ПРИМѢЧАНІЯ

КЪ VII ТОМУ

ИСТОРІИ ГОСУДАРСТВА РОССІЙСКАГО

5

(1) Герберштейнъ именно говорить, что Василій ни при жизни отца, ни по смерти его не хотѣлъ короноваться, для того, что Димитрій былъ коронованъ (R. M. Comment. стр. 8). Онъ же разсказываетъ, что Іоаннъ, готовясь умереть, призвалъ Димитрія къ себѣ и сказалъ ему: «Любезный внукъ! я согрѣшилъ предъ Богомъ и тобою, заключивъ тебя и лишивъ законнаго наслѣдія: прости мнѣ сію жестокость. Ты свободенъ: иди и пользуйся своимъ правомъ!» Димитрій, тронутый до глубины сердца, искренно простилъ дѣда; но какъ скоро вышелъ отъ умирающаго, то Василій приказалъ отвести его въ темницу. — Сіе любопытное повѣствованіе кажется невѣроятнымъ. Іоаннъ безъ сомнѣнія взялъ бы мѣры для непремѣннаго исполненія воли своей, если бы хотѣлъ оставить престолъ внуку: собрали бы Вельможъ, обязали бы ихъ присягою служить Димитрію, а не Василію, который въ такомъ случаѣ не могъ бы столь легко заключить племянника. Не говорю о твердости Іоаннова характера; не говорю даже о завѣщаніи, въ коемъ Василій объявленъ наслѣдникомъ Монархіи: ибо оно сохранилось только въ спискѣ; подлинника не имѣемъ.

(2) Въ Арханг. Лѣт. стр. 178: «К. В. Василей Иванов. посадилъ въ желѣза племянника своего, В. К. Димитрея Иванов., и въ полату тѣсну посади.» Первое кажется невѣроятнымъ и несогласнымъ съ характеромъ Василія, который не любилъ безполезныхъ жестокостей. Димитрій сидя въ темницѣ, имѣлъ помѣстья, свою казну, чиновниковъ, какъ видно изъ его завѣщанія. Такихъ правъ не оставляютъ колодникамъ въ цѣпяхъ.

(3) Въ лѣтописяхъ сказано: «Февр. 14 преставился В. К. Дмитрей Иванов. въ нужѣ, въ тюрмѣ.» Гербершт. пишетъ: «думаютъ, что онъ умеръ отъ холода, или отъ голода, или задохнулся отъ дыма.»

(4) См. Собраніе Государственныхъ Грамотъ, Т. I, стр. 405. При описаніи многихъ драгоцѣнныхъ вещей Димитрій говоритъ: «што мнѣ далъ К. В. Василей.» Между оными были подаренныя Димитрію дѣдомъ, Королемъ Казимиромъ, Княземъ Иван. Юрьев. Патрикеевымъ, Митроп. Геронтіемъ, Архіеписк. Новогородскимъ, Бояриномъ Морозовымъ и проч. Далѣе сказано: «а вся моя рухлядь въ сундукѣ за моею печатью въ казнѣ у моихъ Дьяковъ... а платье у моего Постельничово... а денегъ моихъ въ казнѣ осталося у моихъ Дьяковъ 1000 рублевъ... А у сево списка былъ отецъ мой духовной, Воскресенской Архиманд. Ефремъ, да Бояринъ мой К. Андрей Федоров. Хованской; а писалъ Дьякъ мой Небогатой Исаковъ сынъ Дубровина.» Внизу приписано рукою его слѣдующее: А къ сему списку изъ К. Дмитрей Ивановичь руку свою приложилъ. А што есми въ семъ списку написалъ, у кого есми села покупилъ, и К. бы Великій пожаловалъ тѣ села имъ подавалъ и купъчіе грамоты велѣлъ имъ выдати безденежно.»

(5) На примѣръ, въ дѣлахъ Крымскихъ No 3, стр. 24, 25, и далѣе обыкновенно встрѣчается выраженіе: «приговорилъ К. В. съ Бояры.»

(6) Гербершт. стр. 9: multas provincias non tam hello, in quo erat infelicior, quam industria imperio suo adiecit.

(7) Вел. К. 7 Дек. 1505 года послалъ въ Крымъ своего ближняго человѣка Василья Наумова, который пріѣхалъ назадъ 1 Авг. 1506 съ послами Ханскими, Князьями Казимиръ-Кіадомъ и Магмедшею. Они выѣхали изъ Москвы въ Декаб. съ Константиномъ Григорьев. Заболоцкимъ.

6

(8) См. Никон. Лѣт. и Временникъ стр. 204. Царевичь отнесся сперва къ Митрополиту Симону. Его крестилъ 21 Дек. 1505 у тайника Спасскій Архимандритъ Аѳанасій; онъ же вѣнчалъ и свадьбу 25 Генв. 1506. — Царевичь Петръ обязался клятвенною грамотою въ вѣрности къ Государю за поручительствомъ Митропол. и духовнаго отца своего, Епископа Суздальскаго Нифонта (См. Собраніе Госуд. Грамотъ, I, 401).

(9) См. Временникъ, ІІ, 205. Димитрій, братъ В. К., прозывался Жилкою (см. Розряд. Кн. о семъ походѣ). Съ нимъ былъ и двоюродный братъ его, К. Ѳедоръ Борисов. Волоцкій; а Воеводъ множество: К. Иванъ Васильев. Курака, Дмитрій Иван. Ларевъ, К. Давидъ Данилов. Пенковъ-Хромой, К. Иванъ Михайлов. Репня Оболенскій, К. Мих. Ѳед. Телятевскій, Князья Микулинскіе, К. Иванъ Иванов. Щетина Стригинъ-Оболенскій, Ѳедоръ Юрьев. Щука-Кутузовъ, К. Ѳед. Сицкій-Кривой, К. Семенъ Ѳед. Курбскій, К. Александ. Оленка и проч. Одна судовая рать послана была на перевозъ, 30 верстъ ниже Казани.

(10) См. Казан. Лѣт. гл. XIV, и Гербершт. R. M. Comment., стр. 68. Послѣдній говоритъ, что Казанцы обманули Россіянъ притворнымъ ужасомъ и бѣгствомъ изъ шатровъ своихъ въ городъ, а послѣ съ Черемисскими стрѣлками ударили на нихъ въ расплохъ. — Въ Казан. Лѣт. сказано, что кромѣ К. Михаила Ѳедоров. Курбскаго и К. Ѳедора Иванов. Палецкаго, тутъ погибъ и третій Воевода, К. Романъ, братъ перваго; что Дмитрій Шеинъ былъ замученъ Магметъ-Аминемъ; что Россіянъ изо 100, 000 спаслось только 7000. См. также Архив. Лѣт., Продолженіе Нестора и Русск. Времен. — Съ вѣстію о первой неудачной битвѣ Димитріевой пріѣхалъ въ Москву 9 Іюня Василій Голенинъ.

(11) См. Родослов. Кн. — Въ Казан. Лѣт. Ѳедоръ Киселевъ несправедливо именуется въ числѣ убитыхъ подъ Казанью.

(12) См. Гербершт. R. M. Comment. 68. Между сими иноземцами былъ Италіянецъ Бартоломей, который принялъ нашу Вѣру и пользовался особенною милостію Василія, когда Герберштейнъ находился въ Москвѣ.

(13) См. Розрядн. Кн., гдѣ сказано: «Того же лѣта по Казанскимъ вѣстямъ послалъ К. В. въ Муромъ К. Данила Васильев. да Юрья Констант. Сабурова, а на Плесо К. Михайла Голицу Ивановича Булгакова... Розрядъ: въ большомъ полку Бояр. и Воев. К. Данило Васильев. Щеня... а Царевичу Енаю (или Зеденаю) быти у передоваго полку на правѣ» и проч.

(14) Въ Мартѣ 1507 Магметъ-Аминь прислалъ своего чиновника, Абдулу, съ извинительною грамотою. Марта 25 Вел. К. отпустилъ его назадъ съ своимъ гонцемъ, Алексѣемъ Лукинымъ. «И Царь со Алексѣемъ прислалъ Бакшея своего, Бозека, съ грамотою бити челомъ, чтобы К. В. пожаловалъ взялъ съ нимъ миръ по старинѣ, какъ было со отцемъ его, съ Вел. К. Иваномъ Васильев.; а посла его, Мих. Кляпика, отпущу съ его товарищи, да и тѣхъ людей, которые на бою въ наши руки попали. И К. В., приговоря съ братьею и съ Бояры, для Христьянскихъ душъ, кои въ бусурменскіе руки попали, проступку его ему отдалъ... и послалъ къ Царю Дьяка Екулу Сукова... И тогожь лѣта Царь Мих. Кляпика отпустилъ, да и людей, коихъ поималъ, да и своего посла, Барашъ-Сеита, прислалъ бити челомъ о

7

миру... Сент. 8 К. В. Барашъ-Сеита отпустилъ, и послалъ Боярина, Окольничаго Ивана Григорьева Поплевина, да Дьяка Алексѣя Лукина въ Казань... Тояжь зимы Генв. (1508) пріиде въ Москву Поплевинъ, да и грамоты шертныя отъ Царя привезли, да Царь передъ нимъ и шерть далъ о дружбѣ и о братствѣ, какъ было съ В. К. Иваномъ Васильев.; да и тѣхъ людей отпустилъ, кои ему на бою въ руки попали.»

(15) См. Дѣла Польскія No 2, стр. 78. Посломъ былъ Богданъ Долгирдовичь.

(16) Тамъ же, стр. 79. Юрій Глѣбовъ былъ Намѣстникъ Витебскій, а Иванъ Сапѣга Намѣст. Бряславскій. Съ ними находился Конюшій Смоленскій, Иванъ Ѳедоровъ.

(17) Ѳедора Степановича Яропкина, Ивана Оксенова и Подьячаго Ивашку Микулина.

(18) См. тамъ же, стр. 81. Василій требовалъ пропуска и для посла Датскаго, бывшаго въ Москвѣ. Король хотѣлъ отвѣчать на то послѣ.

(19) См. тамъ же, стр. 83: «Съ писаремъ Королевскимъ, Григорьемъ съ Горемыкою, пріѣхалъ къ Государю отъ Кіев. Митроп. Іоны человѣкъ его Левка съ грамотою, штобъ Государь милость показалъ, велѣлъ его сына Сенку Кривого пустити на обмѣну на одномъ Сынѣ Боярскомъ, и К. В. приказалъ Левкѣ съ Болдыремъ Паясовымъ, што о Митрополичьѣ сынѣ о Сенкѣ били челомъ Митрополитъ Симонъ да и Бояре, и Государь того Сенку отдалъ Симону Митроп. и Бояромъ своимъ.»

(20) См. Дѣла Польскія No 2, стр. 83.

(21) Тамъ же, стр. 85. Сигизмундъ присылалъ въ Москву Пана Яна Николаевича Радзивила, Намѣст. Слонимскаго, Кухмистра Олехнова и Писаря Богдана Сапѣгу, Окольничаго Смоленскаго.

(22) Воеводы пошли на Литву 14 Сент. См. ниже, примѣч. 46. Въ Продолж. Нестора, стр. 347, сказано, что Воеводы Литовскіе сожгли тогда Черниговъ и ушли назадъ; что подъ Кричевымъ застрѣлили изъ пищали Михайла Васильев. Образцова, и что Россіяне выжгли посады въ Мстиславлѣ. Въ Розрядн. Книгахъ наименованы главными Полководцами Князья Стародубскіе, а при нихъ въ большомъ полку Холмскій, Яковъ Захарьев. и К Владиміръ Андреев. Микулинскій и проч. Стриковскій (кн. XXIII, гл. 2) пишетъ, что Король вышелъ тогда съ войскомъ, заставилъ Россіянъ удалиться въ свои предѣлы и взялъ Гзыковъ.

(23) Сигизмундъ вторично присылалъ пословъ въ Москву, Петра Кухмистра и Богдана Сапѣгу, которые говорили, что Ханъ Менгли-Гирей многократно предлагалъ Королю заключить твердый миръ съ Россіею, и что Король самъ желаетъ того, если В. К. освободитъ ихъ плѣнниковъ и возвратитъ отнятые у Литвы города. Чрезъ нѣсколько дней пріѣхалъ отъ Сигизмунда гонецъ съ извѣстіемъ, что новые Большіе послы Литовскіе ѣдутъ въ Россію. Король, жалуясь на впаденіе Россіянъ въ Литву, просилъ Василія отпустить задержанныхъ въ Москвѣ купцевъ Польскихъ (см. Дѣла Польск. No 2, стр. 86—90).

(24) См. Стриков. Хрон. кн. XXIII, гл. 2, и цѣловальную запись Острожскаго въ Собраніи Госуд. Грамотъ, I, 403, въ коей сказано: «Се язъ Константинъ Иван. Острожской, что есми билъ челомъ своему Государю В. К. Василью Ив. за свою вину своимъ господиномъ Симономъ Митрополитомъ и его дѣтми и сослужебники, Трифономъ Епископомъ Сарскимъ, Спаскимъ Архим. Аѳанасьемъ, Чудов. Ѳеогностомъ, Симонов. Варламомъ, Андроников. Митрофаномъ, Богоявлен. Игуменомъ Ниломъ, и Государь мой, К. В., ихъ дѣля прощенья меня, своего слугу, пожаловалъ, нелюбье свое мнѣ отдалъ. А мнѣ своему Государю, Вел.

8

К. Василью Иван. и его дѣтемъ служити и до своего живота, а не отъѣхати ми (отъ него) и отъ его дѣтей къ его братьѣ, ни къ иному никому... а въ томъ во всемъ ялся по мнѣ господинъ мой, Митроп. и его сослужебники... А черезъ сю мою грамоту что явится которое мое лихо передъ моимъ Государемъ, ино не буди на мнѣ милости Божіей... въ сесь вѣкъ, ни въ будущій... А дана грамота на Москвѣ л. 7015 (1506) Окт. въ 18.» Курбскій пишетъ, что К. Острожскій, сосланный въ Вологду Іоанномъ III, подружился тамъ съ Св. Димитріемъ Прилуцкимъ. Далѣе: «Той Святый К. Константина (Острожскаго) отъ многолѣтныхъ его веригъ свободилъ, ими же былъ связанъ по рукамъ и по ногамъ, и изсохшія уже ему руцѣ прикосновеніемъ своимъ исцѣлилъ, яко и здѣ (въ Польшѣ) уже Князь сей зѣло Святаго прославлялъ, и любовь къ нему велію имѣлъ до преставленія своего.»

(25) Въ Родослов. Кн.: «Къ В. К. Витовту пріѣхалъ служити Татаринъ К. Лексада, крестился, и во крещеніи имя ему Александръ; а отчина у него была Глинескъ да Глинница, да Полтава.» Нѣкоторые производятъ родъ Глинскихъ отъ Мамая.

(26) См. Стриков. Хроник. кн. XXIII, гл. 3. Кромера стр. 447, и Гербершт. 79.

(27) См. Архив. Лѣт. л. 186, и Русск. Времен. стр. 215. Король прислалъ къ Глинскимъ въ Туровъ Пана Яна Костевича, съ клятвою убѣждая ихъ возвратиться къ нему; но они не вѣрили Яну и требовали, чтобы Сигизмундъ велѣлъ присягнуть за себя Пану Албрехту Мартынову-Гастовтову. Вел. К. отправилъ къ нимъ прежде Боярскаго Сына Коломнятина Митю Губу, а послѣ въ Мозырь Дьяка Никиту Губу-Моклокова, который заключилъ съ ними договоръ; а Глинскіе посылали въ Москву Боярскаго Сына, Ивана, и Королевскаго Дворянина, Пана Воина Ясковича.

(28) Стриков.: «Срѣте въ пути Глинскій любительницу Забрезинскаго, и поимавши ю, повелѣ мучити, да повѣсть вся тайны Забрезенскаго, кая отъ страха вся исповѣда. Тако Глинскій, обскочившій его во дворѣ, повелѣ въ ложницу двери разбити... и повелѣша обезглавити его Турченину, и воткнувши главу его на саблю, принесли предъ Глинскаго: онъ же ту повелѣ на древо воткнути, и несли ю предъ нимъ 20 поприщъ, до езера единаго къ Вильни идучи, и тамо ю повелѣ утопити, гдѣ и доднесь столпъ каменный при томъ езерѣ въ бору стоитъ.»

(29) Менгли-Гирей присылалъ Вельможу своего въ Мозырь, откуда Глинскій ходилъ къ Глушску, гдѣ встрѣтили его послы наши: Иванъ Юрьев. Шигона-Поджогинъ, и Господаря Волошскаго, Стефана Александров., за три недѣли до Пасхи.

(30) Стриков. кн. XXIII, гл. 3. Анастасія жила тогда въ Слуцкѣ.

(31) См. Русск. Времен. 216, и Розрядн. Кн. Изъ Дорогобужа ходили на Литву Воеводы К. Телятевскій, Микулинской и проч.; на Смоленскія области Иванъ Щедра Окольничій, К. Палецкій, Салтыковъ; отъ Стародубскихъ же Князей и Шемякина К. Сицкій, Скрябинъ, Мурза Конбаръ, Прозоровскій; а съ Шемякинымъ были еще Андрей Сабуровъ, К. Александръ Оленка и другіе Воеводы, которые пришли къ Бобруйску передъ Троицынымъ днемъ.

(32) Стриков. кн. ХХІII, гл. 2.

(33) См. Русск. Времен. 219, и Розрядн. Книги. Въ первомъ: «К. Василей Шемячичь и всѣ Воеводы пошли отъ Орши за Днѣпръ, и послѣ того три дни спустя, пришелъ Король; а В. К. Воеводы пошли ко Мстиславлю.» Въ послѣднихъ: «Воеводы съ Королемъ подъ Оршею объ рѣку Днѣпръ

9

сошлись, и полки съ полками видѣлись, и Шемячичь и Глинскій и Воеводы отъ Днѣпра отступили и стояли въ Дубровнѣ 7 дней; а Король за рѣку ни самъ не пошелъ, ни людей не послалъ; и Воеводы В. К. пошли подъ Кричевъ и подъ Мстиславль, и воевавъ Литовскую землю, вышли на Брянскъ со всѣми людми, далъ Богъ, здорово.» Стриковскій пишетъ, что Литовцы переходили за Днѣпръ, разгромили нашъ обозъ и побили многихъ Россіянъ; что Глинскій совѣтовалъ Воеводамъ сразиться всѣми силами, но что они не хотѣли того, и проч.

(34) Въ Розрядн. Книгахъ: «7017 (1508) Сент. въ 4, писалъ къ В. К. изъ Торопца К. Данило Васильев., что Торопчане его встрѣтили, и онъ ихъ къ цѣлованью привелъ; а которые у него не были, и онъ по тѣхъ послалъ; а которые Литовскіе люди приводили Торопчанъ къ цѣлованью, и тѣ сбѣжали.»

(35) См. Русск. Времен. 220 и Розряд. Кн.

(36) См. Архив. Лѣт. л. 189 на об. и Стриков. кн. XXIII, гл. 3. Въ Розрядн. Кн.: «И по тѣмъ вѣстямъ послалъ К. В. къ Воеводамъ К. Семена Серебренаго, а велѣлъ итти къ Дорогобужу, и Воеводы приказали къ В. К. со Князь С. Серебренымъ, что съ ними людей мало, и къ нимъ бы людей еще прибавили; и К. В. отъ себя послалъ къ Воеводамъ Шигоню Поджогина съ рѣчми и приказалъ, которымъ Воеводамъ въ которомъ полку быти... И послали Воеводы изъ Вязмы напередъ себя къ Дорогобужу К. Мих. Горбатаго, да Алексѣя Заболоцкаго Литовскихъ людей отвѣстить и языковъ добывать, и которые люди Литовскіе дѣловцы пришли было города Дорогобужа дѣлати, они тѣхъ побили, а человѣкъ со 100 послали къ В. К. А Станиславъ Кишка, заслышавъ то, изъ Дорогобужа побѣжалъ назадъ... и К. В. приказалъ городь Дорогобужъ дѣлати древянной.» — Главные изъ Воеводъ были тутъ: Князья Холмскій, Александ. Ростовскій, Вас. Вас. Шуйскій, Иванъ Мих. Воротынскій, Конст. Ушатой, Вас. Вас. Голенинъ, Петръ Семен. Одоевскій, Ив. Вас. Шуйскій, Петръ Оедор. Челяднинъ, К. Александ. Оленка, Ив. Вас. Хабаръ, К. Сицкій, К. Вас. Губка-Ростовскій, К. Ив. Мих. Рѣпня, Андрей Курбскій, Стригинъ-Оболенскій, Лобанъ Ряполовскій, Петръ Царевичь и другіе.

(37) «Тогоже лѣта (1507) приходиша Крымскіе Татарове, Янчигитъ Мурза, Янкуватовъ сынъ, на Бѣлевскіе мѣста и на Одоевскіе, и воеваша; и Воеводы В. К., К. Иванъ Холмской, да К. Конст. Ушатой, а изъ своихъ отчинъ К. Вас. Сем. Одоевской, да К. Ив. Воротынской, да Козельской Намѣстникъ К. Александръ Стригинъ, побили ихъ, а полонъ весь отполониша; а гоняли ихъ до рѣчки до Рыбницы.»

(38) См. въ Архивѣ Ин. Кол. Дѣла Ногайскія, No 1, л. 42 на об. Князь Темиръ Якщенинъ былъ посланъ 13 Апр. 1508 съ письмами къ Асану и къ Алачу Мурзѣ, въ коихъ сказано: «Зять вашъ Шигъ-Ахметъ Царь, надѣясь на Литовского дружбу, въ его землю пришелъ, и Литовской Царя поималъ... а намъ Литовской недругомъ ся учинилъ; ино какъ нынѣ вамъ, такъ и мнѣ недругъ.» Темиръ долженъ былъ увѣдомить Государя, гдѣ найдетъ Улусы Ногайскіе, на сей или на той сторонѣ Волги. Въ данной ему памяти сказано: «А какъ дастъ Богъ, Темиръ пріѣдетъ съ ними (Ногаями) къ Дону, и Темиру тогды проситися, чтобы его отпустили къ В. К... и Государь мой также вашему и своему недругу Литовскому недружбу будетъ чинити... Да говорити, чтобы Мурзы всѣ заказали своимъ людемъ на-крѣпко, чтобы идучи В. Князя людемъ Украйнымъ лиха не

10

чинили.» — Нѣсколько разъ послы Ногайскіе были въ Москвѣ съ изъявленіемъ дружества и съ прозьбою о свободной торговлѣ въ Россіи. Они всегда приводили къ намъ лошадей. Въ 1507 году В. К. писалъ къ Асану и къ другимъ Мурзамъ, чтобы они не помогали Казанскому Царю Магметъ-Аминю, и напоминалъ имъ свое благодѣяніе, которое состояло въ томъ, что Василій освободилъ какого-то юнаго Князя ихъ, бывшаго у насъ плѣнникомъ. Въ Августѣ 1508 пріѣзжалъ къ В. К. сынъ Царевича Ногайскаго Ахкурта, Акдевлетъ, и просилъ, чтобы Государь далъ отцу его или Казань или городъ Мещерскій (Касимовъ), или Андреевъ городокъ каменной. Чиновники Великокняжескіе отвѣчали ему, что Казанскій Царь, Магметъ-Аминь, сдѣлался уже другомъ Василію, а городокъ Мещерскій и Андреевъ пожалованы Янаю Царевичу. Акдевлета отпустили съ дарами, но безъ писемъ. См. тамъ же, л. 56—65.

(39) Подлинная договорная грамота хранится въ Архивѣ подъ No 5.

