1. Написано в 1815 г. Впервые: BE. 1816. Ч. LXXXVII, № 11. С. 181—183. С незначительными разночтениями: СОРСП. Спб., 1816. Ч. V. С. 109—110; О. Ч. II. С. 72—74. Подражание элегии Ш.-Ю.Мильвуа (Millevoye, 1782—1816) «Падение листьев» («La Chute des feuilles», 4 варианта, 1811—1815). Стихотворные версии этой же элегии публиковали М.В.Милонов (1812), В.Н.Григорьев (1820), В.И.Туманский (1823), Е.А.Баратынский (1823, 1827) и С.Степанов (1825, 1839). А.С.Пушкин считал батюшковское подражание «неудачным» (Пушкин. С. 263). О восприятии «Падения листьев» в России см.: Barrat G.R. C.H.Millevoye in Russia // Revue de littérature comparée. 1979. T. LIII, № 2 (210). P. 159—162; Заборов П.Р. Шарль Мильвуа в русских переводах и подражаниях первой трети XIX века. Л., 1983. С. 104—113; ФЭ. С. 640—642; Вацуро В.Э. Лирика пушкинской поры: «Элегическая школа». СПб., 1994. С. 203—212. О Батюшкове и Мильвуа см. примеч. ?? к стихотворению «Гезиод и Омир, соперники».
  2. Действие стихотворения Мильвуа происходит осенью (ср. начальные строки элегии в переводе М.В.Милонова: Рассыпан осени рукою // Лежал поблекший лист кустов). «В экспозиции <элегий Мильвуа и Батюшкова> ясно читается метафорическая основа; метафора выстраивается по аналогии или по контрасту: увядание (расцвет) природы — увядание жизни. В "Последней весне" Батюшков предпочел контрастную метафору и заменил осень оригинала весной» (Вацуро В.Э. Лирика пушкинской поры: «Элегическая школа». СПб., 1994. С. 206; ср.: Serman I.Z. Konstantin Batyushkov. New York, 1974. P. 118—120).
  3. Филомела — во французском оригинале le rossignol 'соловей' (стих 4). Древнегреческий миф о Филомеле и Прокне, изложенный в «Метаморфозах» Овидия (6.424—670), Батюшков пересказывает в примечании к басне «Филомела и Прогна. (Из Лафонтена)»: «Филомела и Прогна, дочери Пандиона. Терей, супруг последней, влюбился в Филомелу, заключил ее в замок, во Фракии находящийся, обесчестил и отрезал язык. Боги, сжалившись над участию несчастных сестер, превратили Филомелу в соловья, а Прогну в ласточку» (ВЕ. 1811. Ч. LX, № 23. С. 186). Существовала и другая версия античного мифа, согласно которой «Прокна превратилась в соловья, Филомела же — в ласточку» (Apollod. 3.14.8).
  4. Певец любви — Мильвуа называет своего героя un jeune malade 'юный больной' (стих 6; ср. в подражании Батюшкова: бедный юноша, стих 40). В стихотворении Батюшкова главный персонаж становится поэтом (ср. заглавие другой популярной элегии Мильвуа — «Le Poète mourant» = «Умирающий поэт»). О значимости такой замены в контексте русской литературы этого периода см.: Топоров В.Н. Младой певец и быстротечное время: (к истории одного образа в русской поэзии XIX века) // Russian Poetics. Columbus, Ohio, 1983. P. 423—426 (UCLA Slavic Studies; Vol. 4).
  5. Эпидавра прорицанье — переводческая неточность; в подлиннике: Fatal oracle d'Epidaure = Роковой оракул Эпидавра (стих 13). Существительное oracle / оракул означает 'прорицание' и 'прорицатель'. В последнем значении это слово употреблено у Мильвуа: оракул (прорицатель) Эпидавра — «врач; близ древнегреч<еского> города Эпидавра находился храм бога врачевания Асклепия» (ФЭ. С. 641). Ср. этот же фрагмент в переводе М.В.Милонова: О Эпидавра прорицатель! // Ужасный мне твой внятен глас: // «Долин отцветших созерцатель, // Ты здесь уже в последний раз!»
  6. Гальциона — зимородок (греч. 'αλκυων; ср. «Тень друга», стих 3). В подлиннике Мильвуа эта птица не упоминается. Миф о Гальционе (Алкионе), супруге фессалийского царя Кеика, превратившейся в зимородка, рассказан в «Метаморфозах» Овидия (11.270—748); ср. примеч. 3.
  7. Делия — см. примеч. 6 к стихотворению «Элегия из Тибулла. Вольный перевод»; здесь — условно-поэтическое имя (во французском оригинале оно отсутствует).
  8. О вариациях мотива «забытой могилы» в русских переводах «Падения листьев» см.: Вацуро В.Э. Лирика пушкинской поры: «Элегическая школа». СПб., 1994. С. 210—211.

И.А. Пильщиков. Комментарии к «Опытам в Стихах и Прозе» К.Н. Батюшкова.
© Электронная публикация — РВБ, 1999–2018. Версия 2.0 от 4 сентября 2017 г.

Загрузка...