Пожалуйста, прочтите это сообщение.

Обнаружен блокировщик рекламы, препятствующий полной загрузке страницы. 

Реклама — наш единственный источник дохода. Без нее поддержка и развитие сайта невозможны. 

Пожалуйста, добавьте rvb.ru в белый список / список исключений вашего блокировщика рекламы или отключите его. 

 

×


II
ДОПОЛНЕНИЯ К РАЗДЕЛУ ПРИЛОЖЕНИЯ
ДЕЛО О «ЗАОЗЕРСКОМ НАСЛЕДСТВЕ»

В 1859 г., в результате второго раздела земельных владений родителей, Салтыков и его брат Сергей Евграфович получили в совместное владение оброчное имение матери — село Заозерье с деревнями в Угличском уезде Ярославской губернии. Салтыков просил брата взять на себя управление имением и просьбу эту, которая была принята, оформил надлежащей доверенностью. Заозерье стало источником средств писателя, дополнительных к его литературным заработкам. Средства эти были необходимы Салтыкову главнейше для уплаты долгов, матери и другим лицам, в которые он вошел в 1861—1862 гг. при покупке подмосковного имения Витенево, а также для ликвидации большого долга Опекунскому совету, лежавшего на заозерском имении. Вместе с тем Заозерье стало источником немалых тревог Салтыкова. До него доходили сведения о крайне неумелом, отчасти же и не вполне добросовестном управлении брата, о грозило вовлечь и Салтыкова, как совладельца, в разного рода имущественные и гражданско-правовые неприятности. После смерти брата в 1872 г. Салтыкову пришлось убедиться, что тревоги его не были беспочвенными. Он оказался вовлеченным, с одной стороны, в распутывание крайне запущенных дел по управлению имением, а с другой — в семейно-имущественные споры, сразу же разгоревшиеся вокруг «заозерского наследства».

Защитить свои интересы от необоснованных претензий братьев, собственно от сутяжничества Дмитрия Евграфовича, а также вдовы умершего брата Лидии Михайловны и ее матери Клавдии Николаевны Ломакиной, Салтыков поручил, по совету А. М. Унковского, тверскому присяжному поверенному И. С. Сухоручкину.

В этих целях он составил для него в октябре 1872 г. «Записку», содержащую сведения о всех основных обстоятельствах, относящихся к истории перехода Заозерья в совместное владение Салтыкова и его брата. «Записка» содержит сведения также и о тверских владениях Салтыкова, полученных им по тому же разделу 1859 г. «Записка» к Сухоручкину дает достаточно полные ответы на вопросы, представляющие определенный интерес для биографии писателя: каково было его имущественное положение как помещика, как дробились, уходя из рук Салтыкова и его брата, их тверские

330

земли, каким образом совершалась постепенная ликвидация ярославского имения и что хотел получить Салтыков из «заозерского наследства» после смерти брата-совладельца.

Ответ же на вопрос, что получил Салтыков в итоге семейно-имущественных споров, омрачивших целое двухлетие его жизни, содержится в документе, публикуемом в настоящем разделе под № 4 — «Договоре» Салтыкова с братьями, а также со вдовой Сергея Евграф. и ее матерью. Этим «Договором», заключенным в декабре 1873 г., но введенным в действие, по-видимому, в начале 1874 г., формально закончилось дело по «заозерскому наследству». «Записка» и «Договор», а также публикуемые под №№ 2, 3 и 5 выдержки из писем брата Ильи Евгр. и матери Ольги Мих., содержат также материалы, рисующие взаимоотношения членов семьи Салтыковых в период между 1859—1874 гг.

Все материалы данного раздела публикуются впервые.