(40) См. Дѣла Польскія No 2, стр. 90—95. Отъ насъ ѣздили послами въ Литву Бояринъ и Намѣстникъ Новогородскій Григорій Ѳедоров. Давыдовъ, Бояринъ и Конюшій Иванъ Андреев. Челяднинъ, Сокольничій Михайло Кляпикъ-Яропкинъ и Дьякъ Никита Моклоковъ. — Съ Глинскими выѣхали тогда въ Россію Кн. Иванъ Озерецкій, Дмитрій и Иванъ Глинскіе, К. Дмитрій и Василій Жижемскіе, Панъ Андрей Александров. Дрожжа съ братомъ Петромъ, Якубъ Ивашиншовъ, Семенъ Александровъ съ сыновьями Михайломъ и Борисомъ, К. Василій Мунча, Мих. Гагинъ, Дьякъ Королевской Никольской, К. Андрей Друцкій, Петръ Фурсъ съ братомъ Ѳедоромъ, Иванъ Матовъ, Святоша Деменя, Измаилъ Туровъ, Воинъ Яцковичь, трое Крижиныхъ, К. Иванъ Козловскій. Времен. 225: «К. В. пожаловалъ К. Ивану да К. Василью Глинскимъ во отчину Медыню, а К. Михайлу Ярославецъ, да Боровскъ въ кормленіе, а всѣхъ Княжатъ и Пановъ пожаловалъ помѣстьи.»

(41) См. Дѣла Крымск. No 3, л. 24.

(42) Тамъ же л. 1, и No 4, л. 95. Послами отъ Царя были К. Магмедша, Теть (то есть, второй человѣкъ въ посольствѣ) Абдылъ Зода и Бакшей Кайсымъ. Они пріѣхали въ Москву 27 Окт. 1508. «Окт. 24 послалъ К. В. противъ Крымскихъ Пословъ Ѳеодора Иванова сына Карпова, да Таможника своего Микиту Романова, да Діяка Алексѣа Лукина, а велѣлъ имъ у гостей рухлядь попечатать, которые идутъ съ послы. Окт. 27 послалъ К. В. противъ Крым. пословъ Ясельничего Ѳедора Семенова сына Хлопова, а велѣлъ ихъ спросити о здоровіи, и встрѣтилъ ихъ Ѳеодоръ за рѣкою за Москвою на Поклонной горѣ, и ѣхалъ съ ними въ городъ до ихъ подворей... и К. В. послалъ къ нимъ о Царевѣ здоровьѣ спросити, да и о ихъ здоровьѣ Цигора Щепина.»

(43) No 3, л. 7: «У тебя, брата своего, прошу кречата бѣлаго, которой лебеди ловитъ, да сѣрого кречета дикомыти, да высокого кречата, да бѣлого ястреба; да на поминки пришли мнѣ пять кречатовъ, да три сороки добрыхъ соболей, да шесть великихъ зубовъ рыбьихъ, да горла черныхъ лисицъ; а восежь горлъ столько не будеть, пришли 40 черныхъ лисицъ; да еще прошу 5 одинцовъ добрыхъ соболей. Да братъ мой К. В. Иванъ присылывалъ ми чару серебряну съ серебрянымъ черпальцомъ: ино у меня ее взялъ Баазитъ Салтановъ сынъ, Шахъ-Зада: и ты бы нынѣ ко мнѣ прислалъ... и язъ бы за-все изъ нее пилъ, а тебя, брата своего, поминалъ... да пансырь, которой бы былъ легокъ, а стрѣла бы его не

11

иняла, да чтобы еси показалъ Магмедшѣ, и онъ бы его попыталъ стрѣлити, » и проч. Менгли-Гирей требовалъ еще съ В. К. полутора-ста тысячь Оттоманскихъ денегъ, отданныхъ имъ Молдавскому Господарю Стефану за нашихъ Пословъ Италіянскихъ, Ларева и Карачарова; просилъ освободить Крымцевъ, плѣненныхъ Холмскимъ во время ихъ набѣга на Украйну; желалъ, чтобы купцы его торговали въ Россіи безъ пошлины, и проч. Царица Нурсалтанъ, братъ Ханскій Ямгурчей-Салтанъ, сыновья Менгли-Гиреевы, Магметъ-Гирей, Ахматъ, Фети, Бурнать, Мубарекъ, Магмутъ, Саипъ, Саадетъ, и Алли-Гиреи, также многіе Князья и Царевны особенно писали къ В. К., хвалились оказанными ему услугами и просили даровъ.

(44) «И ты бы нынчи, братъ мой, по старинѣ, что намъ идетъ съ Одоева, безъ ущерба собравши, сполна прислалъ.»

(45) Дѣла Крым. No 3, л. 24. Крымскіе послы хотѣли, чтобы В. К. непремѣнно далъ Летифу Коширу, а не Юрьевъ: наконецъ уступили волѣ Государя.

(46) Тамъ же, л. 44: «А Литовской, Господине, послалъ на Государя нашего слугъ, на дву Князей Василіевъ (Шемякина и Стародубскаго) Воеводъ своихъ; а вѣсть Государю нашему учинилась, что ты дѣтей своихъ и рать свою на Государя нашего землю послалъ вмѣстѣ съ Литовского людми... Государя нашего Воеводы слугъ его Князей отстояли и людей Литовского прогонили.»

(47) Тамъ же, л. 45 на об.: «Государь нашъ, Господине, по которой годъ стоялъ противъ недруговъ своихъ безъ пособи? и люди ся потомили. А Нѣмци и нынѣ съ Государемъ нашимъ не въ миру, а Нагаи на поли на сей сторонѣ Волги. А къ Азтарахани рати посылати не мочно, какъ судовъ тамъ въ тѣхъ мѣстѣхъ и при отцѣ его не дѣлывали, да и нынѣ не дѣлаютъ, и наряду служебного нынѣ допровадити туды не мочно.» — Морозовъ выѣхалъ изъ Москвы 4 Марта 1509.

(48) Тамъ же, л. 61—63. Еще до пріѣзда Морозова въ Тавриду сынъ Менгли-Гиреевъ, Магметъ-Гирей, разбилъ Ногайскихъ Мурзъ, Агиша, Ахметъ-Али и Шидяка, которые, соединясь съ Астраханскимъ Царемъ Абдылъ-Киримомъ, переправились черезъ Волгу и хотѣли напасть на Крымскія владѣнія. Менгли-Гирей собралъ тогда до 250 тысячь воиновъ, какъ онъ самъ писалъ къ Василію съ гонцемъ своимъ пріѣхавшимъ въ Москву 12 Сент. 1509. «Слава Богу! (говоритъ Ханъ) рати нашіе рука надъ нашимъ недругомъ высока учинилася: Мурзъ пограбили, улусы и куны, кони и верблюды, овци и животину, ничего не оставивъ, взявъ привели» (л. 51). — Изъ донесеній Морозова видно, что Ханскіе Мурзы нагло обирали Заболоцкаго, когда онъ былъ посломъ въ Тавридѣ.

(49) См. Дѣла Цесарскаго Двора No 1, л. 151. Гартингеръ пріѣхалъ 4 Окт. 1506 съ грамотою безъ печати, писанною 25 Мая сего же года. Писецъ ошибкою, вмѣсто Василіева, поставилъ Іоанново имя: въ чемъ Гартингеръ извинился, сказавъ: «ино то Дьякъ описался; а Государю нашему то дополна вѣдомо, что Государя вашего отца въ животѣ не стало; а сказывалъ ему посолъ Волошской; да и меня Государь мой въспрашивалъ о имени Государя вашего, В. К. Василья... а печать притчею порушилася, » и проч. Съ Гартингеромъ имѣлъ переговоры Великокняжескій Дьякъ Болдырь Паюсовъ черезъ Нѣмецкаго толмача. Отвѣтная Василіева грамота писана была на Латинскомъ языкѣ.

О мирѣ съ Орденомъ см. Арнта Liefländ. Chr. 177, и Архив. Лѣт. л. 192. Ливонскіе послы пріѣхали въ Москву 8 Марта 1509. Подлинная договорная

12

Нѣмецкая грамота находится въ Архивѣ подъ No 2. Въ ней именованы, сверхъ Магистра, Архіепископъ Рижскій, Епископы Юрьевскій, Островскій или Эзельскій, Курляндскій и Ревельскій. В. Князю дается титулъ Императора. — Послами были Іоаннъ Гильдорфъ, Магистръ I. Ольдензонъ, Канцлеръ I. Каммеръ и Карстенъ-Зеге. Вмѣсто Намѣстниковъ крестъ цѣловали Дворянинъ Замыцкой и Купецкіе Старосты Саларовъ и Кириловъ.

Максимиліаново письмо о Ганзѣ привезли (17 Іюня 1509) изъ Нарвы къ Иваногородскому Намѣстнику, Князю Ивану Темкѣ, Нѣмцы Гридя и Еремейко, заморяне. Оно писано изъ Брисселя отъ 19 Февр. 1509. Василій отвѣчалъ Императору 9 Авг. (см. Дѣла Цесарскія No 1, л, 167—171).

(50) См. Т. VI, примѣч. 629, подъ годомъ 1485.

(51) Тамъ же, подъ г. 1484 и 1485.

(52) См. Русск. Времен. 227 и Архив. Лѣт. 194 на обор.

(53) Вел. К. выѣхалъ 23. Сент., а пріѣхалъ въ Новгородъ Окт. 26. Съ нимъ былъ и Симоновскій Архимандритъ Варлаамъ.

(54) См. Псковскую Лѣтопись, подаренную въ Библіотеку Архива Иностран. Коллегіи Е. П. Алексѣемъ Ѳедоровичемъ Малиновскимъ. Мы будемъ означать сію любопытную рукопись, стараго письма, его именемъ.

(55) Тамъ же: «К. В. даръ ихъ честно принялъ, а сердечныя мысли никто жь вѣсть, что К. В. здумалъ на свою отчину и на градъ Псковъ.»

(56) См. Русск. Времен. 228.

(57) Въ Псков. Лѣт. Малиновскаго: «Поѣхалъ изо Пскова К. Иванъ Рѣпня Суздальскихъ Князей къ Государю жаловатись на Псковичь, что де его безчествовали. А тотъ Рѣпня не пошлиною (не законно) пріѣхалъ во Псковъ, да сѣлъ на Княженіе, не по крестному цѣлованью учалъ во Псковѣ жити, а не учалъ добра хотѣти Живоначальной Троицѣ... много зла чинилъ Дѣтямъ Боярскимъ и Посадничимъ, и тые Дѣти Боярскіе и Посадничи ѣхали В. Князю бити челомъ... и Посадники со Псковичи здумавъ себѣ не на пользу, и начаша грамоты писати по пригородомъ и по волостемъ, ркучи то: аще которой человѣкъ жаловался на Князя, и выбъ ѣхали ко Государю въ Новгородъ бити челомъ. И на той же недѣли поѣхалъ Леонтей Посадникъ бити челомъ на Посадника Юрья, и Юрьи поѣхалъ отвѣчати.» Въ Русск. Времен.: «а иные на Новогородскихъ помѣщиковъ.»

(58) Тамъ же: «и Юрьи Посадникъ прислалъ грамоту во Псковъ, а пишетъ: аже не ѣдутъ Посадники противъ Князя говорити, ино будетъ вся земля виновата. И въ ту пору Псковичемъ сердце уныло.»

(59) См. ниже, примѣч. 370.

(60) Въ Московскихъ лѣтописяхъ (Времен. 228) сказано такъ: «и Князь Великій велѣлъ Псков. Намѣстнику съ Посадники стати предъ собою, и выслушалъ ихъ и обыскалъ, что Намѣстнику его отъ Псков. Посадниковъ непослушаніе было великое, и въ суды и въ пошлины у него вступалися, также отъ нихъ и своей братьѣ многи обиды были; надъ всѣмъ же симъ его Государское имя презираху: и за то на тѣхъ Посадниковъ опалу свою положилъ.» А въ Псков. Лѣт. Малинов.: «К. В. управы имъ (Псковичамъ) никакой не даетъ, а рекъ тако: копитеся вы, жалобные люди, на Крещеніе Господне, и язъ вамъ всѣмъ управу подаю, » и проч. Въ сей день суда не было, а только взяли ихъ подъ стражу. Въ Псков. Лѣт. названъ Епископъ, святившій воду, Смоленскимъ.

(61) См. Псков. Лѣт. Малинов.

(62) См. Времен. 229 и Архив. Лѣт. л. 198.

(63) См. Архив. Лѣт. л. 200 на обор.

13

(64) Въ Псков. Лѣт. Малин.: «И прислалъ К. В. Дьяка Третьяка Долматова съ жалованнымъ со льстивымъ словомъ, и Псковичи обрадовались... Третьякъ имъ на Вѣчи сказалъ первую и новую пошлину: поклонъ онъ В. К., » и проч. Далѣе: «да отговоривъ то (Третьякъ), да сѣлъ на степени, и Псковичи удариша челомъ въ землю, и не могли противъ его отвѣта дати отъ слезъ и туги сердечныя... Токмо тые не испустили слезъ, иже младенцы ссущіе млеко... И бѣ тогда во Псковѣ плачь и стонаніе во всѣхъ домѣхъ, другъ друга обнимающе, » и проч. Сіе было съ Субботы на Воскресенье.

(65) См. Т. VI, примѣч. 30.

(66) Въ Псков. Лѣт. Малин. и Толст.: «На утріе жь, освитающу дни, позвониша на Вѣчье, и собрашася... И начаша ему (послу) тако говорити: тако у насъ написано въ лѣтописцѣхъ: съ прадѣды и съ дѣды и со отцемъ его, Государемъ, крестное цѣлованіе съ В. Князми положено, что намъ Псковичемъ отъ Государя своего, В. К., кой ни будетъ на Московскомъ Государствѣ, и намъ отъ него не отойти, ни въ Литву, ни въ Нѣмцы, а намъ жити по старинѣ въ добровольи; а мы Псковичи отъидемъ отъ В. К. въ Литву или въ Нѣмцы, или особѣ станемъ жити безъ Государя, ино на насъ гнѣвъ Божій, гладъ и огнь, и потопъ и нашествіе поганыхъ; а Государь нашъ не учнетъ тое крестное цѣлованіе на себѣ держати, ино на него тотъ же обѣтъ, коли насъ не учнетъ въ старинѣ держати. А нынѣча Богъ воленъ да Государь въ своей отчинѣ и дѣдинѣ во градѣ Псковѣ, и въ насъ, и въ колоколѣ нашемъ; а мы прежняго своего цѣлованія не хотимъ измѣнити, и мы на Государя своего руки подняти и въ городѣ заперетися не хотимъ; а Государь нашъ хочетъ Живонач. Троицѣ помолитися, а въ своей отчинѣ побывати во Псковѣ, и мы его, Государя своего, ради всѣмъ сердцемъ, что насъ не погубилъ до конца. И Генв. въ 13 спустиша колоколъ Вѣчной у Св. Троицы, и начаша Псковичи, на колоколъ смотря, плакати по своей старинѣ и по своей воли, и повезоша его на Снетогорской дворъ, къ Ивану Богослову, гдѣ нынѣ Намѣстничь дворъ, » и проч.

(67) Архив. Лѣт. л. 201: Генв. въ 15 Дьякъ Т. Долматовъ къ В. К. изо Пскова пріѣхалъ... а съ Третьякомъ пріѣхали ко Государю бити челомъ отъ всего Пскова Посадникъ Кузьма Сысоевъ, да Бояре; и того же дни послалъ К. В. напередъ собя Бояръ своихъ, » и проч. — Знатнѣйшіе Псковитяне ждали В. К. на Дубровнѣ.

(68) Въ Псков. Лѣт. Толст. и Малин.: «Генв. въ 24 пріѣхалъ Государь, и того дни порану пріѣхалъ Владыка Коломенской, Васьянъ Кривой» (а по Москов. лѣтописи Митрофанъ)... «и хотѣша встрѣтити Государя у образа въ поли, и Владыка молвилъ: не велѣлъ Государь встрѣчати далече... и встрѣтилъ его Владыка на торгу, идѣже нынѣ площадь, и К. В. слѣзъ съ коня у Спаса на площади... и благословляя его Владыка, рече: Богъ-де тобя благословляетъ, Государь, Псковъ вземши безъ брани; и кои Псковичи были въ церкви, и то слышали, и заплакали горько, » и проч.

(69) См. Псков. Лѣт. Малин., Архив. Лѣт. и Времен. Въ Ростов. Лѣт.: «Вина Псковичей та, что былъ Архіеп. Генадій во Псковѣ, и они не велѣли своимъ Попомъ съ нимъ служити, а проскурницамъ проскуръ печи.»

(70) То есть, сыну Боярину Ѳедора Давидовича; а въ Псков. Лѣт. сей Намѣстникъ именуется Морозовымъ.

(71) «Посла К. В. къ Москвѣ Петра Яковлев. Захарьева, Москвѣ всей здравствовати, что К. В.

14

Псковъ взялъ, и прислаша съ Москвы гостей тамгу уставливати, занеже во Псковѣ тамга не бывала, безданно торговали; и прислаша съ Москвы пищальниковъ казенныхъ 1000 и воротниковъ; и даша мѣсто, гдѣ новой торгъ ставити за середнимъ городомъ противъ Лужскихъ вороть за рвомъ на Юшковѣ огородѣ Носухина, да на Григорьевѣ Посадниковѣ Кротовѣ; да и церковь постави К. В. Преподобную Ксенію, въ которой день Псковъ взялъ, на Пустой улицѣ, въ Ермолнинѣ въ садникѣ Хлѣбникова; а потому та улица Пустая слыла, что межъ огородовъ, а дворовъ на ней не было; а жилъ К. В. во Псковѣ 4 недѣли, и поѣха на другой недѣли въ Понедѣльникъ.»

(72) Въ Архив. Псков. Лѣт. сказано, что число Псковитянъ, задержанныхъ въ Новѣгородѣ, простиралось также до трехъ сотъ.

(73) Псков. Лѣт. Малинов.: «И тогда отъятся слава Псковская, и бысть плѣненъ не иновѣрными, но своими единовѣрными людьми. И кто сего не восплачетъ и не возрыдаетъ? О славнѣйшій граде Пскове, великій во градѣхъ! почто сѣтуеши и плачеши? И отвѣща прекрасный градъ Псковъ: како ми не сѣтовати, или како ми не плакати и не скорбѣти своего опустѣнія? прилетѣлъ бо на мя многокрыльный орелъ, исполнь крылѣ лвовыхъ когтей, и взя отъ мене три кедра Ливанова, и красоту мою и богатство и чада моя восхити, Богу попустившу за грѣхи наша; и землю пусту сотвориша, и градъ нашъ разориша, и люди моя плѣниша, и торжища мои раскопаша, а иные торжища коневымъ каломъ заметаша, и отецъ и братію нашу разведоша, гдѣ не бывали отцы и дѣды и прадѣды наша, и матери и сестры наша въ поруганіе даша... И мнози тогда мужи и жены постригошася во иноческій образъ, » и проч. Въ Архив. Псков. Лѣт.: «Такъ Богъ повелѣлъ быти, занеже писано во Апокалипсисѣ, глав. 54: пять бо Царей минуло, а шестый есть, но еще не бѣ пришелъ: шестое бо Царство именуетъ въ Руси Скиѳскаго; именуетъ и седмый потомъ еще, а осмый Антихристъ. Се бо Христосъ глаголя: да не будетъ бѣжство ваше зимѣ, ни въ Суботу. Се убо пріиде на ны зима. Сему бо Царству расширятися и злодѣйству умножитися.»

(74) См. сей Исторіи. Т. IV, г. 1348.

(75) Тамъ же, Т. III, г. 1329 и слѣд.

(76) Въ Псков. Лѣт. Малин. и въ Русск. Времен. 233: «Велѣлъ К. В. у себя быти Посадникомъ Псковскимъ и Дѣтемъ Посадничьимъ, и Бояромъ.» Такъ и во многихъ другихъ мѣстахъ. Въ Новѣгородѣ именовали гражданъ нарочитыхъ Житьими людми, а во Псковѣ Житейскими.

(77) Въ Псков. Лѣт. Малинов. и Толст.: «Посади 12 Городничихъ и Старостъ Московскихъ 12 и Псковскихъ 12; а велѣлъ имъ въ судѣ сидѣти съ Намѣстники и съ Тіуны правды стеречи, и у Намѣстниковъ и у ихъ Тіуновъ и у Дьяковъ В. К. правда и крестное цѣлованье возлетѣли на небо, а кривда въ нихъ нача ходити... а Псковичи бѣдныя не вѣдаша правды Московскія, и далъ К. В. свою грамоту уставную Псковичамъ... и начаша Пригородскіе Намѣстники пригорожаны торговати и продавати великимъ и злымъ умышленіемъ, подметомъ и поклепомъ... а Приставы ихъ (Намѣстниковъ Псков.) начаша отъ поруки имати по десяти рублевъ и по семи и по пяти; а Псковитянъ кто молвитъ; В. Князя грамотою по чему отъ поруки имати велѣно? и они того убьютъ... И разбѣгошася (граждане) по чюжимъ городомъ, пометавъ женъ и дѣтей; а кои иноземци жили во Псковѣ, и тѣ разыдошася въ свои земли. Только одны Псковичи осташа: ано земля не раступитца, а вверхъ не взлетишь... Пригородовъ было во

15

Псков. земли 10 и 2 Городища: Кобылье и Вышегородище; а всѣ были жилы, а стали пусты отъ Намѣстниковъ; и на второй годъ услышалъ К. В. таковое насильство, и свелъ ихъ, и прислалъ на ихъ мѣсто К. Петра Великого-Шуйского, да К. Симеона Курбскаго, и К. Петръ прежъ бывалъ во Псковѣ, и начаша добры быти до Псковичь, » и проч.

(78) Въ Псков. Лѣт. Малин.: «Ходилъ К. В. подъ Смоленскъ, а со Пскова взялъ 1000 пищалниковъ и Псковскихъ земцовъ: тогда еще не сведены быша въ своихъ вотчинъ.»

(79) Стриков. кн. XXIII, гл. 5.

(80) Дѣла Польск. Двора, No 2, стр. 97—110. Въ 1509 г. пріѣзжали къ намъ отъ Короля Дворянинъ Долгирдовъ, Янъ Радзивиловичь, Намѣст. Слонимскій, Войтехъ Яновичь, Намѣст. Бѣльской, и Писарь Богушъ; а отъ насъ ѣздили въ Польшу Борисъ Голохвастовъ и Печатникъ Николай Иванов. Ангеловъ, развѣдать о неудовольствіяхъ вдовствующей Королевы Елены. Сигизмундъ требовалъ, чтобы мы отпустили къ нему остальныхъ плѣнниковъ: Никол. Глѣбовича, К. Богдана Глинскаго, К. Андрея Прозоровскаго, Якуба Ивашенцова, Кіевскихъ военныхъ людей и Нѣмцевъ; а Василій требовалъ жены К. Ивана Озерецкаго, матери Князей Друцкихъ, и проч. Въ 1510 г. послы Литовскіе, Войтехъ Нарбутовичь, Намѣстн. Переломскій, и Григорій Горемыка, Писарь Королевскій, пріѣхали къ Государю во Псковъ, сказывая, что Князья Друцкіе съ ихъ матерью отпущены въ Россію и находятся въ Полоцкѣ. Въ семъ же году Меньшой Путятинъ былъ посыланъ къ Сигизмунду, который жаловался, что Россіяне отняли у него волости Витебскія, Усвятскія и другія. Въ 1511 году Дворецкій В. Князя, Михайло Юрьевъ, ѣздилъ къ Королю съ разными жалобами. Ему надлежало узнать отъ Елены, какимъ образомъ Василій можетъ переписываться съ нею тайно. Король присылалъ въ Москву Воеводу Полоцкаго, Станислава, и Дворянина Богдана Долгирдова. Сигизмундъ изъявлялъ неудовольствіе на Можайскаго Воеводу, которой захватилъ нѣсколько селъ Литовскихъ и считаетъ рѣку Днѣпръ границею. В. К. далъ слово отпустить въ Литву женъ К. Борятинскаго и Сапѣги. — Въ 1512 г. Константинъ Замыцкой, возвратясь изъ Литвы, извѣстилъ Государя о неистовыхъ поступкахъ Вельможъ Королевскихъ съ Еленою.

