1875

Современники

(С. 187)

Печатается по тексту первой публикации, с восстановлением ст. 81–112, 462–493 (залы № 2 и 14) части 1, ст. 277–280, 699–710 части 2, фамилий «Милютин», «Аничков», «Мордвинов», «Давыдов», «Лобанов» в ст. 208, 210 части 1 и в ст. 639 части 2 по сводной рукописи ЦГАЛИ, а также с конъектурой в ст. 41 части 1 («Дюссо» вместо «***») по Ст 1879. Ряд поправок в тексте поэмы сделан по ПП и наборной рукописи (см. об этом ниже, с. 593).

Впервые опубликовано: часть 1 («Юбиляры и триумфаторы») — ОЗ, 1875, № 8 (выход в свет — 20 авг. 1875 г.), с. 325–340 (подпись: «***»); часть 2 («Герои времени») — ОЗ, 1876, № 1 (выход в свет — 21 янв. 1876 г.), с. 5–52 (подпись: «Н. Некрасов»), с изъятием по цензурным соображениям указанных выше стихов, замененных строками точек, и со следующим обозначением упомянутых фамилий: «А***», «Б***», «В***», «Д-дов», «Л-нов» (перепечатано: ПП, с изъятием по цензурным соображениям ст. 206–225, 284–303, 419–427 (залы № 6, 9, 12) части 1 и ст. 647–738 части 2).

В собрание сочинений впервые включено: Ст 1879, т. IV.

Автограф поэмы (черновой, сводная и наборная рукопись), на листах большого формата, — ЦГАЛИ, ф. 338, оп. 1, № 24, л. 1–30, 31–76, 77–126. Наборная рукопись является копией с правкой и добавлениями Некрасова.

В сводной рукописи, набросав перечень эпизодов части 1 поэмы (л. 33), Некрасов указывает две даты: «5-го мая» и «14 июня» 1875 г., фиксирующие начало работы над поэмой и первый этап работы над частью 1. Кроме того, в этой рукописи имеются и другие даты: «19 июня» (л. 51 об.) и «9 июля 1875 г. Карабиха» (л. 76 об.). Первая позволяет определить время написания сцен с участием Шкурина, вторая указывает момент завершения рукописи. В наборной рукописи под частью 1 поэмы стоит дата: «Май 1875» и подпись: «***» (л. 95); под частью 2 — подпись карандашом: «Н. Некрасов» (л. 127); рукой Некрасова сделана помета для типографии против ст. 17–28 части 2: «Подвинуть назад» (л. 96).

К черновой рукописи ЦГАЛИ примыкают шестнадцать листов, хранящихся в ГБЛ (ф. 195, п. 5753). Дата: «19-го мая» (л. 10) помогает установить время работы над «Песней об орошении».

Наброски, заметки, перечни эпизодов частей 1 и 2 из рукописей ЦГАЛИ и ГБЛ выделены особо, так же как и стихотворные фрагменты из сводной и черновой рукописей ЦГАЛИ. В этих рукописных материалах находятся несколько важных эпизодов, которые поэт предполагал включить в поэму, а также упомянут ряд лиц, послуживших прототипами для отдельных ее персонажей (см. об этом подробнее ниже).

В отличие от большинства предыдущих собраний сочинений Некрасова (включая и ПСС) в настоящем издании «Современники»

591

печатаются по тексту «Отечественных записок», а не «Последних песен», где, как уже отмечалось, поэма была опубликована со значительными исключениями.

По свидетельству А. А. Буткевич, Некрасов, издавая «Последние песни», «выпустил из них все, что хотя сколько-нибудь могло быть поводом к столкновению с цензурой, относившейся к нему во время болезни крайне придирчиво. Он поместил только самые, по его мнению, невинные, боясь, чтобы книга не подверглась аресту» (ЛН, т. 49–50, с. 174). Об этом же А. А. Буткевич писала С. И. Пономареву: «…брат, желая увидеть в печати свои „Последние песни“, избегал всего, к чему могла бы придраться цензура» (ЛН, т. 53–54, с. 175).

Особые заботы Некрасова о «цензурности» «Современников» вполне объяснимы. Сразу же после появления части 1 поэмы в «Отечественных записках» цензор Н. Лебедев заявил: «…стихотворения <…> под общим заглавием „Современники“ <…> кажутся мне предосудительными в том отношении, что в них осмеиваются юбиляры, признанные правительством заслуживающими такого чествования, так как оно удостоило их арендами и другими наградами» (Гаркави А. М. Разыскания о Некрасове. — Учен. зап. Калинингр. гос. пед. ин-та, 1961, вып. 9, с. 58).

Сцены из поэмы, опубликованные в «Отечественных записках», но исключенные из «Последних песен», были помещены в Ст 1879 (т. IV) в отделе «Приложения». А. А. Буткевич не была удовлетворена таким решением, считая его ошибочным. Она писала: «В следующем издании их следует восстановить в тексте (теперь они в примечаниях, это моя вина)» (ЛН, т. 49–50, с. 174). Действительно, в издании стихотворений Некрасова 1881 г. эта задача в какой-то мере была решена. Однако в последующих изданиях «Современники» снова печатались по тексту «Последних песен».

Приведенные суждения сестры поэта А. А. Буткевич не оставляют сомнений в вынужденном характере тех изъятий, которые были сделаны Некрасовым при публикации поэмы в «Последних песнях». Правда, К. И. Чуковский и некоторые другие исследователи отстаивали авторитетность текста «Последних песен» по сравнению с журнальными публикациями. Так, Г. В. Краснов утверждал, что исключения, сделанные Некрасовым в тексте «Современников» еще при их публикации в «Отечественных записках», вызваны были заботой о «композиционном единстве» (Некрасов Н. А. Последние песни. М., 1974, с. 297). Известно, однако, что Некрасов специально отметил в журнале выпущенные сцены точками, как бы предупреждая читателей о вынужденном характере купюр. Это прекрасно понял М. Е. Салтыков-Щедрин, который писал Некрасову после прочтения части 1 поэмы: «Стихи отличные, только выпущенного жалко» (Салтыков-Щедрин, т. XVIII, кн. 2, с. 204).

Г. В. Краснов полагал также, что дальнейшее сокращение текста «Современников» в «Последних песнях» было вызвано «в первую очередь творческими соображениями» (Некрасов Н. А. Последние песни, с. 297). Анализ текста не дает возможности принять эту точку зрения (восходящую к суждениям К. И. Чуковского): из «Последних песен» Некрасов исключил не относительно безобидные фрагменты, в которых речь шла о чествовании

592

французской певицы в Петербурге или о гастрономических обедах, а именно те эпизоды («залы» № 6, 9, 12), где говорилось о неимоверно тяжелой жизни народа в пореформенный период или содержались намеки на кровавое подавление крестьянских восстаний (см. ниже комментарии к соответствующим сценам).

Таким образом, прямые указания А. А. Буткевич и самый характер исключенных эпизодов позволяют сделать вывод о том, что поэму следует печатать по тексту «Отечественных записок», а не «Последних песен».

Текст «залы № 5» (часть 1), обозначенный в «Отечественных записках» № 5 и строкой точек, Некрасов, завершая публикацию «Современников», ввел в часть 2. И в настоящем издании соответствующие стихи (455–498) оставлены в части 2, а в части 1 указано лишь место «залы № 5» — точно таким же образом, как в «Отечественных записках».

В ряде случаев, однако, источником поправок в тексте поэмы являются в настоящем издании «Последние песни». Так, учтена стилистическая правка в ст. 137, 607–618, 971 части 2 и ст. 355 Эпилога, осуществленная в этой последней публикации и частично восходящая к наборной рукописи. По тексту «Последних песен» восстановлены ст. 389–390 части 2. Примечание к ст. 249 части 2 дано по «Последним песням», а не по «Отечественным запискам», так как более обширный текст примечания в журнале был вызван четырехмесячным перерывом в публикации первой и второй частей «Современников». По этой же причине не воспроизводится указание Некрасова в «Отечественных записках» на место действия «Героев времени» (в «Последних песнях» оно отсутствует).

План расположения «зал» в части 1 поэмы («Юбиляры и триумфаторы») из сводной рукописи ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 437–438) включает шестнадцать сцен:

">

1. Администратор

2. Литератор

3. Гонитель литературы

4. «Жюдисты»

5. Новый губернатор

6. Жид-процентщик — редактор

7. Военный спор

8. Сенаторы

9. Агрономы

10. Председатель Казенной палаты

11. Заводчики

12. Литераторы-гробовскрыватели

13. Воины

14. Полицейский сыщик

15. Благотворители

16. Гастрономы.

Именно в таком порядке все эти эпизоды вошли в наборную рукопись. Незадолго до публикации части 1 в «Отечественных записках» Некрасов решил включить в окончательный текст еще одну сцену, сохранившуюся в сводной рукописи: речь идет об отрывке, начинающемся словами «Были вы вчера студенты…» (в черновом плане он не упомянут, поэтому особого названия у него нет). Этот эпизод Некрасов пометил № 15, он должен был идти за сценой «Полицейский сыщик». Таким образом, общее количество «зал» теперь равнялось семнадцати.

Однако в процессе подготовки части 1 к печати Некрасов исключил «залу № 5» («Новый губернатор») и заново перенумеровал все остальные эпизоды, уменьшая последовательно их номера на единицу. Сцена «Были вы вчера студенты…» получила № 14 (см.: Другие редакции и варианты, с. 477). Но так как этот «зал»

593

не был скопирован в наборной рукописи (см. там же, с. 500), а все время оставался в сводной, то исследователи долгое время не могли решить, какой именно текст стоит за № 14 (как уже было сказано выше, при публикации части 1 поэмы в «Отечественных записках» текст после № 2, 5, 14 был заменен строками точек). В связи с этим возникло даже предположение об ошибке переписчика, который по оплошности просто пропустил № 14 в наборной рукописи, а Некрасов этой ошибки не заметил (ПССт 1967, т. III, с. 462). На самом же деле за № 14 стоит вполне определенный текст, сохранившийся, правда, не в наборной, а в сводной рукописи. Номера, поставленные Некрасовым перед этим отрывком ([15] 14), не оставляют сомнений в том, что именно он должен быть помещен в соответствующем месте «Юбиляров и триумфаторов». [1]

Таким образом, изучение рукописей дает четкое представление о композиции части 1. По замыслу Некрасова «Юбиляры и триумфаторы» в окончательном варианте должны были состоять из следующих «зал»:

">

1. Администратор

2. Литератор

3. Гонитель литературы

4. «Жюдисты»

5. Жид-процентщик — редактор

6. Военный спор

7. Сенаторы

8. Агрономы

9. Председатель Казенной палаты

10. Заводчики

11. Литераторы-гробовскрыватели

12. Воины

13. Полицейский сыщик

14. «Были вы вчера студенты…»

15. Благотворители

16. Гастрономы.

