Обнаружен блокировщик рекламы! Пожалуйста, прочтите это сообщение.

Мы обрнаружили, что вы используете AdBlock Plus или иное программное обеспечение для блокировки рекламы, которое препятствует полной загрузке страницы. 

Пожалуйста, примите во внимание, что реклама — единственный источник дохода для нашего сайта, благодаря которому мы можем его поддерживать и развивать. 

Пожалуйста, добавьте rvb.ru в белый список / список исключений вашего блокировщика рекламы или вовсе отключите его. 

 

×


БЕЛЫЕ НОЧИ

Впервые опубликовано в журнале «Отечественные записки» (1848. № 12) с подписью: Ф. Достоевский и с посвящением другу молодости Достоевского поэту А. Н. Плещееву.

Размышления о типе петербургского «мечтателя» занимают важнейшее место в творчестве Достоевского 1840-х годов (см. вступительную статью в т. 1 наст. изд.): «В характерах, жадных деятельности, жадных непосредственной жизни, жадных действительности, но слабых, женственных, нежных, — писал Достоевский в «Петербургской летописи» (наст. том С. 31), — мало-помалу зарождается то, что называют мечтательностию, и человек делается не человеком, а каким-то странным существом среднего рода — мечтателем».

В герое «Белых ночей» явственны автобиографические элементы: «...все мы более или менее мечтатели!» — писал Достоевский в конце четвертого фельетона «Петербургской летописи», а в конце позднейшего фельетона «Петербургские сновидения в стихах и в прозе» (1861) вспоминал о своих «золотых и воспаленных грезах», очищающих душу и необходимых художнику. По героико-романтическому настроению рассказ его близок видениям героя «Белых ночей»: «Прежде в юношеской фантазии моей я любил воображать себя иногда то Периклом, то Марием, то христианином из времен Нерона, то рыцарем на турнире, то Эдуардом Глянденингом из романа „Монастырь“ Вальтер Скотта и проч., и проч. И чего я не перемечтал в моем юношестве <...>. Не было минуты в моей жизни полнее, святее и чище. Я до того замечтался, что проглядел всю мою молодость».

Возможно, что одним из прототипов главного героя явился друг писателя А. Н. Плещеев, которому Достоевский посвятил повесть. В исповеди героя переосмыслены некоторые мотивы плещеевской лирики. Повесть создавалась в дни тесной дружбы Достоевского и Плещеева, членов кружка А. Н. и Н. Н. Бекетовых, а затем социалистических кружков М. В. Петрашевского и С. Ф. Дурова. В момент работы Достоевского над «Белыми ночами» Плещеев обдумывал свой вариант повести о мечтателе «Дружеские советы». 1

Неудовлетворенность окружающей жизнью, стремление уйти в идеальный мир от убожества повседневности сближает Мечтателя «Белых ночей» с гоголевским Пискаревым из повести «Невский проспект» (1835), мечтателями Э. Т. А Гофмана, В. Ф. Одоевского и других представителей западного и русского романтизма. Перекличка со


1 Отеч. зап. 1849. Т. 63. С. 61—126.

558

многими романтическими персонажами подчеркнута в повести при характеристике «восторженных грез» героя («Ночь вторая»). В самом названии повести, делении ее на «ночи» Достоевский в известной мере следовал романтической традиции: ср. «Двойник, или Мои вечера в Малороссии» А. Погорельского (1828), «Русские ночи» В. Ф. Одоевского (1844). Но у романтиков тема мечтательства сливалась с темой избранничества. Герой же Достоевского, обреченный на мечтательство, глубоко от этого страдает. За один день действительной жизни он готов отдать «все свои фантастические годы».

