***

Да, целый год я взвешивал,
Но не понять мне моего искусства
Уже в садах — осенняя прохлада
И дети новые друзей — вокруг меня.
Испытывал я тщетно книги
В пергаментах суровых, и новые
95
Со свежей типографской краской.
В одних — наитие, в других же — сочетанье,
Расположение — поэзией зовется.
Иногда
Больница для ума лишенных снится мне,
Чаще сад и беззаботное чириканье.
Равно невыносимы сны
Но забываюсь я, по-прежнему
И отодвинув нерешенное сомненье,
Безмысленно хватаюсь за бумагу —
И в хаосе заметное сгущенье,
И быстрое движенье элементов,
И образы под яростным лучом —
На миг И все опять исчезло
Хотел бы быть ученым, постепенно
Он мысль свою доводит до конца.
А нам одно блестящее мгновенье,
И упражненья месяцы и годы,
Как в освещенном плещущей луной
Монастыре.
Пастушья сумка, заячья капустка,
Окно с решеткой, за решеткой свет
Во тьме повис И снова я пытаюсь
Восстановить утраченную цепь,
Звено в звено медлительно вдеваю.
И кажется, что знал я все
В растраченные юношества годы.
Умолк на холмах колокольный звон,
Покойников хоронят ранним утром,
Без отпеваний горестных и трудных,
Как будто их субстанции хранятся
Из рода в род в телах живых
В своей библиотеке позлащенной
Слежу за хороводами народов
И между строк прочитываю книги,
Халдейскою наукой увлечен
И тот же ворон черный на столе
Предвестник и водитель Аполлона,
Но из домов трудолюбивый шум
Рассеивает сумрак и тревогу
96
И новый быт слагается,
Совсем другие песни
Поются в сумерках в одноэтажных городах.
Встают с зарей и с верой в первородство
Готовятся спокойно управлять
До наступленья золотого века.
И принужденье постепенно ниспадает,
И в пеленах проснулося дитя,
Кричит оно старушку забавляя,
И пляшет старая с толпою молодой.
Декабрь 1924

К.К. Вагинов. «Да, целый год я взвешивал...» // Вагинов К.К. Песня слов. М: ОГИ, 2012. С. 95-97.
© Электронная публикация — РВБ, 2018-2019. Версия 2.0 от 6 марта 2018 г.