По этому плану часть 1 поэмы печаталась в августовской книжке «Отечественных записок» за 1875 г., причем сцена, названная Некрасовым «Жид-процентщик — редактор» («Неразлучной бродят парой…»), как уже указывалось, вошла в часть 2 поэмы. За одним этим исключением «Юбиляров и триумфаторов» необходимо печатать по плану Некрасова, включая и те «залы», которые в журнальной публикации были заменены точками. Это и сделано впервые в настоящем издании. [2]


[1] С 1954 г. К. И. Чуковский включал сцену «Были вы вчера студенты…» в основной текст поэмы (Некрасов Н. А. Соч., т. II. М., 1954, с. 192–193 (Б-ка «Огонек»); Собр. соч. 1965–1967, т. III, с. 98–99). Хотя это решение не было им должным образом аргументировано, а место сцены было избрано произвольно, все же в принципе К. И. Чуковский был прав; критика же по этому поводу в его адрес была неосновательной (см.: Теплинский М. В. Творческая история поэмы Некрасова «Современники». — Некр. сб., II, с. 340–341).

[2] В последнее время только в ПССт 1967 «Современники» были напечатаны по тексту «Отечественных записок», а не «Последних песен». Однако «залы», выпущенные Некрасовым в журнале, не были восстановлены по рукописи и даже не были обозначены точками, как в «Отечественных записках». Эпизоды части 1 поэмы даны со сплошной нумерацией (№ 1–13) по образцу «Последних песен», где тоже была сплошная нумерация (№ 1–10). Решение это недостаточно последовательно и обоснованно.

594

Замысел поэмы возник у Некрасова в середине 1860-х гг. в связи с его работой над циклом так называемых «клубных» сатир. Последняя сатира этого цикла и новая поэма перекликаются даже названиями: «Недавнее время» — «Современники».

В конце 1860 — начале 1870-х гг. Некрасов собирал материал для своей поэмы. Этот материал составили личные наблюдения поэта над современной ему русской действительностью, многочисленные публикации в «Отечественных записках» и других органах русской прессы, книги, сведения, которые сообщали Некрасову его знакомые, близко знавшие мир «юбиляров и триумфаторов»: член Совета Министерства путей сообщения, главный инспектор частных железных дорог в России А. И. Дельвиг (см. письмо Некрасова к А. А. Буткевич от 17 сентября 1869 г.), инженер А. Н. Браков, известный судебный деятель А. Ф. Кони, журналист А. С. Суворин и другие (см.: Теплинский М. В. Творческая история поэмы Некрасова «Современники», с. 302–309; Краснов Г. В. К истории создания поэмы «Современники». — О Некр., вып. IV, с. 116–120). Вполне вероятно, что для творческой истории поэмы Некрасова имела значение полемика, которую Н. К. Михайловский вел на страницах «Отечественных записок» с Ф. М. Достоевским. Резко возражая против реакционных тенденций, проявившихся в романе «Бесы», Н. К. Михайловский писал, обращаясь к автору романа: «Как! Россия, этот бесноватый больной, вами изображаемый, перепоясывается железными дорогами, усыпается фабриками и банками, — и в вашем романе нет ни одной черты из этого мира! <…> В вашем романе нет беса национального обогащения, беса самого распространенного и менее всякого другого знающего границы добра и зла. <…> Вы не за тех бесов ухватились» (ОЗ, 1873, № 2, отд. II, с. 340). Поэма Некрасова была посвящена художественному отображению этих актуальных проблем, важность которых была подчеркнута «Отечественными записками».

Непосредственно к работе над «Современниками» Некрасов приступил 5 мая 1875 г., как об этом свидетельствует помета в сводной рукописи ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 438). Сначала, по замыслу поэта, часть 1 поэмы должна была состоять из «12 фигур», работу над которыми он закончил 14 июня 1875 г. (см. там же). Затем к «12 фигурам» прибавились новые эпизоды, наиболее острые в общественно-политическом отношении: «Сенаторы», «Новый губернатор», «Военный спор», «Председатель Казенной палаты». Произошло это, очевидно, после 14 июня 1875 г., так как в черновой рукописи нет даже набросков к этим сценам (см.: Прокшин В. Г. К творческой истории поэмы Н. А. Некрасова «Современники». — Учен. зап. Башкирск, гос. пед. ин-та, 1955, вып. V, сер. филолог., № 1, с. 30). Установив порядок расположения всех шестнадцати «зал», Некрасов затем изменяет их последовательность.

Первоначально не существовало деления поэмы на две части. После «12 фигур» в плане намечались и такие эпизоды (впоследствии вычеркнутые), как «Подрядчики», «Сам автор», «Герои времени». Судя по рукописям, чествование Шкурина (часть 2, ст. 13–95) и являлось главным содержанием сцены «Подрядчики»; далее должны были идти размышления автора («Сам автор»), а «Герои

595

времени» начинались со ст. 221, перед которым в рукописи была поставлена цифра II. В сводной рукописи после шестнадцатой (последней) «залы» части 1 («Гастрономы») было написано очередное заглавие «Зала №», а затем текст «Производитель работ Акционерной компании…». Лишь впоследствии Некрасов в самом верху страницы вписывает «Часть вторая. Герои времени» и добавляет новый текст.

Часть 2 поэмы композиционно отличается от части 1. Если в части 1 дан ряд сцен, связанных между собою лишь образом автора-наблюдателя, то в части 2 различные эпизоды образуют в общей сложности связное повествование, даже с намеченным сюжетом (история Зацепина). Это композиционное отличие объясняется тем, что в части 1 изображены представители различных социальных групп (сенаторы, заводчики и т. д.), а в части 2 действующие лица принадлежат в основном к одному и тому же плутократическому миру.

Изучение рукописей показывает, что Некрасов сначала набрасывал ряд сцен, реплик, разговоров и т. п., а затем располагал их таким образом, чтобы получилась цельная картина, в достаточной степени характеризующая русское пореформенное общество 1870-х гг. Не случайна забота Некрасова о наиболее целесообразном расположении отдельных эпизодов поэмы.

Напряженная работа над текстом «Современников» не прекращалась и после того, как была изготовлена наборная рукопись. В частности, пристальное внимание Некрасова привлекала бурлацкая песня. Лишь в наборной рукописи поэт вписывает ее название — «В гору!», создавая, таким образом, резкий контраст с карточной игрой «в горку», с помощью которой Савва Антихристов в самом конце «Современников» «утешил» Зацепина (эпизод с карточной игрой был намечен Некрасовым с самого начала его работы над поэмой).

Принципиально важным явилось также решение Некрасова включить в основной текст сцену «Были вы вчера студенты…». Благодаря этой сцене в поэме острее зазвучала проблема молодого поколения. Попытки реакционных кругов отвлечь молодежь от актуальных вопросов современности разоблачались уже в «зале № 4» («Жюдисты»). Теперь эта тема раскрывалась на злободневном политическом материале: Некрасов высмеивает «заигрывание» с молодежью царского самодержавия, тщетно стремившегося не допустить ее непосредственного участия в революционном движении. Можно также отметить определенную перекличку с этой сценой в «Эпилоге» поэмы (история сына Зацепина).

«Современники» создавались Некрасовым в основном в мае — июле 1875 г. (последняя дата на сводной рукописи, как указывалось выше, — 9 июля 1875 г.). Однако работа над поэмой продолжалась и в последующие месяцы — в связи с ее подготовкой к печати. Так, например, в журнальном тексте части 2 «Современников» есть строки, отсутствующие в наборной рукописи, что свидетельствует о правке в корректуре (корректура поэмы не сохранилась). Так как № 1 «Отечественных записок» за 1876 г. вышел в свет 22 января (см.: Боград В. Э. Журнал «Отечественные записки». 1868–1884. Указатель содержания. М., 1971, с. 199), можно

596

сделать вывод, что корректуру Некрасов правил в январе 1876 г.

Работа по подготовке текста для публикации в «Последних песнях» сводилась, как уже было сказано, к значительным сокращениям в результате автоцензуры.

Поэма «Современники» является крупнейшим сатирическим произведением Некрасова, образуя вместе с двумя другими его поэмами, созданными в 1860–1870-х гг. («Русские женщины» и «Кому на Руси жить хорошо»), своеобразную трилогию, которая как бы подводит итог всему его поэтическому творчеству.

«Современники» посвящены прежде всего разоблачению антинародной, разбойничьей сущности капитализма, несущего с собой новые формы угнетения и эксплуатации: «…старая патриархальная Россия, — писал В. И. Ленин, — после 1861 года стала быстро разрушаться под влиянием мирового капитализма. Крестьяне голодали, вымирали, разорялись, как никогда прежде, и бежали в города, забрасывая землю. Усиленно строились железные дороги, фабрики и заводы, благодаря „дешевому труду“ разоренных крестьян. В России развивался крупный финансовый капитал, крупная торговля и промышленность» (Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 20. Изд 5-е. М., 1961, с. 39).

В основе части 1 поэмы («Юбиляры и триумфаторы») лежит описание серии юбилейных торжеств, которые были тогда чрезвычайно распространены в России и происходили часто по самым незначительным поводам (см.: Теплинский М. В. Об идейной направленности сатиры Н. А. Некрасова 1870-х годов. — Учен. зап. Южно-Сахалинского гос. пед. ин-та, 1957, т. 1, с. 184–185). В том же номере «Отечественных записок», где появились «Юбиляры и триумфаторы», был опубликован рассказ М. Е. Салтыкова-Щедрина «Сон в летнюю ночь», дополняющий до известной степени поэму Некрасова. В критике тех лет высказывалось мнение, что Щедрин и Некрасов выступали только против юбилейной мании (БВ, 1875, 29 авг., № 237; СПбВ, 1875, 29 авг., № 229). 16 сентября 1875 г. Салтыков-Щедрин писал Некрасову об одном из критиков (А. М. Скабичевском): «Он очень серьезно думает, что я против страсти к юбилеям протестую — каков дурачина! <…> Точно так же Буренин, яко подлец, и вашим стихам придает ту же нелепую цель» (Салтыков-Щедрин, т. XVIII, кн. 2, с. 204).