1. <ЗАПИСКА САЛТЫКОВА 1872 г. ПРИСЯЖНОМУ ПОВЕРЕННОМУ И. С. СУХОРУЧКИНУ>

19 декабря 1859 г. вдова кол<лежского> совет<ника> Ольга Михайловна Салтыкова отделила в общее владение Михаила и Сергея Евграфовичей Салтыковых имение свое, состоящее Ярославской губернии Угличского уезда в селе Заозерье с деревнями 1354 души (из них в селе 646 и в деревнях 708 душ), той же губернии Даниловского уезда деревни Куреево и Липовец (39 д.) и Тверской губ. Калязинского уезда в дер. Новинках и сельце Мышкине (44 души) и лесной даче Филипцево — 100 десятин. При этом отдельною записью прямо установлено, чтобы дохода со всего имения получать обоим братьям по ровной части, и только в случае ежели бы кто из совладельцев пожелал отделиться, то указано Михаилу получить в деревнях села Заозерья 440 д<уш> и сверх того имения Даниловское и Мышкинское и дачу Филипцево, а Сергею в селе Заозерье и деревнях 914 душ. Указание это было сделано в ущерб Михаилу, так как все имения одинаково безземельные и, следовательно, 523 души, разделенные при этом в 16 деревнях, никак не могут равняться 913 душам, поселенным в одном селе Заозерье и в трех ближайших к селу деревнях. При этом в селе Заозерье была усадьба (впоследствии проданная Сергеем в свою пользу за 12 тыс. руб.) и имеется торговая площадь, оцененная в 10 тыс. рублей, а в части Михаила был только скотный двор с небольшой запашкой в сельце Мышкине (продано впоследствии не помню за сколько, не более 2 тыс. руб., и деньги разделены пополам) и лесная дача Филипцево

331

(проданная, как будет объявлено ниже). Но так как Михаил считался в семействе строптивым, то и предполагалось, вероятно, этим указанием его обуздать. Законом оба брата никогда формально не делились, ни о разделе не просили и введены были во владение имением, как общим. Напротив того, Сергей до конца жизни управлял имениями, как общими, как в той, так и в другой части, подписывал все документы за себя и по доверенности брата (в селе Заозерье имеется много питейных домов, и все дозволения на откуп их подписаны Сергеем за себя и по доверенности брата). Сверх того, когда писалась уставная грамота (в 1861 году), то между прочим за наделом крестьян села Заозерья, по 13/4 дес. на душу, осталась у владельцев пустошь Шарапова, которая по раздельному акту приписана к селу, но Сергей половину этой пустоши отдал деревням, которые были все вместе, без различия, кому принадлежат, соединенные в одно общество, связанные одною круговой порукой и доныне платящие оброк сообща. Следовательно, если бы Сергей не считал имения общим, то не допустил бы соединения всех деревень в одно общество и не отдал бы пустошь Шарапову (на которую, в случае раздела, он один имел право) в общее владение всем деревням.

7 июля 1872 г. Сергей умер. Наследниками остались вдова его Лидия Михайловна, рожденная Ломакина, и братья: действительный статский советник Дмитрий, действительный статский советник Михаил и надв<орный> сов. Илья Салтыковы. Михаил полагает, что он имеет право на половину всего оставшегося имения и сверх того на одну треть (за исключением седьмой вдовьей части) из остальной половины. Напротив того, Дмитрий выражает такое мнение, что за смертью Сергея Михаилу следуют только деревни, указанные в отдельной записи на его часть, в случае раздела, и затем треть из остального имения. Сверх того, Дмитрий же намеревается искать вознаграждения за ту часть пустоши Шарапове, которая по уставной грамоте (подписанной Сергеем за себя и за брата Михаила) отведена крестьянам деревенского общества. Илья колеблется, но, по-видимому, желает присоединиться к Дмитрию. О мнении вдовы покойного ничего не знаю.

Что же касается пустоши Шараповой, то нелепость этой претензии очевидна: она отведена деревенскому обществу по желанию самого брата Сергея, который один и уставную грамоту подписал (первоначально уставная грамота была подписана обоими братьями, но потом была возвращена для исправления, и подписал один Сергей) ; сверх того крестьяне владеют пустошью более 10 лет.

332

Затем возникают вопросы:

1) Право требовать раздела принадлежало ли, Сергею лично или же переходит и к его наследникам?

2) Не могут ли сонаследники стеснить Михаила, заставив его не совершать формального раздела, а лишь делить доходы поровну?

3) Не может ли иметь тут силу земская давность, в течение которой Михаил считался владельцем половины имения?

Кроме сего, в деле этом имеются еще следующие эпизоды.