«Белые ночи» — одно из самых светлых и поэтических произведений писателя. Молодой чиновник-разночинец и юная девушка, оба чистые и ясные душой, изображены здесь на фоне петербургских каналов, озаренные сиянием белых ночей. И обстановка действия повести, и образы ее героев овеяны поэтической атмосферой романтической лирики, а также пушкинских поэм о Петербурге — «Домика в Коломне» и «Медного всадника». Впервые возникающее у Достоевского в «Петербургской летописи» и «Белых ночах» философско-историческое осмысление темы Петербурга, созданный писателем образ одинокого интеллигентного героя, чувствующего себя чужим и заброшенным в большом шумном городе, его скромные мечты о тихом «своем уголке», рассказ Настеньки о жизни в доме бабушки, обращение к теме «белых ночей» для характеристики «призрачного» Петербурга, описания его каналов — места встреч Настеньки и Мечтателя, — все это также овеяно поэтической атмосферой пушкинских поэм.

Новое, углубленное истолкование мечтательство получает в последующем творчестве Достоевского. Оно осмысливается писателем как следствие «разрыва с народом огромного большинства образованного нашего сословия» в результате петровской реформы. 1 Поэтому чертами мечтателей наделены многие центральные герои романов и повестей Достоевского 1860—1879-х годов. В середине 1870-х годов писателем был задуман и особый роман «Мечтатель». Мечтателей зрелого периода творчества Достоевского объединяет с героем «Белых ночей» жажда «действительной», «живой» жизни, поиски путей приобщения к ней.

Первые критические отзывы о повести появились в январе 1849 г. В «Современнике» А. В. Дружинин писал, что «Белые ночи» «выше „Голядкина“, выше „Слабого сердца“, не говоря уже о „Хозяйке“ и некоторых других произведениях, темных, многословных и скучноватых».2 Основная идея повести, по оценке критика, «и замечательна, и верна».

«Мечтательство» он считал не только специфически петербургской, но характерной чертой современной жизни вообще. Дружинин писал о существовании «целой породы молодых людей, которые и добры, и умны, и несчастны, при всей своей доброте и уме, при всей ограниченности своих скромных потребностей». Они становятся мечтателями и «привязываются к своим воздушным замкам» «от гордости, от скуки, от одиночества».

К недостаткам повести Дружинин относил то, что Мечтатель поставлен вне отчетливо обозначенного места и времени и что читателю неизвестны его занятия и привязанности. «Ежели б личность Мечтателя „Белых ночей“, — продолжал он, — была яснее обозначена, если б порывы его были переданы понятнее, повесть много бы выиграла».


1 Дневник писателя. 1873. Гл. 2. Старые люди.

2 Современник. 1849. № 1. Отд. 4. С. 43.

559

Изменения, внесенные Достоевским в текст при подготовке издания 1860 г., допускают предположение о том, что ряд критических замечаний Дружинина был им учтен. Так, например, строки, рисующие образы, которые возникают в минуты романтических грез Мечтателя, появились в повести, возможно, не без влияния этой рецензии (ср. наст. том, С. 171—173).

С. С. Дудышкин отнес «Слабое сердце» и «Белые ночи» к лучшим произведениями 1848 г. Отметив ведущую роль психологического анализа в творчестве Достоевского, он писал, что с художественной точки зрения «Белые ночи» совершеннее предшествующих произведений писателя: «Автора не раз упрекали в особенной любви часто повторять одни и те же слова, выводить характеры, которые дышат часто неуместной экзальтацией, слишком много анатомировать бедное человеческое сердце <...> в „Белых ночах“ автор почти безукоризнен в этом отношении. Рассказ легок, игрив, и, не будь сам герой повести немного оригинален, это произведение было бы художественно прекрасно». 1

В 1859 г. в статье «И. С. Тургенев и его деятельность по поводу романа „Дворянское гнездо“» упомянул о «Белых ночах» Ап. Григорьев. Он счел повесть одним из лучших произведений школы «сентиментального натурализма», отметив при этом, что «вся болезненная поэзия» «Белых ночей» не спасла этого направления от очевидного кризиса. 2