Разумеется, истинный смысл произведений Некрасова и Щедрина был иным. Некрасов, иронизируя по поводу бесчисленных юбилеев, резко разоблачал всевозможных «триумфаторов», грабящих и эксплуатирующих народ, время, «подлее которого не было». Высмеивал Некрасов и тех, кто стремился уйти от действительности в библиографию, гастрономию и т. п.

В части 2 поэмы («Герои времени») в центре внимания автора — члены одной могущественной корпорации, объединившейся для походов «на карманы благодушных россиян», — подрядчики, капиталисты, дельцы, банкиры, сановники, отличавшиеся повальным взяточничеством, интеллигенты, продавшиеся буржуазии. С гневным сарказмом пишет Некрасов о попытках дельцов грабить массы, маскируя свои подлинные стремления лживыми словами о «любви к народу» (образы Шкурина и Саввы Антихристова).

Тема народа, внешне оставаясь в сатирической поэме на заднем плане, на самом деле определяет идейную направленность

597

«Современников». Некрасов полностью разделял точку зрения Салтыкова-Щедрина, который писал в 1868 г.: «…единственно плодотворная почва для сатиры есть почва народная…» (Салтыков-Щедрин, т. IX, с. 246). Какие бы стороны русской жизни ни затрагивал Некрасов, мысль о народе не оставляет его ни на минуту; постоянные упоминания о жестоких наказаниях солдат («зала» № 6), о голодном пахаре («зала» № 8), о кровавом подавлении крестьянского восстания в с. Бездна («зала» № 12) образуют рельефную картину, на фоне которой особенно омерзительны слова и дела «юбиляров и триумфаторов».

В части 2 поэмы теме народа уделяется еще больше места и внимания. Автор судит «героев времени» с революционно-демократических позиций, резко противопоставляя якобы «гуманные» идеи буржуазных дельцов подлинным народным интересам: «И сказались барыши Лишней гривною в налоге С податной души». Идейным центром части 2 является бурлацкая песня «В гору!». Поэт разоблачает космополитическую сущность русских капиталистов. В поэме раскрыта идейная и деловая связь русского капитализма с западноевропейским и американским.

Работая над «Современниками», Некрасов широко использовал конкретные факты, характеризующие русскую действительность середины 1870-х гг. В черновых рукописях встречаются имена фон Дервиза, Мекка, Овсянникова, Кокорева, Полякова. Кроме того, в поэме отразились некоторые факты деятельности Губонина, Варгунина, Варшавского и др. Все это были типичные представители русского капиталистического общества пореформенного периода, и именно поэтому Некрасов использует отдельные черты их биографий при создании образов главных действующих лиц своего произведения (хотя применительно к последним трудно говорить о наличии какого-либо одного определенного прототипа). Иначе обстоит дело с второстепенными персонажами. Здесь Некрасов порою сам подсказывает ту или иную параллель, используя созвучие фамилий, сходство биографий и т. д. П. А. Ефремов вспоминал, что у Некрасова он «видел экземпляр Стихотворений, в котором поэт собственноручно разметил, кого он имел в виду в „юбилярах“ и „героях“, выведенных в его сатире» (Докл. РБО, с. 11). Кроме того, в поэме, созданной на материале живой современности, есть прямые упоминания тех или иных реально существовавших личностей.

Поэма Некрасова «Современники» была встречена резко отрицательными отзывами либеральной и реакционной печати. Критики отвергали право поэта обращаться к сатирическому воспроизведению современной русской жизни. «Сама эта действительность, — писал П. И. Вейнберг, — не та, которая имеет право на внимание поэта…» (Пчела, 1876, № 4, с. 67). В. Г. Авсеенко назвал поэму «опереточным либретто», «подделкой под вкусы толкучего рынка» (РВ, 1876, № 2, с. 684–686). Стремясь принизить общественное и литературное значение сатиры Некрасова, многие критики утверждали, что в «Современниках» отражены лишь «частные случаи, фотографические портреты, выхваченные из обыденной общественной хроники и почти вовсе не переваренные в горниле искусства», и что «поэма построена на частных явлениях, не достигающих в изображении автора интересной для всех типичности» (В. М. Литературная летопись. — СПбВ, 1876, 31 янв.,

598

№ 31). Об этом же писали С. С. Окрейц (Петербургский листок, 1876, 12 февр., № 31) и К. К. Арсеньев (BE, 1878, № 12, с. 501). Среди неблагоприятных отзывов критики отметим и выступление М. А. Антоновича в газете «Тифлисский вестник» (1876, 29 февр., № 47; см. также: Новые материалы к истории русской литературы и журналистики второй половины XIX в., т. II. Тбилиси, 1977, с. 94–105).

Лишь в нескольких выступлениях была дана в определенной степени положительная оценка «Современников». А. М. Скабичевский, например, находил в поэме «краски мрачнее ювеналовских» (БВ, 1876, 30 янв., № 29). «Первое появление в свет „Современников“ было целым событием, громадною литературною новостью», — отмечал А. Голубев (см.: Голубев А. Некрасов. СПб., 1878, с. 105).

Наиболее глубокий и проницательный отзыв о поэме принадлежал Салтыкову-Щедрину, который в письме к Некрасову от 12 февраля 1876 г. писал: «…я могу, по первому впечатлению, сказать, что поэма поразила меня своею силою и правдою; например, картина Кокоревых <…> с искренним трагизмом поющих бурлацкую песню (превосходную), производит поразительное действие. Описание оргии, спичи и лежащая на всем фоне угрюмость — все это отлично задумано и отлично выполнено» (Салтыков-Щедрин, т. XVIII, кн. 2, с. 255).

В идейно-художественном отношении «Современники» примыкают к антикапиталистическим сатирам Салтыкова-Щедрина, созданным в 1870-е гг. («Благонамеренные речи», «Дневник провинциала в Петербурге» и др.). Некоторые мотивы поэмы отразились в его рассказе «Больное место» (1879).

Сатирическая поэма Некрасова оказалась произведением, во многом поучительным и для советских поэтов. Известно, что Маяковский, прочитав «Современников», «не переставал удивляться своему сходству с Некрасовым» (Знамя, 1940, № 3, с. 166). В дни некрасовского юбилея в 1971 г. советский поэт Б. Слуцкий писал: «И сейчас, через сто лет после некрасовских „Современников“, у нас нет таких ярких образов капиталистов. Губонин, Кокорев, Поляков, Путилов написаны конкретнее, убедительнее, чем у кого бы то ни было, злоба дня соединена с обстоятельным знанием» (ВЛ, 1971, № 11, с. 137).

Часть первая

Ст. 3–4. «Бывали хуже времена, Но не было подлей» — неточная цитата из рассказа Н. Д. Хвощинской-Зайончковской (псевдоним — В. Крестовский) «Счастливые люди»: «…бывали времена хуже — подлее не бывало» (ОЗ, 1874, № 4, с. 363). Ср. листок с двумя эпиграммами Некрасова — на И. И. Кауфмана (5 января 1875 г.) и И. К. Бабста (20 мая 1875 г.), на котором сверху рукою Некрасова карандашом вписано:

«Бывали времена и хуже,
Но не было подлей».

Листок вклеен в экземпляр Ст 1874, т. III, ч. 6, хранящийся в ИРЛИ б (шифр: 18.1.2); воспроизведен в изд.: ЛН, т. 51–52, с. 523.

Ст. 41. Дюссо — владелец известного ресторана в Петербурге.

599

Зала № 1. — Судя по тексту, речь здесь идет о чествовании генерал-губернатора. Возможно, Некрасов имел в виду И. И. Фундуклея (1804–1880), бывшего долгое время киевским губернатором, а затем назначенного членом Государственного совета. В сводной рукописи ЦГАЛИ указывалось, что юбиляр из «залы № 1» был награжден орденом Андрея Первозванного (см.: Другие редакции и варианты, с. 472). В первой половине 1875 г. этой награды был удостоен только И. И. Фундуклей — в связи с шестидесятилетием со времени производства в первый классный чин (Г, 1875, 2 янв., № 2).

С т. 62. Аргус — в греческой мифологии стоокий великан, которому Гера приказала стеречь возлюбленную Зевса Ио, превращенную в корову.

№ 2. — По свидетельству П. А. Ефремова, Некрасов имел здесь в виду И. А. Гончарова (Докл. РБО, с. 11). Ироническое отношение Некрасова к Гончарову связано, по-видимому, с резко отрицательной оценкой на страницах № 9 «Отечественных записок» за 1869 г. романа «Обрыв» (см. статью М. Е. Салтыкова-Щедрина «Уличная философия» — Салтыков-Щедрин, т. IX, с. 61–95). Полемика, возникшая вокруг романа, очень болезненно переживалась Гончаровым. «…переживания и волнения автора „Обрыва“ продолжались еще долгое время, что видно из статей и писем 70-х годов. Он неоднократно, при всяком удобном случае, при обстоятельствах, мало-мальски идущих к делу, стремился объяснить свои творческие цели и намерения в романе», — пишет А. П. Рыбасов, автор примечаний в кн.: Гончаров И. А. Литературно-критические статьи и письма. Л., 1938, с. 364. В период создания поэмы «Современники» в газетах промелькнуло известие о готовящемся юбилее Гончарова; впрочем, это известие вскоре было опровергнуто (Г, 1875, 6 мая, № 124 и 13 мая, № 131).