1) В 1861 году за деревню Новинки была выдана выкупная ссуда, которую получил Михаил. Дмитрий будет доказывать, что это означает со стороны Михаила признание Новинок своею личною собственностью. Но против этого возражения:

а) Выкуп Новинок был только началом ликвидации имения, которую по смыслу уставных грамот владельцы обязывались произвести в 1862 году, и ежели не успели сделать, то по не зависящим от них обстоятельствам. Следовательно, Сергей при дальнейшей ликвидации мог получить и соразмерное вознаграждение, б) Вообще на это следует смотреть, как на частную сделку между братьями, ничего не доказывающую, ибо впоследствии Сергей продал господскую усадьбу в селе Заозерьи за 12 тыс. рублей и еще несколько усадебных мест в том же селе, и как распорядился этими деньгами — все это осталось между братьями. Во всяком случае, он из этих денег мог вознаградить себя за Новинки (он это и сделал даже с лихвою), в) После выкупа Новинок осталась в распоряжении владельцев земля, которая и продана крестьянину той деревни Софрону Осипову с товарищи, а деньги были разделены между братьями пополам.

2) В декабре 1861 года коллежская советница Ольга Салтыкова дала взаймы Михаилу Салтыкову 23 тыс. сер. на два года; затем, когда Михаил не уплатил в срок денег, начала иск, вследствие которого на доходы с имения Михаила был наложен арест и приступлено было к описи самого имения. Но в это время Сергей, как управлявший общим имением по доверенности, действительно указал на ту часть имения Михаила, которая следовала ему в случае раздела, и собираемые с этой части доходы действительно отсылались на удовлетворение долга г-же Салтыковой, и даже продана была пустошь Филипцево, которую в Тверском Губ. Правлении купил с публичных торгов за 2 200 руб. тот же Сергей. Но а) раздела между братьями все-таки не было, и Филипцево было продано, как имение, находящееся в общем владении; б) Сергей купил Филипцево для того, чтоб оно не пошло за бесценок, а потом

333

немедленно продал его за 5 тыс. р., каковыми деньгами распорядился по общему согласию братьев; в) указание на заозерские деревни, следовавшие на часть Михаила (в случае раздела), так же ни к чему не повело, так как нельзя было, при общинном владении землею всеми деревнями, даже оставить оную имению, и даже оброчную сумму приходилось разверстывать не по действительным платежам тою или другою деревней, а по числу всех душ, составляющих деревенское общество. Это до такой степени справедливо, что сама кредиторша сознала это и заключила 5 сентября 1866 г. с Сергеем условие, которым этот последний, по доверенности Михаила, обязался уплатить долг в течение 8 лет из доходов должника. Причем имение должника поименовано глухо: «Угличское имение», а далее сказано, что кредиторам предоставляется право наложить запрещение на имение должника, состоящее в селе Заозерье с деревнями, и г) сверх того указание на деревни, следовавшие на часть Михаила, в случае раздела, могло быть сделано Сергеем, во-первых, с целью затруднить опись, и, во-вторых, чтобы не оставить брата совсем без куска хлеба, в случае продажи имения за бесценок.

3) Когда совершалась упомянутая выше сделка о способе уплаты долгов Михаила, последний выдал Сергею доверенность, засвидетельствованную 23 июня 1866 г. в Пензенской Гражданской Палате. В этой доверенности было между прочим указано, что в случае заявления нами желания <раздела>, Михаилу следует такая-то часть, и потому дано ему право собираемые в этой части доходы употреблять на уплату долга и выкупную ссуду с этой части употребить по тому же назначению. Но о том, чтобы это были все доходы или вся выкупная ссуда, следующие Михаилу, ничего не сказано. Напротив того, тут же предоставлено: «если признаете нужным совершить действительный раздел имения, то подавать по сему предмету бумаги и т. д.», но Сергей никаких бумаг в течение 6 лет не подавал, а следовательно, явно не желал этого раздела.

Основания считать меня половинщиком в общем имении состоят в следующем:

1) Хотя в раздельном акте и сказано, что в случае, если бы кто из братьев пожелал разделиться, то разделить имение так-то, но при жизни С. Евгр. ни он, ни я никакого желания делиться не заявляли.

