Сатира II. На зависть и гордость дворян злонравных... (стр. 68). Впервые — изд. 1762 г., с искажениями. Более точно — изд. Ефремова. В настоящем издании текст сверен и исправлен по Академическому списку. Окончательная редакция определилась к началу 1743 г. В одной из промежуточных редакций

445

сатира завершалась басенно-аллегорической концовкой. Но затем Кантемир исключил эту концовку, переделав ее в самостоятельное произведение (см. басню «Ястреб, павлин и сова», стр. 225). Название сатиры менялось. Первоначально: «На зависть и гордость дворян злонравных», в одной из промежуточных редакций: «На дворянскую спесь и зависть»; в окончательной редакции Кантемир возвратился к первому заглавию. В первоначальной редакции текст предварялся предисловием («На вторую сатиру к читателю предисловие». См. «Приложения», стр. 368).

В тех же списках первоначальной редакции вслед за предисловием встречаются латинские стихи Феофила Кролика с русским переводом, обращенные к автору сатиры (Ad autorem satyrae). Приводим только русский перевод:

Чем красно благородство? и славного герба
Как удержати целость без славы ущерба?
Здесь учишь сатирою юнош благородных
И нравом твоих красишь кровь предков свободных.
То нельзя (хотя таишь имя) тя не знати:
Можно князем юности по-древнему звати.

Далее следовал эпиграф из Лабрюйера на французском языке с переводом на русский:

«S'il est heureux d'avoir de la naissance il n'est pas moins d'être tel qu'on ne s'informe plus si vous en avez (La Bruière dans son livre de Caractères ou moers decesiècle).

То же по-русски: Если добро есть быть благородным, не меньшее есть быть таким, чтоб никто не спрашивал, благороден ли ты? (Лабрюйер в книге своей о нравах сего века)».

Лабрюйер, Жан (1645–1696) — видный французский писатель-моралист, прославившийся своим сатирическим произведением «Характеры или нравы этого века» (1688).

II сатира посвящена острой социальной проблеме, волновавшей современников Кантемира. Со времени введения «Табели о рангах всех чинов воинских, статских и придворных» (1722) был положен конец старому порядку, при котором занятие соответствующих государственных должностей зависело исключительно от знатности рода. Новый порядок требовал от дворян выслуги чинов. «Мы для того никому никакого ранга не позволяем, — писал Петр, — пока они нам и отечеству никаких услуг не покажут». Вместе с тем табель открывала возможность для лиц недворянского происхождения выслужиться до определенного чина, который давал право на дворянское звание. Табель о рангах вызвала злобную реакцию со стороны родовитого дворянства, потерявшего свои былые привилегии, и положительно оценена передовыми кругами русского общества. В сатире Кантемир выступает на защиту петровской табели о рангах и лежащего в ее основе принципа предпочтения личных заслуг перед одною древностью рода, смело ополчается против спеси, паразитизма и эгоистического своекорыстия тех дворян, чьи нравы «ни отечеству добры, ни в людях приятны». Используя диалогическую форму, Кантемир в сатире противопоставляет друг другу два образа — Евгения (т. е. «благородного»; в первоначальной редакции — Дворянина) и Филарета (т. е. «любителя добродетели»; в

446

первоначальной редакции — Аретофилоса), олицетворяющих собою консервативные и прогрессивные силы, столкнувшиеся в тогдашней общественной борьбе. Жизненный источник данной сатиры определил и ее подлинную оригинальность. Кантемир имел все основания подчеркнуть в «Изъяснении» к первоначальной редакции, что хотя тема данной сатиры разрабатывалась Ювеналом в VIII сатире и Буало в V сатире, он их «весьма мало имитовал, что ясно может рассудить, кто всех трех сверстать похочет». В процессе дальнейших переработок Кантемир стремился еще более тесно связать содержание сатиры с реальными явлениями русской действительности, добиваясь одновременно и усиления социального звучания произведения. В окончательной редакции критика дворянских злонравий стала более острой и смелой. Более последовательно проводится идея о естественном равенстве людей: если в первоначальной редакции утверждалось равенство «знатного» и «незнатного», то в окончательной речь идет уже о естественном равенстве «свободного» и «холопа». Появились стихи, обличавшие дворян за жестокосердное обращение с «холопами», — стихи, которые Белинский цитировал как торжественное и неопровержимое доказательство того, «что наша литература в самом начале ее была провозвестницей для общества всех благородных чувств, всех высоких понятий. Да, она умела не только льстить, но и выговаривать святые истины „о человеческом достоинстве"» (В. Г. Белинский. Полн. собр. соч., т. 8. M., 1955, стр. 624).