№ 3. — В плане Некрасова юбиляр, которого чествуют в этом зале, назван «гонителем литературы» (см.: Другие редакции и варианты, с. 437). Это название, а также упоминание имени М. Л. Магницкого (1778–1855), известного мракобеса, одного из самых реакционных деятелей эпохи Александра I в области народного образования, помогают понять намек Некрасова на реакционеров 1870-х гг. во главе с тогдашним министром народного просвещения Д. А. Толстым (1823–1889). Именно Д. А. Толстой был одним из наиболее злобных «гонителей литературы» тех лет, что не раз отражалось на истории «Отечественных записок» (см.: Теплинский М. В. «Отечественные записки» (1868–1884). Южно-Сахалинск, 1966, с. 90). В связи с реакционными реформами Д. А. Толстого в области народного просвещения в прессе 1870-х гг. неоднократно вспоминалось имя Магницкого. Так, например, Н. А. Демерт, анализируя отчет инспектора одной из классических гимназий, писал, что «подробности этого отчета напоминают времена давно минувшие, времена Магницкого, как видно не совсем еще сделавшегося достоянием истории» (ОЗ, 1870, № 3, с. 119). Некрасов писал 30 июля 1872 г., что Д. А. Толстой «принадлежит к тем людям, которые, наделав мерзостей и глупостей всенародных, тем упорнее стоят за них и тем глубже в них погрязают, чем яснее обнаруживаются эти гадости на деле; нетерпимость его всё будет возрастать по мере того, как сознанию его будет уясняться непроходимая трущоба, в которую он зашел и

600

завел воспитательное дело в России». В апреле 1875 г. (незадолго до начала работы Некрасова над поэмой «Современники») Д. А. Толстой был награжден алмазными знаками ордена Александра Невского, причем особо отмечались «стойкость и последовательность», которые он обнаружил, проводя учебную реформу (Гр, 1875, 27 апр., № 17, с. 394).

Ст. 121–122. «Крамольники лукавы. Рази — и не жалей!».— Намек на циркуляр, с которым министр народного просвещения 24 мая 1875 г. обратился к попечителям учебных округов и в котором предписывалось усилить борьбу с революционными настроениями в русском обществе (Г. 1875, 17 июня, № 166). См. ниже, с. 603–604, комментарий к «зале № 14».

№ 4. — В 1870-х гг. особой популярностью в Петербурге пользовалась Опера-Буфф, среди постоянных посетителей которой современники отмечали прежде всего «выживших из ума стариков» и представителей «хлыщеватой, тоже бедной мозгами, юности». Их целью было «поклонение красивым артисткам, в особенности заезжим, и поднесение им подарков и букетов» (Незнакомец, с. 121). На сцене Оперы-Буфф с начала 1875 г. выступала парижская опереточная певица А. Жюдик (1850–1911). Прощальные концерты Жюдик состоялись в конце апреля 1875 г. Была организована подписка для покупки ей драгоценных подарков. Певице преподнесли «стрелу с крупными брильянтами и сапфиром, пять брильянтовых звезд и великолепный брильянтовый браслет» (Г. 1875, 20 апр., № 108).

Ст. 157. Кадеты — воспитанники кадетских корпусов, средних военно-учебных заведений.

№ 6. — Упоминаемые в этой сцене В. М. Аничков (1830–1877), генерал-майор, состоявший при военном министре, и Д. С. Мордвинов (1830–1894), генерал-адъютант, начальник канцелярии военного министерства, были изобличены в систематическом получении взяток от мукомола-миллионера С. Т. Овсянникова, преданного в 1875 г. суду (см.: Дельвиг, с. 527, а также ниже, комментарий к ст. 133 Эпилога). Д. А. Милютин (1816–1912) — военный министр, чья деятельность по преобразованию русской армии вызывала резкую критику со стороны крайне реакционных кругов, уповавших прежде всего на палочную дисциплину.

№ 7. — Среди черновых записей Некрасова есть сценка, рассказывающая об одном из сенаторов, неспособном понять суть тех дел, с которыми ему приходилось сталкиваться. Возможно, эта запись, относящаяся к 1874 г., являлась черновым наброском к «Современникам»:

«Сенатор из дивиз<ионных> генерал<ов>.

— Ну, что, сенатор, как новая служба?

— Ничего, одно плохо. Ничего не понимаю, что секретарь читает.

— А знаешь что? ты сам читай.

Через четыре года.

— Ну что?

— Еще хуже»

(ИРЛИ, ф. 203, № 42; Некр. сб., II, с. 305).

№ 8. — В специальной литературе 1860–1870-х гг. высказывались мнения о целесообразности такой меры, как выписывание скота из-за границы (см.: Бабин И. А. Сборник статей о скотоводстве.

601

СПб., 1869). По убеждению других, «туземная порода наша одарена отнюдь не меньшей молочностью, как и все знаменитейшие европейские породы» (Кузанов М. А. О скотоводстве в России. СПб., 1864, с. 24). Споры о скотоводстве, сатирически воспроизводимые в поэме Некрасова, велись в то время, когда положение крестьянского хозяйства было катастрофическим: «Цены на скот предлагаются крестьянами самые ничтожные, лишь бы только сбыть животных с рук, но никто не решается покупать их, потому что кормить нечем. <…> Говорят, что если еще с неделю не сойдет с полей снег и не появится трава, то весь скот пропадет» (ОЗ, 1875, № 5, с. 155).

Ст. 284–286. Председатель Казенной палаты ∾ И директор.— Казенная палата — учреждение, находившееся в губернском городе и состоявшее в ведении Министерства финансов. В обязанности Казенной палаты входило наблюдение за поступлением государственных доходов, взыскание крестьянских «недоимок» и т. п. Собеседник председателя Казенной палаты — директор одного из департаментов Министерства финансов.

№ 10. — Вполне вероятно, что при создании данной сцены Некрасов воспользовался некоторыми фактами из биографии Н. И. Путилова, владельца больших заводов в Петербурге, в частности Путиловского завода (ныне — завод им. С. М. Кирова). Во время Крымской войны Путилов занимался строительством военных судов (Г, 1870, 16 июня, № 165). В дальнейшей деятельности он также был связан с морским министерством, изготовляя орудия для кораблей. Кроме того, на его заводах производились гранаты, снаряды, а также рельсы для железных дорог (см.: Заводы Н. И. Путилова. 1867–1870. СПб., 1870). Путилов послужил Некрасову прототипом образа Ладьина в части 2 поэмы (см. ниже, с. 612, комментарий к ст. 1171–1200). Путилов упомянут в черновых автографах ЦГАЛИ и ГБЛ (см.: Другие редакции и варианты, с. 436, 439).

№ 11. — П. А. Ефремов утверждал, что Зосим Ветхозаветный — это М. И. Семевский (Докл. РБО, с. 11). Действительно, в черновом автографе ЦГАЛИ вместо имени Ветхозаветного названа фамилия Семевского (см.: Другие редакции и варианты, с. 447). М. И. Семевский (1873–1892) — журналист, редактор «Русской старины», исторического и историко-литературного журнала, далекого от живых интересов современности. В «Отечественных записках» отмечалось, что «Русская старина» «по специальности своего назначения предпочитает говорить о мертвых» (1874, № 4, с. 389).

Ст. 338. Отозвался и Тяпушкин… — В черновом автографе и сводной рукописи ЦГАЛИ вместо «Тяпушкин» написано «Слепушкин» (см.: Другие редакции и варианты, с. 447, 476). Ф. Н. Слепушкин (1783–1848) — поэт-самоучка, творчество которого отрицательно оценивалось Белинским, осуждавшим псевдонародность многих его стихотворений (Белинский, т. IV, с. 156–161).

Ст. 341. Отыскал товарищ наш! — Из сводной рукописи ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 476) становится ясно, что речь идет о Г. Н. Геннади (о нем см.: наст. изд., т. II, с.372–375, комментарий к стихотворению «Литературная травля, или Раздраженный библиограф»).

Ст. 386. Миша — М. Н. Лонгинов (о нем см.: наст. изд., т. I,

602

с. 690–693, комментарий к стихотворению «Послание к Лонгинову»). В 1860-х гг. М. Н. Лонгинов перешел на ультрареакционные позиции, что особенно проявилось, когда он стал начальником Главного управления по делам печати (о его враждебном отношении к «Отечественным запискам» см.: Теплинский М. В. «Отечественные записки» (1861–1884), с. 88).

Ст. 391–392. Позавидует Бартенев П Ефремов зашипит… — П. И. Бартенев (1829–1912) — библиограф и историк литературы, издатель журнала «Русский архив». П. А. Ефремов (1830–1907) — библиограф и историк литературы, сблизившийся с Некрасовым в середине 1870-х гг. Переписку Некрасова и Ефремова см.: ЛН, т. 51–52, с. 262–273. В «Последних песнях» Некрасов вместо Ефремова упомянул Семевского, считая, что тогда у Семевского не будет повода отожествлять себя с Ветхозаветным (Докл. РБО, с. 11).

Ст. 393. Но заметку сам Тургенев… — В первой половине 1870-х гг. И. С. Тургенев неоднократно помещал в газете «С.-Петербургские ведомости» письма в редакцию и заметки, направленные в ряде случаев против «Отечественных записок» и Некрасова.

Ст. 421. Ты не дрогнул перед бездной… — Намек на подавление крестьянского восстания в с. Бездна Казанской губернии в 1861 г. Руководил подавлением граф А. С. Апраксин (1817–1899). Н. А. Демерт на страницах «Отечественных записок» вспоминал: «Факт почти невероятный, но, однако же, верный: после безднинского „увечья“, в ознаменование радости по этому случаю, крупные и именитые губернские землевладельцы устроили торжественный обед, говорили торжественные приличные случаю спичи, запивая их шампанским» (1869, № 9, с. 48).

Ст. 422. Татарин — официант.

№ 13. — В период работы Некрасова над поэмой газеты сообщали о нескольких случаях колоссальных краж и прославляли ловкость, сметливость и энергию полиции, проявленные при поимке преступников. Так, 30 апреля 1875 г. в Московском купеческом банке по подложному чеку была получена крупная сумма; при посредстве агентов петербургской и московской полиции один из похитителей был задержан в Киеве. Для поимки другого похитителя были разосланы телеграммы с указанием его примет чуть ли не по всей Европе; русское посольство обратилось с просьбой о содействии к прусскому правительству; в заграничных газетах появились фотографии преступника и т. д. (Г, 1875, 18 мая, № 136).

№ 14. — Текст этой главки представляет собой пародию на циркуляр министра народного просвещения Д. А. Толстого попечителям учебных округов от 24 мая 1875 г., в котором говорилось: «…революционеры избрали оружием своей гнусной пропаганды то, что для каждого честного и просвещенного человека составляет предмет особой заботливости и охраны — юношество и школу. <…> Но, к сожалению <…> дети и юноши, вместо того чтобы найти в окружающей их среде и в своих семействах отпор преступным увлечениям и политическим фантазиям, встречают иногда, напротив того, ободрение и поддержку; только этим и можно объяснить распространение социалистических теорий, давно осужденных здравою наукой: в 37 губерниях, как обнаружило

603

судебное исследование, некоторые отцы и матери подбивали к ним своих детей. <…> Пусть же наставники заменят в этом случае родителей — это их прямое призвание» (Г, 1875, 17 июня, № 166).