2) Сергей Евгр. считал имение это до такой степени общим, что когда в 1865 году по просьбе матери моей было наложено за мой долг ей запрещение, то оно наложено было вообще на

334

все имение, т. е. общее брата и мое, и С. Евгр. против этого не протестовал 1.

3) С. Евгр. признавал имение общим уже по тому одному, что при составлении уставной грамоты перемешаны все земли, то есть те, которые условно (на случай раздела) были назначены мне, отданы в надел крестьянам, назначенным условно ему и наоборот. Так крестьянам села Заозерья (условно назначенные ему) он отдал мою пустошь Старцево (до 120 дес.) да лесу 30 дес. из кунинских дач. Деревням же (из коих две трети условно назначались мне, а 1/3 С. Евгр.) отдал часть пустоши Шараповой (условно назначенную ему).

4) С. Евгр., сам писавший и подписывавший уставные грамоты, разделил имение на два общества, из коих в одном — село Заозерье, а в другом — все деревни как его, так и мои. Все эти деревни в настоящее время владеют всеми землями вместе по круговой поруке, так что трудно отобрать мои земли от братниных.

5) В имении произошли следующие изменения:

а) С. Евгр. продал несколько усадеб в селе Заозерье и получил деньги;

б) отпущено на выкуп сельцо Мышкино с дер. Новинки (44 дес.) и продана оставшаяся за наделом земля. Выкупную ссуду (до 4 тыс. руб.) получил я, брат же Сергей получил уплату за землю, оставшуюся от наделов (около 100 руб.).

в) Лесные пустоши (до 2 тыс. дес.) при селе Заозерье и деревнях были признаны собственностью крестьян, причем по уставной грамоте Серг. Евгр. выговорил в пользу владельцев по 4 р. 53 к. Большая часть этих денег уже внесена была при жизни покойного, и он ими воспользовался, и

г) продана пустошь Филипцево (Тверской губ., Калязинского уезда) с аукц<ионного> торга за мой долг. Купил ее Серг. Евгр. за 2800 р. единственно, чтоб на аукционе она не пошла за бесценок. Затем перепродал за 5 тыс. р. и деньги получил сам.

Все эти изменения я поименовываю на тот конец, что на них может указать противная сторона, как на доказательство, что я воспользовался частью имения лично, из части условно назначенной мне. Но юридического значения это возражение не имеет, так как все сделки шли от имени обоих братьев, и мы могли заменять, делиться, вознаграждать друг друга и дарить друг другу, как хотели. Главное возражение может касаться пустоши Филипцевой, почему, дескать, она


1 Карандашом сделана приписка рукой Салтыкова: Запрещение существует и по сие время; можно справиться в закрепительных книгах.

335

предоставлена была в продажу, а не другие имения. На это следует отвечать, что подвергнуто было описи за мой долг все имение, т. е. общее мое и брата; Филипцево пришлось продать скорее, потому что оно находится в другой губ<ернии> 1, составляет особняк и свободно от залога Опек<унскому> совету 2.

Общее имение Михаила и Сергея Салтыковых заключается в настоящее время в следующем:

1) В селе Заозерье Угличского уезда 624 души платят оброка по 6 р. 90 к. Обязательная выкупная ссуда 92 руб. с души, а всего 57 305 р. Долга Опекунскому совету — 27 932 р. Остаток — 30 176 руб.

2) В деревнях при селе Заозерье 683 души, оброку 8 р. 80 к. Обязательная выкупная ссуда — 92 р. с души, а всего 80 252 р. 50 к. Долга Опекунскому совету приблизительно — 29 730 руб. Остаток 50 522 р. 50 к.

3) В деревне Курееве и Липовце приблизительно 36 душ. Выкупная ссуда около 3 600 руб.

4) В селе Заозерье торговая площадь, за которую крестьяне предлагают 10 000 руб.

5) При селе Заозерье пустошь Шарапова 274 дес, оцененная в 9 тыс. руб.

6) Там же пустошь Григорьева — 60 дес, оцененная в 1500 руб.

7) Там же шесть лесных пустошей, которые оцениваются в 17 500 руб.

8) Сверх того в Ярославском Губернском Казначействе хранится 2829 р. 38 коп., внесенные крестьянами, выкупившими земельные участки.