Ст. 3–4. Имеется в виду Ростовский архиепископ Георгий Дашков (см. о нем на стр. 478).

Ст. 7. В рядах — в торговых рядах на рынке.

Ст. 14. Тому следовать — следовать совету.

Ст. 28. Кто с подовыми горшком истер плечи. Намек на А. Д. Меншикова (1673–1729) — ближайшего сподвижника Петра I, талантливого полководца и видного государственного деятеля. В молодости Меншиков, по преданию, торговал подовыми пирогами. В презрительном отзыве Евгения о Меншикове отразилась ненависть родовитого дворянства к «новым» людям, выдвинувшимся в петровскую эпоху благодаря своим личным заслугам.

Ст. 35. Гербовники — книги, содержащие изображения и описания дворянских гербов.

Ст. 36. Книгу родословную — книгу, заключающую сведения о происхождении, преемстве и родстве старинных дворянских родов.

Ст. 43. Чисты руки — т. е. не брали взяток.

Ст. 45. Всем верх — т. е. превосходил всех.

Ст. 46. Государства правое плечо с ним отпало — т. е. государство лишилось в нем своей главной опоры.

Ст. 68. То — т. е. сердце; сей — т. е. язык.

Ст. 72. Вершенных дел — т. е. совершенных дел.

Ст. 74. Льстивный — привлекательный, заманчивый.

Ст. 81. Знатных нас детьми быть свидетель — свидетельствует о нашем знатном происхождении.

Ст. 118. На них одних — т. е. на одних дедов, предков.

Ст. 129. Иной правду весил тих, бегая обиды — т. е. судил справедливо, избегая наносить обиды.

447

Ст. 134. И твою жалобу быть праву — и твоя жалоба будет справедливой.

Ст. 139. Соплешь — храпишь.

Ст. 160. Пора — время года, сезон.

Ст. 169. Ущербя пожитки — растратив, уменьшив состояние.

Ст. 195–196. Проигрываешь в карты добро, скопленное трудом твоих предков.

Ст. 203. Стенах твоей на пространной салы — на стенах твоего обширного зала.

Ст. 210. Расседшися — раздавшись, разверзшись.

Ст. 211. Четверобочник — воинский строй, каре.

Ст. 220. Временно предупреждать удобен наветы — способен своевременно предупреждать козни врагов.

Ст. 228. Перун — древнеславянский языческий бог грома и молнии. Здесь — в значении: гром, молния.

Ст. 232. Званий — названий.

Ст. 243. Писана смерть — картина, изображающая смерть, гибель, сражение.

Ст. 246. Владеет — правит, управляет.

Ст. 264. Прочи вождев должности — остальные обязанности вождей, военачальников.

Ст. 266. Адамлевы чада — детей Адама, людей.

Ст. 267. Кому — у кого.

Ст. 277. Знать лист и страницу — знать статью закона.

Ст. 282. Из нашего высосал весь он сок устава — т. е. изучил до тонкости все наши законы.

Ст. 286. Завидим врагу — вызывающий зависть врага.

Ст. 292. Плоть в слуге твоей однолична — плоть у слуги такова же, как у тебя.

Ст. 311. С холопом новых людей — со слугами временщиков, выскочек.

Ст. 341. Поставим — допустим.

Ст. 347. Над всем — кроме всего.

Ст. 357. В авторских примечаниях ошибочно вместо Трифона назван Луций.

Ст. 363. Дворянства старостью — древностью дворянского рода.

Ст. 373. Ное — Ной, библейский патриарх.


Гершкович З.И. Комментарии: Кантемир. Сатира II. На зависть и гордость дворян злонравных. Филарет и Евгений // А.Д. Кантемир. Собрание стихотворений. Л.: Советский писатель, 1956. С. 445–448. (Библиотека поэта; Большая серия).
© Электронная публикация — РВБ, 2006—2019. Версия 2.0 от от 20 января 2018 г.