С. 291. ...теперь, с тех пор, как Турция в войне с Россиею, мало-помалу укрепилось и установилось ~ убеждение, что нация обладает свойством развития и дальнейшего прогресса. — Подразумеваются, возможно, в числе многих других следующие характеристики антирусских настроений в западноевропейской печати, прокомментированные газетой «Московские ведомости» (1877. 10 авг. № 198. Передовая «Москва, 9 августа»): «Мобилизация гвардии, а затем и призыв под знамена части

628

первого разряда ополчения — как раз после дела при Плевне — вызвали сумасшедшие ликования в легионе русофобских газет Европы, особенно Австро-Венгрии. По мнению этих башибузуков, Россия уже вынуждена теперь выдвинуть на театр войны свои последние военные силы. Но никто не высказывался об этом с таким лаем, как военная австро-венгерская газета „Mititar-Zeitung“ <...> „За Дунаем,— восклицает названная газета,— Россия уже не имеет способной к военным действиям армии <...> Внутри России свободных войск более не имеется... Таким образом, оказывается, что с Россией покончено <...> В военном отношении спор между Турцией и Россией решен: насколько первая доказала свою жизненную силу, настолько последняя — свое бессилие!..»

С. 292. Пусть они кричат ~ вопреки свидетельству ~ корреспондентов ~ удивлявшихся боевой способности, рыцарской стойкости и высочайшей дисциплине русского солдата и офицера... — Подразумеваются осуждения о военной слабости России, высказывавшиеся английской, австро-венгерской и французской печатью после неудач русской армии под Плевной в июле-августе 1877 г. По этому поводу газета «Новое время» писала: «Наиболее сочувственная нам газета „Daily news“ <...> все-таки <...> приходит к заключению, будто русские силы получили недостаточное развитие <...> „Times“ уверяет, что окончательная победа над Турцией обойдется нам так дорого, что парализует Россию на целых двадцать лет. Венская печать <...> договаривается до того, что признает Россию уже неравноправным членом тройственного союза» (1877. 8 (20) сент. № 549. «Ежедневное обозрение»). В августе та же газета отмечала: «...парижское агентство Гаваса вдруг стало указывать на слабость России...» (там же. 13 (25) авг. № 523. Отд. «Внешние известия»).

Об отношении иностранных корреспондентов к русским солдатам и офицерам русские газеты писали: «Вся европейская публика внимательно читает замечательные корреспонденции лондонской газеты „Daily news“ <...> в них постоянно восхваляется образ действий русских войск» (Голос. 1877. 24 июля (5 авг.). № 163. Передовая «Санкт-Петербург, 23-го июля 1877»); «— Такого превосходного материала, как русский солдат, найти невозможно. Ни один европейский солдат не может сравниться с русским!— так говорит здесь австрийский военный агент, г-н Бертолсгейм, видевший нашу армию и наблюдавший ее» (Нов. время. 1877. 11 (23) авг. № 521. «Более или менее военные очерки» Незнакомца).

С. 292. ...(забыв, как часто мы их бивали в битвах за все последние два столетия).— Наиболее значительные из них — войны Петра I со шведами. Семилетняя война, суворовские походы через Альпы, вступление русских войск в Париж (1814) в результате разгрома наполеоновской армии под Лейпцигом и т. п.

С. 292. ...самые серьезнейшие из их политических изданий сообщают Европе ~ о вытребованных ~ двух полках по железной дороге из Динабурга, для спасения Петербурга... — Достоевский опирается на сообщение, появившееся в газете «Новое время» (1877. 27 сент. (9 окт.). № 568).

С. 292. ...не ведают, что творят. — Цитата из Евангелия от Луки (Гл. 23, ст. 34).

С. 293. Мы, сидя в Севастополе, отразили раз приступ французов и англичан ~ но Европа, однако же, не кричала тогда об нашей победе. — Это заключение Достоевского согласуется с многими газетными суждениями о событиях на Балканах в свете сравнительно недавней военной истории. Так, А. И. Беренс, автор «Военной заметки», напечатанной в «Новом времени», отмечал, что один только штурм русскими войсками

629

Гривицкого редута (редут в системе укреплений Плевны) 30-го августа стоил громадных потерь (Нов. время. 1877 12 (24) сент. №553) Несколько позже в «Ежедневном обозрении» той же газеты появились такие строки о турках, окопавшихся в Плевне: «...турки, по-видимому, намерены следовать примеру русских под Севастополем и французов во время осады Парижа. Видно, что уроки военной истории, этой лучшей наставницы полководцев, не пропали для них даром» (там же. 20 сент. (1 окт.). № 561).