Следовательно, общая ценность всего имения 109 377 р. 88 коп.

Ежели имение это разделить, как желают прочие наследники, то на долю Михаила придется: за душевые наделы 34 362 р., да из денег, хранящихся в казначействе 586 р. 76 к. Итого 34 988 р. 76 к. Затем разделу подлежат 74 429 р. 12 к. Из них на седьмую часть вдове приходится 10 632 р. 73 к. Остальные 63 796 р. 39 к. подлежат разделу по 21 265 р. 96 коп. на каждого, а следовательно, на долю Михаила придется 56 214 р. 72 коп.

По слухам, покойным дано разным лицам векселей на сумму 36 000 руб., из них 7-я часть на долю вдовы, т. е. около


1 В Тверской.

2 В тексте рукописи рукою Салтыкова сделана карандашная пометка: Затем, с согласия кредиторши, продажа остального имения остановлена.

336

5 140 p., a на каждого брата около 10 300 р., затем придется Михаилу Салтыкову около 46 000 р.

Ежели имение разделить, как желает Михаил Салтыков, то на долю его придется: половина всего имения на сумму 54 688 р. 94 к., из остальной половины на седьмую часть приходится 7 812 р. 70 к., остальные 46 876 р. 24 коп. подлежат разделу по 15 622 р. 41 к. Следовательно, часть Михаила определится в 70 311 р. 35 коп.

То есть за уплатой долга на сумму около 60 000 р.

Если признан будет первый способ раздела, то на долю Михаила желательно получить заозерские деревни в 50 522 р. 50 к., Куреево в 3600 руб., а остальные 2092 р. 22 к. дополнить из суммы, хранящейся в Ярославском уездном казначействе. Выдел 7-й части остается уже на обязанности прочих наследников, а на Михаила падает только долг в 10 300 руб.

Если будет признан второй способ раздела, то желательно было бы получить заозерские деревни в 50 522 р. 50 к., Куреево в 3600 р., пустошь Григорьево в 1500 р., прочие пустоши в 1750 р., пустошь Шарапова в 9000 р. и деньги, хранящиеся в Казначействе 2829 р. 38 к., всего на сумму 69 201 р. 38 к. Причем на его долю придется уплата 10 300 р. частного долга. На долю же остальных братьев получится село Заозерье и площадь в нем на сумму 40 176 р., с обязанностью выделения вдове 7812 р. 70 к. и уплатить остальной частный долг полностью до 20 600 р.

Сергей Евграфович <умер> 7 июля 1872 г. в Москве в Нов. Слободе дом Кондаковой, наискось сущевской аптеки. Похоронен Тверской губ. Калязинского уезда в с. Воронцове, в имении жены, Лидии Михайловны Салтыковой, рожденной Ломакиной. Делами вдовы заведует мать ее Клавдия Николаевна Ломакина.

Действит. статский советник Дмитрий Евграфович Салтыков живет в Калязинском уезде в селе Спас на Углу.

Надворный советник Илья Евграфович Салтыков живет в Калязинском уезде в сельце Цедилове, около Калягина, или в Москве на Маросейке в Кузьмодемьяновском переулке, собств. дом.

 

Проект раздела

Первая часть:

1) Село Заозерье. За всеми последовавшими после уставной грамоты изменениями 620 наделов, платящих оброку по

337

6 p. 90 коп. Выкупной ссуды на душу по 115 р., а за вычетом 20% по 92 р., за все 620 наделов 57 040 р., а за вычетом доли Сохранной казне до 24 тыс. р. — 33 000 р.

2) Площадь торговая, которая может быть оценена в 10 000 р.

3) Пустошь Шарапова, Григорьеве Осеево, Бычиха, Гумина, Ульянцево и Мистровка — 12 000 р.

Итого на 55 000 р.

Вторая часть:

1) Деревни, принадлежащие к селу Заозерью, 670 наделов, платящих по 8 р. 80 к. Выкупная ссуда по 147 р., а за вычетом 20% по 117 р. 60 к., за все 670 наделов 78 792 р., а за вычетом долга Сохранной казне до 28 тыс. — 50 700 р.

2) Деревня Куреево 33 надела, оброк со всех242 р., выкупная ссуда 4 тыс. р., а за вычетом 20% около 3200 р.