(81) Для того ѣздили къ Королю Григорій Жорновъ и Меньшой Путятинъ въ 1512 г.

(82) Въ Генв. 1511: см. Никон. Лѣт. 189.

(83) Съ Царицею возвратился нашъ посолъ Морозовъ 21 Іюля. Она выѣхала въ Казань 20 Авг. съ Дворяниномъ Иваномъ Кобякомъ, возвратилась 22 Іюня 1511, а поѣхала въ Крымъ 5 Дек. К. Михайло Щенятевъ провожалъ ее до Путивля.

(84) Магметъ-Аминь прислалъ въ Ген. 1512 къ Государю Вельможу Шаусеина-Сеита для написанія шертной грамоты, которую отвезли въ Казань Окольничій Морозовъ и Дьякъ Харламовъ, а въ Февр. чрезъ слугу своего, Бузюку Бакшея, Царь молилъ Василія отправить къ нему Челяднина: см. Никон. 191, и Казан. Лѣт.

(85) Стриков. кн. XXIII, гл. 6.

(86) Вѣсть о нападеніи Крымцевъ пришла въ Москву 8 Мая 1512. Они злодѣйствовали еще около Алексина, Воротынска, Коломны, Волкона (см. Продолж. Нестора 355).

(87) См. Розрядн. Книги.

(88) Или до Сернавы, какъ сказано въ другихъ лѣтописяхъ: см. Продолж. Нест. 355.

(89) Тогда былъ посыланъ въ Крымъ Останя Андреевъ къ Окольничему, Михаилу Васильевичу Тучкову: см. Архив. Переписную Книгу, л. 203 на об.

16

(90) Въ Розряд. Книгахъ, г. 1512: «Писалъ къ В. Князю К. Шемякинъ, что отъ Менгли-Гирея Царя отступили дѣти его, Ахматъ» (а въ лѣтописяхъ: Магмедъ) «съ братьею, пять Царевичей, а хотятъ быти на В. Князя украйны, » и проч.

(91) Дѣла Польск. No 9, стр. 111.

(92) Съ сею грамотою отправили къ Королю Подъячего Ваську Всесвяцкаго: см. Дѣла Польск. No 2, стр. 111—112.

(93) См. между моими Кенигсб. бумагами письмо Плеттенберга къ Магистру Прусскому 1513 г. No 719: Inn seynem Ausszuge sich personnlich horen lassen das her dyweile seyne Pferth gehen unnd seyne Sabell schneiden will, nicht abzihenn, и проч.

(94) Въ Розряд. Книгахъ: «А съ нимъ братья его, К. Юрьй, да К. Дмитрей Ивановичи, да К. Ѳедоръ Борисовъ, да Петръ Царевичь, да Царевичь Шигъ-Авлеяръ (Астраханскій); а Воеводы К. Ив. Мих. Воротынской, да Петръ Иван. Житовъ. А напередъ себя послалъ къ Смоленску: въ больш. полку К. Ив. Мих. Рѣпня, да Конюшей Ив. Андр. Челяднинъ; въ передов. К. Андр. Вас. Бѣлевской, да Ѳед. Никитичь Бутурлинъ; въ правой рукѣ К. Ив. Андр. Лугвица Микулинской, да Ѳед. Клементьев. Протасьевъ; въ лѣвой К. Никита Вас. Оболенской, да Иванъ Никитичь Бутурлинъ; въ сторож. Мих. Юр. Захарьинъ, да Ив. Вас. Собакинъ. А къ Бряславлю послалъ К. Великій Ѳед. Юр. Щуку Кутузова, да Мих. Семен. Воронцова, да Анд. Никит. Бутурлина. А съ Лукъ велѣлъ итти ко Бряславлю же: въ больш. полку К. Вас. Семен. Одоевской, въ перед. К. Семенъ Ѳед. Курбской, въ правой рукѣ К. Данило Бахтеяръ, да Ив. Мисиновъ, въ лѣвой К. Петръ Елецкой, да Андр. Кутузовъ, въ сторож. Ив. Андр. Колычовъ. А изъ Новагорода велѣлъ стоять въ Холмскомъ городѣ Воеводамъ: въ больш. полку К. Василей Васил. Шуйской, въ перед. К. Борисъ Тебетъ-Улановъ, въ правой рукѣ Ив. Григор. Морозовъ, въ лѣвой Василей Григ. Морозовъ, въ сторож. К. Ив. Александ. Буйносъ-Ростовской. — Пошелъ К. В. изъ Можайска къ Смоленску, а Воеводы въ больш. полку Петръ Царевичь, да Бояринъ К. Данило Вас. Щеня, да Кн. Мих. Льв. Глинской, да Мосальскіе К. Дмитрей, да К. Семенъ Ивановичи; въ перед. К. Вас. Семен. Стародубской, да Бояр. К. Вас. Шуйской, да К. Ив. Мих. Воротынской, да Петръ Яковлев. Захарьинъ; въ правой рукѣ братъ В. Князя К. Юр. Иванов. Дмитровской, да К. Алексан. Володимир. Ростовской, да К. Петръ Лобанъ Семеновичь Ряполовской; въ лѣвой рукѣ братъ В. К. К. Дмитрей Иванов. да Григор. Ѳед. Давыдовъ, да К. Ив. Ѳед. Ушатой; въ стор. К. Ѳед. Борисов. Волоцкой, да К. Мих. Ив. Голица, да Петръ Ив. Жито, да К. Констант. Ѳед. Ушатой. А Дворовые Воеводы Дворецкой Василей Андр. Челяднинъ, да Оружейничей Андр. Мих. Салтыковъ.»

(95) Въ Архив. Псков. Лѣт. Малин.: «Пріѣхалъ К. В. подъ Смоленскъ въ Рожественское говѣніе, а 1000 пищальниковъ со Пскова, а Псковичемъ тотъ рубежъ не за обычай... и велѣлъ имъ кормъ давати, и стояли 6 недѣль, и К. В. далъ Хорузѣ Сотнику съ товарищи 3 бочки пива, да 3 меду, и напившися и полѣзоша на приступъ, и иныхъ городовъ пищальники, и приметъ понесли въ полнощь... а изъ туровъ пушками биша и много побиша, занеже пьяни полѣзоша... и поѣха К. В. ничтоже учинивъ.» Государь возвратился въ Москву на третьей недѣли Вел. поста.

(96) Въ Никон. Лѣт. 193: «и Королевы Елены въ той нужи и въ животѣ не стало, Богъ вѣсть, которыми дѣлы!» Она скончалась 24 Генв. 1513.

(97) Дѣла Польск. No 2, стр, 112, 113.

17

(98) Въ Розрядн. Книгахъ: «В. К. пошелъ къ Боровску, а съ нимъ братья его, К. Дмитрей, да К. Андрей, и отпустилъ ихъ на Коширу, а брату своему, К. Юрью, велѣлъ выѣхати изъ Дмитрова тогожь дни, а стояти въ Рузѣ, а въ Вязму не ходити. Бояре съ В. К. Григор. Ѳед. Челяднинъ, Конюшей и Бояринъ Ив. Андр. Челяднинъ, Дворецкой Вас. Андр., Оружничей Никита Иван. Карповъ; да съ нимъ же стряпаютъ у доспѣха Юшка да Василей Княжь Ивановы дѣти Щетинина... Послалъ К. В. напередъ себя Воеводъ къ Смоленску изъ Дорогобужа: въ больш. полку К. Ив. Мих. Рѣпня, въ перед. Окольничей Анд. Васил. Сабуровъ, да Юрій Замятнинъ, да съ служивыми Татары Гридя Аѳанасьевъ Дровнинъ; въ правой рукѣ К. Ив. Андр. Микулинской, да К. Андр. Семен. Мезецкой, да К. Юрья Иванов. Воевода, К. Давыдъ Данила Хромой; въ лѣвой рукѣ Мих. Андр. Плещеевъ, да К. Вас. Вас. Чулокъ-Ушатой; въ сторож. К. Петръ Семен. Романовича Ярославской, да Ѳедоръ Никит. Бутурлинъ. А съ Лукъ велѣлъ отпустить къ Полоцку Князю Вас. Вас. Шуйскому: въ больш. полку К. Михайло Вас. Горбатой, въ перед. Дмитр. Вас. Китаевъ, въ правой рукѣ К. Семенъ Ѳед. Курбской, въ лѣвой К. Петръ Ив. Елецкой, да Дмитр. Данил. Ивановъ; въ сторож. Ив. Семен. Колычовъ, да Вас. Иван. Володимеровъ. А большимъ Воеводамъ велѣлъ К. В. итти къ Смоленску изъ Дорогобужа напередъ себя Авг. въ 11 день: въ больш. полку К. Данило Вас. Щеня, да К. Ив. Михайл. Рѣпня; въ перед. К. Мих. Льв. Глинской, да Андр. Вас. Сабуровъ, да Юр. Замятнинъ; въ правой рукѣ К. Мих. Данил. Щенятевъ, да Ѳедоръ Никит. Бутурлинъ (а какъ придетъ К. Лобанъ-Ряполовской, и Лобану быти со К. Михайломъ въ правой рукѣ на Ѳед, мѣсто Бутурлина, а Ѳедору быти со К. Даниломъ въ больш. полку); въ лѣвой рукѣ К. Андрей Ивановичь Курака-Булгаковъ, да Мих. Андр. Плещеевъ; въ сторож. К. Борисъ Ив. Горбатой, да Григ. Ѳоминъ Ивановъ. Да съ Лукъ велѣлъ К. В. итти къ Полоцку: въ больш. полку Бояринъ К. Василей Вас. Шуйской, въ перед. К. Борисъ Тебетъ-Улановь, въ правой рукѣ Ѳкольничей Ив. Григор. Морозовъ, въ лѣвой Ив. Андр. Колычовъ, въ сторож. К. Ив. Александр. Буйносъ-Ростовской; а какъ придутъ къ Полоцку, и тогды быти въ больш. полку К. Василью Вас. Шуйскому да Морозову, въ перед. К. Мих. Вас. Горбатову да Дмит. Вас. Китаеву, въ правой рукѣ К. Семену Ѳед. Курбскому, въ лѣвой Ив. Андр. Колычову, въ сторож. Буйносу-Ростовскому, да Ив. Семен. Пупку-Колычову. А на Москвѣ К. В. оставилъ Петра Царевича, а съ нимъ быти Бояромъ К. Василью Мих. Холмскому, К. Вас. Ромодановскому, Петру Житову, Ѳед. Мусавешкову-Сабурову. — Тогоже лѣта съ Марта были Воеводы на Тулѣ: въ больш. полку К. Александ. Волод. Ростовской, да Мих. Юр. Захарьинъ; въ перед. К. Ив. Мих. Воротынской, да К. Ив. Семенка Семенов. Ярославской, да Юр. Замятинъ; въ правой рукѣ К. Ив. Дмитр. Пронской, да Мих. Сем. Воронцовъ, въ лѣвой К. Ѳед. Дмитр. Пронской, да К. Ив. Мих. Шаминъ; въ сторож. К. Андр. Дмитр. Курбской, да Андр. Никит. Бутурлинъ, да Вас. Андр. Коробовъ. — Того же лѣта были на Угрѣ: въ больш. полку К. Ив. Мих. Булгаковъ-Голица, въ перед. К. Ив. Ив. Телепневъ, да К. Семенъ Дмитр. Серебряной; въ правой рукѣ К. Костянт. Ѳед. Ушатой; въ стор. К. Сем. Мезецкой, въ лѣвой К. Ив. Ушатой. Изъ тѣхъ Воеводъ К. В. послалъ въ Стародубъ К. Ив. Ушатова, да К. Семена Серебрянова съ людми ко К. Василью Семенов. Стародубскому, да К. Василью Шемячичу; а на Угрѣ велѣлъ быти въ больш.

18

полку Князю М. И. Голицѣ, да К. Ив. Вас. Нѣмому-Оболенскому; въ перед. К. Ив. Дмитр. Золотому, въ правой рукѣ Окольничему К. Кост. Ѳед. Ушатому, въ лѣвой К. Андр. Мих. Пенинскому, въ сторож. К. Семену Мезецкому; да изъ Тульскихъ Воеводъ взялъ К. В. Князя Ив. Воротынскаго, да К. Ив. Сем. Ярославскаго, да К. Андрея Курбскаго, да Андр. Никит. Бутурлина; а въ ихъ мѣсто послалъ К. Ив. Бѣлевскаго, да Щуку-Кутузова, да Петра Яков. Захарьина, да К. Ив. Шамина. — Того жѳ лѣта въ Вязьмѣ были Воеводы въ больш. полку Бояр. К. Дан. Вас. Щеня, въ перед. Бояр. К. Рѣпня, въ правой рукѣ К. Мих. Данил. Щенятевъ, въ лѣвой К. Андрей Ивановичь Курака-Булгаковъ, въ сторож. Окольн. Андр. Вас. Сабуровъ. Въ Дорогобужѣ въ больш. полку К. Борисъ Горбатой, да Григор. Ѳоминъ Ивановъ, въ перед. К. Ив. Лугвица-Микулинской, въ лѣвой рукѣ Мих. Андр. Плещеевъ, въ сторож. Ѳед. Ник. Бутурлинъ. Іюня въ 18 день К. В. пришелъ въ Боровскъ для своего дѣла Смоленского и того дня стоялъ противъ Савы Св. на Митрополичьемъ лугу; а изъ Боровска пошелъ къ Смоленску Сент. въ 5 (въ лѣтописяхъ 11), а подъ Смоленскъ пришелъ Сент. въ 25.»

(99) Въ Архив. Псков. Лѣт. Малин.: «Поѣха К. В. подъ Смоленескъ съ пушками, и туры поставиша, и что разобьютъ днемъ, а въ нощи все задѣлаютъ; и К. В. посылаше къ нимъ грамоты многіе о добрѣ и о злѣ, чтобъ задалися за него.» Далѣе говорится о приходѣ Новогородцевъ и Псковскихъ Дѣтей Боярскихъ съ К. Мих. Кислицею (Горбатымъ) 26 Окт. «И нарядъ весь отослалъ (В. К.) къ Москвѣ, а самъ послѣ пошолъ, погодя мало, а не учинивъ ничтоже»

(100) См. Дѣла Цесарск. Двора No 1, л. 163.

(101) Въ Никон. Лѣт. 195.: «Февр. 2 пріиде на Москву отъ Цесаря Максиміяна посолъ, именемъ Сниценпомеръ, Цесар. Величествія Совѣтникъ, о любви и о братствѣ. Княжь же В. съ Максиміаномъ братство и любовь и вѣчное докончанье взялъ, да и грамоты докончальные промежъ себя написаша, и печать свою златую къ ней приложилъ, и почтивъ посла, отпустилъ Марта въ 7.» Стр. 203: «Дек. въ 1 день пріиде на Москву посолъ Дмитрей Ласкаревъ да Е. Суковъ, и грамоту Цесареву докончальную привезоша... А съ ними пришелъ Максиміяна посолъ, именемъ Яковъ Докторъ да Маврецъ.» Стр. 204: «Тоя же весны Апр. (1515) Государь отпустилъ Максиміянова посла, да съ нимъ послалъ Алексѣя Григорьевича Заболоцкаго, да Дьяка Алексѣя Малаго.» Русская союзная грамота утратилась. Государь Петръ Великій приказалъ издать Нѣмецкую съ Французскимъ и Русскимъ переводомъ, напечатаннымъ 10 Мая 1718 въ Императорской С. Петербургской типографіи. Въ Русскомъ переводѣ поставлено: «дано въ нашемъ градѣ Гунденѣ;» а въ Нѣмецкомъ ошибкою: Brundenaw. Сія ошибка заставила нѣкоторыхъ ученыхъ людей сомнѣваться въ истинѣ договора: ибо нѣтъ города Брунденау; но въ подлинникѣ стоитъ ясно Gmunden, какъ я видѣлъ собственными глазами; окончательный слогъ am, а не aw, относится къ слѣдующему: am vierdten Tag. Гмундъ есть извѣстный городъ въ Верхней Австріи, гдѣ живали Императоры. Выраженія: Wir haben genomen Liebeschaft und ewige Verpundtnüß — bis zu unnser Lebent — und ist Sach das yetzt Veindt die Sach nit nach unnser Maynunnge geschicht — и другія показались странными; но должно знать, что наше древнее Министерство всегда требовало словеснаго перевода Русскихъ выраженій въ заключаемыхъ съ иноземцами договорахъ, не заботясь о чистотѣ языка, какъ-то свидѣтельствуютъ многія старинныя

19

Нѣмецкія грамоты въ Московскомъ и Кенигсбергскомъ Архивѣ, наполненныя Рутенизмами, только для насъ ясными. — Императоръ Іосифъ II, будучи въ Москвѣ, съ любопытствомъ читалъ сію харатейную Максимиліанову грамоту, и сказалъ съ усмѣшкою чиновникамъ Архивскимъ: «Господа! покажите это Французскому Королю:» ибо Версальскій Дворъ долго не хотѣлъ именовать нашихъ Государей Императорами.

(102) Дѣла Цесар. No 1, л. 189 (въ Государевомъ наказѣ Окольн. Ивану Григорьев. Морозову, Намѣст. Новогород.): «а опослѣ стола похотятъ у тебя пити, и ты бы ихъ унялъ и сѣлъ съ ними пити; а какъ будетъ чаша подати, и ты бы чяшу подалъ вмѣстѣ и мою и Максиміянову, а помянулъ бы еси первое мое здоровье, а послѣ его; а поспѣшатъ они чашу подати своего Государя, и ты бы ихъ не унималъ, а ты бы опослѣ его мою чашу не подавалъ.»

(103) Сія харатейная договорная грамота находится въ Архивѣ между Лифляндскими No 3. Она писана въ Маѣ 1514. Начало такъ: «По Божьей волѣ и по Великаго Государя велѣнью» (слѣдуетъ титулъ В. К.)... «мы послове семидесяти городовъ, изъ Юрьева Иванъ Куликъ Бергоместеръ, да Арентъ фонъ Лоне Ратманъ, да Попъ Матіясъ, Лемке писарь Юрьевской, а изъ Колывани Иванъ Віянтъ Бергоместеръ, да Иванъ Ротгерсъ Ратманъ, какъ отъ Любека, такъ отъ Риги... и отъ всѣхъ семидесяти городовъ съ сее стороны поморья и съ оной стороны заморья, пріѣхаша въ Вел. Новгородъ къ В. Государя Намѣстникомъ... бити челомъ о томъ, чтобы Вел. Государь, Божіею милостію Царь» (а въ Нѣмецк. подлинникѣ стоитъ, какъ обыкновенно, Kayser) «всея Руси Бергаместровъ, и Ратмановъ и всѣхъ купцовъ и купецкихъ дѣтей семидесяти городовъ пожаловалъ, » и проч. Далѣе: «Торговати бы велѣлъ всякимъ товаромъ безъ вывѣта... а которые церкви Рускіе и Концы въ Немѣтцкихъ городѣхъ, и тѣ очистити по старинѣ, а ихъ не обидѣти... Гостю Ноугородцкому ѣздити въ Нѣметцкую землю съ товаромъ, горою и водою путь чистъ... А купитъ Нѣмчинъ у Ноугородца воскъ, а будетъ воскъ не чистъ, и Ноугородцу тотъ воскъ обмѣнити... А будетъ продавати въ ластъ, ино съ него вѣсчего нѣтъ; а учнетъ купити и продавати въ вѣсъ, ино съ него вѣсчее имати... А дасть Нѣмчинъ серебро, а будетъ нечисто, и Нѣмчину то серебро обмѣнити; а учнетъ продавати Нѣмчинъ соль и селдь и медъ въ ластъ, ино вѣсчего нѣтъ... а ластъ имъ продавати и купити по старинѣ не скупо... А доспѣется каково лихо надъ Ноугородцкимъ купцомъ на морѣ отъ лихихъ людей семидесяти городовъ, ино тѣхъ искати семидесяти городовъ... и казнити смертью... а въ лихомъ человѣкѣ, въ разбойникѣ, купцовъ не порубати... А похочетъ Ноугородецъ товаръ класти съ Нѣмчиномъ въ лодью или въ бусу въ одномъ мѣстѣ, а доспѣетца притча на морѣ, ино дѣлитись по товару, что останетца по крестному цѣлованью; а задеретъ на морѣ Новогородцкую бусу вѣтромъ, да прибьетъ къ Нѣметцкому берегу семидесяти городовъ, также и Нѣметцкую къ Новогородцкой землѣ, и тѣ бусы обыскавъ отдавати на обѣ стороны безъ хитрости... имати отъ тѣхъ бусъ перейма отъ 10 рублевъ по рублю... А дойдетъ Ноугородецъ до казни въ семидесяти городѣхъ, ино его не казнити, а обослатись съ Намѣстники Вел. Новагорода, и Намѣстники пришлютъ въ Ригу и въ Юрьевъ и въ Колывань человѣка два или три добрыхъ, и намъ передъ тѣми людми Ноугородцу туто и управа учинити... А взыщетъ Ноугородецъ на Нѣмчинѣ, а досудятъ до цѣлованья, ино цѣловати

20

отвѣтчику... А въ Нѣмецк. городѣхъ судити Ноугородца какъ своего Нѣмчина, а въ Новѣгородѣ Нѣмчина какъ своего Ноугородца... а порубу не быти на обѣ стороны... ни въ клѣтку, ни въ погребъ безъ суда не сажати, ни ковати.» Далѣе сказано, что послы наши и другихъ Государей къ намъ ѣздятъ свободно чрезъ Нѣмецкіе города, а Ганзейскіе послы черезъ Россію. За Намѣстниковъ цѣловали крестъ Бояре Новогородскіе, Григорій Петровичь Валуевъ, Иванъ Ивановичь Пушкинъ, Купецкій Староста Василій Никитичь Торокановъ, а вмѣсто другаго Старосты Купецкаго Новогородскій купецъ Ѳедоръ Владиміровъ Волковъ. Къ грамотѣ было привѣшено 5 печатей: ихъ уже нѣтъ; остались только снурки.

(104) См. Арнта Liefl. Chr. стр. 158.

(105) Михайло Ивановъ сынъ Алексѣевъ былъ отправленъ изъ Москвы 15 Дек. 1512, а возвратился въ Маѣ 1514 (см. Дѣла Турец. No 1, л. 1—17, и Никон. Лѣт. 195, гдѣ Турецкій посолъ названъ Кемалби). Камалъ писалъ съ дороги къ Траханіоту. «Господине брате Георгіе! отъ меве Камала, нѣкогда зовомый Ѳеодоритъ: послалъ есми къ твоему господству племянника своего Мануила, » и проч. Алексѣевъ въ донесеніяхъ Государя жаловался на К. Василія Шемякина, что онъ въ городахъ своихъ худо кормилъ его и пословъ Крымскихъ, Девлетъ-Кельдея и Кудояра, вмѣстѣ съ нимъ ѣхавшихъ изъ Москвы.

(106) «И Маіа 28 велѣлъ К. В. Камалу быти на Дворѣ и у себя... а передъ Малою палатою стояли Княжата и Дѣти Боярскіе въ терликѣхъ въ саженыхъ, а иные въ кожусѣхъ и въ шубахъ... и К. Вел. велѣлъ ему сѣсти близко себя на скамьѣ.» Посолъ не долго сидѣлъ за столомъ, и вышелъ вонъ по болѣзни.

(107) «И Камалъ говорилъ: то дѣло великое: намъ то какъ умѣть сказать: кто нашему Государю другъ, и кто недругъ?