С. 293. Бывало, что семь или восемь наших батальонов разбивают ихних двадцать, как недавно случилось под Церковной. — По-видимому, Достоевский интерпретирует телеграмму главнокомандующего действующей армией (Моск. ведомости. 1877. 14 сент. № 228). Турки атаковали от Церковны, с возвышенности вниз, где их встречали русские (см.: Современные известия. 1877. 23 сент. № 262; рубрика «Военные известия»).

С. 293. ...указывают ~ на их ружья, которые лучше наших, и даже на их артиллерию, которая будто бы лучше нашей. — Под Плевной турки располагали дальнобойными крупповскими пушками большого калибра. Преимущество турецкого ручного огнестрельного оружия, закупленного также за границей, признавалось всеми.

С. 293. ...не хотят припомнить, что мы в сущности воюем не с одними турками ~что множество англичан служат офицерами в турецком войске... — Об английской финансовой и военной помощи туркам Достоевский писал еще в майско-июньском выпуске за 1877 г. Заканчивая же работу над сентябрьским выпуском «Дневника», Достоевский, возможно, успел учесть новые факты из перепечатанного газетой «Новое время» письма официального корреспондента австрийской газеты «Politische Correspondenz». В этом письме сообщалось: «...присутствие в Турции далеко не ничтожного количества английских офицеров, находящихся там официально и неофициально на службе, должно быть принято в расчет... Цифра первых, два месяца тому назад, по показанию самого военного министра Англии, доходила до 14 тысяч, но цифра вторых едва ли когда-нибудь сделается известной» (Нов. время. 1877. 3 (14) окт. № 574).

С. 293. ...европейская дипломатия во многом стала поперек нашей дороги с самого начала войны, лишив нас помощи естественных союзников наших... — Под «европейской дипломатией» подразумевается дипломатия австро-венгерская, а под «естественными союзниками» — Сербия, Румыния и отчасти Черногория.

С. 293. ...лишив нас даже настоящих дорог наших в Турцию. — В вопросе о дорогах в Турцию Достоевский пользуется сведениями, собранными и прокомментированными газетой «Новое время» (1877. 1 (13) июля. № 480; 7 (19) июля. № 486; 14 (26) авг. № 524).

С. 293. В Европе открылся, наконец, заговор целых шаек ~ чтоб броситься внезапно в тыл нашей армии. — Под «Европой» подразумеваются Австро-Венгрия и Англия, под «шайками» — группы волонтеров, концентрировавшиеся в Венгрии для вторжения в Румынию. В сентябре 1877 г. сведения об этом «заговоре» и его вдохновителях, соображения и комментарии по поводу его военно-политического значения и т. п. регулярно появлялись в западноевропейской и русской печати. (См., например: Нов. время. 1877. 18 (30) сент. № 559; 19 сент. (1 окт.). № 560; 23 сент. (5 окт.). № 564; 24 сент. (6 окт.). № 565).

С. 293. ...там состряпали недавно и заем для турок, в огромный ущерб своему карману... — Речь идет об английском займе для Турции, о чем сообщали русские газеты (см.: Нов. время. 1877. 3 (15) авг. № 513; 16 (28) авг. № 526; 12 (24) сент. № 553; 18 (30) сент. № 559).

