65. НИЧТОЖЕСТВО БОГАТСТВ
Кн. III, ода I

Odi profanum vulgus, et arceo.[1]
Непросвещенну чернь с презреньем изгоняю.
А вы безмолвствуйте: парнасских жрец богинь,
Для юношей и дев стихи я воспеваю,
Еще неслыханны донынь.

[1] Я ненавижу непосвященную чернь и обуздываю (лат.). — Ред.

174
Цари — подвластным страх; царей — Зевес властитель,
Титеи дерзостных низвергший в прах детей,
Колеблющий весь мир и звездную обитель
Единым манием бровей.
Пусть тот садов себя пространством величает,
Сей знатен, в Марсов круг за почестьми течет,
Того пусть слух доброт повсюду прославляет,
Сего — толпящийся причет, —
Равняет всех их смерть; вельможа напыщенный
Иль нищий — всем ее быть жертвой суждено:
И в урне роковой все имена вмещенны
Судьбой мешаются равно.
Злодей, зря меч нагий, над головой висящий,
Не может яств вкушать сицильских и вина;
Ни пенье птиц, ни лир приятно глас звенящий
Ему не возвращают сна.
В убогой хижине, приосененной миром,
Не презирает сон приютна уголка
И на брегу реки, колеблема зефиром,
Покрова темного леска.
Умеренного кто довольства лишь желает,
Того ни бурное морских волненье вод,
Ни запад лютого Арктура не смущает,
Ни звездного Козла восход,
Ни град, цвет гроздия иль плод его разящий,
Ни жатва, льстившая надеждою златой,
Ни сад, то дождь ливный, то лютость зим винящий,
То землю иссушивший зной.
Уж рыбы зрят моря, оплотами стесненны:
Богач пред богачом там с челядью своей
И с зодчими в волнах спешат возвысить стены,
Наскуча твердою землей.
175
Но страх, но скорбь за сим вельможей вслед стремится,
Забота тощая с нахмуренным челом
В трирему, медью вкруг обиту, с ним садится
И задь седла его верхом.
Почто ж, коль мраморы драгие синадийски,
Ни благовоннейший персидский аромат,
Ни багряницы блеск, ни вина кампанийски
Печалей гнета не легчат?
Почто желать, столпы воздвигнув приворотны,
Чтоб новый вкус мой дом, на зависть всем, одел
И на сокровища променивать заботны
Сабинский малый мой удел?
<1814>

<Примечания>

Безмолвствуйте. «Favete linguis» значит точно: «благоприятствуйте языком». Древние суеверы, думая, что при жертвоприношениях услышанные речи могли иметь дурные или хорошие предзнаменования, извещали присутствующих, чтобы произносили они токмо благозначительные слова. Опасение проговориться заставляло народ безмолвствовать; и таким образом слова: «благоприятствуйте языком», —«favete linguis» впоследствии времени приняты были в значении: «безмолвствуйте», равно так, как и слова: «мир вам» принимаются не в первоначальном смысле.

Титеи детей — Титанов, порожденных от неба. Они, подобно Гигантам, вели брань противу богов и были побеждены Юпитером.

Марсов круг — Campus — была в Риме пространная площадь, где собирался народ для избрания чиновников.

Толпящийся причет. Ромул позволил каждому частному человеку избрать себе покровителем кого-либо из сенаторов. Первые назывались клиентами — cliens, а последние патронами — patronus. Первые обязаны были почитать патрона своего как отца; помогать ему во всех делах его, выкупать из плена, участвовать в составлении приданого дочерям, в платеже его долгов и пенни, с него присуждаемые. Патроны долженствовали защищать клиентов своих на суде и вспомоществовать им во всем как родным детям.

В урне роковой. Древние присвоили судьбе чашу, в которой все жребии или участи людей находились.

Меч нагий. Гораций имел здесь в виду философа Дамокла. Превознося богатство и великолепие Дионисия, тирана сиракузского, признавал он его счастливейшим из смертных. Дионисий, устроив для него богатейший пир, потчевал вкуснейшими яствами и напитками. Дамокл был в восхищении, как вдруг увидел над головою своею

176

висящий на конском волосе обнаженный меч; опасность смерти воспрепятствовала ему наслаждаться пиршеством и признавать счастливым тирана.

Яств сицильских. В Сицилии любили хорошо поесть и попить; сим они так отличались, что изобильный стол обыкновенно называли столом сиракузским.

Арктура запад — северного созвездия близ Медведицы. Имя его происходит от греческих слов arktos — медведица и ura — хвост, ибо в небесном знаке том находится весьма ясная звезда возле хвоста Медведицы. Созвездие сие называлось также Арктофилаксом, arktofilax, — стражем Медведя. Но почему именовалось оно волопасом, boote, догадаться трудно, разве потому, что иногда созвездие Медведицы называли телегою, — и заключили, что он должен пасть волов, в нее запрягаемых. Древние полагали восхождение небесного знака сего в половине сентября, а захождение в начале следующего месяца.

Звездного Козла — созвездие козлят, находящеесь по левую сторону Арктура; восходит в конце сентября и предвещает бурную, ненастливую погоду.

Моря, оплотами стесненны. Богачи римские любили строить загородные домы на взмориях, выступая оными сколько возможно далее в воду.

В трирему — так назывались галеры, три яруса весел имеющие.

Мраморы синадийски. Ломка мрамора сего производилась в Фригии, близ города Синады, почему называли его синадийским камнем. Он был цвету белого с красными разводами.

Персидский аромат. Сей аромат собирали большею частию на острове Патане, при устье реки Инда близ Персии, для сего-то Гораций называет аромат сей ахеменейским — по имени Ахеменея, персидского царя, которого потомки даже до Дария, сына Гистаспова, назывались Ахеменидами.

Вина кампанийски. Гора Фалерн находится в Италии, близ кампанийского города Синопа. Оттуда получали самое лучшее вино.

Сабинский удел. Сабинцы были древнейший народ в Италии. Страна их была в соседстве Рима между Наром и Анио, примыкала к Апеннинским горам и к Омбрии, с полдня граничила с Латиею, к востоку с пределами Эков, а к западу с Этруриею. Гораций имел там небольшою дачу на берегах Тибура.


В.В. Капнист. Ничтожество богатств. Кн. III, ода I // Капнист В.В. Избранные произведения. Л.: Советский писатель, 1973. С. 174–177. (Библиотека поэта; Большая серия).
© Электронная публикация — РВБ, 2006—2019. Версия 2.0 от от 17 февраля 2018 г.