(108) См. Гербершт. R. M. Comment. стр. 9.

(109) Стриков. кн. XXIII, гл. 7.

(110) См. Розряд. Книги. 4 Мая В. К. послалъ въ Тулу Воеводъ К. Александ. Ростовскаго, Мих. Юрьевича Захарьина, К. Ив. Мих. Воротынскаго, Григ. Ѳомина Иванова, К. Андр. Дмитр. Курбскаго, Андр. Бутурлина, К. Семенку Ярославскаго, Юрья Замятнина, К. Ив. Андр. Микулинскаго и К. Ив. Шамина. Подъ Смоленскимъ главными Воеводами были К. Даніилъ Щеня, Конюшій Челяднинъ; а въ перед. полку К. Мих. Глинскій съ К. Мих. Горбатымъ; въ правой рукѣ К. Мих. Дан. Щенятевъ, К. Никита Вас. Оболенскій и К. Ив. Ѳед. Ушатой; въ лѣвой К. Андрей Ивановичь Курака-Булгаковь, К. Ив. Ив. Щетинъ-Оболенскій; въ сторож. К. Бор. Ив. Горбатой и Дмит. Вас. Китаевъ. Новогородскіе Намѣстники, К. Вас. Шуйскій и Морозовъ, съ Конюшимъ Замятнею и съ Конст. Беззубцевымъ стояли въ Лукахъ; тутъ же и К. Ив. Ив. Тетка-Ростовскій, Вас. Ив. Овца-Владиміровъ, Ив. Сем. Пупокъ-Колычовъ. Іюня 7 Вас. Серг. Левашевъ былъ отправленъ къ нимъ съ повелѣніемъ итти къ Оршѣ. Тульскіе полки также двинулись къ Смоленску. Дворовыми Дѣтьми Боярскими предводительствовали К. Вас. Андр. Ногтевъ и К. Алекс. Ѳед. Сицкій. Въ числѣ другихъ Воеводъ именованы еще К. Ив. Дм. Золотой-Щепинъ, К. Ив. Вас. Нѣмой-Телепневъ, К. Сем. Дм. Серебряной-Щепинъ. На Угрѣ оставались Бояринъ Сем. Ив. Воронцовъ, Окольничіе Ив. Вас. Хабаръ и Петръ Яков. Захарьинъ.

(111) См. Арханг. Лѣт. 181—183. — Никон., Архив. и проч. Сказано, что Смоленскъ сдался Государю 31 Іюля.

(112) См. жалованную грамоту Смоленскимъ жителямъ

21

въ Собраніи Государств. Грамотъ I, 411. Василій уже называется въ ней Смоленскимъ; она писана или 30 или 31 Іюля: число стерлось: видна только одна черта буквы Л. Начало: «Даемъ вѣдати, что намъ билъ челомъ нашъ богомолецъ, нашіе Смол. отчины Владыка Варсонофей и Урядники, Окольничіе, и Князи, и Бояре, и мѣщане, и черные люди, о томъ, что намъ ихъ пожаловати, держати въ ихъ старинѣ, какъ ихъ держалъ К. В. Витовтъ и иные прежніе Государеве ихъ, по той утверженной грамотѣ, какову имъ далъ Александръ Король, и въ Домъ Пречистые и въ скарбъ, и во всѣ монастыри и въ церков. земли и въ воды не вступатися; а которые отчины за ними, и намъ въ тѣ не вступатися, и розвода имъ самимъ не чинити... Въ ихъ выслугу не вступатися, ни у жонъ, ни у дѣтей... ни по неволѣ жонъ замужъ не отдавати; а кого въ животѣ не станетъ, ино намъ животъ свой дастъ послѣ себя, и намъ у нихъ въ тѣ ихъ животы не вступатися... А который судъ былъ у нихъ при Витовтѣ, и суду у нихъ быти о всемъ по тому. А кто приведетъ татя съ поличнымъ къ нашимъ Намѣстникомъ, и поличное отдать истцу... Намѣстникомъ и Околничимъ, и Княземъ, и Бояромъ и мѣщаномъ, и чернымъ людемъ, и ихъ людемъ, и всѣмъ Урядникомъ Смоленскіе земли корчемъ не держати; а Недѣльщикомъ Намѣстничимъ имати хоженое съ рубля съ Ризского по два гроша. Также есми пожаловалъ Смолнянъ, съ котораго товару имѣли вѣсчего напередъ сего, съ воску и съ меду и съ соли и съ иного товару, тѣмъ есми ихъ пожаловалъ, мѣщаномъ и чернымъ людемъ то вѣсчее имати на себя. А что давали прежнимъ Государемъ со всего города съ году на годъ по сту рублевъ, и язъ ихъ тѣмъ пожаловалъ: того имъ въ нашу казну не давати. А Бояромъ мѣщанъ и черныхъ людей въ закладни не пріимати; а мѣщаномъ и чер. людемъ подъ наши гонци подводъ не давати, а держати подводы нашимъ ямщикомъ, и наемъ давати отъ подводъ по томужь, какъ и въ нашихъ земляхъ. Также есми Бояръ Смоленскихъ пожаловалъ: которые волости Смоленскіе, тѣ волости держати Бояромъ Смоленскимъ, какъ котораго пожалую... Наши Намѣстники и Окольничіе, кудѣ имъ лучится ѣхати или послати, и имъ у мѣщанъ и у черн. людей подводъ не имати, а ѣзду давати имъ довотчику на милю по грошу, а на правду вдвое. А черезъ поруку Намѣсничимъ людемъ людей въ желѣза не ковати и въ тюрму не метати. А Сокольничей нашъ и Намѣстники емлютъ съ мясниковъ, которой на посадѣ убьетъ, съ яловици по полугрошу. А отъ ябедниковъ Намѣстнику и Окольничимъ Бояръ и мѣщанъ беречи; а котораго ябедника утяжутъ, и они его казнятъ по его винѣ. А конюшіе наши Смоленскіе съ конскаго стада и съ животинного на лѣто емлютъ по 12 грошей. Также есми пожаловалъ мѣщанъ и черн. людей, велѣлъ есми имъ лѣсъ сѣчи въ своихъ лѣсѣхъ и въ Боярскихъ около города безъ явки. А мировая куница и свадебная имати по 6 грошей; а со вдовы имати по томужь, которая пойдетъ за-мужъ. А люди Околничихъ и Князей и Бояръ Смоленскихъ которые живутъ на посадѣ и въ городѣ, а торгуютъ, и съ тѣхъ емлютъ съ воротъ сторожевщину по силамъ, по старинѣ. А хто человѣка держитъ въ денгахъ, и онъ того своего человѣка судитъ самъ, а Окольничіе въ то у него не вступаютца.» Привѣшена Великокняж. печать съ двуглавымъ орломъ; на оборотѣ грамоты подписано: «Вел. Государь Василей, Божіею милостію Государь всеа Русіи и Вел. Князь.»

(113) См. Арханг. Лѣт. 183: «и которые похотѣли на Москвѣ жити, и тѣмъ людемъ денегъ на подъемъ давалъ своей казны.»

22

(114) Стриков. кн. XXIII, гл. 7, и Гербершт. R. M. Comment. 79.

(115) Арханг. Лѣт. 1.83

(116) Гербершт. R. M. Comment. 79.

(117) «Авг. 7 послалъ К. В. Боярина Воеводу, К. Мих. Данил. Щенятева, да К. Ив. Мих. Воротынскаго, да Князей и Бояръ Смоленскихъ ко Мстиславлю... Тогоже мѣсяца въ 13 день пріѣхаша изъ Кричева и изъ Дубровны мѣщане и черные люди, чтобы Государь пожаловалъ, велѣлъ имъ себѣ служити.»

(118) Арханг. Лѣт. 184. Въ другихъ лѣтописяхъ сказано, что Государь поѣхалъ въ Москву.

(119) Такъ въ Арханг. Лѣт. стр. 185. «Князь же Михайло Голица скоро вѣсть посла Воеводѣ Ив. Андр. Челяднину, а самъ всѣдъ борзо на конь со всѣмъ Дворомъ своимъ... и тое ночи гнавъ... и бысть въ четвертую стражу нощи, оже М. Глинскій ѣдетъ одинъ напередъ своихъ Дворянъ за версту, и пойма его К. М. Голица а Дѣти Боярскіе переимали Дворянъ Глинскаго; а на всходѣ солнечномъ приспѣ Иванъ Андреевичь.» Гербершт. разсказываетъ, что Глинскій, не вѣря Королю, требовалъ ручательства его двухъ любимцевъ, Нѣмцевъ Георгія Писбека и Ганса Рехенберга, которые и присягнули ему въ искренности Сигизмундовой; что слуга Глинскаго съ Королевскимъ отвѣтомъ попался въ руки нашимъ Воеводамъ; что Сигизмундъ въ тоже время послалъ къ Глинскому Дворянина Трепко, также захваченнаго и пытаннаго Россіянами, но не открывшаго имъ своей тайны; а Стриковскій прибавляетъ, что Трепко назвался посломъ Римскимъ, и что Василій приказалъ наконецъ съ честію отпустить его. Въ Архив. Псков. Лѣт. Малин.: «и человѣка его (Глинскаго) изымаша съ перевѣтными грамотами къ Королю.» — Далѣе пишетъ Герберштейнъ, что Глинскій отвѣтствовалъ Василію на его укоризны: «Если бы ты исполнилъ данное мнѣ обѣщаніе (въ разсужденіи Смоленска), то я до гроба служилъ бы тебѣ вѣрно. Не боюсь казни, и готовъ умереть, чтобы не видать тирана.» Въ Вязьмѣ привели его къ Московскому Воеводѣ, который, бросивъ передъ нимъ тяжкія цѣпи, сказалъ: «Государь нашъ любилъ тебя, а ты измѣнилъ ему: и такъ пріими сіи оковы.» Михаилъ, видя вокругъ себя множество людей, произнесъ будто бы длинную рѣчь, доказывая вѣроломство В. К. и свою невинность. «Обманутый имъ (говорилъ онъ), я хотѣлъ только удалиться отъ него, мирно и безъ всякаго предательства, » и проч.

(120) Гербершт. R. M. Comment. стр. 9. Тоже говоритъ и самъ Король Сигизмундъ въ письмѣ къ Магистру Ливонскому (см. между моими Кенигсбер. бумагами No 733).

(121) См. Арханг. Лѣт. 186, гдѣ однакожь несправедливо названа рѣка Березиною: сраженіе было на Днѣпрѣ по всѣмъ другимъ лѣтописямъ, Розряд. Книгамъ и по сказанію Герберштейна. Одинъ Стриковскій пишетъ, что Константинъ 27 Авг. имѣлъ на Березинѣ, Бобрѣ и Дровѣ счастливыя сшибки съ Россіянами, которые послѣ отступили за Днѣпръ.

(122) Гербершт. R. M. Comment. 9.

(123) Арханг. Лѣт. 186: «Нача съ Литвою первое битися К. Мих. Голица своимъ полкомъ, а Ив. Андреев. въ зависти не поможе К. Михайлу, и не бися съ Литвою въ ту пору; и бившеся много, и раступившеся. И въ другіе Литва пришла на Ив. Андр., и начатъ Ив. Андр. битися, а К. Мих. не поможе; и бившеся много, и раступившеся, а силы паде на обоихъ сступѣхъ много. И въ третіе наступиша Литва на К. Мих. Голицу, и бися К. Михайло много, и Иванъ Андр. въ ту

23

пору К. Михайла выдалъ, а самъ побѣже... а за Ив. Андр. погнаша, да и того поимавше, » и проч. Въ Никон. Лѣт.: «В. К. пойде изъ Смол. на Москву, а къ Воеводамъ, ко К. Мих. Булгакову и инымъ послалъ, велѣлъ имъ ити за собою къ Москвѣ. Воеводы же поостались, ожидая тѣхъ людей, которые были отъ нихъ посланы на Дрюцкіе поля и къ Борисову и къ Менску; и въ тѣ поры, по того измѣнника К. М. Глинского ссылкѣ, Королевы Воеводы со многими людми безвѣстно нападоша на Воеводъ В. К., » и. проч. Въ Русск. Временникѣ: «а мѣсто пришло тѣсно, и побиша В. К. людей изъ лѣсовъ, и убиша изъ пушки Воеводу въ перед. полку, К. Ив. Ив. Темку-Ростовскаго.» Въ Архив. Псков. Лѣт. Малин.: «Бысть побоище великое подъ Оршею и возопиша жены Оршанки на трубы Московскія, и слышаша быти стуку и грому велику межу Москвичами и Литвою, и вдаришася Бояре и Князи Рускія съ дивными удальцы Рускими на сильную рать Литовскую, и треснули копія, и гремятъ мечи булатныя о шеломы Литовскія на полѣ Оршинскомъ.» Это напоминаетъ Слово о полку Игоревѣ.

(124) См. Гербершт. R. M. Comment. стр. 9. По его извѣстію, не весьма удовлетворительному, Литовцы вытянули свои ряды на большомъ пространствѣ. Главная наша сила была въ серединѣ, а два крыла подались впередъ, чтобы окружить непріятеля. Въ 4000 шагахъ отъ города Орши вступили въ бой: напали Россіяне, съ ужаснымъ воплемъ: Литовцы отразили ихъ; но первые съ новыми полками напали вторично и смяли Литовцевъ. Нѣсколько разъ тѣ и другіе бѣжали и гнали; наконецъ сошлись главныя рати. Тутъ Литовцы хитрымъ отступленіемъ навели Россіянъ на пушки, зашли имъ въ тылъ, разбили ихъ сторожевой полкъ, и дружнымъ общимъ нападеніемъ одержали побѣду.» Стриковскій воспѣлъ ее въ стихахъ, сказывая, что Константинъ, велѣвъ готовить суда и дѣлать мостъ на Днѣпрѣ для пѣхоты, переправилъ 16, 000 конницы въ бродъ; что съ нимъ соединился Польскій Воевода Свѣрчовскій, и проч. — У меня есть краткій Кіев. современный лѣтописецъ, который удивительнымъ образомъ славитъ Острожскаго за сію побѣду, сравнивая его съ Александромъ Македонскимъ, Поромъ Индѣйскимъ, со всѣми Героями свѣтской и священной Исторіи; радуется, что птицы клюютъ и звѣри терзаютъ тѣла Москвитянъ, и говоритъ о Великомъ Князѣ, что онъ клятвопреступникъ, имѣющій ненасытную утробу лихоиманія, и проч.

(125) Въ письмѣ Короля къ Магистру Ливонскому: Triginta milia sunt cesa, octo summi et precipui eorum Voewode et consiliarii, triginta septem Duces, Barones et Officiales cum alliis super mille quingentis Nobilibus capti. Стриковскій полагаетъ число убитыхъ Россіянъ до 40, 000, кромѣ утопшихъ, именуя знатныхъ плѣнниковъ: Челяднина, К. Мих. Голицу, К. Дмит. Булгакова (Михаилова брата), К. Ив. Дм. Пронскаго, Дм. Вас. Китаева, Дан. Андр. Плещеева, Ив. и Владим. Сем. Колычовыхъ, К. Бориса и сына его К. Петра Ромодановскихъ, К. Ив. Сем. Стародубскаго, К. Петра и племянника его К. Сем. Ив. Путятиныхъ, Бориса Ив. Плещеева, Ив. Вас. Калешова, Фил. Ив. Киселева, Юр. Дмит. Лычкова, Андр. Фил. Нащокина, Ив. Андр. Яропина, Матв. Ив. Внука, Тимоѳ. Дм. Губарева, К. Юр. Ив. Дива, Ѳед. Ив. Новосильцева, Гр. Борис. Безумнаго, и другихъ.

(126) Константинъ обѣщался построить 2 церкви, и велѣлъ сперва пѣть молебенъ на Латинскомъ, а послѣ на Русскомъ или Славянскомъ языкѣ (см. Энгеля Gesch. der Ukraine, стр. 52).

(127) Гербершт. пишетъ, что онъ, будучи въ

24

Вильнѣ, съ Королевскаго дозволенія ходилъ къ Челяднину и къ двумъ, весьма старымъ Воеводамъ нашимъ, окованнымъ цѣпями: утѣшалъ ихъ и далъ имъ въ заемъ нѣсколько золотыхъ гульденовъ (R. M. Comment. 10).

(128) Стриков. (кн. XXIV, гл. 2), пишетъ, что Сигизмундъ послалъ къ Папѣ 14 Дворянъ Московскихъ, но Императоръ Максимиліанъ велѣлъ отнять ихъ у посла, и чрезъ Любекъ отправилъ въ Россію.

(129) Король пишетъ къ Магистру Ливонскому: Iam arcem Dambrowno de manibus eorundem hostium eripuimus, speramusque fore quod brevi et Smolensko et reliquas arces nostras, dudum amissas, recuperabimus. Далѣе говоритъ о бѣгствѣ В. К. въ Москву, и проч.

(130) Ваську Кодыкина.

(131) Арханг. Лѣт. 187.

(132) Въ Архив. Псков. Лѣт. Малин. сказано, что Епископа Варсонофія и сначала подозрѣвали въ ненависти къ В. К., который для того, будучи въ Смоленскѣ, не поѣхалъ къ нему обѣдать, жилъ за городомъ и ѣздилъ только всякой день въ Соборную церковь; что Государь, получивъ извѣстіе о несчастной битвѣ, спѣшилъ удалиться отъ Смоленска, а Варсонофія сослалъ на Кубено озеро, на Камено въ монастырь. — На мѣсто Варсонофія поставили въ Москвѣ Чудовскаго Архимандр. Іосифа, 15 Февр. 1515. Онъ поѣхалъ въ Смоленскъ на четвертой недѣлѣ поста, въ Мартѣ.

(133) См. Т. VI, въ описаніи 1504 года. Неизвѣстно, когда ушелъ Дашковичь въ Литву.

(134) См. Энгеля Gesch. der Ukraine, стр. 49—50.

(135) См. Дѣла Турецк. No 1, л. 26—27.

(136) Василій Андреевъ Коробовъ былъ отправленъ 15 Марта 1515 (см. Дѣла Турецк. No 1, л. 28—65). — Ему дали и грамоты образцовыя для заключенія союза съ Селимомъ. Въ тоже время Василій Копылъ и Ив. Варавинъ поѣхали въ Греческіе монастыри съ милостынею. — Коробовъ возвратился въ Москву 19 Февр. 1516) см. тамъ же, л. 87). Султанъ писалъ къ В. К. о купеческихъ дѣлахъ: «А торговымъ людемъ нашимъ и вашимъ съ торгомъ и безъ торгу слободно ходити, и ходятъ безъ всякихъ зацѣпокъ, въ береженьи и въ оборони, и да торгуютъ какъ хотятъ... Которому человѣку смерть ся лучить, остатокъ его взяти, что ся остало, какъ было по старому закону при славномъ родителѣ нашемъ... все переписати и запечатати сполна; все лицемъ на торгъ посылати.» Писано Авг. 30, 1516. — Въ сихъ переговорахъ упоминается о Козакахъ Азовскихъ: В. К. требовалъ, чтобы Салтанъ запретилъ имъ тревожить нашу Украйну и хватать людей, которые посылаются оттуда въ степи для развѣдыванія о Крымцахъ и Ногаяхъ.

(137) Менгли-Гирей умеръ въ Вел. Субботу 1515 (см. Дѣла Турецк. л. 70 на об.) и погребенъ въ Свѣтлое Воскресеніе.

(138) См. Дѣла Крым. No 4, л. 20 и слѣд. Посолъ, Янчюра Дуванъ, привезъ въ Москву (31 Авг. 1515) и Менгли-Гирееву грамоту, писанную симъ Ханомъ передъ его смертію къ В. К., такого же содержанія, какъ и Магметова. — Злоба покойнаго Хана на Россію (какъ писалъ одинъ изъ нашихъ доброжелателей, К. Аппакъ) произошла отъ того, что В. К. прислалъ къ его старшему сыну болѣе даровъ, нежели къ самому Менгли-Гирею.

(139) В. К., призвавъ къ себѣ Летифа, сказалъ ему: «Мы тебя съ собою въ дружбѣ и братствѣ учинили... и то вѣдаешь, котораго есмя для дѣла не учали съ тобою быти въ дружбѣ и въ братствѣ; а опослѣ того Менгли-Гирей Царь съ нами не учалъ быти вѣ дружбѣ, и то тебѣ вѣдомо, что

25

Магметь-Гирей приходилъ на наши Украйны, и ты все вѣдаешь, котораго еси для дѣла у насъ такъ былъ» (см. Дѣла Крым. No 4, л. 59).

(140) Ив. Григорьев. Мамоновъ выѣхалъ въ Тавриду 15 Ноября 1515, и повезъ Хану краснаго кречета, соболью шубу, чару, ковшъ и черпало серебряныя.

(141) Нашъ посолъ Коробовъ ѣхалъ тогда отъ Султана съ его сановникомъ черезъ Тавриду. Магметъ-Гирей сказалъ нашему доброжелателю, К. Кудояру: «Се таковъ твой К. В.! ссылался съ Турскимъ: ино Камалъ (Селимовъ посолъ) здѣси былъ да бредилъ, да и у В. К. бредилъ же, будто Турской говорилъ: Магметъ-Кирей вся Орда въ моей волѣ. И К. В. по знатью послушалъ того, да опроче меня Камалу и своему послу по своей землѣ на Донъ дорогу доспѣлъ. А была бы В. Князя правда, пригоже было ему, со мною обослався, да отпустить было ему тѣхъ пословъ на мою землю.» (Дѣла Крым. No 4, л. 333 на об.).

(142) Мамоновъ писалъ къ Государю, что съ него въ Ханскомъ дворцѣ Ясаулы требовали посошной дани за входъ и силою взяли дары для Царевича Алпъ-Гирея, который находился въ Литвѣ и въ угожденіе Сигизмунду посылалъ своихъ Татаръ на Смоленскія мѣста.

(143) Кудояръ сказалъ Мамонову: «Король прислалъ ко Царю на два года поминки, 500 поставовъ сукна, да 30, 000 золотыхъ, и Царь всѣ золотые себѣ затаилъ.» (Дѣла Крым. No 4, л. 332, на обор.).

(144) Сей Василій Ивановъ Шадринъ былъ захваченъ Крымцами въ одномъ изъ ихъ набѣговъ на Россію и послѣ освобожденъ. В. К. отправилъ къ нему въ помощники Дворянина Илью Челищева.

(145) «Видишь самъ, каковъ мой братъ Царь! Коли былъ отецъ нашъ Царь, ино онъ одинъ былъ Царь, а мы дѣти его слушали, а Князи и всѣ люди его же слушали; а нынѣча братъ нашъ Царь, а сынъ у него Царь же, а Князи у него Цари же» (Дѣла Крым. No 4, л. 320 на обор.).

(146) «К. В., братъ мой! гораздо выслушавъ, подумай. Сего году рать свою отъ всѣхъ сторонъ поостави: пошли свою рать, чтобы взяти Кіевъ. Съ сю сторону язъ пришедъ, имъ подокучаю; а съ другіе стороны твоя рать приди; а сее бы зимы Кіевъ взявъ ты, да мнѣ, брату своему, далъ: ино бы въ немъ язъ сидѣлъ, а послѣ того Вильну и Троки, Королевской столъ, язъ взявъ, да тебѣ дамъ» (см. тамъ же, л. 372 на обор.).

(147) Калга Ахматъ-Гирей писалъ къ Государю въ Нояб. 1516: «Брата моего сынъ (Алпъ-Гирей), да и мой сынъ Гемметъ-Гирей на недруга твоего, на Литовской Юртъ, а съ ними 40, 000 нарядные рати воевати ходили, и, слава Богу! но здорову и обогатѣвъ пришли» (см. тамъ же, л. 370 на об.).

(148) См. Казан. Лѣт., гл. XV.