630

С. 294. И это ~ когда открыт даже правильный заговор между самими правителями Турции с целью истребить болгар всех до единого? — Достоевский опирается на информацию «Московских ведомостей» и «Нового времени». В первой из них сообщалось: «В настоящее время оказывается, что опустошение, разорение дотла всей покидаемой турецкими войсками местности и повальное избиение поселенных в ней христиан составляет вовсе не новое доказательство необузданности сопровождающих турецкую армию иррегулярных шаек, а вполне обдуманную турками систему, в исполнении которой участвуют так же усердно регулярные, как и иррегулярные турецкие войска. Цель этой системы двоякая: во-первых, совершенным разорением местности затруднить движение по ней русских; во-вторых, избиением христиан напугать спешащие на освобождение их русские войска» (Моск. ведомости. 1877. 5 июля. № 166). Этой газете вторило «Новое время» (1877. 12 (24) июля. № 491): «...само турецкое правительство решилось, уступая Болгарию русским,— превратить ее в пустыню».

С. 294. Некоторые умные люди проклинают теперь у нас славянский вопрос ~ Да будут же прокляты славянофилы!»... — Такого рода упреки по адресу «умных людей», порицавших «славянофилов» за чрезмерное увлечение славянским вопросом, были частым явлением в печати того времени. Незадолго до Достоевского Григорий де Воллан отмечал в статье «Сербский вопрос перед судом русского общества»: «Отрезвившись от прежнего одушевления, салонные политики могут высказывать пошлые замечания: „Сербы надоели, вообще пора заняться другим, более интересным вопросом»,— но историческому народу не подобает такое легкомысленное отношение к делу, в котором он принимал такое деятельное участие» (Древняя и новая Россия. 1877. № 5. С. 68).

С. 294. Восточный вопрос есть исконная идея Московского царства, которую Петр Великий признал в высшей степени и, оставляя Москву, перенес с собой в Петербург. — Здесь и выше очевидно согласие Достоевского с рядом положений статьи Евгения Белова «Результаты войн России с Турцией», печатавшейся в нескольких номерах ежемесячного исторического сборника «Древняя и новая Россия» за 1877 г. В заключение статьи Белов утверждал: «...не должно забывать, что настоящая война есть продолжение прежних войн, дальнейшее преследование той же цели, которую преследовали Петр Великий, Екатерина II, Александр I и Николай I <...> дело, предпринятое ныне царствующим государем, есть продолжение дела, начатого еще Петром Великим...» (Древняя и новая Россия. 1877. № 8. С. 345, 346).

С. 295. Они кричат теперь хором о торговом застое, о биржевом кризисе, о падении рубля. — По этому поводу газета «Новое время» писала в июле 1877 г. (10 (22) июля, № 489): «Говоря о быстром падении цены наших бумажных денег, экономист „Голоса“ удивляется тому, что с разных сторон слышатся жалобы на финансовое управление <...> Он сам объясняет, что мы встретили войну, страдая „недугом бумажных денег“». Основную причину обесценения русских денег анонимный автор «Нового времени» видел в том, что налоги падают не на капитал и состоятельные классы, а на народ, и настаивал на отмене «подушной подати» и «введении подоходного налога». О «продолжающемся понижении кредитного рубля» газета «Новое время» писала и в № 571 от 30 сентября 1877 г. Примечательна язвительная реплика Щедрина о неблагополучном состоянии русских финансов. Один из обывателей, изображенных в его очерке «Тряпичкины-очевидцы», спрашивает собеседника: «— Слушай, корреспондент! <...> Отчего наш рубль, теперича, шесть гривен на бирже стоит?»

631

Я призадумался <...> Однако, припомнив кое-что из наших передовых статей, ответил, что всему причиной коварство англичан» (Отеч. зап. 1877. № 8. С. 545—546). Даже и «патриотическая» печать, на передовицы которой намекал Щедрин, вынуждена была в конце концов признать: «...важна такая финансовая реформа, которая восстановила бы поколебленное доверие к платежным силам России» (Нов. время. 1877. 5 (17). окт. № 576).


Батюто А.И., Берёзкин А.М. Комментарии: Ф.М.Достоевский. Дневник писателя. 1877. Сентябрь. Глава вторая. II. Слизняки, принимаемые за людей. Что нам выгоднее: когда знают о нас правду или когда говорят о нас вздор? // Ф.М. Достоевский. Собрание сочинений в 15 томах. СПб.: Наука, 1995. Т. 14. С. 628—632.
© Электронная публикация — РВБ, 2002—2019. Версия 3.0 от 27 января 2017 г.

Загрузка...
Loading...
Loading...
Loading...