, и защемило у нас сердце: тяжело читать про твои страдания, невмоготу услышать твое сомнение: „Да и некому будет жалеть…“

Мы пожалеем тебя, любимый наш, дорогой певец народа, певец его горя и страданий; мы пожалеем того, Кто зажигал в нас

474

эту могучую любовь к народу и воспламенял ненавистью к его притеснителям.

Из уст в уста передавая дорогие нам имена, не забудем мы и твоего имени и вручим его исцеленному и прозревшему народу, чтобы знал он и того, чьих много добрых семян упало на почву народного счастья.

Знай же, что ты не одинок, что взлелеет и возрастит семена всей душой тебя любящая учащаяся молодежь русская» (Книга и революция, 1921, № 2, с. 55).

Стихотворение вызвало ряд студенческих поэтических откликов: «Не говори, что ты сойдешь в могилу Никем не оценен и не любим…» (Н, 1877, 30 янв., № 5); «Напрасно мнил, что ты и жил И умираешь нелюбим…» (СПбВ, 1877, 10 марта, № 69). По поводу этих откликов в статье «Поэт народной скорби» еженедельника «Наш век» говорилось: «Сколько мы помним, в нашей общественной жизни не была еще проявлена так ярко связь между писателем и публикой. Тут почувствовалась нота давнишнего сердечного понимания» (Наш век, 1877, № 13).

Достоевский писал по поводу ст. 13–16 в январском номере «Дневника писателя» за 1877 г.: «На страдальческой своей постели он (Некрасов, — Ред.) вспоминает теперь своих отживших друзей. Тяжелое здесь слово это: укоризненно. Пребыли ли мы „верны“, пребыли ли? Всяк пусть решает на свой суд и совесть» (Достоевский Ф. М. Полн. собр. художеств. произв., т. XII. М. — Л., 1930, с. 33).

Тяжело умирать, хорошо умереть… — мысль, близкая признанию Г. Гейне: «…ужасно умирание, если смерть вообще существует» (из письма Гейне к Ю. Кампе от 1 сентября 1846 г.: Гейне Г. Собр. соч. в 10-ти т., т. XI. М., 1959, с. 202). По воспоминаниям П. И. Вейнберга, больной Некрасов настойчиво просил его рассказать о предсмертной болезни Гейне. Когда, по словам Вейнберга, он упомянул, что Гейне «в дни его страданий находил ужасным „не смерть <…>, а умирание“, — Некрасов „вдруг“ воскликнул: „Как! Гейне сказал это?.. Удивительно! Да ведь это почти слово в слово мой стих, недавно написанный…“» (Некр. в восп., с. 466).

… на меня их портреты… — Над постелью Некрасова висели портреты Н. А. Добролюбова и Адама Мицкевича; однако смысл этих слов, очевидно, шире: имеются в виду духовные наставники и соратники поэта.

Другие редакции и варианты

Старый дом, позабытый с рожденья! — Реминисценция из стихотворения Н. П. Огарева «Старый дом».


Н.А. Некрасов. «Скоро стану добычею тленья…» (Комментарии) // Некрасов Н.А. Полное собрание сочинений в 15 томах. Л.: «Наука», 1981. Т. 3. С. 474-475.
© Электронная публикация — РВБ, 2018-2020. Версия 0.1 от 10 декабря 2018 г.