Обнаружен блокировщик рекламы! Пожалуйста, прочтите это сообщение.

Мы обрнаружили, что вы используете AdBlock Plus или иное программное обеспечение для блокировки рекламы, которое препятствует полной загрузке страницы. 

Пожалуйста, примите во внимание, что реклама — единственный источник дохода для нашего сайта, благодаря которому мы можем его поддерживать и развивать. 

Пожалуйста, добавьте rvb.ru в белый список / список исключений вашего блокировщика рекламы или вовсе отключите его. 

 

×


ПОЭМЫ

CTÉHO

(с. 333)

Печатается по беловому автографу — Британский музей, № 40640 (Лондон); микрофильм: ИРЛИ, № 66.

Впервые опубликовано: Гол Мин, 1913, № 8, с. 217—254, с некоторыми неточностями. Там же воспроизведено факсимиле титульного листа с указанием времени написания поэмы: «Начата 21-го сентября 1834-го года. Окончена 13-го декабря 1834-го года».

В собрание сочинений впервые включено в издании: Т, Сочинения, т. XI, с. 19—60.

Публикатор поэмы М. О. Гершензон указал в послесловии, что рукопись сохранилась в архиве А. В. Никитенко. Однако, когда в 1920 г. этот архив поступил в ИРЛИ, рукописи «Сте́но» там не оказалось.

Много лет в Советском Союзе местонахождение автографа не было известно, и во всех изданиях сочинений Тургенева текст поэмы печатался по публикации Гершензона.

В январе 1962 г. известный английский библиограф Дж. С. Г. Симмонс сообщил, что рукопись «Сте́но» хранится в Британском музее, и вскоре прислал в ИРЛИ микрофильм поэмы.

Автограф «Сте́но» заключен в тетрадь с твердой обложкой, на которой написано: «Сочинение И. Тургенева». Размер тетради 32×22 см, она содержит 37 пронумерованных страниц и титульный лист. Конец текста, после стиха 1229, записан на поле последней страницы. После текста написано: «Конец» и подпись: «И. Тургенев».

На полях рукописи имеются пометы и замечания. По предположению Гершензона, они принадлежат П. А. Плетневу.

Проследим историю рукописи от момента ее появления до передачи в Британский музей. Закончив «Сте́но» в декабре 1834 г., Тургенев в 1836 и 1837 гг. давал рукопись поэмы профессорам С.-Петербургского университета, где он тогда учился, П. А. Плетневу, а после него — А. В. Никитенко (об этом см. ниже). Значительно позже, вероятно, в период своего сотрудничества в «Современнике» (1847—1860), Тургенев подарил рукопись «Сте́но» А. Я. Панаевой, о чем имеется указание на первой странице: «Сей экземпляр подарен мною А. Я. П. — И. Т.» (см. с. 337; инициалы расшифрованы Гершензоном). В послесловии к первой публикации указано, что «возможностью ознакомить читателей с этим неизданным юношеским произведением Тургенева мы обязаны душеприказчику наследников Никитенко — А. И. Старицкому» (Гол Мин, 1913, № 8. с. 254). Как попала рукопись от Панаевой к Никитенко, установить не удалось. При рукописи находится записка, рассказывающая о дальнейшей судьбе автографа. «Рукопись И. С. Тургенева принадлежит M. M. Любощинскому, к кот<орому> перешла от отца, кот<орый> в свою очередь получил ее от А. В. Никитенко, его друга и родственника. (См. зап<иски> Никитенко.) (Никитенко

547

был женат на Каз<имире> Каз<имировне> Любощинской.) Прим<ерная> оц<онка> 10 пуд<ов> муки». Но обмен автографа Тургенева на муку не состоялся, и M. M. Любощинский, взяв рукопись с собой, уехал за границу. В 1922 г. он продал ее в Британский музей, о чем также сохранился приложенный к рукописи документ: «Purchased of М-r Lyuboschinsky, 13 May 1922». <Куплено у г-на Любощинского, 13 мая 1922 г.> В каталоге Британского музея рукопись зарегистрирована в сентябре 1927 г. под номером 40640. Подробно см. об этом: Т сб, вып. 1, с. 9—14.

В период работы над «Сте́но» Тургенев еще недостаточно хорошо владел техникой стихосложения. Написанная пятистопным ямбом, поэма в ряде случаев сбивается на шестистопные, четырехстопные, трехстопные и даже двухстопные размеры. Есть и другие погрешности. Встречаются то развернутые, то краткие формы отдельных слов, также нарушающие ее стройность. В некоторых случаях вместо слова «Сцена» написано — «Явление». Отдавая свое произведение на суд таким авторитетам, какими были для него Плетнев и Никитенко, Тургенев, однако, не счел нужным исправить свои ошибки, хотя бы с чисто внешней стороны.

Плетневу поэма не понравилась. Не называя автора, он критически разобрал ее на лекции, отметив недостатки и погрешности. Но, встретив Тургенева на улице, подозвал его, «отечески пожурил» и заметил, что в нем «что-то есть!». Плетнев пригласил Тургенева на свой литературный вечер, где начинающий автор впервые видел Пушкина. Позднее Плетнев рекомендовал к печати в «Современнике» некоторые стихотворения Тургенева (см.: «Литературный вечер у П. А. Плетнева». — Наст. изд., Сочинения, т. XI).