№ 15. — В прессе 1870-х гг. неоднократно говорилось о том, что благотворительные лотереи, часто устраиваемые в то время, были одним из способов эксплуатации народа: «Действуя на скопляющуюся при этих случаях огромную массу народа по преимуществу из низших классов, материально не обеспеченных и живущих трудом, — рабочих, ремесленников, поденщиков, прислуги, завлекая их вывеской выигрышей и особенно дешевизною билетов, которых выпускается громадное количество, без соображения с числом выигрышей, подобные лотереи-аллегри, устраиваемые, например, в Летнем саду в праздничные дни, разжигают страсти, выманивают у бедного люда последнюю трудовую копейку» (Г, 1875, 26 ноября, № 327). О некоторых излюбленных приемах организаторов подобных лотерей рассказывал А. С. Суворин: «…госпожи благотворительницы получили вкус к коровам, доить которые они не умеют, но доить посредством коров народ выучились. Нетрудная наука!» (Незнакомец, с. 283).

№ 16. — «В начале 1870-х гг. в Петербурге существовало какое-то гастрономическое общество. <…> Ставились даже баллы за кушанья и обеды» (Михайловский Н. К. Литературные воспоминания и современная смута, т. 1. СПб., 1900, с. 78–79).

Часть вторая

Ст. 17. В группе директоров Шкурин сидит… — При создании этого образа Некрасов использовал некоторые факты из жизни и деятельности П. И. Губонина (1826? — 1894), сына крепостного крестьянина, ставшего впоследствии одним из крупнейших железнодорожных воротил (НВ, 1894, 2 окт., № 6679). Подобно Кокореву (см. ниже, комментарий к ст. 20), он демонстрировал свою «близость к народу» тем, что не расставался с купеческой длиннополой поддевкой и предпочитал «народную пищу». Внешнее народолюбие Губонина неоднократно разоблачалось в «Отечественных записках» (1873, № 1, с. 147–148; 1874, № 11, с. 224). В начале 1875 г. в газетах промелькнуло сообщение о том, что «государь император удостоил принять в Зимнем дворце статского советника Губонина, имевшего счастье преподнести его величеству альбом с фотографическими видами Севастопольской железной дороги». «Благодарю тебя за исполнение столь трудного предприятия», — сказал ему царь (БВ, 1875, 24 янв., № 22). О том, насколько неудовлетворительно была построена Севастопольская железная дорога, в том же году писали «Отечественные записки» (1875, № 4, с. 318).

Ст. 20. Савва Антихристов — спич говорит. — В этом образе отразились некоторые факты биографии и деятельности В. А. Кокорева. О нем см.: наст. изд., т. II, с. 357, комментарий к стихотворению «Дружеская переписка Москвы с Петербургом». Негативная оценка Кокорева содержится также в стихотворениях «Что поделывает наша внутренняя гласность», «Литературная травля, или Раздраженный библиограф» (см. там же, с. 365, 374).

604

В «Медвежьей охоте» Некрасов назвал его «откупщиком, кабачным гением». «Отечественные записки» с негодованием писали о лицемерии Кокорева (1870, № 8, с. 257). Салтыков-Щедрин обратил внимание на типичность образа Саввы Антихристова, назвав эпизод из части 2 поэмы, специально посвященный истории этого персонажа (ст. 1237–1272), картиной «Кокоревых» (Салтыков-Щедрин, т. XVIII, кн. 2, с. 255). Кокорев упомянут и в черновом автографе ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 432).

Ст. 30. Алтын — старинная трехкопеечная серебряная монета.

Ст. 43. Сняли мы линию… — Снять линию — получить подряд на постройку железнодорожной линии.

Ст. 94–95. …графа дивиденда Красноречивее слов говорит!..— «Отечественные записки» неоднократно помещали статьи, в которых рассказывалось о бедственном положении рабочих на строительстве железных дорог. «Главная выгода железнодорожных строителей, — писал Н. А. Демерт, — заключается в том, что они за постройку каждой версты выговаривают себе тысяч по 80–90, а с рабочими и даже подрядчиками расплачиваются грошами, употребляя в дело негодный, дешевый материал, который при соблюдении некоторых условий сойдет за хороший и дорогой. Как у нас обращаются с рабочими-землекопами — об этом так уже много было писано, что распространяться незачем» (1873, № 5, с. 81; см. также: № 9, с. 84–88).

Ст. 115. «Зацепа» и «Савва» — столпы-воротилы… — Работая над образом Григория Аркадьевича Зацепина, Некрасов, возможно, использовал отдельные факты предпринимательской деятельности Н. Н. Сущова (1830–1908), одного из наиболее значительных дельцов своего времени (НВ, 1908, 16 окт., № 11709). «…казалось, ни одно железнодорожное дело, ни одно коммерческое предприятие, ни одно коммерческое дело не могло осуществиться без Сущова — всюду был Сущов» (Витте, с. 340). Современники отмечали его умение «сочинять и проводить хитроумные, уснащенные крючками и лазейками уставы и договоры» (Михневич В. О. Наши знакомые. СПб., 1884, с. 215). Хищническая практика Сущова была отражена в романе П. Д. Боборыкина «Дельцы», опубликованном в «Отечественных записках» (1872–1873).

Ст. 144. …писклива была его речь… — Намек на скопчество менялы.

Ст. 210. На арену вышел Грош… — См. ниже, комментарий к ст. 973.

Ст. 243. Кто-то Утина Ермолову Уподобил… — Е. И. Утин (1843–1894) — адвокат и публицист, выступал в качестве защитника в нескольких политических процессах. А. П. Ермолов (1772–1861) — выдающийся полководец и дипломат.

Ст. 275–276. Образец непроходимых Государственных нерях!— Очевидно, подразумевается адмирал К. Н. Посьет (1819–1899), назначенный в 1874 г. министром путей сообщения.

Ст. 278. Прежний много лучше был… — Имеется в виду граф А. П. Бобринский, предшественник К. Н. Посьета на посту министра путей сообщения (см. ниже, комментарий к ст. 398–401).

Ст. 279. Не сажал нас на# мель в море… — «…командуя фрегатом, на котором находился великий князь, Посьет на Немецком море столкнулся с другим кораблем» (Витте, с. 250).

605

Ст. 282. Адепты севера и юга. — Речь идет о сторонниках южного или северного направления проектируемой Сибирской железной дороги. Оживленная полемика по этому поводу, происходившая на съезде «Общества содействия русской торговле и промышленности» (26 марта — 19 апреля 1875 г.), нашла широкое отражение в печати.

Ст. 283. Немного фактов, бездна слов… — По свидетельству А. С. Суворина, «многие ораторы, говорящие за то или другое направление дороги, состоят на жалованье у предпринимателей и получают „выходные“ очень значительные; стало быть, каждое слово оплачено и каждый будущий пассажир будет платить известный процент за красноречие» (Незнакомец, с. 129).

Ст. 286. Постлать соломки не мешает! — Указание на взяточничество, широко распространенное при проектировании и строительстве железных дорог.

Ст. 305–306. (Так! Господин инженер! Благодарим за любезность.) — Смысл этих строк в окончательном тексте неясен. Из сводной рукописи ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 484) следует, что они являлись ответом на слова некоего инженера, обращенные к князю Ивану:

[Князь, я сказал бы… но вы
Вряд ли поймете что… с жиру…]

Ст. 307–308. Вечно мы будем ломать Едущим руки и ноги…— На страницах «Отечественных записок» неоднократно печатались статьи, разоблачавшие железнодорожные компании, которые в погоне за прибылью не заботились о безопасности движения. Так, Г. З. Елисеев писал: «Частые крушения на наших железных дорогах происходят главным образом от дурной их постройки. Со времени передачи постройки железных дорог в частные руки и со времени первого образца, данного для таких построек г. фон Дервизом в Рязанско-Козловской железной дороге, наши железные дороги строятся, так сказать, на живую нитку, лишь бы только сдать их, и чем далее, тем постройки производятся небрежнее» (ОЗ, 1876, № 2, с. 292; см. также: 1874, № 10, с. 146).

Ст. 332–333. …дверь Для обмена мыслей гибельных… — Смысл этих строк уточняется при обращении к черновой рукописи ЦГАЛИ: собеседники собираются шантажировать строителей, угрожая доносом на политическую неблагонадежность предприятия, дающего возможность будто бы «для обмена мыслей гибельных» (ср.: «Да! С идеей политической Сохрани господь шутить!» — Другие редакции и варианты, с. 453).

Ст. 348. Современный Митрофан… — Имеется в виду А. М. Варшавский, один из крупнейших железнодорожных дельцов. Рядом с черновым наброском о Митрофане (Некрасов использовал имя героя комедии Д. И. Фонвизина «Недоросль») в рукописи ГБЛ (см.: Другие редакции и варианты, с. 437) сохранилась запись, содержащая ряд сведений о Варшавском, в частности упоминание об ордене Почетного легиона, которым он был награжден за то, что обеспечивал французскую промышленность русскими заказами (ОЗ, 1874, № 11, с. 223).

Ст. 357. Ведь я не отрицал у Душкиной таланта… — Душкина — петербургская актриса (см.: Вольф А. И. Хроника петербургских театров, ч. 1. СПб., 1877, с. 138).

606

Ст. 358. Я только говорил, что Радина милей! — Л. П. Радина — солистка балета, «каждое появление на сцене которой встречалось восторженными рукоплесканиями» (Г, 1875, 21 февр., № 52).

Ст. 375–390. Человека накачали ∾ И во всем — художник! — По словам П. А. Ефремова, в реплике, принадлежащей «7-му голосу», идет речь о И. А. Варгунине, крупном железнодорожном дельце (Докл. РБО, с. 11). Слова князя Ивана «На французском масле…» также имеют в виду Варгунина (ср. прозаическую заметку в черновом автографе ГБЛ — Другие редакции и варианты, с. 437).