3) Капитала в 5% билетах Гос. банка 1100 р. Всего на 55 000 р.

За тем остается капитала: 5% билетов Гос. банка 600 р., облигации Моск. Кред. Общества 700 р. Должно разделить пополам.

Невыкупленные пустоши должны остаться за владельцами их, смотря по тому, сельские или деревенские крестьяне владеют ими. Больше владеют деревенские.

Я желал бы первую часть.

Обязательство Салтыкова, данное И. С. Сухоручкину

Я, нижеподписавшийся, дал сие обязательство присяжному поверенному Ивану Сергеевичу Сухоручкину в том, что в случае утверждения меня в правах собственности на имение, состоящее в нераздельном владении моем и покойного брата моего Сергея Евграфовича Салтыкова так, что мне присуждена будет, во-первых, половина всего наличного недвижимого имения и, во-вторых, третья (за исключением вдовьей части) часть из остальной половины, то я обязуюсь уплатить г. Сухоручкину тысячу пятьсот рублей; в случае же, если за мной утверждена будет только та часть имения, которая назначена по

338

раздельному акту, на случай раздела, и третья часть из остального имения покойного брата, то я уплачиваю только пятьсот рублей.

Действ, стат. совет. Михаил Евграфов Салтыков.

17 октября 1872 г.

Гос. архив Калининской обл., ф. 527, on. 140, д. 27. Автограф.

2. ИЗ ПИСЬМА О. М. САЛТЫКОВОЙ К Д. Е. САЛТЫКОВУ ОТ 25 ДЕКАБРЯ 1873 г.

Я разъехалась с Лидинькой. Она уехала в воскресенье домой, а я в понедельник приехала в Москву. Условие она, подписанное Михаилом, Лидинькой и Ильею подписанное, повезла с собою для подписи ее мамы Клавдии Николаевны и подписи твоей. Я читала копию у Ильи и душой радуюсь, что исход дела так благополучно для всех устроился к общему спокойствию, что лучше желать нельзя. Вероятно, ты беспрепятственно подпишешь, а за честность уплаты Михаилом я стою, общая ваша мать, за него порукою, что он честно удовлетворит всех, ибо крепко держится добрых правил честное свое имя оставить детям о себе. Значит, раздумывать нечего, бери перо и подмахивай свою подпись. Нужно мое ручательство разве для одного тебя. Изволь, и 73-летняя подпишется порукою в честности сына своего от себя и отца Евграфа, что у нас детей нечестных быть не может, что мы век свой прожили честно, и дети должны идти по следам своих стариков. Ну же, бери перо и подмахивай по-братски с любовью ближнего, и дело в шляпе. Ответу не будет никакого, назад вы повороту не сделаете, а по 6 ты<сяч> в кармане робятам годится.

ИРЛИ, ф. 366, оп. 12, № 352, л. 78.

3. ДОГОВОР САЛТЫКОВА С Д. Е., И. Е., Л. М. САЛТЫКОВЫМИ И К. Н. ЛОМАКИНОЙ. ДЕКАБРЬ 1873 г.

Копия.

1873 года Декабря... 1 дня. Мы, нижеподписавшиеся: Действительные статские советники: Дмитрий и Михаил и коллежский советник Илья Евграфовичи Салтыковы, вдова поручика Клавдия Николаевна Ломакина и вдова капитана-лейтенанта Лидия Михайловна Салтыкова заключили между собою нижеследующий договор. После смерти


1 Пропуск в тексте.