Никитенко Тургенев послал «Сте́но» в числе своих других ранних произведений. В сопроводительном письме от 26 марта (7 апреля) 1837 г. он привел отзыв Плетнева о его поэме и сам перечислил ее недостатки, в том числе неправильный размер стихов. Но Тургеневу хотелось не столько познакомить Никитенко с поэмой, сколько рассказать ему о своих литературных планах и замыслах, чему и посвящена большая часть письма (см.: Наст. изд., Письма, т. I). Ответ Никитенко и впечатление его от поэмы нам не известны.

Через 30 лет в очерке «Литературный вечер у П. А. Плетнева» Тургенев назвал «Сте́но» «нелепым произведением», где «с детской неумелостью» выражалось рабское подражание байроновскому «Манфреду» (Наст. изд., Сочинения, т. XI). Это подражание сказалось и в образе главного героя, противопоставленного природе и окружающим его людям, и в отдельных положениях (Сте́но, спасенный Джулией и Джакоппо, — ср. Манфред, спасенный охотником. Сте́но и Антонио — ср. Манфред и аббат и т. п.), и в текстуальном совпадении некоторых монологов. Однако в противоположность поэме Байрона, где среди действующих лиц преобладают символы (Духи, Парки, Ариман, Немезида. Фея Альп), Тургенев попытался создать конкретные человеческие образы (подробно об этом см.: Гол Мин, 1913, № 8, с. 260—264). Внутреннему облику своих героев писатель придал некоторые индивидуальные черты. Так, для Джулии

548

характерны страстность, непосредственность; для Джакоппо — честность, благородство, высокоразвитое чувство долга; даже в маленькой роли Риензи показаны присущие ему черты любящего семьянина.

В этой ранней поэме видны первая попытка автора создать философское произведение и первый опыт его работы над характерами героев. А о своем юношеском увлечении Байроном, в частности «Манфредом», Тургенев вспомнил в конце жизни в стихотворении в прозе «У-а... У-а!» (см.: Наст. изд., Сочинения, т. X).

В ныне публикуемом тексте, по возможности, сохранены все его особенности. Исправлено лишь графическое расположение некоторых элементов (эпиграфы, например, в рукописи помещены раньше заглавия, которое повторено дважды) и упорядочена пунктуация, однако характерные для поэмы тире вместо запятых сохранены.

Стр. 333, строки 4—7. Счастлив, кто с юношеских дней... — Начало стихотворения H. M. Языкова «Элегия» (1824).

Строки 9—3. But we, who name ~ of prides... — Слова Манфреда из одноименной поэмы Байрона (акт I, сц. 2).

Строка 15. ... fly; while thou’rt bless’d and free... — Слова Тимона из трагедии Шекспира «Тимон Афинский» (д. IV, сц. 3).

Ст. 30. Ленивый лазарони равнодушно... — Лазарони, или лаццарони, — неаполитанский бедняк.

Ст. 32. И смуглый кондоттиери здесь лежит... — Кондоттиери, или кондотьер, — предводитель наемной дружины в Италии в XIV — XV вв. В данном случае — наемный убийца.

Ст. 68. Ты, ясное, в величии холодном! — На полях против этого стиха помета: «очень хорошо».

Ст. 98—106. Я часто думал ~ Пусть сбудется, чему должно! Вперед! — Отчеркнуто.

Ст. 109—114. Тихо солнце над водами ~ Я ждала тебя давно! — Отчеркнуто.

Ст. 137. ...могучие объятья... — В рукописи подчеркнуто и на полях помета: «это хорошо».

Ст. 138. Изменчивее сердца девы... — На полях написано: «а это, кажется, неправда».

Ст. 259—270. Как здесь пустынно все! ~ Стою, терзаемый самим собой... — Отчеркнуто.

Стр. 361, между ст. 657—658. Во мраке постепенно образуется белая окровавленная фигура. — Ср. со словами Дежнева в романе «Рудин» (1855): «Вы, может, думаете, я стихов не писал? Писал-с, и даже целую драму сочинил, в подражание „Манфреду“. В числе действующих лиц был призрак с кровью на груди, и не с своей кровью, заметьте, а с кровью человечества вообще» (Наст. изд., Сочинения, т. V).

Ст. 742. Мне что-то говорит: бежи! — Слово «бежи» подчеркнуто и на полях ироническая приписка: «отчего не беги?»

Ст. 763—766. Он от нее ушел в могилу ~ Быть славным у людей... — Отчеркнуто и на полях приписано: «Exagération» <Преувеличение. — франц.>.

Ст. 838—845. А! этот череп!.. ~ а теперь!.. Кто знает? — Ср.

549

со словами Гамлета из трагедии Шекспира «Гамлет, принц Датский»: «У этого черепа был язык, и он мог петь когда-то...» и т. д. (акт V, сц. 1. — Шекспир У. Полн. собр. соч. М., 1960, т. 6, с. 131—132).

Ст. 935. Лежит мета твоей несчастной жизни... — Мета — цель.


Комментарии: И.С. Тургенев. Стено // Тургенев И.С. Полное собрание сочинений и писем в тридцати томах. М.: Наука, 1978. Т. 1. С. 547—550.
© Электронная публикация — РВБ, 2010—2019. Версия 2.0 от 22 мая 2017 г.

Загрузка...
Загрузка...