Ст. 398–401. Слыл умником и в ус себе не дул ∾ И — наглупил на всю Россию! — Эти слова относятся к графу А. П. Бобринскому (1826–1894), бывшему в 1871–1874 гг. министром путей сообщения (см.: Рейсер С. А. Заметки о Некрасове. — Некр. сб., III, с. 349).

Ст. 404. На Литейном такое есть здание… — На Литейном проспекте в Петербурге помещались судебная палата и окружной суд.

Ст. 427–428. Суды?.. По платью приговор! А им любезны только полушубки. — Намек на статьи реакционных изданий, которые пользовались любым случаем, чтобы напасть на новые судебные учреждения (Московские ведомости, 1875, 28 мая, № 133; Гр, 1875, 6 апр., № 14, с. 351).

Ст. 431–432. — Как!? Под арестом содержать Игуменью — честную Митрофнью?.. — Некрасов пишет о нашумевшем судебном процессе настоятельницы Митрофании (в миру — баронессы П. Г. Розен), осужденной за мошенничества, подделку документов и т. п. «Редко у нас на Руси, — писал Н. А. Демерт, — чье-нибудь имя приобретало такую всенародную известность, какой теперь пользуется игуменья Митрофания» (ОЗ, 1874, № 11, с. 256).

Ст. 434. Адвокатам одним только рай… — В 1875 г. споры о роли и назначении адвокатуры особенно усилились в связи с опубликованием статьи Е. Л. Маркова «Софисты 19 века» (Г, 1875, 5 и 6 февр., № 36 и 37). «Отечественные записки» в ряде выступлений резко критиковали беспринципность и корыстолюбие многих адвокатов тех лет (Михайловский Н. К. Записки профана.— ОЗ, 1875, № 6; Головачев А. А. Мысли вслух. — ОЗ, 1875, № 8; Елисеев Г. З. Внутреннее обозрение. — ОЗ, 1875, № 10).

Ст. 437–454. Не люблю австрийца! ∾ Ставили в полки!— Речь идет об австро-прусской войне 1866 г., которая окончилась поражением австрийцев. Одной из причин поражения было плохое вооружение австрийской армии.

Ст. 456. Суетливый коммерсант… — Ф. П. Баймаков (1831–1907), банкир, основатель «Товарищества на вере — И. И. Жадимеровский, Ф. П. Баймаков и К[О]». Фирма приносила убытки, и для улучшения своего финансового положения Баймаков в конце 1874 г. приобрел газету «С.-Петербургские ведомости» (см.: Теплинский М. В. К творческой истории поэмы «Современники».— Некр. сб., III, с. 353–356). «Такого развязного, откровенного, цинического зазывания на биржу, какое Ф. П. Баймаков в газете устроил, русская литература еще не видела», — писал Н. К. Михайловский в «Отечественных записках» (1875, № 7, с. 164). Ср. ниже, с. 615–616, комментарий к отрывку «Четыре месяца ты был… ∾ В истории народной!..».

607

Ст. 470. Ты Тиблену кумом был. — Н. Л. Тиблен — книгоиздатель. В 1868 г. бежал за границу, оставив неоплатные долги.

Ст. 479. …моряк на суше… — К. Н. Посьет (см. выше, комментарий к ст. 275–276).

Ст. 485. Был же Генкель, есть же Гоппе… — В. Е. Генкель (1825–1910), издатель, подобно Тиблену также сбежавший за границу (ОЗ, 1872, № 9, с. 74). Г. Д. Гоппе (1836–1885) — владелец издательской фирмы, безграмотный спекулянт, обиравший рабочих (Михневич В. О. Наши знакомые, с. 62–63; см. также: БВ, 1875, 18 мая, № 135).

Ст. 555. А! Авраам-изыскатель! — Обращение это подразумевает С. С. Полякова (1837–1888), известного железнодорожного дельца. В сводной рукописи ЦГАЛИ эта строка звучала так: «А! Соломон-изыскатель!» (см.: Другие редакции и варианты, с. 485; ср, запись о Полякове в черновом автографе ГБЛ — там же, с. 437).

Ст. 619. На уме чины да куши… — Имеется в виду тот же С. С. Поляков. В наборной рукописи ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 503) было помечено, что эта реплика князя Ивана обращена «вдогонку тому же» (т. е. лицу, навстречу которому сказаны предшествующие слова князя Ивана «А! Авраам-изыскатель!..»). Из перечня эпизодов части 2 также следует, что комментируемый отрывок относится к Полякову, получившему в 1870-х гг. чин действительного статского советника (см. там же, с. 439). Сохранилась черновая заметка Некрасова: «Писарь — д<ействительный> с<татский> с<оветник>, переписывавший всю жизнь <бумаги> только на высочайшее имя <Герд?>, негодует, что Полякова сделали д<ействительным> с<татским> с<оветником>. Что же такое заслуги на государственной службе после этого?» (ИРЛИ, ф. 203, № 42, л. 5 об.; ПСС, т. XII, с. 461).

Ст. 636. «Спрос на водку и барду»… — Барда — отход спиртового производства при переработке зерна, картофеля; используется как корм для животных.

Ст. 637–642. А у местного вопросы ∾ Граф Давыдов, князь ЛобановНе удавшихся пока. — Граф В. П. Орлов-Давыдов (1809–1882), петербургский предводитель дворянства, и князь Н. Б. Лобанов-Ростовский выступили на Петербургском дворянском собрании, которое происходило весною 1875 г. (см. посвященную ему статью С. Н. Кривенко «В поисках за гражданским идеалом» — ОЗ, 1875, № 5) с проектами «всесословной волости», предлагая, чтобы помещики вновь получили полицейские права, как это было при крепостном праве. «…вопрос о всесословной волости, — говорил князь Лобанов, — затрагивает весь государственный строй. Благосостояние России зависит от того, будут ли руководить местным управлением люди имущие и образованные, или будет преобладать большинство — бедное и необразованное. Неужели придется видеть осуществление слов Гнейста: „Фанатизм социального равенства доведет до того, что местное управление перейдет в руки писарей“» (Прилож. к БВ, 1875, 22 марта, №79). Рудольф фон Гнейст (1816–1895) — немецкий публицист, профессор римского права в Берлине.

Ст. 643–644. «Вся беда России В недостатке власти!.. — Краткое пародийное воспроизведение смысла речи одного из самых

608

реакционных ораторов, выступавших на Петербургском дворянском собрании, — А. П. Платонова (1808–1894), который восклицал под шумное одобрение слушателей: «Спросите у любого крестьянина, и они все вам скажут, что теперь порядка у нас нет, потому что нет власти. Дайте нам власть, говорят они. Я прибавлю — и это факт — мне самому крестьяне говорили: „Возвратите нам власть помещиков“» (Прилож. к БВ, 1875, 23 марта, № 80).

Ст. 663–666. Даже божии стихии ∾ Вихри, штормы, ураган.— Весною 1875 г. все русские газеты были переполнены сообщениями о стихийных бедствиях, обрушившихся на различные районы страны. Ср. упоминания о пожарах в первой части рассказа М. Е. Салтыкова-Щедрина «Сон в летнюю ночь» (1875).

Ст. 703–710. «Пусть глас народа — божий глас ∾ На благородное дворянство». — Пародия на речь князя Лобанова-Ростовского, который говорил: «Толпа <…> особенно необразованная, следует минутному увлечению и придерживается поговорки: глас народа — глас божий. Не забудьте, что глас народа требовал распятия Спасителя» (Прилож. к БВ, 1875, 11 марта, № 79). Гедимин (ум. 1341) — великий князь литовский, родоначальник многих княжеских родов.

Ст. 773. Прежде был — Денис Давыдов… — Д. В. Давыдов (1784–1839) — знаменитый партизан 1812 г., поэт.

Ст. 777–778. Замечаю ренегатов Из семьи профессоров.— В 1870-х гг. часть профессоров различных высших учебных заведений принимала активное участие в деятельности банков, акционерных обществ и т. п. В связи с этим «Отечественные записки» писали: «Это — порождение новой большой промышленности; это — капиталистические слуги, капиталистические гарсоны…» (1874, № 9, с. 85).

Ст. 791–792. Вот москвич — родоначальник Этой фракции дельцов… — Имеется в виду И. К. Бабст (о нем см.: наст. изд., т. II, с. 357, комментарий к стихотворению «Дружеская переписка Москвы с Петербургом»). В 1867 г. Бабст стал управляющим Купеческим банком. «И. К. Бабст, — писал Г. З. Елисеев, — только после основательного изучения — в качестве профессора политической экономии — всех способов производительнейшего употребления капиталов в стране переменил кафедру политической экономии на место директора банка, конечно, в удостоверение учащемуся юношеству, что в наше время нет ничего производительнее, как пристраивать свои капиталы в банке, а если можно — и самому там пристраиваться» (ОЗ, 1876, № 11, с. 136). В начале 1875 г. Бабст был награжден орденом Станислава первой степени (Г, 1875, 3 янв., № 3). В дальнейшем Некрасов снова вспоминает о Бабсте, именуя его Швабсом (см. ниже, с. 613, комментарий к ст. 167 Эпилога).

Ст. 796. Искандер был друг его… — Искандер — А. И. Герцен.

Ст. 807–858. Вот другой — слывет за чудо ∾ Так же мягок, господа!» — Речь идет о профессоре И. А. Вышнеградском (1831–1895), авторе работ по механике, директоре Технологического института, активном деятеле ряда акционерных обществ, впоследствии министре финансов. Из воспоминаний современников известно, что Вышнеградский умел говорить «бойко, витиевато, без запинки и без выбора доводов, — со ссылками на параграфы никогда вовсе не существовавших статей, уставов и положений («Я беру летучие цифры», — оправдывался он, когда его ловили),

609

но все это производило оглушительный треск, и спорить под этот треск охотников не находилось» (Ковалевский П. М. Стихи и воспоминания. СПб., 1912, с. 373). В особенности поражало современников низкопоклонство Вышнеградского перед плутократами. Н. К. Михайловский писал: «…г-н Вышнеградский, отстаивая в общих собраниях привисленской железной дороги интересы своего патрона, г. Блиоха, и имея темперамент сангвинический, дошел наконец до того, что сам г. Блиох сказал ему публично и громогласно: тпру!» (ОЗ, 1874, № 11, с. 229). В рукописи ЦГАЛИ сохранилась черновая заметка Некрасова о Вышнеградском «Не всё ли равно ∾ спец<иалист по> механике» (см.: Другие редакции и варианты, с. 435). А. И. Бутовский (1817–1890) — буржуазный экономист.