(149) См. Никон. 205 и Архив. Лѣт. л. 220. Послами изъ Казани (въ Іюнѣ 1515) были Усеинъ-Сеитъ (духовный сановникъ), Земской Князь Шаисупъ и Бакшей-Бузака. Съ Мих. Вас. Тучковымъ ѣздили въ Казань Оружничій Никита Ив. Карповъ и Дьякъ Ив. Телешевъ, съ коими вторично пріѣхалъ въ Москву Шаусеинъ-Сеитъ: тогда Василій далъ Летифу городъ Кошпру.

(150) Въ 1516 году, въ бытность В. Князя въ Можайскѣ, пріѣхалъ посолъ отъ Хана, Абдылъ Авельшихъ Зода, который не былъ званъ ни къ рукѣ, ни къ столу Государеву, для того, что въ Тавридѣ свирѣпствовала язва. Магметъ-Гирей, хваляся нападеніемъ на Литву, писалъ, что его Ширинскіе или первостепенные Князья не хотятъ присягнуть въ дружбѣ къ Россіи, видя Шигъ-Алея Владѣтелемъ городка Мещерскаго; требовалъ также,

26

чтобы Василій превзошелъ Сигизмунда въ щедрости даровъ. — Гонецъ Великокняжескій, Байкула Олферовъ, въ Іюнѣ 1517 г. былъ посланъ къ Хану съ извѣстіемъ, что Россіяне готовы итти на Астрахань.

(151) Въ Архив. Лѣт. 222 (г. 1517): «Король Польскій посылалъ въ Крымъ Пана Олбрехта Мартынова съ великою казною, къ Менгли-Гиреевымъ дѣтямъ, а велѣлъ ихъ наводити на Вел. Государя Василья Украйны... И того же лѣта Авг. приходиша Крым. Татарове Туказапъ Мурза, Бехтеревъ сынъ Шириновъ, да Удеимъ Мурза Мангитъ, да Алповъ Царевичевъ шуринъ... и начаша воевати около Тулы и Безпуты... И Воеводы послаша Ивашку Тутыхина да Волконскихъ Князей со многими людми... Тогоже мѣсяца (Ноября) прислалъ К. Василей Иванов. Шемячичь своего человѣка Мих. Янова съ тѣмъ, что приходили Татарове, » и проч.

(152) Въ Никон. Лѣт. 195: «Апрѣля въ 9 К. В. отпустилъ Датскаго посла Давыда, да съ нимъ послалъ Ивана Микулина, да Дьяка Василья Бѣлаго; того же лѣта Авг. въ 14 и пріидоша на Москву, а съ нимъ послалъ Короля Кристерна, тотъ же Давыдъ.» Сей Давидъ (родомъ изъ Шотландіи по сказанію Герберштейна) называется въ договорѣ Герольтомъ, а въ нѣкоторыхъ лѣтописяхъ Герладомъ. См. Маллет. Hist. de Dannemarc, кн. VI, г. 1513. Максимиліанъ и Людовикъ ХІІ предлагали Королю Іоанну послать знатнѣйшихъ Духовныхъ сановниковъ въ Пизу на Соборъ; Іоаннъ же хотѣлъ, чтобы сей Соборъ былъ въ Германіи; въ такомъ случаѣ надѣялся, что и мы согласимся въ ономъ участвовать, а можетъ быть и пристанемъ къ Римской Церкви.

(153) Сей договоръ хранится въ Копенгагенскомъ Архивѣ и напечатанъ на Нѣмецкомъ языкѣ въ Бишинговомъ Историч. Магазинѣ, Ч. III, стр. 178. О взаимной помощи сказано такъ: Sind wir übereinkommen, nach Inhalt dieses Briefs, wo das nöthig ist, unsern Bruder, König Christian, unsre Hülfe and Beystand zu leisten, wo wir können, das Ihr uns auch wiederum, da es nöthig, eure Hülfe und Beystand leisten sollet, so viel als möglich. Und in eurer Widerwärtigkeit gegen der Schweden Statthalter, Herr Schwantsohn, Stein Sture, und den Statthalter zu Wyburg und gantzen Schweden-Land wollen wir zusammen kommen mit unsern Bruder für einen Mann, und wollen das Schweden-Land unter uns erobern und unterbringen ... Im Fall, daß der König von Pohlen Sigismund dir, unserm Bruder, widerstehen würde, so will ich (Король Датскій) dagegen meine Hauptleute aut Sigismund ohne Arglist schicken. Упоминается о Максимиліанѣ какъ о союзникѣ Василіевомъ противъ Сигизмунда. Писано въ Москвѣ Авг. 1517.

Въ нашемъ Архивѣ сохранились только выписка изъ сего договора и привилегіи данныя Христіановымъ подданнымъ въ Россіи: сообщаемъ оныя здѣсь:

1. «А которые наши земли сошлися рубежемъ съ вашими землями, имъ съ обѣихъ сторонъ быть по прежнему, чтобы въ земляхъ и въ водахъ, гдѣ рыбныя ловли и всякія угодья есть въ нашихъ земляхъ, также и въ земляхъ и въ водахъ и гдѣ рыбная ловля обрѣтается и всякія угодья, тебѣ и землямъ твоимъ отъ насъ и отъ людей нашихъ никакого преступленія не было; также въ тѣхъ земляхъ и въ водахъ, гдѣ рыбная ловля и всякія угодья тяглыя, въ вашихъ земляхъ, намъ и людямъ нашимъ отъ васъ и отъ вашихъ людей противъ того никакова наѣзда не будетъ.

«Такожъ иноземцамъ, и торговымъ людямъ, и всякому, и всѣмъ ремесленнымъ людямъ вольно

27

будетъ ѣздить въ наши земли и по водамъ, и торговати и всякой промыслъ чинити по ихъ волѣ съ обѣихъ сторонъ безъ всякихъ убытковъ, всякому на своихъ проторехъ, какъ въ иныхъ государствахъ повелось, такожъ имъ въ оберегательствѣ быти, и управа съ обѣихъ сторонъ будетъ безо всякія хитрости.» Писано 2 Авг. 1517.

2. «Мы, Великій Князь Василій, Божіею милостію Царь и Обладатель всеа Руссіи и Великій Князь, по прошенію брата нашего Крестьяна, Короля Дацкого, пожаловали его земли Датцкіе торговыхъ людей и дали имъ мѣсто въ нашей отчинѣ въ Великомъ Новѣгородѣ у Волхвы рѣки противъ Любеницъ длиною шестдесятъ сажень, а поперешнику тридцать саженъ, а въ Ивангородѣ такожъ указалъ имъ мѣсто дать въ деревнѣ Увагѣ избу подъ горою противъ Стрильской улицы къ воротамъ противъ города, длиннику тритцать сажень, поперешнику дватцать сажень, а Кирку на томъ дворѣ пожаловали строить велѣли и держать имъ попа или старца въ той Киркѣ, а въ Иванѣгородѣ строить имъ дворъ и Кирку, такожъ заборъ около деревянной, и даемъ имъ повольность въ нашемъ государствѣ торговать всякими товары; а въ которомъ городѣ въ государствѣ нашемъ у торговыхъ людей Датцкихъ съ нашими людьми ссоры и дѣла будутъ, и имъ въ тѣхъ же городахъ управа учинена быти имѣетъ во всякихъ дѣлахъ противъ сей грамоты и при крестномъ цѣлованьи. — А буде Датчане въ нашемъ государствѣ учнутъ бити челомъ на нашихъ людей, что до крестнаго цѣлованія дойдетъ, и отвѣтчику крестъ поцѣловать. А будутъ наши на Датчанъ въ нашемъ государствѣ о управѣ бити челомъ, и буде до крестнаго цѣлованія дойдетъ, и Датчанину отвѣтчику такожъ присягать, а судиться имъ въ нашемъ государствѣ въ Великомъ Новѣгородѣ и въ Иванѣгородѣ Датчаномъ, какъ нашимъ Новогородцамъ; а во всѣхъ дѣлахъ управу дать истцу и отвѣтчику по нашему уложенью, и въ томъ имъ никакихъ убытковъ и налогъ не доставить на обѣ стороны; такожъ на обоихъ сторонахъ никакихъ поединковъ не полить; а буде погода Датскимъ кораблямъ на морѣ какую досаду учинитъ, и прибьетъ ихъ нашего государства къ берегу, и корабль и достальные товары, которые на немъ, отдать назадъ безо всякой хитрости противъ сей грамоты, и по крестному цѣлованью взять изъ того корабля отъ двухъ рублей по рублю; а сколько тѣхъ товаровъ найдется, столько съ нихъ противъ того и имать съ того корабля; а гостемъ Датцкимъ въ наше Государство пріѣхать и отъѣхать вольно будетъ со всякими товарами по ихъ волѣ безъ помѣшки, и торговать имъ всякими товарами безъ разбору.» Писано въ Іюлѣ 1517.

(154) Вотъ подтвердительный мирный договоръ съ Швеціею, находящійся въ Московскомъ Архивѣ:

«Мы послы Генстенъ-Стуровы, Правителя Свейскіе земли, Николай Ешкилевъ, да Индрикъ Стеневъ, да Арвидусъ Каноникъ Абской, Бартоломей Капланъ, били есма челомъ Вел. Государя Василья, Божіею милостію Царя и Государя всеа Русіи, и В. Князя Боярину и Намѣстнику В. Новагорода, К. Василью Васильевичу (Шуйскому) и Окольничему и Дворецкому Ивану Андреевичю отъ Генстенъ-Стура, Прав. Свѣйск. земли, и отъ Арцибискупа Псаленского (Упсальскаго) и отъ Бископовъ и отъ всее земли Свейскіе, что В. Госуд. Василей (и проч.) Шванта (Сванта-Стура) и всю землю Свейскую по ихъ челобитью пожаловалъ, велѣлъ своимъ Намѣстникомъ В. Новагорода взяти съ ними перемирье на 60 лѣтъ отъ прошедшаго лѣта отъ Благовѣщеньева дни лѣтъ 7018 (1510)... Да и грамоты перемирные написаны… И нынѣ Шванта не стало, а на Швантово мѣсто учиненъ

28

Генстенъ-Стуръ; и В. Госуд. Царя Бояре и Намѣстники В. Новагор. тотъ миръ держали крѣпко... И добиша челомъ мы послы... К. Василью Васильев. и Окольн. и Двор. Ивану Андреев., и приговорили съ ними... тотъ миръ держати крѣпко... на тѣжь лѣта... А что былъ учиненъ срокъ съѣзду быти на Соболинѣ, на Оксѣ рѣкѣ, послѣ взятья миру на четвертомъ году на Ильинъ день, лѣта 7021, и мы послы... приговорили о томъ, чтобы тотъ срокъ отсрочити, съѣзду быти на иное лѣто... на Соболинѣ же послѣ сего приговора на шестомъ году, л. 7026, да землямъ и водамъ рубежъ учинити.»... Внизу: «Язъ Бартоломей Капланъ сію запись писалъ рукою своею сущею... Писанъ въ В. Новѣгородѣ лѣта 7021 (1513) м. Маія въ 9 день.»

(155) Христіанъ въ 1520 году присылалъ 2500 ратниковъ въ помощь В. Магистру Нѣмецкому противъ Сигизмунда.

(156) См. нашей Исторіи Т. IV, стр. 16.

(157) См. Дѣла Прусск. Двора No 1. Въ началѣ сказано: «Лѣта 7024 (1516) пріѣхалъ къ В. К. отъ Максимиліана Алексѣй Заболотской, да Дьякъ Олексѣй Малой, а ѣхали на Маистра Прусскаго землю... И Маистръ имъ говорилъ, чтобы В. Государь меня жаловалъ и берегъ и во единачествѣ меня учинилъ съ собою; а язъ о томъ хочю слати къ В. Государю своего человѣка Шимборка. И К. В. послалъ къ Максиміану Діака своего Василья Тетерина, а поѣхалъ Васил. на Маистрову землю, и К. В. приказалъ Маистру, что его жаловати и беречи хочетъ.»

(158) Дѣла Прусск. No 1, л. 37. Условія состояли въ томъ, чтобы В. К. помогалъ Магистру, а Магистръ В. Князю на Сигизмунда. Шонбергъ предлагалъ-было, чтобы Государь далъ Ордену 30 или 40 тысячь конныхъ воиновъ; но сіе осталось безъ дѣйствія. Въ записи посольской сказано между прочимъ: «И аще нѣчто взято будетъ у недруговъ, ближняя часть будетъ Государю Царю, а другая середняя часть, ближняя къ землямъ Г. Маистра, будетъ его Свѣтлости.»

(159) См. тамъ же, л. 30.

(160) Дмитріемъ Давыдовымъ, отправленнымъ въ Мартѣ 1517.

(161) Вторый посолъ Орденскій, Мелхіоръ, 26 Авг. привезъ Магистрову грамоту къ Василію отъ 2 Іюля, въ коей сказано: «Потреба есть, чтобы Величество Ваше на всякой мѣсяцъ 40, 000 золотыхъ Ренскихъ добрые цѣны и вѣса на удержаніе десяти тысячь пѣшихъ людей, по четыре золотые на простого Желнеря, считая также на всякой мѣсяцъ 20, 000 золотыхъ Ренскихъ по той-же цѣнѣ на удержаніе дву тысячь конныхъ людей, по 10 золотыхъ на одного коня и одного человѣка, опроче того, что хитрецемъ и къ пушкамъ пристоитъ, да готово имѣетъ.» (Въ другомъ мѣстѣ сказано, что давать на лошадь, которая везетъ пушку или снарядъ, по 3 червонца)... «Прошу убо смиреннѣйше, чтобы В. В. къ початью кованіа денегъ 50, 000 гривенокъ серебра чистого во Псковъ послалъ, что коли мы захотимъ начати брань нашу, и чтобъ то серебро привезено было въ Королевецъ (Кенигсбергъ), и тамо совѣтомъ приставниковъ В. В. учинена будетъ денга, чтобы 20 ихъ достойны были золотово Ренского. Назнаменаетъ же ся денга выше-реченная съ оружій и надписаніемъ по изволенію В. В. А серебро и денги всегды имѣютъ быти въ рукахъ приставниковъ В. В., и добрымъ счетомъ и полнымъ давати, какъ приговоръ Теодрика Шхемборка рукою написаной яснѣ изъявитъ, которой послѣ себя въ канселаріи В. В. оставилъ.»

(162) См. между моими Кенигсбергск. бумагами письма Плеттенберговы къ Прусскому Магистру въ

29

1513 г. Онъ даже совѣтовалъ ему помогать Королю (No 711).

(163) См. выше, стр. 20.

(164) Дѣла Прусск. No 1, л. 56.

(165) Дѣла Цесар. Двора No 2, л. 3 и слѣд. Гербершт. пріѣхалъ 18, а былъ представленъ 21 Апрѣля. Къ нему нарядили 15 Дѣтей Боярскихъ Москвичей и 30 конюховъ. Государь велѣлъ тотчасъ отвести къ послу съ конюшни своей иноходца въ сѣдлѣ. Съ Герберштейномъ былъ его племянникъ Іоаннъ Фонъ-Турнъ.

(166) См. тамъ же, л. 36.

(167) Герберштейнъ 29 Апр. отправилъ въ Литву своего племянника съ извѣстіемъ о согласіи В. К. вступить въ переговоры; а Королевскіе послы прибыли 18 Окт. (См. Дѣла Польск. Двора No 2, стр. 114—117).

(168) См. Арханг. Лѣт. 189. Сіе было въ 1515 году. — Въ Архив. Псков. Лѣт. Малин.: «Лѣта 7023, Генв. въ 28, послалъ К. В. Воеводъ своихъ К. Ивана Шамина, да Юрья Замятнина, да Намѣстнику Псковскому, Андр. Вас. Сабурову, Боярину своему и Окольничему, да Дьяку Мисюрю Мунехину, велѣлъ имъ съ силою Псковскою и Новогородцкою итти подъ Брясловъ... И посадъ ожгоша, да и подъ Кажномъ посадъ же ожгоша, и въ Друи сожгоша; а нынѣ городокъ на Друи новой... И пріидоша Богомъ сохранени къ Опочки.» Здѣсь говорится, думаю, о разныхъ походахъ, хотя и въ одномъ году.

(169) См. Никон. Лѣт. 210 и Дѣла Прусск. No 1, л. 122, гдѣ сказано: «И Государя нашего Дѣти Боярскіе, К. Ѳед. Вас. Оболенскій, дошелъ Литовскихъ людей: стояла застава 5000, и онъ побилъ всѣхъ и переималъ; а въ другомъ мѣстѣ сынъ Боярскій, Ив. Колычевъ, 3000, и тѣхъ побилъ; а Ив. Вас. Лятцковъ пришелъ на заставу отъ болшихъ людей за 5 верстъ, 6000, и Иванъ побилъ всѣхъ и переималъ... И ему сказали, что стоитъ иная застава, многіе люди, отъ Государя нашего отъ Украйного пригородка отъ Краснаго, и Иванъ тѣхъ людей побилъ и Воеводъ переималъ, Черкаса Хрептова, брата его Мисюра, Ив. Зелепугу.» — Читая извѣстія Лѣтописцевъ и наши Министерскія бумаги того времени, дивлюсь ихъ согласію. Надобно думать, что Государь Василій приказывалъ сообщать народу донесенія Воеводъ: можетъ быть, ихъ читали въ церквахъ, а Лѣтописцы вносили въ свое повѣствованіе. — Въ Псков. Лѣт. Толст.: «Литва поганая отъ большія силы ходиша подъ Вороначь и подъ Велье и подъ Красной, даже думавше и до Пскова; а В. Князя сила пришла съ Лукъ Великихъ, и стояла за Соротою за рѣкою въ Изборшинѣ и въ Володимерцѣ. Ив. Вас. Лятцкой отъ Большихъ Воеводъ со многими людьми перевозился черезъ Великую рѣку и черезъ Синю рѣку, а хотѣлъ ходити подъ большою силою Литовскою; а иная сила Литовская пришла отъ Брясловля Красногородцкіе волости: Воевода у нихъ Панъ Черкасъ — и обсторожилися на Бую, и услыша Лятцкой полоняные наши, и обойдоша сила В. К. около острога ихъ и взяша острогъ, а полоненыхъ своихъ выпустиша изъ церкви, а Черкасъ Воевода нача изъ Попова двора битися, и пересѣкоша ихъ всѣхъ, а Черкаса и съ нимъ удалыхъ послаша къ Москвѣ, и бысть Лятцкому отъ К. В. честь велика.»

(170) См. Дѣла Цесар. No 2, л. 106—165.

(171) Тамъ же: «А отъ того тебѣ не меньши честь будетъ, какъ Пирру, Царю Индійскому, которой 200 поиманыхъ Римляномъ даромъ отослалъ.» Герберштейнъ безъ сомнѣнія зналъ, что Эпиръ не Индія. — В. К. соглашался только оставить Королю Витебскъ и Полоцкъ, а на требованіе Герберштейново,

30

возвратить Смоленскъ, отвѣтствовалъ: «Жигимонте! мы вельми дивимся, что которую нашу отчину намъ Богъ далъ, и намъ бы тое отчины Королю поступитись!» — Литовскіе послы выѣхали Нояб. 18, а Гербершт. 22.

(172) Тамъ же, л. 166—219. Владиміръ Семеновъ Племянниковъ съ Толмачемъ Истомою Малымъ выѣхалъ изъ Москвы 24 Ноября 1517, пріѣхалъ къ Императору въ Инспрукъ 23 Марта, а возвратился въ Іюлѣ 1518.

(173) Дѣла Прусск. No 1, л. 88 на обор.: «Не добро, что Король прогонится, а Царь всея Руссіи великъ учинится.»

(174) Дѣла Цесар. No 2, л. 219 и слѣд. Съ нимъ пріѣхалъ и Герберштейновъ племянникъ, Іоаннъ Фонъ-Торнъ.

Описаніе сего Посольства издано въ 1603 году на Италіянскомъ языкѣ подъ заглавіемъ: Trattamento di pace tra il serenis. Sigismondo Rè di Polonia et Gran Basilio, Principe di Moscovia, bauuto dalli Illustri Signori, Frances, da-Collo, Cauallier, Gentil’ huomo di Conegliano, et Antonio de-Conti Cauallier, Gentil’ huomo Padouano Oratori della Mæssimilian, Primo Imperatore, l’anno 1518. Scritta per lo medisimo Sig. Caual. Francesco. Stampato in Padoz. Con licenza della S. Inquisitione. Переговоры съ Москов. Боярами описаны слово въ слово, какъ въ нашихъ Архивскихъ бумагахъ. Мы въ другомъ мѣстѣ переведемъ любопытнѣйшее изъ сей книжки, весьма рѣдкой (см. ниже).

(175) Тамъ же, л. 232.

(176) Тамъ же, л. 346. Къ симъ посламъ Максимиліановымъ пріѣхалъ изъ Вѣны чиновникъ Императорскій, Іоаннъ Криштонъ: наши Бояре жаловались имъ на его неистовые поступки слѣдующими словами (л. 300): «Отъ того Яна брату Государя нашего, Максиміяну, много нечти и безъимяніа сталося... Которой Подьячей В. Государя у васъ стряпаетъ, вамъ кормъ даетъ, и онъ того билъ самъ, а дѣтина его Подключникова дѣтину кордомъ сѣкъ... да у руки перстъ оттялъ, а у иного человѣка взялъ корову... А гдѣ Государя нашего недруга Королевы люди сидять въ тюрмѣ, которые пріѣзжали отъ Литовскихъ Пановъ къ измѣннику къ Глинскому съ грамотами и съ неподобными рѣчми, и онъ къ нимъ съ ѣствою посылаетъ и самъ къ нимъ къ тюрмѣ ѣдитъ, » и проч. — О посланномъ къ Императору Дьякѣ Семенѣ Борисовѣ см. л. 357 на обор.

(177) Ноября 9.

(178) В. К. по кончинѣ Летифа отправилъ къ Царицѣ Нурсалтанъ человѣка его, у коего на рукахъ онъ умеръ, и жаловался Хану на разбои Крымцевъ. Нашъ повѣренный въ дѣлахъ, Шадринъ, возвратился въ Москву съ Ханскимъ чиновникомъ, Магмедомъ Агою; а скоро пріѣхалъ и товарищъ Шадрина, Илья Челищевъ, съ посломъ Кудояромъ. На рѣкѣ Самарѣ ограбленные Астраханцами, они шли пѣшіе до Путивля. Калга Ахматъ писалъ къ В. К., что онъ не можетъ сносить обидъ Царя, брата своего, и хочетъ переселиться къ намъ. Ханъ увѣдомлялъ Василія, что его сыновья, Богатырь и Алпъ-Гирей, со 100, 000 воиновъ идутъ на Литву, и проч. Магмедъ-Гирей, по увѣренію нашихъ доброхотовъ, отказался отъ предлагаемыхъ ему Королемъ пятнадцати-тысячь золотыхъ и девятныхъ поминковъ, желая пріобрѣсти Василіеву дружбу. Калгу Ахмата убилъ племянникъ, Алпъ-Гирей, и заступилъ его мѣсто. Сынъ Ахматовъ, Гемметъ, находился тогда въ Константинополѣ. См. Дѣла Крым. No 5, л. 653—732.

(179) То есть, не Оттоманскаго и не духовный. См. Дѣла Крым. No 5, л. 653—732.

(180) Л. 735 на об.: «Ахметъ Паша (товарищъ

31

Аппаковъ) ставъ на колѣнехъ, и колпакъ съ себя снялъ; а К. Иванъ (Ѳедоровичь Палецкой) ему рѣчь говорилъ отъ В. К., также ставъ на колѣнехъ, да колпакъ съ себя снялъ.» Аппакъ пріѣхалъ въ Мартѣ, а выѣхалъ изъ Москвы 8 Сент.