Несколько отзывов о повести появилось в 1861 г. после ее переиздания. Добролюбов в статье «Забитые люди» высказал мнение, что в Мечтателе «Белых ночей» предвосхищены черты героя романа «Униженные и оскорбленные» (1861) Ивана Петровича. Протестуя против удовлетворения «вздохами и жалобами да пустыми мечтами», он писал: «Я признаюсь — все эти господа, доводящие свое душевное величие до того, чтобы зазнамо целоваться с любовником своей невесты и быть у него на побегушках, мне вовсе не нравятся. Они или вовсе не любили, или любили головою только <...>. Если же эти романтические самоотверженцы точно любили, то какие же должны быть у них тряпичные сердца, какие куричьи чувства! А этих людей показывали еще нам как идеал чего-то!». 3

Положительные оценки повести содержались в статьях об «Униженных и оскорбленных» в «Сыне отечества» (1861. 3 сент. № 36. С. 1062) и «Северной пчеле» (1861. 9 авг. № 176. С. 713).

Характеристикой произведений Достоевского 1840-х годов открывалась и статья Е. Тур. Несмотря на то, что, по мнению писательницы, завязка повести «смахивает на сказку и никак не напоминает собою что-нибудь похожее на действительность», Е. Тур высоко оценила это произведение, назвав его «одним из самых поэтических» в русской литературе, «оригинальным по мысли и совершенно изящным по исполнению». 4

Подготавливая первое свое собрание сочинений 1860 г., Достоевский подверг повесть стилистической правке. Кроме того, в монолог Мечтателя (Ночь вторая) было внесено добавление (начиная со слов: «Вы спросите, может быть, о чем он мечтает?» и кончая словами: «мой маленький ангельчик...»).


1 Отеч. зап. 1849. № 1. Отд. 5. С. 34.

2 См.: Рус. слово. 1859. № 5. Отд. 2. С. 22.

3 Добролюбов Н. А, Собр. соч. М., 1963. Т. 7. С. 275, 268, 230.

4 Рус. речь. 1861. 5 ноября. № 89. С. 573.

560

Поэтический мир «Белых ночей» вдохновил художника М. В. Добужинского, создавшего классические иллюстрации к этой повести (1922). На сюжет «Белых ночей» были поставлены кинофильмы И. А. Пырьевым (1960) и итальянским режиссером Л. Висконти (1957; Мечтатель — М. Мастроянни, Настенька — М. Шелл).

С. 152. Эпиграф — неточная цитата из стихотворения И. С. Тургенева «Цветок» (1843).

С. 153. ...цвет поднебесной империи. — На флаге императорского Китая был изображен дракон на желтом фоне (Поднебесная империя — старинное название Китая).

С. 154. Обитатели Каменного и Аптекарского островов или Петергофской дороги... — Речь идет о живописных уголках и окрестностях Петербурга с парками и дачами, где обычно отдыхали богатые петербуржцы.

С. 155. ...ту девушку, чахлую и хворую... — Сравнение, навеянное стихотворением А. С. Пушкина «Осень» (1833).

С. 157. Дорога моя шла по набережной канала... — Имеется в виду Екатерининский канал (ныне канал Грибоедова) в Петербурге.

С. 168. ...дух царя Соломона, который был тысячу лет в кубышке... — Сюжет арабской «Сказки о рыбаке» из «Тысячи и одной ночи».

С. 169. ...богиня фантазия... — Богиня фантазия воспета В. А. Жуковским в стихотворении «Моя богиня» (1809), вольном переводе одноименного стихотворения Гете (1780).

С. 169. ...перенесла его ~ на седьмое хрустальное небо... — то есть на высшую ступень блаженства. Согласно древнегреческому философу Аристотелю, небесный свод состоит из семи неподвижных кристальных сфер. О семи небесах упоминается в Коране .

С. 171. ...об роли поэта, сначала не признанного, а потом увенчанного... — Образ этот — один из традиционных и излюбленных образов романтической литературы (см., например, драматическую фантазию Н. В. Кукольника «Торквато Тассо», 1833).

С. 171. ...о дружбе с Гофманом... — Эрнст Теодор Амадей Гофман (1776—1882) — немецкий писатель-романтик.

С. 171. ...Варфоломеевская ночь... — 24 августа 1572 г. в Париже, в ночь накануне праздника св. Варфоломея, произошло массовое избиение гугенотов католиками. Получило отражение в романах П. Мериме «Хроника времен Карла IX» (1829), А. Дюма-отца «Королева Марго» (1845), опере Дж. Мейербера «Гугеноты» (1836) и др.