Ст. 916–917. Будешь в славе равен Фидию, Антокольский!— Фидий — древнегреческий скульптор (5 в. до н. э.), давший в своем творчестве образцы искусства эпохи высокой классики. М. М. Антокольский (1843–1902) — известный русский скульптор.

Ст. 942–947. И муж государственный тожеВсегда ли достанет ее?..» — Судя по пометке Некрасова «Министр» в сводной рукописи ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 490), речь идет о министре внутренних дел, которым в те годы был А. Е. Тимашев (1818–1893).

Ст. 951. Остзейский туз — барон фон Клоппенгорст, — На основании заметки Некрасова в черновой рукописи ГБЛ (см.: Другие редакции и варианты, с. 437) можно предположить, что барон К. К. Унгерн-Штернберг — один из прототипов барона Клоппенгорста. Унгерн-Штернберг, бывший предводитель дворянства одной из прибалтийских губерний, «был в очень близких отношениях с императором Александром II» (Витте, с. 85). Занимал пост главного директора Одесской железной дороги. «Об его постройках было помещено в периодических изданиях много статей, из которых наиболее замечательною и едкою была статья Н. И. Липина, назвавшего способ постройки дорог, заявленный Унгерн-Штернбергом, не „американским“, а „ревельским“» (Дельвиг А. И. Воспоминания, т. 3. М., 1913, с. 235).

Ст. 969. Так шествовал в Россию «Монитор»… — Некрасов имеет в виду эпизод прибытия броненосца «Миантономо» в Кронштадт летом 1866 г. в составе американской эскадры, чтобы приветствовать Александра II по случаю его спасения от каракозовского выстрела.

Ст. 973. Эдуард Иваныч Грош… — Первоначально Некрасов хотел указать на родство этого персонажа с министром финансов М. X. Рейтерном (1820–1890) (см.: Другие редакции и варианты, с. 491, вариант а. к ст. 1022–1024). Возможно, что одним из прототипов образа Гроша был М. И. Кази (1835–1896). «Грек по происхождению, он представляет собой колонновожатая того гешефтмахерского нашествия „двунадесяти языков“ на наши „естественные богатства“, которое имеет в предмете конечно: пленение и „мужицкого алтына“ и „дворянского рубля“. Г-н Кази — „делец“ на все руки: он и заводами управляет, и корабли строит, и на бирже „свой человек“, и по части „проведения“ дел в подлежащих сферах маг и волшебник, и в „обществе поощрения торговли и промышленности“ — первый запевало и виртуоз в музыке протекционизма и капитализма» (Михневич В. О. Наши

610

знакомые, с. 96–97). Показательно, что при характеристике Кази Михневич пользуется цитатами из «Современников».

Ст. 1020–1021. Он туда протиснет взятку, Что руками разведешь!.. — По справедливому предположению К. И. Чуковского, это указание на взяточничество самых высших представителей царской администрации, вплоть до членов императорской фамилии (ПСС, т. III, с. 606–607). Военный министр Д. А. Милютин писал в своем дневнике, что Александр II был «чужд самым элементарным началам честности и бескорыстия. <…> С ведома высших властей и даже по высочайшей воле раздавались концессии на железные дороги фаворитам и фавориткам прямо для поправления их финансового положения, для того именно, чтобы несколько миллионов досталось в виде барыша тем или другим личностям» (Дневник Д. А. Милютина, т. 1. М., 1947, с. 162; см. также: Дельвиг, с. 18, 461; Феоктистов Е. М. За кулисами политики и литературы. Л., 1929, с. 306–312).

Ст. 1042. …новый гость явился… — Имеется в виду Е. И. Ламанский (1825–1902), управляющий Государственным банком, могущественный покровитель различных частных банков, обществ взаимного кредита, акционерных компаний, в которых он сам принимал деятельное участие, писатель по финансовым вопросам. В прессе отмечалось, что «он пользуется неограниченным доверием министра финансов <…> он необходимый для всех финансовых учреждений и предприятий советчик <…> все немецкие, еврейские и русские банкиры считают его своим другом. При такой счастливой в финансовом отношении обстановке г. Ламанский все может: захочет он погибели любого банка, он только дунет, и банк погиб, захочет он его процветания — банк цветет и растет» (Гр, 1875, 6 апр., № 14, с. 338). См. заметку о Ламанском в черновой рукописи ЦГАЛИ (Другие редакции и варианты, с. 434).

Ст. 1051–1052. Золото клюет — Возвращает… ассигнации!— Е. И. Ламанский злоупотреблял предоставленным Государственному банку правом выпускать кредитные билеты (см.: Скальковский К. Наши государственные и общественные деятели. СПб., 1890, с. 38).

Ст. 1064. А в душе — идеалы Плотицына! — Плотицын М. К.— богатейший купец, глава тамбовских скопцов, хранитель общественного скопческого капитала. О нашумевшем «плотицынском деле» писали в феврале-апреле 1869 г. многие газеты («Голос», «Современные известия», «С.-Петербургские ведомости»).

Ст. 1076. Нужно выждать: не созрели…» — Намек на фразу, которой Е. И. Ламанский прославился в свое время. В конце 1859 г. в петербургском Пассаже состоялся диспут, посвященный деятельности Русского общества пароходства и торговли. Диспут был таким шумным, что председатель — Е. И. Ламанский — закрыл заседание, заявив, что «мы еще не созрели» для публичного обсуждения общественных дел. Диспуту была посвящена статья Н. А. Добролюбова «Любопытный Пассаж в истории русской словесности». Фраза Ламанского неоднократно обыгрывалась в «Свистке» (Добролюбов, т. VII, с. 395, 404–407, 415, 426).

Ст. 1079–1080. Экс-писатель бледнолицый, Появился Пьер Кульков… — Имеется в виду П. М. Ковалевский (1823–1907), поэт, беллетрист, художественный критик либерального направления.

611

В 1870-е гг. занимался также коммерческой деятельностью. «Мрачный поэт и экс-романист, громивший некогда акционерные порядки и протестовавший против поклонения золотому тельцу, П. М. Ковалевский ныне благополучно восседает в правлениях трех железных дорог, расположенных в трех различных углах нашего обширного отечества» (НВ, 1876, 22 янв., № 21). А. Ф. Кони рассказывал, что Ковалевский узнал себя в Пьере Кулькове и даже ответил Некрасову стихами, которые начинались так: «Экс-писатель бледный Смеет вас просить…» (Чуковский К. И. Некрасов. Л., 1926, с. 106).

Ст. 1085–1087. Вожделений плутократа, Так сказать, апофеоз Совмещал в себе фон Руге… — Речь идет о П. Г. фон Дервизе (ум. 1881), известном железнодорожном дельце, купившем в Италии на награбленные в России деньги великолепную виллу Роза (в поэме — вилла Мирт). Построенная фон Дервизом Рязанско-Козловская дорога обошлась чрезвычайно дорого (ОЗ, 1875, № 4, с. 316). Фон Дервиз упомянут и в черновом автографе ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 432).

Ст. 1090–1096. …«Великий муж!миллиарда Увезенного не жаль!..» — 9 марта 1875 г. катковская газета «Московские ведомости» поместила статью, рекламирующую деятельность фон Дервиза. В статье утверждалось, что если он и составил себе громадное состояние, «то и этого следовало ожидать в видах общей пользы». См. отклик на эту статью в стихотворении В. С. Курочкина «Немец обезьяну выдумал» (БВ, 1875, 23 марта, № 21).

Ст. 1129. …оркестру внемлет solo… — «Дервиз, — писал С. Ю. Витте, — от той роскоши и богатства, которыми он пользовался в Италии благодаря состоянию своему, совершенно сбрендил. Так, например, он держал большую оперу исключительно для самого себя и очень редко кого-нибудь приглашал, между тем как каждый день ему давали то или иное представление» (Витте, с. 122).

Ст. 1149. Катастрофою Седана. — После грандиозного поражения под Седаном во время франко-прусской войны (1870) Франция капитулировала; правление Наполеона III сменилось республикой.

Ст. 1164. Где купить высокий сан? — Фон Дервиз предпринимал попытки купить какой-нибудь иностранный титул. «Ты ищешь, — писали о нем в русской прессе, — за дорогую плату купить громкий, но ничего не выражающий титул какого-нибудь итальянского маркиза или графа и пренебрегаешь теми выразительными титулами, которыми по сравнительно дешевому курсу награждают тебя благодарные соотечественники» (Дело, 1876, № 10, с. 461).

Ст. 1171–1200. Дайте мне его мильоныСоединим! — В этом эпизоде речь идет о Н. И. Путилове, который действительно собирался устроить неподалеку от одного из своих заводов громадный порт. По воспоминаниям современников, Путилов считал, «что если Петр Великий „прорубил окно в Европу“, то он портом своим прорубит дверь» (РА, 1895, № 2, с. 233; см. также: Мительман М., Глебов В., Ульянский А. История Путиловского завода. М., 1961, с. 25–35). Черная речка — узкий и мелкий приток Невы.

Ст. 1209–1210. Металлических заводов С пивоваренным котлом… — При строительстве металлических заводов разрешалось ввозить железо из-за границы без пошлины. Этим нередко пользовались

612

спекулянты, сооружавшие фиктивные металлические заводы. Ср. заметку в черновом автографе ЦГАЛИ (Другие редакции и варианты, с. 435).

Ст. 1220. А людей с сумой пускал. — «Отечественные записки» с возмущением писали о той эксплуатации, которой подвергались рабочие на заводах Путилова (1873, № 9, с. 81).

Ст. 1221–1222. У него своя контора «Переписки векселей»…— Н. И. Путилов «представлял свои дела блестящими, но в действительности отовсюду грозили подачею его векселей ко взысканию, и он целые дни и часто ночи шнырял повсюду, отыскивая деньги, чтобы удовлетворить своих кредиторов…» (Дельвиг А. И. Воспоминания, т. 4. М., 1913, с. 363).

Ст. 1234. Простроить — израсходовать деньги на строительство.

Эпилог

Ст. 25. Ушел Эфруси, важный грек… — Эфруси — банкир (ЛН, т. 51–52, с. 153).

