1231. Г. З. ЕЛИСЕЕВУ
30 октября 1885. Петербург
30 октября.
Многоуважаемый Григорий Захарович.
Благодарю Вас за письмо 1. Слава «Русским ведомостям», что Вы хотя через них узнали, что я мучительно болен 2. А я так болен с марта месяца, и болезнь моя, постоянно развиваясь, дошла, наконец, до таких тяжелых форм, что я не знал, куда деваться. Помнится, я из Висбадена Вам об этом писал 3. Болезнь моя называется Correa (пляска св. Витта) и к этому названию врачи из учтивости <прибавляют> «подобная». Состоит оная из ежемгновенных дерганий всех суставов тела, а у меня осложнилась еще кашлем и одышкой. Но что главное в этой болезни — это тоска. Тоска не об чем-нибудь, а тоска сама по себе, разрывающая сердце и вызывающая пот. Ныне положение мое такое: подергивания несколько уменьшились, одышка даже увеличилась, но тоски почти нет, а так как это было самое мучительное и заставляло меня ненавидеть человеческое общество и чуждаться человеческой речи, то я, сравнительно, считаю себя благополучным. Но страшно боюсь, что все это может возвратиться, потому что я необыкновенно слаб и видите как ужасно пишу.
Вот и скажите, пожалуйста, от меня г. Павлу Бакунину, что если я русскую читающую публику считаю тем, что она есть, то совсем не за то, что она не подносит адресов, а за то, что она подлая и разумеется таковою всеми и следовательно никем не принимается в расчет. Не интересуется, отчего писатель шесть месяцев не пишет, совсем бросила привычку покупать книги, т. е. сама отказалась от всего, что в рабьем царстве могло бы служить демонстрацией 4. Что касается до адресов, то скажу Вам, что я сам, когда явилась ко мне из Москвы депутация с адресом, не принял последнего, отвечав, что мы не на той улице живем, на которой подаются и принимаются адресы. И подносящие вынуждены были согласиться.
Прощайте, больше писать не способен: рука устала. Кланяйтесь от меня и от жены многоуважаемой Екатерине Павловне, а от меня и Лесевичу.
Ваш
М. Салтыков.
P. S. Спросите г. Бакунина, где он, член земства, был, когда г. Жизневский изгнал мой бюст из музея Тверского 5.