С. 189. ...ибо если кто будет вредить при избрании папы, то, уж конечно, он. — Достоевский опирается здесь не только на свои представления о католичестве, в отношении канцлера Бисмарка к притязаниям римских пап на неограниченную светскую власть в Западной Европе и во всем мире, но и на факты, зафиксированные русской печатью. В газете «Московские ведомости» (1877. 18 мая. № 119. Отд. «Последняя почта») отмечалось: «В генуэзской „Movimento“ от 21 мая сказано, что князь Бисмарк настаивает чрез посредство г-на фон Кейделля, германского посла, чтоб итальянское правительство приняло относительно папства энергическое и суровое положение вследствие недавней агитации и постоянных папских интриг, которые имеют целию встревожить общественное спокойствие, оскорбить национальное чувство и нарушить неприкосновенность территории не только в Италии, но и в Германии».

С. 191. Во французских газетах (и в наших) все благонамеренные люди сильно уверены, что клерикалы непременно сломают себе ногу на следующих выборах во французскую палату. — В газете «Новое время» (1877. 3 (15) июня. № 452. Отд. «Внешние известия») сообщалось: «„Republique Franchise“ следующим образом обрисовывает настоящее положение: „Самостоятельная политика Мак-Магона пришла к концу. Если Мак-Магон действительно отрекся от власти в пользу деятелей 16-го мая и если переворот 16-го мая действительно был делом Ватикана, то будет интересное зрелище, если результат будущих выборов окажется таким же республиканским, может быть, еще более либеральным“».

С. 191. Французские республиканцы ~ убеждены, что вся activit’e devorante новоразосланных префектов и мэров ровно ничего не добьется...— Префект — правитель; то же, что губернатор в царской России. Мэр — глава муниципалитета, т. е. городского или сельского самоуправления. Не считаясь с волей таких правительственных учреждений, как Палата депутатов и Сенат, Мак-Магон после «клерикального переворота» 4 (16) мая 1877 г. сместил префектов-республиканцев, занимавших свои посты на законном основании, и назначил новых, известных своими монархически-бонапартистскими убеждениями. Сделано это было для того, чтобы накануне предстоящих выборов в Палату депутатов (осень 1877 г.) подавить или по крайней мере нейтрализовать республиканское влияние в провинциях.

С. 191. ...затем клерикалы будут выгнаны, а может быть, и сам Мак-Магон вместе с ними. — Этот прогноз республиканцев оказался точным. На выборах в Палату депутатов 2 (14) октября 1877 г. бонапартисты и

602

клерикалы потерпели поражение. В течение последующих лет влияние буржуазной республиканской партии, руководимой Гамбеттой, продолжало расти. 19 (31) января 1879 г. президент-бонапартист Мак-Магон ушел в отставку.

С. 191. Как римский император упадка империи, он может затем объявить, что отныне «будет сообразоваться лишь с мнением легионов». — С 235 по 284 г. в Риме произошла смена 19 «законных» императоров и более 30 узурпаторов. Эти события явились ярким свидетельствами нравственного упадка и распада Римской империи.

С. 192. В недавней речи своей к войскам маршал Мак-Магон говорил именно в этом смысле, и войска приняли его весьма сочувственно. — 1 июля н. ст. 1877 г. маршал Мак-Магон произвел смотр «войскам всех родов оружия, расположенным в Париже и его окрестностях», после чего обратился к ним с следующим воззванием: «Солдаты! Я доволен вашею выправкой и стройностью выполненных вами движений <...> Я уверен, что вы поможете мне поддержать уважение ко власти и законам при исполнении миссии, которая возложена на меня и которую я выполню до конца» (См.: Моск. ведомости. 1877. 26 июня. № 158. Отд. «Последняя почта»).

С. 192. ...«J’y suis et j’y reste»; то есть: «Сел и не сойду». Дальше этой фразы он, как известно, не пошел... — По поводу победы французских буржуазных республиканцев на выборах 1876 г. газета «Голос» (1876. 15 марта. № 75) писала почти с благоговением: «Французская республика находится ныне в распоряжении людей самых благонадежных в политическом отношении <...> Против всяких насильственных потрясений обеспечивает страну президент республики <...> Упрочение ныне устроившегося образа правления во Франции, республиканского только по форме, но с учреждениями, возможными в любой монархии,— это вопрос об обеспечении спокойствия не только самой французской нации, но и всей Европы». Враждебное и презрительное отношение Достоевского к бонапартисту Мак-Магону усиливается после «клерикального переворота» 4 (16) мая 1877 г. Достоевский здесь намекает на следующее заявление французского президента, перепечатанное «Московскими ведомостями» (1877. 21 мая. № 122. Отд. «Последняя почта»): «В „Moniteur universel“ сообщают, что вечером 25 мая, во время приема, происходившего в Елисейском дворце, маршал Мак-Магон выразил некоторым политическим людям свои идеи о настоящем положении, и вот что он сказал им, между прочим: „Я сознаю, что исполнил великую обязанность. Я оставался и всегда буду оставаться в пределах строгой законности. Я поступил так потому, что я охранитель конституции...» (курсив наш.— Ред.).

С. 192. ...в случае нужды можно и совсем обойтись без Шамбора и без Бонапарта...— Шамбор (1820—1883), внук Карла X (1757—1836), был одним из претендентов на французский престол, когда (в начале 1870-х годов) существование республиканского образа правления во Франции вновь оказалось под угрозой. Достоевский неоднократно упоминал о Шамборе в «Дневнике писателя» за 1873 г.


Батюто А.И., Берёзкин А.М. Комментарии: Ф.М.Достоевский. Дневник писателя. 1877. Май—июнь. Глава третья. IV. Черное войско. Мнение легионов как новый элемент цивилизации // Ф.М. Достоевский. Собрание сочинений в 15 томах. СПб.: Наука, 1995. Т. 14. С. 602—603.
© Электронная публикация — РВБ, 2002—2019. Версия 3.0 от 27 января 2017 г.