40

А. Р. Воронцову

Monsieur. En attendant la belle saison pour pouvoir continuer notre voyage et me rendre à ma destination, je tâche d'employer mon temps un peu autrement que je ne l'avais fait à mon arrivée à cette ville. L'état pénible dans lequel je me trouvais et que Votre Excellence aura pu se l'imaginer par mes lettres, ne me permettait pas de m'occuper de quelque chose. Rendu en quelque façon à moi-même par l'arrivée de mes amis, je sens qu'il est possible, au sein même du malheur, d'avoir des moment heureux. C'est à Votre Excellence que je dois ce sentiment, et quelque part que je me tourne, je me trouve environné de vos bienfaits.

La matinée (et c'est chaque jour) est employée avec mes enfants, les après-diners, les soirées – à lire. Et pour en dire quelque chose

361

à Votre Excellence, j'ai lu ici des livres nouveaux: le Voyage de Lesseps, qui est vraiment un ouvrage d'un homme qui voyage en courrier; les Mémoires de Wagner, qui ont été trouvés souvent fautifs; les Masques arrachés me paraissent écrits non par un acteur de la pièce, comme il se le dit, mais il semble que le nom et quelques faits sont supposés. LaVie deVergennes par mr. Mayer est peut-être véridique, mais elle a été lue par Louis XVI avant d'être imprimée. Elle diffère essentiellement du Portrait de cet homme célèbre que j'ai lu, il y a un an. Les cahiers du Journal Encyclopédique pour 1789 que l'on m'a prêté pour lire, me mettent au fait de la littérature française. En compagnie avec ma sœur j'ai lu du Voltaire. Zadig ou la Destinée est tombé sous main. Ah, dis-je, chacun a la sienne. Ensuite: Candide. Pangloss disait que nous habitons dans le meilleur des mondes possibles. Mais ce bon philosophe, après avoir été pendu, fut racheté de la galère. J'ai pensé aux vicissitudes de ce monde. Courage, patience... Belle devise! J'aurais désiré seulement que cela me procure un jour le bonheur de voir celui, à qui je dois le petit souffle, qui me fait vivre.

Ma sœur est malade depuis dix jours et j'ai eu un sujet à cette occasion de rendre à Votre Excellence des actions de grâce pour les médecines qu'elle m'a envoyé. Ma sœur vous présente ses respects; elle se ressouvient de vous avec plasir et reconnaissance. Hé! peut-on sans attendrissement penser à celui qui donne la vie. Si notre sentiment réveille en nous l'idée de l'être, qui nous a formé et le fait bénir, ne doit-il pas aussi en réveillant notre reconnaissance faire bénir aussi celui qui nous fait passer des moments de bonheur? C'est avec ces sentiments que j'ai l'honneur d'être avec un profond respect de Votre Excellence le très humble et très obéissant serviteur.

Alexandre Radischeff.

Tobolsk, le 5 Avril
1791.

Перевод

Милостивый государь.

В ожидании летней поры, чтобы продолжать наше путешествие и отправиться к месту моего назначения, я пытаюсь употребить мое время несколько по-иному, чем это было по моем приезде в этот город. Тяжелое состояние, в котором я

362

находился и которое ваше сиятельство может себе представить по моим письмам, не позволяло мне заняться чем бы то ни было. Придя некоторым образом в себя, благодаря приезду моих друзей, я почувствовал, что даже в самом несчастии возможны счастливые минуты. Этим чувством я обязан вашему сиятельству, и куда бы я ни обратился, я всюду встречаю ваши благодеяния.

Утро (и так каждый день) я отдаю моим детям, а послеобеденное время и вечера – чтению. И чтобы дать о нем некоторое представление вашему сиятельству, сообщаю, что я прочел здесь новые книги: «Путешествие Лессепса», которое, действительно, является произведением человека, странствующего на почтовых; «Воспоминания Вагнера», 1 которые оказались во многом недостоверными. «Сорванные маски» мне кажется написаны не участником действия, как он сам говорит о себе, но, повидимому, и самое имя и некоторые события являются вымышленными. «Жизнь Вержена», 2 написанная г-ном Мейером, возможно и правдива, но она была прочитана Людовиком XVI до ее напечатания. Она существенно отличается от «Портрета» этого знаменитого человека, который я читал год тому назад. Выпуски «Энциклопедического дневника» 3 за 1789 г., которые мне одолжили для чтения, держат меня в курсе новостей французской литературы. Вместе с моей сестрой я прочитал Вольтера. В руки мои попал «Задиг или Судьба». Ах, сказал я, у каждого своя судьба. Затем, – «Кандид». Панглосс говаривал, что мы живем в наилучшем из возможных миров. Но этот добрый философ после своего повешения был выкуплен с каторжной галеры. Я подумал о превратностях этого мира. Мужество, терпение!.. Прекрасный девиз! Я бы желал лишь одного, чтобы когда-нибудь настало счастие увидеть того, кому я обязан тем слабым дыханием, которое поддерживает мою жизнь.

Моя сестра больна дней 10 и по этому случаю я получил повод поблагодарить ваше сиятельство за лекарства, посланные вами. Моя сестра свидетельствует вам свое почтение, она вспоминает вас с радостью и благодарностью. О, разве можно без умиления думать о том, кто дарует жизнь! Если наше чувство пробуждает в нас мысль о существе, создавшем нас, и заставляет благословлять его, не должно ли оно также, пробуждая нашу благодарность, вызвать наши благословения к тому, кто

363

доставляет нам минуты счастья? Именно с этими чувствами я имею честь пребывать вашего сиятельства покорнейшим и нижайшим слугой.

А. Радищев.

Тобольск, 5 апреля
1791.


Радищев А.Н. Письмо А. Р. Воронцову, 5 апреля 1791 г. // А.Н. Радищев. Полное собрание сочинений. М.;Л.: Изд-во Академии Наук СССР, 1938-1952. Т. 3 (1952). С. 360—363.
© Электронная публикация — РВБ, 2005—2019. Версия 2.0 от 25 января 2017 г.