(181) 29 Дек. 1518 пріѣхалъ изъ Казани Кулдербышъ отъ Сеита, Улановъ, Князей, Карачей, Ичекъ, Мурзъ, Молнъ, Шигъ-Зодъ и всѣхъ людей съ извѣстіемъ о смерти Царя. 6 Генв. Василій отправилъ туда Михайла Юрьева Захарьевича съ Дьякомъ Ив. Телешовымъ: они возвратились съ Казанскими послами Абибазеемъ, Карачемъ, Булатомъ, Княземъ Ширинскимъ, К. Шаисупомъ и Бузукою Бакшеемъ. 1 Маія объявленъ Царемъ Шигъ-Алей, сынъ Шигъ-Авлеаровъ, внукъ Салтана Бахтеяра, брата Ахматова, и 8 Марта поѣхалъ въ Казань съ Бѣльскимъ, съ Михайломъ Юрьевымъ и съ Дьякомъ Телешовымъ. Шигъ-Алей далъ особенную на себя грамоту В. Князю въ соблюденіи къ нему вѣрности.

(182) Дѣла Крым. No 5, л. 782.

(183) Въ лѣтописяхъ: «Констянтинъ Острожскій съ Лятцкими людми и съ Подоляны и съ Волынцы пойде противу, и Богатырь Царевичь Воеводъ и Пановъ многихъ побилъ, а иныхъ переималъ, а Острожской едва утекъ; и убили на томъ бою Царевичи К. Василья Четвертенскаго и К. Александра Борямского, К. Василья, да К. Александра, да К. Лва Корецкихъ, да Гетмана Краковскаго Станислава, Старосту Каменского, да брата его Яна Скурятцкихъ.» Стриковскій (кн. XXIV, гл. 4) пишетъ, что Татары плѣнили 60, 000 человѣкъ. Въ Дѣлахъ Турецк. No 1, л. 192 (въ письмѣ Голохвастова изъ Кафы къ В. К.): «А Багатырю Царевичю, сказываютъ, бой былъ съ Острожскимъ; а было Литвы и Ляховъ 20, 000; и Острожской съ малыми людми ушелъ... Литву побили, » и проч.

(184) См. Переписную Архив. Книгу, л. 205, гдѣ сей посолъ названъ Клементьевичемъ Протасьевымъ.

(185) Дѣла Турецк. No 1, л. 105 и слѣд. Борисъ Голохвастовъ выѣхалъ изъ Москвы въ Мартѣ 1519.

(186) Преданный Геммету чиновникъ Крымскій, Бурнашъ, писалъ изъ Ядрина (Адріанополя) къ В. К.: «А Государю нашему, Гемметъ-Салтану, Богъ счастокъ дастъ, въ Перекопи Государемъ будетъ.» (Дѣла Турецк. No 1, л. 135).

(187) Въ исходѣ 1519 г. наши посланники въ Кенигсбергѣ, Некрасовъ и Василій Бѣлой, писали къ Государю: «И мы Маистру говорили, по Государя нашего велѣнью Крымской Царь посылалъ своихъ дѣтей на Литовскую землю, а Турской посылалъ многихъ людей на Лятцкую землю, по Государя нашего велѣнію (см. Дѣла Прусск. No 1, л. 407).

(188) Турецк. No 1, л. 133. Голохвастовъ возвратился 8 Генв. 1521, черезъ Сербскую землю, Килію, Бѣлгородъ или Акерманъ и Перекопъ.

(189) Шонбергъ (который вторично былъ у насъ въ Мартѣ 1519) въ своей Посольской записи говоритъ: «Папа хочетъ его (В. К.) и всѣхъ людей Русскіе земли приняти въ единачество и согласіемъ Римскія Церкви, не умаляя и не перемѣняя ихъ добрыхъ обычаевъ и законовъ, но хочетъ покрѣпити и грамотою Апостольскою утвердити и благословити вся та предреченная: зане же Церковь Греческая не имѣетъ Главы: Патріархъ Константинопольскій и все Царство въ Турскихъ рукахъ; и онъ вѣдаетъ, что духовнѣйшій Митрополитъ есть на Москвѣ: хочетъ его, и кто по немъ будетъ, возвысити и учинити Патріархомъ, какъ было преже Костянтинопольской, а наияснѣйшаго и непобѣдимѣйшаго Царя всея Русіи хочетъ короновати въ Крестьянского Царя, и того Папа отъ сердца желаетъ... а отъ того Папа не проситъ ничего прибытка, но только хочетъ хвалы Божіей и соединенія

32

Христовѣрныхъ... А вѣдомо, что Литву не надобѣ оружьемъ воевати: время ее воюетъ: занеже Король не имѣетъ наслѣдника... а то извѣстно, что Литва не похотятъ никако же надъ собою Государя Ляха имѣти, ни Ляхове Литвина, и отъ того разорятца оба Государства... А нѣчто похочетъ К. В. за свою отчину Костянтинопольскую стояти, и онъ имѣетъ нынѣ пригоденъ путь да и помочь, что ни за сто лѣтъ отъ сѣхъ мѣстъ наслѣдники Констянтинопольскіе не имѣли, » и проч. (Дѣла Прусск. No 1, л. 164—167).

(190) Павла Іовія de legatione Basilii, въ Rer. Moscov. Auct. стр. 120.

(191) Дѣла Прусск. л. 252 (въ наказѣ Посланнику Замыцкому: «Государь нашъ съ Папою хочетъ въ дружбѣ и въ согласьѣ быти о дѣлѣхъ о которыхъ; а какъ напередъ того Государь нашъ съ Божьею волею отъ прародителей своихъ Законъ Греческой держалъ крѣпко, такъ и нынѣ съ Божьею волею Законъ свой держати крѣпко хочетъ.»

(192) Слова Магистровы (л. 152 на об.): «Тотъ посолъ, Г. Николай Шхемборхъ Мнихъ, а въ Папинѣ Дворѣ въ Римѣ у его Святыни ближней служебникъ имѣетца.» См. тамъ же, л. 190 на обор.

(193) Тамъ же л. 213—216. Сія первая Великокняжеская грамота къ Королямъ Французскимъ, послѣ обыкновеннаго титула, содержитъ слѣдующее: «Наияснѣйшему и вельможнѣйшему Каролу, Королю Фрянцовскому, поздравленіе. Намъ извѣстно вѣдомо, колика твоя есть сила, благость и любовь къ добрымъ, какъ намъ то также въ конечномъ посольствѣ Албертовѣ, Нѣметцкого Чина высокого Маистра, Маркрабія Брандеборскаго, его посломъ Ѳеодорикомъ Шымборкомъ, гораздо Величества твоего и твоее персоны хвала изъявлена; а и предки твои тотъ Чинъ въ великомъ до сего времени жалованіи всегда возвысили и имѣли. Просимъ того ради и воспоминаемъ, чтобъ Величество твое, пресвѣтлѣйшихъ отецъ твоихъ послѣдуя стопамъ, тотъ Чинъ милостивнѣ берегъ и его противу нашего недруга, Короля Польского, не оставилъ; а тотъ Чинъ и Маистра Алберта тебѣ поручаю, коего и мы всѣми силами, сколько намъ Богъ поможетъ, не оставимъ; и что противу твоему Величеству учинити возможемъ, обѣщеваемъ прилѣжаніемъ нашимъ, да возмогаетъ благочестнѣ Величество твое. Писано въ нашемъ Государствѣ, въ нашемъ градѣ Москвѣ, лѣтъ 7027 Марта» (1519).

Магистръ взялся доставить сіе письмо Королю, также и другое къ Курфирстамъ, къ Архіепископу Магунскому или Маинцскому и проч.

(194) л. 136: «И просилъ (Магистръ), штобы посолъ отъ таковые почести престалъ: зане же Г. Магистръ вѣдаетъ величество и превозвышенье Государя Царя всеа Русіи, или паче же вѣрность и велемощьство, что таковаго смиренья показанье не пригоже ко Г. Магистру, и просилъ о томъ, какъ опять Царя всеа Русіи Божьею помощью посолъ очи увидитъ, и онъ бы до земли отъ Г. Магистра не главою только, но и всѣмъ тѣломъ смиритися и преклонитись и простретись учинилъ.» См. тамже л. 267. — Посолъ Магистровъ говоритъ въ своей запискѣ (л. 190): «Чтобъ Его Величество изволилъ ослободити на годъ или на два въ Новѣгородѣ или во Псковѣ побыти Вулкану Погу, слузѣ моего Государя, у Презвитера учитись языку и грамотѣ.»

(195) Л. 145, 282, 283.

(196) Въ Генв. 1520 посолъ Магистровъ, Мелхіоръ, говоритъ нашимъ Боярамъ (л. 397): «Царь всеа Русіи съ Степаномъ писалъ, также съ Діакомъ Ив. Харламовымъ приказалъ, что В. В. помочь на 1000 Жолнѣрей на годъ прислалъ: ино моему Государю нѣчто отъ того серебра съ своимъ

33

Діакомъ прислалъ: его милость, какъ есть Вашему Величеству пригоже, съ вел. благодареніемъ воспринялъ; но мой Государь какъ увидѣлъ то серебро и уразумѣлъ скудость, что тотъ счетъ на тысячю человѣкъ не полонъ, и нѣсть болѣ, но только съ четыренатцать тысячь золотыхъ приноситъ; а В. Царск. Величеству во единомъ списочкѣ особномъ помѣчено, что на ту помочь надобѣ пятдесятъ тысячь и пять тысячь золотыхъ.»

(197) Въ письмѣ Некраса Харламова къ Государю изъ Риги, въ Ноябрѣ 1519 (л. 388): «Магистръ Ливонской отвѣчивалъ Магистровымъ людемъ Пруского: язъ де живу у Вел. Государя всея Руси поближе Магистра Прусского, а Русской обычай знаю: словомъ сулятъ, а дѣломъ тому не мочно статись

(198) Въ Мартѣ 1530 Государь велѣлъ сказать послу Мелхіору (л. 431): «и мы для Магистрова челобитья на 1000 человѣкъ пѣшихъ ещо къ тому посылаемъ своего серебра, что есмя къ нему послали съ Дьякомъ своимъ, съ Иваномъ.» Оно было послано съ Аѳанасьемъ Моклоковымъ.

(199) Въ Псков. Лѣт. Толст.: «Посла К. В. своего Новогородцкого Намѣстника, К. Вас. Шуйского, съ Новог. силою и съ нарядомъ большимъ, а изо Пскова брата его К. Ив. Шуйского, со Псковскою силою и съ снарядомъ и съ пищальники и съ посохою, а со Священниковъ кони и телеги, и повезоша нарядъ рѣкою Великою до пристани, а отъ пристани на Псковскіе кони и телеги положиша и приставиша къ нему посоху къ Полоцку, и начаша туры подъ городомъ ставити и пушками бити городъ, и Полочане много съ нашими бишася; а К. Мих. Кислица съ Московскою силою пришелъ отъ Смоленска туто же; и бысть гладъ великъ: колпакъ сухарей въ алтынъ и болѣ, и коневый кормъ дорогъ. И отняша струги подъ городомъ, и въ тѣхъ Дѣти Боярскіе добрые, хупавые смѣльцы, перевезошася за Двину на добытокъ; и отъ Короля шелъ Воевода Волынецъ Полоцку въ помощь, и побѣгоша къ Двинѣ Москвичи, и не бѣ имъ перевезтися всѣмъ, и потопша ихъ много въ Двинѣ и отойдоша отъ Полоцка... А на лѣто (1519) посла К. В. К. Мих. Кислицу съ Новогород. и со Псков. силою въ Литовскую землю подъ Молодечно, и выидоша здравы на Смоленескъ.» Дѣла Прусск. No 1, л. 307 и 346: «И послали есмя нынѣ въ своего недруга въ Литовского землю Воеводъ своихъ со многими людми, отъ Смоленска К. Вас. Вас. Шуйского, а отъ Новогородцкіе и отъ Псковскіе Украйны съ Лукъ съ великихъ Намѣст. Псков., К. Мих. Вас. Горбатаго, а изъ Стародуба и изъ Сѣверы К. Семена Ѳед. Курбскаго... прямо къ Вилнѣ... И пошли Авг. въ 1 (1519)... И въ Кретвѣ городкѣ собралися были Литовскіе Панове, Виленской Воевода Николай Николаевъ, Троцкой Олбрехтъ Мартиновъ, Городенской Юрьй Николаевъ, Радивилова Старосты Жомотцкого сынъ, К. Мих. Жеславской, Янъ Николаевъ сынъ Радивилова и Лятцкой Воевода Янъ Свирщевской... И наши Воеводы, оставя кошъ въ Красномъ, пошли на нихъ, да переднихъ людей у нихъ побили, К. Вас. Полубенского, Воротынского Королева Дворянина Чижа, да Королева же Дворянина, великого человѣка, Рая изымали, а Гроденского Воеводы кошъ взяли... И Воеводы наши воевали по Вилну, Логоескъ, Менескъ, Айну, Красное село, Молодечну, Марково, Лебедево, Кревъ, Ошмону, Мѣдники, Мяделу, Куренской Камень, Березвичи, Жесно, Курецъ, Волоескъ, Радошковичи, Борисово.» См. еще Никон. Лѣт. 233.

(200) Дѣла Прусск. л. 433. О семъ походѣ В. К. извѣщалъ Магистра въ Мартѣ 1520 г.

(201) См. тамъ же, л. 487. Гербершт. сказываетъ

34

намъ, что сей Царевичь былъ сынъ Алегамова брата, Меникшара или, по Розряд. Книг., Мулехдара. Съ нимъ находился Воевода и Бояринъ К. Мих. Данил. Щенятевъ. Братъ Ѳеодоровъ, Царевичь Василій, также именуется въ числѣ тогдашнихъ Воеводъ, и Авдовлетъ или Акидевлетъ, сынъ Шибанскаго Царевича, Ахтурта или Ахпурта. Отъ 1515 до 1519 года войско наше стояло на границахъ, въ Лукахъ, на Вошанѣ, угрожая Полоцку, Мстиславлю, Могилеву (см. Розрядн. Книгу). Въ послѣдній разъ упоминается о знаменитомъ К. Данилѣ Щенѣ въ 1515 г.: онъ предводительствовалъ войскомъ, которое собиралось въ Дорогобужѣ. — Также въ Мещерѣ, на Толстикѣ, стояли Воеводы. Между новыми именами замѣтимъ Князей Кривоборскаго, Рѣпнина, Хованскаго, Галецкаго, Овчину-Оболенскаго, Мещерскаго, Голенина, Хрипуна, Кашина, Пестраго, Хохолкова, Алабышева, Збарецкаго.

(202) Дѣла Прусск. л. 521.

(203) Стриков. гл. XXIV, кн. 4.

(204) Дѣла Прусск. л. 84. Магистръ Прусскій велѣлъ сказать Государю: «Чахове и Нѣмцы, которыхъ Король у себя имѣлъ, такіе на Короля рѣчи изнесли въ Чахѣхъ и Нѣмцѣхъ, что великую невѣрность на него положили.»

(205) Въ первый разъ тогда, какъ измѣнилъ ему Мих. Глинскій.

(206) Дѣла Польск. No 2, стр. 118—120: «Посылалъ Григорей Ѳедоровичь къ Пану Николаю, Воеводѣ Виленскому, человѣка съ грамотою о томъ, будетъ Король похочетъ миру, и онъ бы слалъ пословъ... И по опасной грамотѣ приходили Воевода Подляской, и Маршалокъ, Янъ Станиславовичь Лелюшевичь, и Подскарбій Земскій, Маршалокъ и Писарь Королевской и Державецъ Каменецкой Богушъ Боговитиновичь... И К. В. посылалъ (къ нимъ) съ отвѣтомъ Дворецкого Тверского, Мих. Юрьева, да Шигону Поджогина... И городовъ на обѣ стороны просили... А послѣ тѣхъ рѣчей послы говорили, штобъ Государь здѣлалъ перемирье годы на четыре или на пять, и Государь такъ не хотѣлъ, а учинилъ перемирье съ лѣта 7029 Сент. 2 по Масленое заговѣнье, доколѣ отъ Короля Большіе послы придутъ, а въ то время съ обое стороны войны не вчинати, и опасную имъ грамоту на послы дали; а были у Государя пятью, а на пріѣздѣ ѣли.»

(207) Дѣла Прусск. л. 412, 470, 493. У Сигизмунда было 16, 000 войска противъ Магистра, который сказалъ нашему Посланнику, Некрасу Харламову: «Хотятъ Польское войско итти къ Королевцу, а мѣщане со мною не хотятъ стояти, и мнѣ велика нужа; а тебѣ здѣсе быти не пригоже: занеже каково дѣло станется, ино моя голова подойметъ, а тебя есми взялъ у Государя на свои руки... и тебѣ пригоже быти въ моемъ городѣ въ Мемелѣ, а съ тобою отпущаю Брузвиньскаго Князя.»

(208) См. Гарткноха Alt und Neues Preußen, стр. 323—325.

(209) Дѣла Турецк. No 1, л. 147. Третьякъ выѣхалъ изъ Москвы 20 Іюня 1521.

(210) Бурганъ Ага Дездяръ Азовской, нашъ доброхотъ или норовникъ, писалъ къ В. К.: «Приказалъ Великій Государь (Султанъ) ко Царю Магметъ-Гирею: слышалъ есмя, что хочешь пойти на Московского землю: и ты ся береги на свой животъ, и не ходи на Московского, занеже ми есть другъ великъ; а пойдешь на Московскаго, и я пойду на твою землю. И Царь осердитился, а рать его собрана, а злобенъ добрѣ» (см. Дѣла Турецк. л. 1456).

(211) Дѣла Турецк. л. 170 и 187 на обор.

(212) Тамъ же л. 191: «Не велишь мнѣ пойти на Московского и на Волошского, ино мнѣ чѣмъ быти сыту и одѣту?»

35

(213) Послѣ Боярина Протасьева въ 1520 г., ѣздилъ въ Крымъ Михайло Никитинъ Измайловъ, а въ 1521 Василій Наумовъ; въ Москвѣ же находился тогда Ханскій посолъ Ахметъ Паша (см. Архив. Переписн. Книгу л. 205—206).

(214) Гербершт. R. M. Comment. стр. 68.

(215) Казан. Лѣт. гл. 16.

(216) Гербершт. R. M. Comment. 68, и Казан. Лѣт. гл. 16, гдѣ сказано: «Всю Русь (Казанцы) присѣкоша, при Царѣ Шигъ-Алеѣ служащихъ его Рускихъ людей и варваръ убиша 5000, и Царскую его казну взяша... и Воеводы Москов. домъ разграбиша и людей 1000 убиша.» Во всѣхъ другихъ лѣтописяхъ сказано: «В. Князя гостей переграбивъ, у себя (Казанцы) держали.» Убіеніе Россіянъ случилось уже въ 1523 году. См. также Гербершт. R. M. Comment. 68. Онъ пишетъ, что самъ Ханъ Крымскій былъ въ Казани и возвелъ тамъ брата на престолъ.

(217) Казан. Лѣт. гл. 17: «Веде съ собою болѣ 1000 рыболововъ Московскихъ, ловящихъ рыбы на Волгѣ подъ горами Дѣвичьими и до Зміева Камени и до Увѣказа, 1000 верстъ отъ Казани; заѣхавше тамо, живяху лѣто все, и въ осень возвращахуся на Русь съ рыбою.»

(218) См. тамъ же.

(219) Гербершт. R. M. Com. 68. Нижній Новгородъ и Владиміръ были, по его сказанію, опустошены Казанскими Татарами. Въ ветхомъ Синод. Лѣт. No 365, л. 543: «Великую рѣку Оку удобь (Ханъ) прейде, и В. Князя Воеводъ побиша, и на томъ бою убиша К. Волод. Курбского да Ив. Андреев. Шереметева, да Якова да Захарья Замятниныхъ и многихъ дѣтей Боярскихъ; да на томъ же бою взяли К. Ѳед. Вас. Обол.-Лопату, и Коломенскіа мѣста и Коширскіе и Боровскіе и Володимерскіе и подъ Москвою повоеваша, и монастырь Николы на Угрѣшѣ и Вел. К. любимое село Островъ сожгоша; а иные Татарове и въ Воробьевѣ въ В. К. селѣ были и медъ на погребѣхъ В. К. пили, и многіе села Князей и Бояръ около Москвы пожгоша. Царь же стоя на единомъ мѣстѣ 10 дней промежъ Сѣверки рѣки и Лопасны за 60 верстъ отъ Москвы» (а Гербершт. пишетъ, за 13 миль)... «И возвратися и пріиде къ Переславлю къ Рязанскому... И туто жъ подъ городомъ Иванъ Вас. Хабаръ окупилъ К. Ѳед. Вас. Обол.-Лопату, а далъ на немъ 700 рублевъ. А. К. В. былъ въ тѣ поры и съ своею братьею, со К. съ Юрьемъ и съ Андреемъ, въ Микулинѣ.»

(220) См. тамъ же и Розряд. Кн., гдѣ сказано, что Бояре и Князья Дмит. Ѳед. Бѣльскій и Вас. Вас. Шуйскій были въ Серпуховѣ, К. Пенковъ и Лопата-Оболенскій въ Коширѣ, К. Мих. Дан. Щенятевъ и К. Ив. Мих. Воротынской въ Торусѣ, и проч. Гербершт. пишетъ, что В. К., по разсказамъ какихъ-то людей, нѣсколько дней укрывался близъ Москвы въ сѣнѣ. — Никон. Лѣт. говоритъ о семъ нашествіи, что Ханъ повоевалъ Коломенскія мѣста, плѣнилъ множество людей, осквернилъ церкви; что В. К. уѣхалъ въ Волокъ собирать полки, и что Магметъ-Гирей, боясь его, ушелъ назадъ.

(221) Гербершт. R. M. Com. 68. Я не повѣрилъ бы ему одному; но Розряд. и Родословн. Книги подтверждаютъ его сказаніе (см. ниже, примѣч. 224). Онъ пишетъ, что въ Москвѣ находились тогда послы Ливонскіе, которые, боясь Татаръ, въ одинъ день прискакали оттуда въ Тверь.

(222) Въ 1504 году.

(223) Дѣла Турец. No 1, л. 192, (въ письмѣ Бургана, Паши Азовскаго, къ В. К.): «Пришло на Крымъ Азтороканцовъ три станицы, въ станицѣ 300 человѣкъ, а въ другой 200 челов., а въ третей

36

80, и съ Крымскихъ Улусовъ поимали есырю и верблюдовъ, и иного животу нѣсть числа; а Царя Астороканского Ченибека не стало, а иного Царя въ Азторокани по сѣ мѣста еще не вѣдаемъ.»

(224) Въ Родослов. Кн. (рукописныхъ): «А у Василья Образца два сына, Иванъ Хобаръ, которой на Рязани оманомъ взялъ у Крымского Царя грамоту данную на В. К. въ лѣто 7029.» Въ Розряд. Кн.: Приходилъ Крымской Царь Магметъ-Гирей съ сыномъ своимъ съ Салтаномъ Богатыремъ подъ Коломну и много пакости доспѣлъ Христіанству; и тогды Царь взялъ грамоту на В. К., что ему дань давати, и тое грамоту Божіимъ милосердіемъ взялъ у Царя на Рязани обманомъ Ив. Вас. Хабаръ Симскій.» Онъ пожалованъ въ Бояре 1524 г. Родъ его производятъ отъ К. Редеди, побѣжденнаго Мстиславомъ, сыномъ Св. Владиміра.

(225) Будто бы 800, 000 человѣкъ; но самъ Герберштейнъ не вѣрилъ тому. Онъ въ числѣ ихъ именуетъ К. Ѳед. Лопату, выкупленнаго въ Рязани. Въ Архив. Ростов. Лѣт.: «Много людей (Татары) изсѣкли, и въ полонъ вели многихъ Болярынь и Болярскихъ дочерей 150; дѣтей у персей отняли; да опослѣ Татаръ скопивъ дѣтей и и свезли къ Москвѣ къ В. К.»

