РВБ: XVIII век: Поэты ХVIII века. Версия 1.0, 22 апреля 2008 г.

 

 

264. ОДА НА ВЗЯТИЕ ХОТИНА

1

Весельем общим восхищен
В безоблачны страны высоко:
Сквозь прах, войною возмущен,
Я простираю жадно око.
Там славой мой бодрится дух,
Там плеск в страну влечет мой слух,
В другую стон и плач сраженных.
Голицын! Твой услыша звук,

489

Марс опустил свой меч из рук,
Издревле кровью обагренных.

2

Не верх ли там Ливанских гор
Через леса вдали дымится?
Не Навин ли смиряет спор?
Луна не смеет в свет явиться!
Потупленный краснеет взор,
И чуть возникнет из-за гор,
Зардевшись, паки верх скрывает.
Взойди и мрак простри ночной
И стыд турецкий в нем сокрой,
Что росс прехрабрый причиняет.

3

К супротивлению ему
Нет сил твоих, яны́чар, боле;
Лишь только к бегству твоему
Широкое открыто поле.
К чему удобный край ваш сам,
Прибежище являет вам,
Леса и горы и долины,
Где ваш сокрывши бегства след,
Преславных к торжеству побед,
Он представляет нам Хотины.

4

Как если волка в летний зной
И кровь и память вся смутится,
Он злость прияв к природе злой,
На волка в бешенстве стремится,
Сверкает огнь в его глазах.
Турецкий стан смущает страх,
Яны́чар турка поражает,
На друга мещет зверский взгляд,
Своей свирепости злой яд
Уже на ближних истощает.

490

5

О боже! Что со дна встает?
И волны страшны надувает?
Чрез Днестр великий змий плывет
И пасть на россов разевает!
Пред ним стремится ряд валов,
Он гонит воды из брегов,
Пространство вдруг реки прибавил.
Простершего нестройный бег,
Уже ползущего на брег
Герой российский обезглавил.

6

Се члены движутся опять
Поверженного в прах Хотина.
Он силится еще восстать,
Трясется в пепеле вершина,
Дрожит, поднявшись на руках,
Колеблет ноги смертный страх,
В бесплодном подвиге томится;
Еще далече росский строй,
Еще не начат страшный бой,
Он паки с трепетом валится.

7

Какой тебя объемлет страх?
Пред россом ты ослабеваешь,
Полмертво тело кроет прах,
Дух прежде бою испускаешь.
Рушитель наших сладких дней!
Где твой защитник, царь царей?
Иль не в его руках победа?
Не верь ему, Хотин, не верь,
Познай презорство ты теперь
Хвалящегось сперва Магмеда.

8

Очаков, помня казнь, молчит,
Поник на брег Днестра, бледнеет;

491

Дамаск, Каир, Стамбул дрожит,
Главы поднять на свет не смеет.
Лениво Днестр в свой путь течет,
С угрюмым ревом вопиет:
«Еще ль струи мои взмутятся
В крови нечистой агарян?
Еще ль из сих противных стран
В российский край не обратятся?»

9

Афины рвали так союз,
Спокойство мира отвергая,
И от смиренных Сиракуз
Презорно око отвращая;
Витийства движет там разврат,
Буян возжег Алцибиад,
Победами встают надменны.
Что ж в том? Уже с стыдом от тех,
Что обращали часто в смех,
Упали вечно разоренны.

10

Но что? Вокруг блистает свет!
Бежит далече мгла густая,
Минерва воружась идет,
На облак мрачный наступая.
Очей сияет красный луч,
Что тьму густых прочь гонит туч,
Мечем сверкнув, речет герою:
«Се меч! Пойди и пожени».
Рассыпались в лесной тени
Враги, рушители покою.

11

Познали ль гнев и силу днесь
Великия Екатерины?
И что добычи нет вам здесь,
Бунтующие сарацины?

492

Тебе подвластный, Порта, грек
Против тебя свой меч извлек.
Азов на юг взирает грозно,
Екатериной он цветет,
И сколько он тебя ни рвет,
Но возвратить ты тщишься поздно.

12

О, в варварстве утопший род!
Как свято чтишь восход денницын,
Так свято тихий чти приход,
Когда прострет к тебе Голицын.
Ты чаял ли, чтоб сей герой
Предстал пред твой внезапно строй?
Он в облаке Минервой скрылся.
Так Фабиев ветр тихо дул,
Так Митридату был Лукулл,
Так он сошел, и мрак развился.

13

Вы к нам стремитесь для татьбы
Чрез степи с хищными мурзами,
Предав на произвол судьбы
Отцов своих и чад с женами.
Искать чужих престаньте стад,
Огляньтесь и спасайте чад, —
Объяты пламенем жилища.
Алкаете вы стад чужих,
А ближних труп лежит своих
Волкам и диким вранам пища.

14

Как в Рим шел храбрый Сципион,
Повергнувши народ сидонский,
Гряди, российский наш Сампсон,
Страны́ потрясши Геллеспонтски:
Отечество с весельем ждет,
Похвал венцы зелены вьет,
Которыми тебя венчает.

493

Здесь все желают зреть тебя,
Там храбро воинство любя
Тебя всечасно вспоминает.

15

Голицын, в славе ты второй,
Турецкий храбрый победитель.
Воскрес, как Феникс, ныне твой
В тебе преславный тот родитель,
Что для всеобщего добра,
Споспешник добрый был Петра,
Великия Екатерины
Споспешник ныне ты, герой,
Да процветут с блаженством той
Под лаврами твои седины.

Осень 1769, 1778

 

Воспроизводится по изданию: Поэты ХVIII века. Л., 1972. (Библиотека поэта; Большая серия).
© Электронная публикация — РВБ, 2006—2019.
РВБ

Загрузка...