339

капитана-лейтенанта Сергея Евграфовича Салтыкова осталось недвижимое имение, состоящее в общем владении с одним из нас Михаилом Евграфовичем Салтыковым и доселе неразделенное. Имение это находится в Ярославской губернии Углического уезда в селе Заозерье с деревнями и пустошами, и той же губернии Даниловского уезда в селе Куреево с деревнею Липовец. К имению этому, в принадлежавшей покойному половинной части, состоим мы, за исключением Клавдии Николаевны Ломакиной, наследниками в законных частях. Между тем, покойный Сергей Салтыков остался должным 1. Клавдии Николаевне Ломакиной восемь тысяч руб. по векселю, писанному 23 Апреля 1872 г.; 2. Лидии Михайловне Салтыковой по заемному письму, писанному... 1 Июня 1872 г. в сумме 27 500 р. и 3. Угличскому мещанину Максиму Андреевичу Боталову, по заемному письму, писанному того же июня, 1873 г. в сумме 1000 р. Признавая, что долги эти могут быть удовлетворены лишь через продажу принадлежавшей Сергею Евграфовичу части из вышеозначенного, находящегося в общем владении имения, мы, в видах скорейшего погашения претензий кредиторов, постановили: Первое. Мы, Дмитрий, Михаил и Илья Салтыковы, обязуемся никаких прав на наследство после Сергея Евграфовича Салтыкова не предъявлять и признать все означенные претензии правильными; я же, Михаил Салтыков, как опекун над имением покойного, обязываюсь с согласия всех сонаследников, подписью сего акта выражаемого, признать эти претензии правильными перед судом или другим присутственным местом, куда они ко взысканию представлены будут; Второе. Я, Лидия Михайловна Салтыкова, и с своей стороны обязуюсь никаких прав на получение седьмой части из имения покойного моего мужа не предъявлять; Третье. По получении из нас Лидией Михайловной Салтыковой и Клавдией Николаевной Ломакиной исполнительных листов на взыскание упомянутых выше сумм, я, опекун Михаил Салтыков, с согласия сонаследников подписом сего акта выражаемого, обязываюсь, совместно с кредиторшами Ломакиной и Салтыковой, просить где следует о немедленной продаже упомянутого выше недвижимого имения покойного Сергея Салтыкова, не стесняясь правилами, на сей предмет указанными в законах; Четвертое. Буде судебное место не встретит к сему препятствия и назначит срок торгов, я, Лидия Михайловна Салтыкова, или мой поверенный, обязываюсь явиться на торги и оставить имение покойного моего мужа за собою, если не явятся лица, которые предложат за


1 Пропуск в тексте.

340

оное более тридцати пяти тысяч р. сер.; Пятое. Мы, Дмитрий, Михаил и Илья Салтыковы, обязываемся не участвовать в торгах на продажу имения покойного брата нашего ни лично, ни через поверенных; Шестое. По приобретении сего имения с торгов, хотя и за меньшую против числящихся на нем долгов сумму, я, Лидия Михайловна Салтыкова, обязываюсь уплатить весь долг по векселю, выданному покойным мужем моим матери моей, Клавдии Николаевне Ломакиной; Седьмое. Так как по четвертому пункту сего условия, я, Лидия Михайловна Салтыкова, обязалась оставить имение покойного моего мужа за собой лишь в том случае, когда на торгах никто не даст за оное сумму более 37 тысяч руб., между тем претензии моя и моей матери на это имение превышают эту сумму, то обязываюсь я излишек сих претензий обратить на денежную сумму, собранную с общего имения покойного мужа моего и Михаила Евграфовича Салтыкова в числе трех тысяч руб. билетами Государственного банка 2-го выпуска (1700 р.) и облигациями Московского Городского Кредитного Общества (1300 р.), из коих, впрочем, лишь половина приходится на долю покойного Сергея Салтыкова; по получении же таковой суммы обязываюсь все расчеты по моей и матери моей претензиям считать конченными, — и за тем принять на себя все издержки и уплату крепостных пошлин по выдаче мне данной 1 на имение покойного моего мужа, в случае приобретения его мною. — Осьмое. По получении данной на приобретенное с торгов имение, я, Лидия Михайловна Салтыкова, обязываюсь в течение двух недель подать в надлежащее судебное место прошение о вводе меня во владение и одновременно с сим совершить с Михаилом Евграфовичем Салтыковым раздельный акт, по коему, признав право Михаила Евграфовича на половину имения, разделить сие последнее следующим образом. На свою часть взять: а) Село Заозерье с крестьянскими наделами, сколько таковых за изменениями, последовавшими после составления уставной грамоты, в настоящее время значится; б) Торговую площадь в селе Заозерье в том виде, как она указана в уставной грамоте и в) Наделы временнообязанных крестьян сельца Куреева и деревни Липовец с теми же изменениями, кои произошли после составления уставной грамоты. На часть же Михаила Евграфовича отделить: а) Земляные наделы временнообязанных крестьян гг. Салтыковых, поселенных во всех деревнях, принадлежащих к селу Заозерью, за теми изменениями, какие произошли после утверждения уставной грамоты и б) Все


1 Данная — письменный вид на владение недвижимым имением.