(226) См. Степен. Кн. ІІ, 200, и Русск. Времен. 280. Разсказываютъ, что Татары хотѣли выжечь Московскіе посады, но увидѣли вокругъ города безчисленное войско Россійское и съ ужасомъ прискакали къ Хану, который, не вѣря имъ, послалъ другихъ: «и видѣша того сугубѣйшее воинство Русское... И сказаша ему... И третіе посла нѣкоего отъ ближнихъ увѣдати истину... И трепеща прибѣже и вопія: о Царю! что коснѣши? побѣгнемъ... Грядутъ на насъ безмѣрное множество войска отъ Москвы... И побѣгоша.» Это было видѣніе.

(227) Сіи ходы бываютъ 21 Мая, 23 Іюня и 26 Августа.

(228) Никласъ былъ родомъ изъ Спира, а Іорданъ изъ окрестностей Инспрука. Гербершт. пишетъ, что В. К., при въѣздѣ въ Москву встрѣченный множествомъ народа, увидѣлъ Никласа и громко сказалъ ему: «знаю важную твою услугу и не оставлю тебя безъ награды.» Тоже обѣщалъ и другому пушкарю, Іордану; но забылъ ихъ: наконецъ, услышавъ, что они въ досадѣ хотятъ ѣхать изъ Россіи, прибавилъ имъ по 10 флориновъ жалованья.

(229) См. Гербершт. R. M. Comment. 50 и 70, и въ Собр. Госуд. Грамотъ, стр. 425, запись К. Ив. Михайлов. Воротынскаго, данную имъ въ 1525 г. Государю съ клятвою заслужить вину свою.

(230) Дѣла Турецк. No 1, л. 194 (въ письмѣ Бургана къ В. К.): «А Крымской Царь пришолъ изъ твоей земли къ собѣ въ Перекопъ, и велѣлъ по три торги у себя въ Перекопи и въ Крымѣ и въ Кафѣ кликати, чтобы Князи и Мурзы и Татарове были готовы всѣ, а кони бъ тучны, а хочеть итти сее же осени на твою землю.»

(231) Гербершт. R. M. Comment. 36. — Въ Розрядн. Кн.: «Приговорилъ К. В. всеа Русіи съ братьею своею и съ Бояры быти самому противъ Крымского Царя на Коломнѣ; а напередъ себя отпустилъ на Коломну Воеводъ, К. Дм. Ѳед. Бѣльскова, да К. Мих. Данил. Щенятева, да К. Мих. Вас. Горбатова, да Окольничего Ив. Вас. Хобарова, Андр. Вас. Сабурова, да Дворецкого Тверского Мих. Юр. Захарьина. Изъ Вязмы велѣлъ итти на Коломну же К. Андр. Бор. Горбатому, да Вас. Андр. Шереметеву, да Мих. Сем. Воронцову, Ан. Ник. Бутурлину, Ив. Вас. Лятцкому, К. Ив. Мих. Шамину, К. Петру Ѳед. Охлябину. А самъ пошелъ К. В.

37

мѣсяца Мая 19, а съ нимъ братья его, К. Юрьи да К. Андрей Ивановичи, а Воеводы съ нимъ К. Ив. да К. Сем. Ѳедоровичи Бѣльскіе, да Окольничей Пет. да Вас. Яков. Захарьины, К. Ив. Нѣмой, да К. Ѳед. Вас. Телепневъ, К. Сем. Дм. Серебряной, К. Ив. Ѳед. Ушатой, Мих. Андр. Плещеевъ, К. Юр. Андр. Хохолковъ-Ростовской, К. Мих. Ив. Кубенской, Ив. Вас. Лятцкой, Оружничей Ник. Ив. Карповъ; а у доспѣха стряпали К. Юр. да К. Вас. Иванов. Щенятевы; а Рынды (оруженосцы) были К. Юр. Мих. Булгаковъ, Ив. Юр. Сабуровъ, Подрынды Мих. Борис. Извольской, Петръ да Васюкъ Ступишины... Ясельничей Ѳед. Сем. Хлоповъ, да съ нимъ у коней стряпаютъ Васюкъ Безъзубцевъ, у коня В. К. Ивашко Касировъ, а къ нимъ 16 человѣкъ; а за постелею Козаринъ Буруновъ, да Ѳедецъ Кученской. А на Москвѣ оставилъ зятя своего, Петра Царевича, а съ Коломны велѣлъ себя встрѣтить Бояромъ и Воеводамъ, а съ ними сто человѣкъ лучшихъ Дворянъ; и пришедъ на Коломну, послалъ брата своего, К. Юр. Ив., въ Серпуховъ, а Воеводамъ велѣлъ стояти по мѣстамъ: въ Больш. полку подъ Дѣвичьимъ, К. Дм. Ѳед. Бѣльской, да К. М. Д. Щенятевъ, да М. С. Воронцовъ; въ правой рукѣ подъ Головинымъ К. А. В. Горбатой, да В. А. Шереметевъ, да Игнатей Мих. Салтыковъ; въ передовомъ на усть Осетра К. М. В. Горбатой, да К. П. С. Лобанъ-Ряполовской, да К. П. Ѳед. Охлябининъ; въ лѣвой рукѣ противъ Рославля Окольничей И. В. Хабаръ, да И. В. Лятцкой, да Ив. В. Лошановъ-Колычевъ; въ сторож. на Коширѣ А. В. Сабуровъ, да А. Н. Бутурлинъ, да К. Ю. М. Шаминъ; а на Рязань послалъ Воеводъ И. Ю. Микулина, да Дм. Ив. Волынского... А какъ шолъ К. В. съ Коломны къ Москвѣ, а на Коломнѣ оставилъ брата своего, К. Андрея Ивановича.»

(232) Тамъ же, стр. 70.

(233) Дѣла Турецк. No 1, л. 207 и слѣд. Губинъ пріѣхалъ къ Государю въ Коломну 18 Мая 1522, а Скиндеръ оставался въ Москвѣ.

(234) Тамъ же, л. 213 на обор.: «Скиндеръ пришедъ цѣловалъ В. К. въ руку, да отшедъ подалъ грамоту Салтанову, и К. В. велѣлъ ему сѣсти близко собя на скамьѣ, ближе того, какъ иныхъ Государей послы садятся.»

(235) Скиндеръ сказалъ, л. 216 на обор.: «Государь мой приказалъ собѣ нѣкоторой товаръ купити на свои потребы, и Государь бы К. В. тотъ товаръ ослободилъ купити, да и человѣка бы далъ, кому тотъ товаръ указывати.» — Султанъ писалъ еще къ В. К. о врачѣ Маркѣ: «пришелъ къ намъ нашъ человѣкъ именемъ Андроникъ, и жаловался намъ, что прежъ сего времени зять его, Марко врачь, Царства Миданщикъ, торгованія ради пришелъ въ землю благородствіа твоего, и нынѣ есть тамъ, и сказываетъ шуринъ его, что во Царѣгородѣ жена его и дѣти: и того ради шуринъ его Андроникъ посланъ съ нашимъ посломъ... и ты бы того человѣка Марка къ намъ послалъ.» На сіе В. К. приказалъ отвѣчать Султану: «Марко пріѣхалъ къ Государю нашему давно, да билъ челомъ въ службу, да и о томъ, чтобы Государь приказалъ къ отцу твоему о его женѣ, чтобы отецъ твой жену Маркову къ нему отпустилъ... и отецъ твой хотѣлъ отпустити. А нынѣ въ В. Новѣгородѣ боленъ Бояринъ К. Алекс. Володим. (Ростовской), и Государь послалъ его того Боярина лечити» (л. 249).

(236) Иванъ Семеновъ Морозовъ былъ отправленъ уже въ Апрѣлѣ 1523 г. Между прочимъ надлежало ему говорить Султану: «Твои Казаки Азовскіе нашихъ людей имаютъ на полѣ, да водятъ въ Азовъ, да ихъ продаютъ, а емлютъ съ нихъ

38

окупы великіе: и ты бы приказалъ, чтобы того не чинили... Въ нашей землѣ твоего гостя Ефабардѣя въ животѣ не стало, и мы велѣли товаръ его переписати и отдати твоему послу» (л. 233). Въ наставленіи, данномъ Морозову, сказано: «О всѣхъ тамошнихъ вѣстехъ пытати Ивану не приказныхъ людей: кто что ему скажетъ изъ стороннихъ людей, и ему то писати; а приказныхъ не пытати; а кто что молвить, ино то написати же... Ивану къ Пашамъ на подворье никакъ пейти, а говорити: меня Государь послалъ къ Сулеманъ-Салтану: и мнѣ къ вамъ чего дѣля итти?... А въ ту пору будутъ у Салтана послы отъ Крымскаго или отъ Угорского или отъ Литовского или отъ иныхъ Государей, и Ивану съ посломъ къ Салтану ни съ которымъ не ходити, да ни индѣ нигдѣ съ ними ни пити, ни сходитися ѣсти, опричь того, нѣчто которой посолъ похочетъ съ нимъ видѣтись о В. К. дѣлѣ, и Ивану велѣти ему быти у собя на подворьѣ или на поле выѣхати... И нѣчто взмолвятъ: есть ли съ тобою списокъ, каковѣ грамотѣ межи Салтана и Государя вашего пригоже быти? и Ивану говорити: нѣтъ... И нѣчто взмолвятъ: Государь нашъ съ В. К. на Крымского будетъ за-одинъ, а Государю нашему недругъ Литовской, и К. В. на Литовского будетъ ли съ нимъ за-одинъ? и Ивану говорити: о томъ отъ Салтана ко Государю съ его посломъ приказу не было, и Государь о томъ со мною не наказалъ ничего... А опослѣ Ивану говорити накрѣпко, чтобъ Салтанъ послалъ къ В. К. своего посла, человѣка доброго... Да и то молвити въ разговорѣ: Государемъ великимъ пригоже промежъ собя посылати такихъ людей, которые бы жили близко при Государехъ и дѣло бы знали, а не корыстей смотрѣли... И нѣчто взмолвятъ Ивану: пріѣхавъ къ Скиндерю люди на подворье, да людей его перебили и самого лаяли, и въ томъ ему оборони не учинили; и Ивану говорити: въ Государя нашего Государствѣ много чюжихъ людей и изо многихъ земель, и приставове Государя говорили Скиндерю, чтобъ его люди безъ пристава съ подворья не ходили, и они не слушали, и ѣхали пьяни Азтороканского посла люди, и Скиндеревы пьяни же съ ними побранили, и учали битись, и Скиндеревы ихъ же били и перевязали, и приказщики Государя нашего тѣхъ велѣли пустити: ино было Скиндеревыхъ людей какъ боронити?» (л. 234—247).

Морозовъ нашелъ Солимана въ Анатоліи, въ станѣ. Онъ пишетъ: «Приставове Чеуши осталися у Салтанова шатра, а посторонъ Салтановы полатки сидитъ человѣкъ съ десять въ бархатѣхъ... и вшелъ Иванъ къ Салтану, а онъ сидитъ на своемъ мѣстѣ, а у него Ибреимъ-Паша, да Казначей Діакъ Аббисаломъ, да у дверей Капичей-Баша, и велѣлъ Паша Ивану пойти къ Салтану къ руцѣ; а опослѣ Иванъ отъ Государя Салтану поклонъ правилъ и поминки являлъ по записи и посольство правилъ и грамоты подалъ: а взялъ грамоты Ибреимъ-Паша... Ибреимъ-Паша у Ивана рѣчи перенялъ, а говорилъ: иные рѣчи съ нами переговоришь, и мы ихъ Государю скажемъ. А Салтанъ не проговорилъ ни одного слова, и вышелъ Иванъ отъ Салтана... а поминки В. К. велѣли приставове у Казаковъ взяти Янычаномъ... и Салтанъ поминки смотрѣлъ изъ-за людей... а корму давали Ивану отъ Салтана колачи, да рыбу шеврижину сухую, да на дву блюдѣхъ икры, да ягоды зятинные соленые, да изюмъ, да арбузы и дыни.» Ибрагимъ-Паша звалъ его къ себѣ въ шатеръ; но Морозовъ, исполняя въ точности Государевъ наказъ, не хотѣлъ къ нему итти. Паша разсердился и велѣлъ ему сказать: коли ко мнѣ не ѣдешь, и мнѣ до тебя дѣла нѣтъ, а тебѣ до меня. Казначей

39

Солимановъ требовалъ себѣ даровъ: Морозовъ отвѣтствовалъ, что послы ѣздятъ для государственныхъ дѣлъ, а не для посуловъ. Его представили вторично Султану и немедленно отпустили (л. 277—286). Онъ возвратился лѣтомъ въ 1524 году; а съ нимъ опять пріѣхалъ въ Москву Скиндеръ, но единственно для закупки соболей.

(237) Дѣла Польск. No 2, стр. 123—125.

(238) Сія договорная грамота хранится въ Архивѣ подъ No 7. Въ ней сказано, что Россіи владѣть отъ Днѣпра ниже Смоленска рѣкою Мерею вверхъ, между Пречистые, Взруба и Звѣровичь въ Иваку рѣку.

(239) Стриков. кн. XXIV, гл. 4.

(240) Гарткноха Alt und Neues Preußen, стр. 325—326.

(241) Арнта Liefl. Chr. 191.

(242) Сія договорная харатейная грамота, отъ 1 Сент. 1521, Русская и Нѣмецкая, находится въ Архивѣ между Лифляндскими трактатами подъ No 4. Она писана въ Новѣгородѣ отъ имени Магистра, Архіепископа Рижскаго и Епископовъ Дерптскаго, Эзельскаго, Курляндскаго, Ревельскаго, и Новогород. Намѣстниковъ, К. Александра Ростовскаго и Мих. Морозова. Послами были фонъ-деръ-Тиманъ, Фонъ-Боргъ, Іоаннъ Лоде, I. Дюкеръ и Георгій Ковіеръ. Магистръ обѣщался не имѣть союза съ Королемъ Польскимъ. Сказано, что рубежъ нашихъ владѣній идетъ отъ Чудскаго озера стержнемъ (или, какъ нынѣ пишутъ, по тальвегу) Наровы рѣки поперегъ острова ниже Иванагорода и Ругодива или Нарвы въ Соляное море. См. Арнта Liefl. Chr. 183—184. Въ Псков. Лѣт. Толст.: «Посла В. К. Намѣстн. Псков. К. Петра Ряполовскаго въ Вороночь съ Дѣтьми Боярскими и съ Тотары, и быша тамъ и до Покрова, а послы Нѣмецкіе ѣхаша на Псковъ къ В. К. мира просити; и К. В. велѣлъ имъ миръ имати въ Новѣгородѣ, и поѣхаша туда отъ Пскова Мисюръ Дьякъ и добрые люди.» Тамъ же подъ годомъ 1523: «Проси Арцыпискупъ Ровенскій у В. К. силы на Местера и посылаше къ Мисюрю Дьяку, и К. В. не да ему силы.»

(243) Въ договорѣ заключенномъ съ Императоромъ Максимиліаномъ въ 1514 году. — О городахъ Рязанскихъ К. Ѳеодора см. въ завѣщаніи В. К. Іоанна Василіевича.

(244) См. Т. VI, примѣч. 563.

(245) Ибо они происходили отъ Святослава Ярославича, который былъ старѣе Всеволода, Мономахова отца.

(246) См. Гербершт. R. M. Comment. стр. 48.

(247) См. Арханг. Лѣт. подъ симъ годомъ. Въ другихъ нѣтъ о томъ ни слова.

(248) См. Гербершт. стр. 48, и Родослов. Кн. Первый разсказываетъ, что К. Іоаннъ Рязанскій имѣлъ еще двухъ старшихъ братьевъ, Василія и Ѳеодора; что они воевали другъ съ другомъ; что одинъ изъ нихъ лишился жизни въ междоусобной битвѣ на поляхъ Рязанскихъ, а другой братъ скоро умеръ на томъ же мѣстѣ, гдѣ стоитъ деревянный крестъ въ память сего происшествія. Думаю, что Герберштейнъ ошибся: по лѣтописямъ не видимъ, чтобы у К. Іоанна были братья. — Въ Архивѣ Иностран. Кол. нашлася слѣдующая бумага изъ розыскнаго дѣла о побѣгѣ изъ Москвы Рязан. Князя Іоанна: «Лѣта 7029 (1521), Авг. 31 сказывалъ Митька Сунбуловъ сынъ пытанъ, что Князь Иванъ Рязанской съ Москвы побѣжалъ съ Недѣли на Понедѣльникъ; а быть было ему въ Пустынѣ, или въ Шумашѣ, или въ Дубровицахъ. А мнѣ послѣ себя велѣлъ назавтрее ѣхать на Рязань къ Мишурину и къ Клементію Кобяковымъ, да къ Федору Сунбулову, да къ Назарію Семенову сыну Глѣбова съ братьею, да къ

40

Одувану; а велѣлъ мнѣ имъ говорить, чтобы у него они были въ Пустынѣ, или въ Шумашѣ, или въ Дубровицахъ; а выѣхалъ бы къ нему изъ города потихоньку; а къ Мишурѣ и Клементью Кобяковымъ и грамоты со мною къ нимъ были, а писалъ тѣ грамоты Клементьевъ сынъ Кобякова Гридя; а писалъ въ нихъ то къ Мишурѣ да къ Клементью Кобяковымъ, чтобы они выслали конюховъ его съ коньми къ нему; а Клементью приказано было у него кони и конюхи; и тѣ грамоты, сказываетъ Митька, взяли у него Татарове; а изъ Пустыни было, или изъ Шумаши, или изъ Дубровицъ, Князю Ивану ссылатись со Царемъ (Крымскимъ); а нечто не станется его ссылка со Царемъ, и какъ приведутъ къ нему кони свѣжіе съ Рязани, да Дѣтей Боярскихъ съ собою прибавить; а почуетъ Литву на Великаго Князя, и ему было тогда бѣжать къ Литовскому. А нынѣ только будетъ его не истеряли Татарове, и онъ одноконечно въ Пустынѣ, или въ Шумаши, или въ Дубровицахъ; и Государь бы нынѣ послалъ меня съ кѣмъ нибудь, и я чаю его допытаюсь; а на томъ Государю крестъ цѣлую, что ему послужу прямо, и его Князя поотвѣдаю накрѣпко, только будетъ ожъ не убитъ.»

(249) См. сей Исторіи Т. ІІ, стр. 102.

(250) См. сей Исторіи Т. V, стр. , и Герберштейнъ стр. 48.

(251) См. Дѣла Турецк. No 1, л. 3, 4; также Гербершт. и Курбскаго Исторію Царя Іоанна въ началѣ.

(252) См. въ Архивѣ Иностран. Коллегіи, между бумагами Миллера, въ Собраніи древнѣйшихъ дипломатическихъ извѣстій, No 80 грамоты Шемякины къ Государю и Государевы къ нему. Сей Князь называется и Шемячичемъ и Шемякинымъ. Гербершт. пишетъ, что въ Путивлѣ господствовалъ прежде К. Димитрій, обнесенный Государю Шемякинымъ и заключенный въ Москвѣ; что сынъ его, именемъ также Димитрій, бѣжалъ къ Татарамъ, принялъ Вѣру Магометанскую, похитилъ одну знатную дѣвицу и былъ застрѣленъ ея родственниками; что отецъ Димитріевъ, свѣдавъ о кончинѣ сына, умеръ съ горести въ 1519 году; что Шемякинъ своими доносами погубилъ и К. Коширскаго (R. M. Comment. 51). Мы не знаемъ ни К. Димитрія Путивльскаго, ни К. Коширскаго.

(253) По Розрядн. Кн. въ 1519 году уже не было К. Василія Стародубскаго. Гербершт. сказываетъ, что Шемякинъ выгналъ его и завладѣлъ Стародубомъ: это несправедливо. Розряды доказываютъ, что симъ городомъ управляли Государевы Намѣстники. Въ Архив. Лѣт. л. 181 на обор., г. 1506: «Того же лѣта, Апрѣля, говорили отъ В. К. Бояринъ Яковъ Захарьичь, да Бояринъ Григорей Ѳеодоровичь, да Печатникъ Юрьи Дмитріевичь Траханіотъ, да съ ними Дьяки, Князю Василью Семеновичу Стародубскому, что жалуетъ его К. В., даетъ за него своякиню свою, Юрьеву дочь Сабурова.»

(254) Гербершт. R. M. Comment. 51. Тамъ сказано, что Шемякинъ писалъ къ Сигизмунду чрезъ Кіевскаго Воеводу, который прислалъ его письмо къ Василію.

(255) См. въ Архивѣ Иностран. Коллегіи Слѣдственное дѣло Максима Грека. Великокняжескій чиновникъ Берсенъ говоритъ: «А то Митрополитъ самъ позабылъ, что къ Шемячичу грамоту писалъ и руку свою къ той грамотѣ и печать приложилъ, а взялъ его на образъ Пречистые, да на Чюдотворцевъ, да на свою душу.»

(256) Гербершт. R. M. Com. 20. Варлаамъ оставилъ Митрополію 17 Дек. 1521, и скончался въ Симоновѣ монастырѣ. Даніилъ поставленъ 27 Февр. 1522.

41

(257) Въ Дѣлѣ Максима Грека (см. выше, примѣч. 255): «И Митрополитъ В. Князю велику хвалу вздаетъ... а се де Богъ его избавилъ запазушного врага. И язь Берсенъ въспросилъ: хто запазушной врагъ? И Митрополитъ молвилъ: Шемячичь.»

(258) См. Курбскаго Исторію Царя Іоанна. Онъ разсказываетъ, что Василій, обманутый клеветою, велѣлъ привезти сего святаго мужа изъ Бѣлаозера въ Москву, оковалъ его и поручилъ истопнику, именемъ Павлу; что жена Павлова изъ человѣколюбія скрыла Порфирія и мыслила дать ему свободу; что истопникъ, устрашенный бѣгствомъ Царскаго узника, хотѣлъ зарѣзать себя ножемъ; что Порфирій явился и сказалъ ему: «се я: твори со мною волю Государеву;» что Василій, тронутый симъ великодушіемъ, немедленно отпустилъ его въ мирную пустыню, и проч.

(259) См. Ростов. Лѣт. л. 580. Шемякинъ былъ еще живъ въ 1526 году.

(260) См. Архив. Переписную Кн. No 1, л. 207, и Дѣла Турецк. No 1, л. 241.

(261) Поджогина: это было весною.

(262) См. Гербершт. R. M. Comment. 75—76.

(263) См. Дѣла Крымск. No 6, л. 2—34. В. Князю было извѣстно, что Саипъ-Гирей дѣйствовалъ въ семъ случаѣ по совѣту измѣнника нашего, Сеита Казанскаго, т. е. главнаго изъ духовныхъ сановниковъ.

(264) См. Дѣла Турецк. No 1, л. 302. В. К. прибылъ съ братьями въ Нижній 23 Авг.

(265) «Въ большомъ полку К. И. Ѳ. Бѣльской, да К. Мих. Вас. Горбатой, да Мих. Юрьев.; а въ передовомъ полку К. Сем. К. Курбской, да И. Вас. Лятцкой; а въ правой рукѣ К. Сем. Дмитр. Серебряной, да К. Петръ Охлябининъ; а въ лѣвой рукѣ К. Юр. да К. Вас. Васильев. Ушатые; а въ сторожевомъ К. Мих. Ив. Кубенской, да К. Ив. Шаминъ; а въ конной рати Бояринъ Хабаръ, да Мих. Сем. Воронцовъ, Вас. Андр. Шереметевъ, Ѳед. Сем. Колычовъ, К. Петръ Ив. Рѣпнинъ, Дмит. Бутурлинъ, К. Ив. Ѳед. Овчина, да К. Андр. Кропоткинъ.» и проч. — См. Казан. Лѣт. гл. 18, и Гербершт. R. M. Comment. 71. Послѣдній сказываетъ, что Россіянъ было 180, 000.