Ст. 133. Миллионщик-мукомол… — Имеется в виду С. Т. Овсянников, купец-миллионер. В начале 1875 г. из корыстных соображений организовал поджог большой паровой мельницы в Петербурге, за что был предан суду. Овсянников упоминается и в черновом автографе ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 432, 434).

Ст. 167. Ученый Швабе… — И. К. Бабст (см. выше, комментарий к ст. 791–792 части 2). Строчками о Швабсе Некрасов воспользовался для эпиграммы, произнесенной им 20 мая 1875 г. при избрании Бабста в члены Литературного фонда (ЛН, т. 51–52, с. 538).

Ст. 174. Говаривал Володя Перелешин. — Возможно, некоторый материал для создания этого образа Некрасову дал князь А. И. Урусов (1843–1900), один из известных русских адвокатов. В своей адвокатской практике Урусов придерживался принципа «Не бичевать, жалеть должны мы вора». На одном из процессов, вспоминал А. Ф. Кони, он дал тонкий анализ «самого драгоценного дара, приносимого защитой уголовному праву, — сознания и раскаяния подсудимого» (Кони А. Ф. На жизненном пути, т. I. СПб., 1912, с. 480); ср. в поэме: «Кто низко пал — воспрянуть может вновь». В 1871 г. Урусов участвовал в нечаевском процессе в качестве защитника одного из подсудимых. За речь, произнесенную на этом процессе, он был выслан из Петербурга. Только несколько лет спустя, после того как Урусов написал царю верноподданническое письмо, он смог поступить в Риге в канцелярию местного генерал-губернатора (см.: Урусов А. И. Статьи, письма, воспоминания, т. 1. М., 1907, с. 12). Это произошло в январе 1875 г. Товарищем прокурора он стал только в марте 1876 г., так что Некрасов по существу предугадал судьбу одного из либеральных адвокатов, вступившего в сделку с царским самодержавием. П. Д. Боборыкин вспоминал, что Урусов именно для того, «чтобы освободиться от ссылки, пошел в прокуроры, откуда его не сразу пустили в адвокаты» (там же, т. 3, с. 404).

Ст. 178–183. Граф Твердышов ∾ Отяготил крестьянские налоги… — Речь идет о князе П. Н. Трубецком (1827–1880), придерживавшемся либеральных убеждений, что не помешало ему на «земские»

613

(т. е. крестьянские по существу) деньги построить в компании с И. А. Варгуниным железную дорогу от Осташевской станции до г. Торжка длиною в 32 версты (см.: Гейлер И. К. Сборник сведений о кредитных бумагах. СПб., 1871, с. 362). Вскоре после открытия Новоторжской дороги Н. А. Демерт в «Отечественных записках» писал, что она «не только не оправдала возлагаемых на нее ожиданий, но совершенно уничтожила веру в ее необходимость. У нее нет ни пассажиров, ни товара, и она, надобно ожидать, в скором времени кончит свое существование» (1871, № 5, с. 47). Ср. заметку о Трубецком в черновом автографе ГБЛ (Другие редакции и варианты, с. 437).

Ст. 282. На Западе — Мишле, Эдгар Кине… — Ж. Мишле (1798–1874) — французский историк и писатель. Э. Кине (1803–1875) — французский политический деятель и историк. Незадолго до начала работы Некрасова над «Современниками» Мишле и Кине были упомянуты в «Отечественных записках» как борцы за республику, враги монархии и духовенства (1874, № 3, с. 158; 1875, № 4, с. 288–290). См.: Верховский Г. П. Н. А. Некрасов и Жюль Мишле. — О Некр., вып. III.

Ст. 300–301. На спине туза бубнового Мы увидим… — Туз бубновый — суконный лоскут красного или оранжевого цвета, который пришивался на халат каторжников.

Ст. 322–349. Гриша — образчик широких натур ∾ А без Зацепы не смей и соваться… — Первоначально Некрасов предполагал более полно разработать биографию Зацепина, о чем свидетельствует его заметка в черновом автографе ЦГАЛИ (см.: Другие редакции и варианты, с. 434).

Другие редакции и варианты

С. 432. Мекк К. Ф. (1821–1875) — инженер путей сообщения, известный строитель железных дорог.

С. 432. Ротшильд — идеал. — Очевидно, Л. Ротшильд (1808–1879) — глава лондонского банкирского дома, финансовый агент русского правительства. Возможно, запись Некрасова «Ротшильд — идеал» вызвана впечатлением от романа Ф. М. Достоевского «Подросток», который в 1875 г. печатался в «Отечественных записках».

С. 433. Кони А. Ф. (1844–1927), юрист, сенатор, общественный деятель, мемуарист, знакомый Некрасова.

С. 434. Взять «Записки еврея». — Имеется в виду название книги Г. И. Богрова (псевдоним Бен-Рабби; 1825–1885), опубликованной в «Отечественных записках» в 1871–1873 гг. Известны письма Г. И. Богрова к Некрасову (ЛН, т. 51–52, с. 163–164).

С. 435. Спросить у Еракова… — А. Н. Браков (1817–1886) — инженер, близкий знакомый Некрасова, затем муж его сестры А. А. Буткевич.

С. 435. Дом Лохвицкого… — А. В. Лохвицкий (1830–1884) — присяжный поверенный. Его адвокатская деятельность неоднократно вызывала общественное осуждение.

С. 436. Поповки (ср. с. 441: Здравствуй, умная головка!.. ∾ Кстати, что твоя «поповка» ∾ Всё кружится… не плывет…).

614

Поповка — тип круглого военного судна, изобретенного генераладъютантом А. А. Поповым (1821–1898). Изобретение оказалось неудачным. В прессе 1870-х гг. появилось много статей, посвященных этому изобретению (см.: Поповка. Сборник статей о круглых судах. СПб., 1875). Сцена предназначалась для части 1 поэмы, но была вычеркнута Некрасовым из чернового автографа ЦГАЛИ.

С. 441–442. Начнем с недавних крепостных ∾ К подделке важных документов. — Один из вариантов пародии Некрасова на речи, произнесенные участниками собрания дворян Петербургской губернии (см. выше, комментарии к ст. 637–642, 643–644, 703–710 части 2). В частности, слова «Вводить ли грамоту в народ» намекают на речь А. А. Платонова на упомянутом собрании, который говорил: «…одна грамотность не дает понятий о своих обязанностях и ею одною нельзя заменить ту нравственность, которая приобретается в семье, покорной своему главе» (Прилож. к БВ, 1875. 23 марта, № 80).

С. 442. Ба! угрюмая тихая личность!.. — Первоначальный набросок отрывка сделан Некрасовым на письме к нему А. Н. Плещеева (конец 1865 — начало 1866 г.):

«На белугу глядел — продал.
Смотрел стерлядей, назначенных для ухи
Так это тебя, тебя
Будут
(плачет)»
(ЛН, т. 51–52, с. 439).

С. 443. На платиновой терелкеБудет! пожили! довольно!— В наброске отражен случай из жизни фон Дервиза (см. выше, комментарий к ст. 1085–1087 и след, части 2): он подарил своей жене миллион рублей с тем, чтобы она его оставила (Витте, с. 123).

С. 443. Начал жить с чужой женоюНе польстился — молодец! — Желая жениться на графине Келлер, фон Дервиз просил ее мужа дать ей развод. «…Келлер согласился развестись и только выразил удивление, что нашелся дурак, который хочет жениться на его жене» (Дельвиг, с. 544). Этот и предыдущий отрывки связаны с работой Некрасова над историей фон Руге (см. ст. 1085–1170 части 2), прототипом которого был фон Дервиз.

С. 444. «…Четыре месяца ты был ∾ В истории народной!..»— С 1875 г. либеральная газета «С.-Петербургские ведомости», издававшаяся ранее В. Ф. Коршем, была по инициативе министра народного просвещения Д. А. Толстого передана банкиру Ф. П. Баймакову (см. выше, комментарий к ст. 456 части 2 поэмы). Редактором был назначен граф Е. В. Салиас де Турнемир (1840–1908), реакционный беллетрист. Статьи Салиаса «восстановили против него всю прессу и общественное мнение» (СПбВ, 1875, 17 июня. № 156). Он вынужден был оставить пост редактора, заявив: «Я прощаюсь с читателями „С.-Петербургских ведомостей“. Четыре месяца пришлось мне вести это дело. Немного времени… Но мне эти четыре месяца кажутся десятилетием… даже более» (СПбВ, 1875, 4 мая, № 120). В «Отечественных записках» было отмечено, что Салиасу удалось «обессмертить» себя

615

процитированными выше словами (1875, № 8, с. 222). Отрывок предназначался для части 1 поэмы, но из сводной рукописи ЦГАЛИ (где он был помещен под № 5) Некрасов его вычеркнул.

С. 444. — Послушайте — не много ль ∾ Свои герои, боги.— 23 марта 1875 г. скончался П. М. Леонтьев (1822–1875), единомышленник М. Н. Каткова, соиздатель газеты «Московские ведомости». Похороны Леонтьева отличались неумеренной пышностью. А. С. Суворин писал: «Московские ведомости» «выходили два дня в траурной кайме. Очевидно, редакция „Московских ведомостей“ <…> думает, что смерть Леонтьева такое колоссальное событие, что должна затмить все другие и посеять траур в сердце всей России. <…> Похоронили П. М. Леонтьева великолепно: в процессии участвовали все высшие представители администрации» (Незнакомец, с. 61). Сцепа предназначалась для части 1 поэмы, но была вычеркнута Некрасовым из сводной рукописи ЦГАЛИ.

С. 445. «…C богом, с богом! торопитесь! ∾ Остальное — трынтрава!..» — Смысл сцепы раскрыт К. И. Чуковским: «…типичное напутственное слово, обращенное министром внутренних дел (или министром финансов) к новичку губернатору, отправляющемуся в провинцию на место службы. Министр внушает новичку, что главная задача его будущей деятельности — взимание налогов с крестьян» (ПСС, т. III, с. 698). Эпизод был предназначен для части 1 поэмы, однако в последний момент был вычеркнут Некрасовым из наборной рукописи (см.: Другие редакции и варианты, с. 500).


Н.А. Некрасов. Современники (Комментарии) // Некрасов Н.А. Полное собрание сочинений в 15 томах. Л.: «Наука», 1981. Т. 4. С. 591–616.
© Электронная публикация — РВБ, 2018-2021. Версия 0.1 от 10 декабря 2018 г.