341

без исключения пустоши, оставленные по уставным грамотам гг. Салтыковыми за собою, а равно и те, которые по уставным грамотам отданы были некоторым крестьянам в личную собственность под условием взноса определенной грамотами суммы денег, но до сих пор крестьянами не выкуплены. Девятое. Так как все имение г.г. Салтыковых находится в залоге в Московской Сохранной Казне, то я, Лидия Салтыкова, обязываюсь, при испрошении у Сохранной Казны разрешения на раздел имения, принять на себя ту часть долга казне, которая падает на село Заозерье и сельцо Куреево с деревнею Липовец по расчету того количества ревизских душ, какое значилось при залоге имения; Я же, Михаил Евграфович Салтыков, обязываюсь принять на себя ту часть долга, которая падает на деревни, к селу Заозерье принадлежащие по тому же расчету душ. Десятое. В случае ежели к 12 февраля 1874 г., или, по крайней мере, ко дню выдачи мне, Лидии Салтыковой, данной на купленное имение, долг Сохранной Казне не будет приведен в порядок из доходов имения (за уплатой из них расходов по управлению, а также 1150 р. следующих к уплате в начале февраля 1874 г. вдове коллежского советника Ольге Михайловне Салтыковой по долговому обязательству Михаила Евграфовича Салтыкова), то обязываемся мы, Лидия Михайловна и Михаил Евграфович Салтыковы, внести недостающую для приведения в порядок долга сумму из своей собственности в следующем размере: я, Лидия Салтыкова, 4/9 недостающей суммы, а я, Михаил Салтыков, 5/9 той же суммы. Одиннадцатое. Я, Михаил Салтыков, по исполнении всего того, что изложено в 8 пункте сего условия, обязываюсь выдать Дмитрию и Илье Евграфовичам Салтыковым от своего имени каждому по три векселя: по одному на две тысячи триста шестьдесят руб. сроком на один год, по одному на 2240 р. сроком на два года и по одному на 2120 р. сроком на три года со дня окончательного утверждения раздела имения; Двенадцатое. Мы, Дмитрий, Илья и Лидия Салтыковы, никаких отчетов по управлению Михаилом Салтыковым имением покойного Сергия Салтыкова требовать не должны и никаких претензий к нему не предъявлять, и ежели имеются начатые в присутственных или судебных местах дела, то таковые прекратить. Тринадцатое. В случае неисполнения кем-либо из нас какого бы то ни было обязательства, в сем условии означенного, неисполнивший обязывается уплатить в пользу каждого из подписавших условие (кроме, впрочем, Клавдии Николаевны Ломакиной) по десяти тысяч руб. Впрочем, ежели будет доказано, что какое-либо обязательство не выполнено вследствие причин непредвиденных, то неустойка не

342

взыскивается. Четырнадцатое. Условие это считать для всех нас обязательным лишь тогда, когда оно будет подписано всеми участвующими в договоре лицами.

Далее рукой Салтыкова: С подлинным верно: действительный статский советник Михаил Евграфов Салтыков.

ИРЛИ, ф. 366, оп. 9, № 90.

4. ИЗ ПИСЬМА О. М. САЛТЫКОВОЙ К Д. Е. САЛТЫКОВУ ОТ 10 ЯНВАРЯ 1874 г.

«...меня очень интересует знать, получил ли ты мое письмо, виделся ли с Лидинькой и окончили <ли> подписанием Общего Согласия о разделке».

ИРЛИ, ф. 366, оп. 11, № 280, л. 2.

343

Дополнения к разделу приложений 18 тома, кн. 2. Дело о «Заозерском наследстве» // М.Е. Салтыков-Щедрин. Собрание сочинений в 20 томах. М.: Художественная литература, 1977. Т. 19. Кн. 2. С. 330—343.
© Электронная публикация — РВБ, 2008—2019. Версия 2.0 от 30 марта 2017 г.

Loading...
Loading...