С. 171. ...Диана Вернон... — героиня романа В. Скотта «Роб-Рой» (1817).

С. 171. ...геройская роль при взятии Казани Иваном Васильевичем... — Взятие Казани Иваном Грозным в октябре 1552 г. подробно описано в «Истории государства Российского» Карамзина, которую Достоевский хорошо знал; воспето в поэме М. Хераскова «Россиада» (1779).

С. 171. ...Клара Мовбрай... — героиня романа В. Скотта «Сент-Ронанские воды» (1823).

С. 171. ...Евфия Денс... — Евфия (Эфи) Динс — героиня романа В. Скотта «Эдинбургская темница» (1818).

С. 171. ...собор прелатов и Гус пред ними... — Ян Гус (1369—1415) — вождь реформаторов в Чехии, борец против папы и германского императора за национальную независимость, осужденный церковным собором в Констанце в 1414 г. и сожженный как еретик; герой

561

исторических полотен немецкого живописца К. Ф. Лессинга (1808—1880) и драмы чешского драматурга И. К. Тыла (1848).

С. 171. ...восстание мертвецов в «Роберте»... — «Роберт-Дьявол» (1824) — опера Дж. Мейербера (1791—1864). В увертюре и в сцене заклинания душ (акт II) звучит зловещая музыкальная тема восстания мертвецов.

С. 171. ...Минна и Бренда... — Разные по характеру и судьбе сестры, героини романа В. Скотта «Пират» (1822).

С. 171. ...сражение при Березине... — Битва, завершившая разгром наполеоновской армии и ее изгнание из России в 1812 г.

С. 171. ...чтение поэмы у графини В—й-Д—й... — Очевидно, имеется в виду красавица-графиня А. К. Воронцова-Дашкова (1818—1856).

С. 171. ...Дантон... — Жорж Жак Дантон (1759—1794) — видный деятель французской буржуазной революции 1789 г., герой драмы немецкого революционного драматурга Г. Бюхнера «Смерть Дантона» (1835).

С. 171. ...Клеопатра e i suoi amanti ... — Тема второй импровизации итальянца в повести Пушкина «Египетские ночи» (1835).

С. 171. ...домик в Коломне... — название и место действия поэмы Пушкина; образ ее «скромной» героини своеобразно поэтически возвышен и трансформирован Достоевским в образе Настеньки.

С. 172. ...«так долго и нежно»! — Цитата из стихотворения М. Ю. Лермонтова «Они любили друг друга так долго и нежно...» (1841) — вольном переводе из «Книги песен» Г. Гейне. Далее в монологе героя возникают другие традиционные мотивы романтической поэзии и прозы 20—40-х годов, близкие ситуациям повестей Э. Т. А. Гофмана, А. А. Бестужева-Марлинского, драматургии Н. В. Кукольника, мотивам стихотворений В. Г. Бенедиктова, а также молодого А. Н. Плещеева.

С. 180. «Севильского цирюльника»! ~ Розину играла! — «Севильский цирюльник» — опера итальянского композитора Джакомо Антонио Россини (1792—1868); Розина — ее героиня. Достоевский часто слушал в 40-х годах в Петербурге эту оперу с П. Виардо в роли Розины. В основу либретто оперы положена комедия П. О. Бомарше (1775).

С. 185. R, о — RО, s, i — si , n,a — nа...— Намек на сцену из второго действия оперы Россини «Севильский цирюльник», где Фигаро советует Розине написать ее любимому, она же вручает ему заранее заготовленное письмо.


Семенов Е.И., Соломина Н.Н. Комментарии: Ф.М.Достоевский. Белые ночи // Ф.М. Достоевский. Собрание сочинений в 15 томах. Л.: Наука. Ленинградское отделение, 1988. Т. 2. С. 558—562.
© Электронная публикация — РВБ, 2002—2019. Версия 3.0 от 27 января 2017 г.