(266) Сына Фети-Гиреева.

(267) Гербершт. приписываетъ сей случай людямъ подкупленнымъ Россіянами.

(268) См. Никон. Лѣт. и Гербершт. Въ Казан. Лѣт. сказано, что Казанцевъ въ сей битвѣ, на полѣ Ошяновѣ, легло 42, 000; начальниками ихъ были Отучь Сильный и Князь Аталыкъ.

(269) Казан. Лѣт. говоритъ объ истребленіи Яртоульнаго полку и другихъ, числомъ до 30, 000 воиновъ. Гербершт. пишетъ, что Черемисы истребили нашъ конный, пятисотный отрядъ, посланный для развѣдыванія, и два раза побили К. Палецкаго.

(270) См. Рычкова Казан. Исторію стр. 102.

(271) См. Никон. Лѣт. 230, Гербершт. и Казан. Лѣт. Въ Архив. Собраніи Госуд. Грамотъ, стр. 423, напечатана запись Ив. Бѣльскаго отъ 20 Сент. 1523, гдѣ сказано, что В. К. отпускаетъ ему вину его по челобитью Митрополита и Духовенства. Гербершт. пишетъ, что одинъ пушкарь, родомъ изъ Савоіи, хотѣлъ уйти отъ насъ въ Казань, былъ поиманъ и не наказанъ: сіе обстоятельство многихъ увѣрило въ измѣнѣ главнаго Русскаго Воеводы.

(272) Послами были Аппа Уланъ и Бахкилдей Князь; а въ Казань ѣздилъ отъ насъ К. Вас. Данил. Пенковъ съ Дьякомъ Аѳанасіемъ Ѳедоровымъ Курицынымъ.

(273) Гербершт. R. M. Comment. 73.

(274) См. Житіе Макарія въ Прологѣ.

42

(275) Въ Дѣлѣ Максима Грека (выше, примѣч. 255) Берсенъ говоритъ: «Митрополитъ В. Князю великую хвалу вздаетъ, что городъ поставилъ: тѣмъ-де городомъ всю землю Казанскую возметъ.» Въ другомъ мѣстѣ: «Почто К. В. въ Новгородъ (Нижній) ѣздилъ? поставилъ на ихъ сторонѣ лукно: ино какъ ся помирити? Ино было поставити на своей сторонѣ; ино бы лзѣ миру быти.»

Въ Мартѣ 1526 пріѣзжали въ Москву изъ Казани Казый Князь, Чюра Князь и Тевкель Бакшей; а въ 1527 ѣздилъ отъ насъ въ Казань Андрей Ѳедоровъ Пильемовъ.

(276) Въ Псков. Лѣт. Г. Толст. подъ г. 1523: Поѣха К. В. въ объѣздъ. Бысть же шествовати ему на колесницѣ позлащеннѣй; оружницы съ нимъ яко же подобаетъ Царемъ. И возрѣвъ на небо, и видѣвъ гнѣздо птиче на древѣ и сотвори плачь и рыданіе велико, въ себѣ глаголюще: лютѣ мнѣ! кому уподоблюся? Азъ не уподобихся ни птицамъ небеснымъ, яко птицы небесніи плодовити суть: ни звѣремъ земнымъ, яко звѣри земніи плодовити суть — ни водамъ, яко плодовити суть: волны бо ихъ утѣшающе, и рыбы ихъ глумящеся. — И посмотря на землю и глаголя: Господи! не уподобихся азъ ни земли сей, яко земля приноситъ плоды своя на всяко время, и тя благословятъ, Господи! И пріѣха тоя осени К. В. изъ объѣзда къ Москвѣ, и нача думати со своими Бояры о своей В. Княгини, что неплодна бысть; и нача съ плачемъ говорити къ Бояромъ: кому по мнѣ царьствовати на Русской земли и во всѣхъ городѣхъ моихъ и въ предѣлѣхъ? Братіи ли дамъ? ино Братья своихъ Удѣловъ не умѣютъ устраивати. И начаша Бояре говорити: Государь! неплодную смоковницу посѣкаютъ и измещутъ изъ винограда, » и проч.

(277) См. выше, въ описаніи сего года. Въ Синодальной библіотекѣ, въ книгѣ подъ No 347, л. 354—363, есть выписка изъ грамоты Паисія, старца Керапонтовой обители, о второмъ бракѣ Василія, любопытная, но едва ли достовѣрная. Тамъ сказано, что Великій Князь хотѣлъ знать мнѣніе Старца Симоновскаго, Вассіана, о разводѣ съ Соломоніею, именуя сего мужа подпорою Державы, умягченіемъ души своей, веселіемъ бесѣды, наставникомъ любви; что Вассіанъ объявилъ замышляемый имъ вторый бракъ прелюбодѣяніемъ; что раздраженный Государь велѣлъ Дьяку Трифону Ильину отвести дерзкаго Старца въ Чудовъ монастырь, гдѣ Дьяки Андрей Гостевъ и Семенъ Плѣшивый были его стражами; что Великій Князь, по совѣту Митрополита, писалъ къ Греческимъ Патріархамъ, требуя ихъ благословенія на разводъ; что Патріархи не дали онаго; что Іерусалимскій, именемъ Марко, въ духѣ пророка отвѣтствовалъ Василію: «если женишься вторично, то будешь имѣть злое чадо; Царство твое наполнится ужаса и печали, кровь польется рѣкою, падутъ главы Вельможъ, грады запылаютъ, » и проч.; что Митрополитъ Даніилъ сказалъ тогда: «мы обойдемся и безъ ихъ благословенія;» что Государь уѣхалъ въ село Александровское и тамъ долго совѣтовался съ Досиѳеемъ, Епископомъ Сарскимъ, и съ Чудовскимъ Архимандритомъ Іоною; что въ сіе время возвратился изъ Крыма посолъ Иванъ Колычовъ, а съ нимъ пріѣхалъ Инокъ Святыя Горы, Гавріилъ, съ письмомъ отъ всѣхъ тамошнихъ монастырей, которые также не одобряли развода — и проч. и проч. Въ сей выпискѣ много странныхъ выраженій и словъ вымышленныхъ, какихъ не бывало въ языкѣ нашемъ: роды Боярскіе именуются Сарападасистіи, Христіане Урьдюкелями, шапка Мономахова ялдариломъ, и проч. Инокъ Вассіанъ сочинилъ посланіе, въ коемъ онъ, укоряя Монаховъ въ нѣгѣ, доказываетъ необходимость отнять у нихъ вотчины. На

43

сіе посланіе отвѣтствовалъ ученикъ Максима Грека, Инокъ Зиновій. «Вассіанъ (говоритъ онъ) не изволи брашна Симоновского ясти... яде приносимое ему отъ трапезы Вел. Князя, хлѣбы пшеничны, крупитчаты, брашна заслажаемая и многопестротнѣ застрояемая... піяше Романію, Бастръ (см. ниже, примѣч. 399), Мушкатель, Ренское бѣлое вино... Брашно же (въ монастыряхъ) хлѣбъ овсянъ невѣянъ, или класы ржаные толчены, и таковые хлѣбы сухи безъ соли; питіе же вода, и вареніе имѣющихъ капустное листвіе; преимѣющіи же въ нихъ, аще зеліе, имѣютъ свеклу и рѣпу; овощи же имъ рябина и калина; о одежди же что и глаголати? искропаны, » и проч. Сія рукопись въ Новогород. Софійской библіотекѣ. См. Исторію Рос. Іерархіи. Т. ІІ, стр. XXX.

(278) См. Курбскаго Исторію Царя Іоанна и Гербершт. R. M. Com. 58. Симеонъ Курбскій въ старости не ѣлъ мяса, а рыбу только въ Воскресенье, Вторникъ и Субботу.

(279) Архив. Псков. Лѣт. Малинов.: «К. В. постриже Княгиню Соломонію, а Елену взятъ за собя, а все то за наше согрѣшеніе... Иже аще кто пуститъ жену свою, а оженится иною, прелюбы творитъ.»

(280) Гербершт. R. M. Com. 18, 19. Она вырвала кукуль изъ рукъ Митрополита, бросила на землю и топтала ногами, говоритъ сей Историкъ, прибавляя, что Шигона ударилъ ее и сказалъ: «смѣешь ли противиться волѣ Государя?» А ты какъ смѣешь поднять на меня руку? спросила несчастная. «Именемъ В. Князя, » отвѣтствовалъ Шигона. — Въ Синод. Лѣт. No 365: «К. В. велѣлъ постричи свою В. Княгиню и послалъ въ Суздаль къ Покрову въ дѣвичь монастырь; а постригъ ее на Москвѣ у Рожества Пречистые за пушечными избами въ дѣвичѣ монастырѣ Никольской Игуменъ Старого Давидъ.» Въ Государственномъ Московскомъ Архивѣ хранится слѣдующая подлинная грамота: «Се язъ Князь Великій Василей Ивановичь всеа Русіи пожаловалъ есми Старицу Софью въ Суздалѣ своимъ селомъ Вышеславскимъ съ деревнями и съ починки, со всѣмъ съ тѣмъ, чтобы къ тому селу и къ деревнямъ и къ починкомъ истари потягло, до ее живота; а послѣ ее живота, ино то село Вышеславское въ Домъ Пречистые Покрову Св. Богородици Игуменьѣ Ульянѣе и всѣмъ сестрамъ, или по ней иная Игуменья будетъ въ томъ монастырѣ, въ прокъ имъ. Писанъ на Москвѣ л. 7035, Сент. 19 дня» (1526 года). Весьма вѣроятно, что сія Монахиня Софія есть бывшая Вел. Княгиня Соломонія. Въ рукописной Суздальской лѣтописи сказано: Вел. Княгиня Соломонія, въ постриженіи Софія, скончалась 7051 (1542) Дек. 18; иночествовала 17 лѣтъ и 15 дней; погребена въ Покровском дѣвичьемъ монастырѣ.»

(281) Гербершт. R. M. Com. 19.

(282) См. тамъ же.

(283) Въ Февр. 1527. См. въ Собраніи Госуд. Грамот. стр. 428, запись Князей Пенковыхъ и другихъ Дворянъ, данную ими Боярамъ, Князьямъ Бѣльскому, Шуйскому и Горбатому въ поручительство за вѣрность Михаила Глинскаго. Въ случаѣ его бѣгства они обязывались заплатить 5000 рублей.

(284) См. Древ. Рос. Вивліоѳ. XIII, стр. 5.

(285) Гербершт. R. M. Com. 96: Cum enim alteram uxorem duxisset, totam barbam abraserat: quod nunquam ab alio Principe factum perhibebant.

(286) См. Никон. Лѣт. г. 1521, и Павла Іовія de Legatione Basilii, Magni Principis Moscoviæ.

(287) См. П. Іовія de Legatione etc. — Около сего времени писалъ Альберто Кампензе Lettera intorno le cose di Moscovia al heat. Padre Clemente VII, убѣждая Папу стараться о присоединеніи Россіянъ

44

къ Латинской Церкви. Альбертъ слышалъ о Россіи отъ своего отца и братьевъ, которые долго жили въ ней; но почти всѣ его географическія извѣстія выписаны изъ Матѳ. Мѣховскаго.

(288) См. Архив. Переписную Кн. No 1, л. 262.

(289) См. тамъ же, л. 262. Въ выпискахъ Аббата Албертранди изъ Ватиканской библіотеки есть наказъ, данный Сигизмундомъ сему послу Римскому. Король хотѣлъ заключить вѣчный миръ единственно съ тѣмъ условіемъ, чтобы Василій возвратилъ ему Смоленскъ.

(290) См. Архив. Переписную Книгу, No 1, л. 256, гдѣ сказано: «Отпускъ ко Цесарю Великого Князя Подьячево Якуша Полушкина, да Цесарского Нѣмчина Вартоломея съ грамотами» (въ 1522 г.). Сей Бартоломей не былъ ни посланникомъ, ни гонцемъ Карловымъ, а находился у насъ, какъ вѣроятно, по своимъ дѣламъ. Въ 1524 году Якушъ возвратился въ Москву съ посломъ Антоніемъ, а К. Ярославскій Засѣкинъ съ Дьякомъ Семеномъ Борисовымъ отправились къ Императору.

(291) Данному имъ В. К. Іоанну.

(292) Гербершт. R. M. Com. 99, 100, 112, и Дѣла Польск. No 2, стр. 133—134. Въ Ватиканскихъ выпискахъ Аб. Албертранди, въ прибавленіи къ отвѣту, данному Сигизмундомъ посламъ Карлову и Фердинандову, сказано, что они по тайному предписанію должны были утвердить Василія въ ненависти къ Королю и произвести войну между ими, дабы Фердинандъ Австрійскій могъ тѣмъ удобнѣе овладѣть Венгріею и Богеміею. Это можно было думать, но было несправедливо.

(293) См. Никон. Лѣт. 232, и Архив. Переписн. Кн. No 1, л. 262. Бумаги сихъ посольствъ утратились.

(294) Мстиславскій выѣхалъ къ намъ въ Іюлѣ 1526, и въ 1529, 23 Авг., уже былъ супругомъ Анастасіи, дочери Петра Царевича. Въ данной имъ тогда записи онъ клянется быть вѣрнымъ Государю и не сноситься въ Литвѣ съ отцемъ своимъ, К. Михайломъ Ивановичемъ. См. въ Собраніи Госуд. Грамотъ, стр. 433. — Въ Синод. Лѣт. No 356 сказано, что В. К. отдалъ Мстиславскому городки Шемякины въ отчину, Ярославецъ, Кременецъ, волость Мышегу, да Коширу въ помѣстье или въ кормленіе.

(295) Дѣла Польск. No 2, стр. 134—153. Не выписываемъ здѣсь мелочныхъ подробностей; замѣтимъ только, что Сигизмундъ въ 1529 году извѣстилъ Василія о возведеніи девятилѣтняго сына своего, Августа, на престолъ Королевскій; а въ 1532 году В. К. приказалъ остановить Литовскихъ пословъ на границѣ и спросить у нихъ подъ присягою, нѣтъ ли язвы въ Литвѣ? Новое перемиріе на годъ заключено въ Москвѣ въ 1532 г. Сапѣгою и Клочкомъ.

(296) См. Далин. Gesch. des Reiches Schw. III, 74, и сей подлинный договоръ, утвержденный въ Новѣгородѣ 3 Апрѣля 1524 и находящійся въ Архивѣ Ин. Коллегіи на Латинскомъ языкѣ. Внизу слѣдующія подписи: 1. ad hanc cedulam electi Regis Svecie Gostafui ego orator Chanatus Erici mandavi Capellano meo Iohanni Erasmo pro me apponere manum, quia ego scribere ne scio; то есть: «я посолъ Канутъ велѣлъ за себя руку приложить Капеллану моему, ибо самъ писать не умѣю!» 2... Orator Bero Nicolai, 3... Orator Presbiter Iohannes Canouicus Abœnsis.

Въ Архивск. Перепис. Книгѣ записано: «въ 7032 (1524) году пріѣздъ къ Москвѣ и отпускъ съ Москвы Свейскихъ пословъ Ирика Флямина съ товарищи.»

(297) См. Гербершт. R. M. Com. стр. 33, и Далин. Т. III, стр. 112. Ваза посылалъ для того въ Москву вторично Эрика Флемминга, который

45

выѣхалъ оттуда уже по кончинѣ Василія. О семъ посольствѣ упоминается въ Архив. Переписн. Кн. подъ 1534 годомъ, л. 276.

(298) Дѣла Турецк. No 1, л. 290—334. Скиндеръ умеръ въ Москвѣ въ 1530 году.

(299) См. Дѣла Крымск. No 6, л. 159—160, и Никон. Лѣт. 234. Исламъ пришелъ къ Окѣ 5 Сент. Въ Архив. Ростов. Лѣт.: «Бѣ нѣгдѣ село В. К. а въ немъ церковь Николы, и К. Алай Исламовъ зажже оную, и ту удержанъ бысть гнѣвомъ Божіимъ и поиманъ Воеводами, » и проч. Сей Лѣтописецъ говоритъ, что у Ислама было 60, 000 воиновъ, и что онъ стоялъ въ 20 верстахъ отъ Оки.

(300) Дѣла Крымск., л. 159 на обор.: «А Крымскихъ пословъ, Чабыка съ товарищи, К. В. въ тѣ поры велѣлъ потопити.

(301) Предложимъ выписку изъ Крымскихъ дѣлъ. Сайдетъ-Гирей въ 1524 году прислалъ къ В. К. союзную грамоту, но включилъ въ оную выраженія непристойныя: ее не приняли. Сей Ханъ заточилъ брата своего, бывшаго Царя Казанскаго, Саипъ-Гирея, въ Балаклавѣ и думалъ умертвить племянника, Магметъ-Гиреева сына, Ислама, который, узнавъ о томъ, собралъ войско, схватилъ мать Сайдетъ-Гирееву на пути въ Кыркоръ, отогналъ стада Ханскія и назвался Царемъ съ согласія Улановъ Крымскихъ. Сайдетъ-Гирей заперся въ Перекопи, освободилъ Саипъ-Гирея, далъ ему чинъ Калги, и его стараніями опять привлекъ къ себѣ Улановъ, такъ, что Исламъ, ими оставленный, долженъ былъ уйти изъ Крыма, ограбивъ на Молошныхъ Водахъ купеческій караванъ, въ коемъ находилось много Армянъ и Россіянъ: тогда послы Сайдетъ-Гиреевы, Чабукъ-Мурза и К. Янышъ, заключили въ Москвѣ союзъ съ Россіею (въ 1525 г.). Между тѣмъ В. К. звалъ къ себѣ странствующаго Ислама; но свѣдалъ, что сей бѣглецъ уже снова царствуетъ въ Тавридѣ, изгнавъ Сайдетъ-Гирея и побивъ 1700 Турковъ, пришедшихъ изъ Кафы на помощь къ Хану. Нашъ Бояринъ Колычовъ возвратился изъ Крыма съ симъ извѣстіемъ. Исламъ не долго властвовалъ, и едва не убитый Мурзами, бѣжалъ въ Тюмень; а послѣ примирился съ Сайдетъ-Гиреемъ, и напалъ на Россію. Чрезъ годъ онъ уже опять скитался въ степяхъ изгнанникомъ. Сношенія съ Ханомъ продолжались. Великокняжескій посланникъ Челищевъ умеръ въ Тавридѣ. Въ 1530 году Сайдетъ-Гирей требовалъ тысячи алтынъ съ Одоева и съ Рязанскихъ городовъ, сказывая, что сія дань со временъ дѣда его, Ази-Гирея, принадлежала одному знаменитому Крымскому чиновнику; ограбилъ нашего посла Злобина, и тревожилъ набѣгами Бѣлевскія и Тульскія мѣста. Государь (въ 1531 г.), послалъ въ Путивль Царя Шигъ-Алея и Шибанскаго Царевича Ахдовлета съ Городецкими Козаками и съ служивыми Татарами, К. Бориса Горбатаго, Воронцова, Оболенскаго (Намѣстника Новагорода Сѣверскаго) съ Дѣтьми Боярскими, Козаками и Севрюками, а въ Коломну и Коширу К. Василья Шйускаго съ сильнымъ войскомъ, написавъ къ Хану грозное письмо. Умертвивъ Ширинскаго Князя, Бахтіяра, господствовавшаго въ Старомъ Крымѣ, и многихъ знатныхъ, Ханъ выслалъ Калгу Саипъ-Гирея, ненавистнаго Вельможамъ, въ Царьградъ, возобновилъ союзъ съ Василіемъ, вредилъ Литвѣ, и наконецъ (въ 1532 году) сверженный съ престола, уѣхалъ къ Султану. Исламъ объявилъ себя Царемъ: будучи изгнанникомъ, онъ требовалъ, чтобы В. К. усыновилъ его, и Василій далъ ему имя сына. По волѣ Султана уступивъ престолъ Саипъ-Гирею, Исламъ остался Калгою; а новый Царь, бывъ дотолѣ въ дружеской перепискѣ съ Василіемъ, началъ весьма грубо требовать богатыхъ

46

даровъ. В. К. послалъ къ нему Вас. Левашева съ поздравительною грамотою. См. Дѣла Крым. No 6, отъ л. 52 до конца сей книги.

(302) См. Никон. Лѣт. 234 и слѣд.; также Казан. Лѣт. гл. 19. — Сафа-Гирей присылалъ Князей Табая, Даная и Бакшея Ибрагима въ Новую Слободу къ Государю; а послѣ Князей Мамыша и Курата. — Въ большомъ полку съ Бѣльскимъ были Новогородскій Намѣстникъ К. Мих. Вас. Горбатой и К. Мих. Ив. Кубенской, въ передов. К. Ѳед. Вас. Лопата Телепневъ-Оболенской и К. Сем. Ѳед. Ситцкой; въ правой рукѣ Ѳед. Юр. Щука-Кутузовъ и К. Ѳед. Мих. Курбской-Карамышевъ; въ лѣвой Ив. и Андр. Ник. Бутурлины; въ сторожевомъ К. Ив. Ив. Барбатинъ и Мих. Ильинъ Бокеевъ; а въ конницѣ К. М. Глинскій, Вас. Андр. Шереметевъ; въ передов. полку К. Ив. Ѳед. Овчина-Телепневъ-Оболенской и Чулокъ-Засѣкинъ; въ правой рукѣ К. Петръ и Вас. Ив. Рѣпнины; въ лѣвой К. Ѳед. Овчина-Телепневъ-Оболенскій и Ѳед. Оничковъ Рязанецъ; въ сторожевомъ Дм. Воронцовъ и К. Ив. Мезецкой. Конная рать имѣла нѣсколько сшибокъ до соединенія съ главнымъ войскомъ. Въ Казани были и Астраханцы. Объ Аталыкѣ сказано: «Спящу ему въ шатрѣ съ женою на дворѣ своемъ, и вскочившу въ одной срачицѣ на конь, и безъ пояса и необувенъ въ сапоги, и хотѣ во градъ убѣжати, и конь его аки крылатъ рѣку перелетѣ: онъ же спаде съ коня и остася на сей странѣ, и ту убиша его: наѣзжалъ на 100 воинъ, удалыхъ бойцевъ; коего ударяше мечемъ во главу, и растинаше на двое до сѣдла; стрѣляше далѣе версты въ примѣту; бѣ исполинъ тѣломъ; очи кровавы и велики аки буйволовы... К. Ѳед. Лопату въ мышку застрѣлиша, и отече рука его аки мѣхъ и умре въ третій день.» По другому извѣстію Аталыка убитъ сѣ женою въ острогѣ. Въ Казан. Лѣт. сказано, что Сафа-Гирей съ тремя тысячами Крымцевъ ночью пробился сквозь наше войско и раненый бѣжалъ въ Крымъ, гдѣ жилъ 18 мѣсяцевъ. Сіе извѣстіе несправедливо: въ концѣ 1530 года онъ былъ въ Казани и прислалъ въ Москву пословъ. Въ Синод. Лѣт. No 365: «Погониша за Царемъ къ Арскому городку; а промежъ Большими Воеводами пришла брань и обозу города Гуляя не сомкнуша, и пришла Черемиса, и городъ Гуляй взяли, и пищалей затинныхъ (ломовыхъ) 70... и на той стравкѣ убили К. Ѳ. Вас. Лопату и К. Ив. Осиповича Дорогобужскаго, Порашу да Игнатья Ив. Жулебина, да Григ. Андр. Сабурова, да Ѳ. Тимоѳ. Замятнина; а Ив. Кляпикова на Свіязѣ взяли, и въ Казани казнили.» По другимъ лѣтописямъ Царь не выходилъ изъ Казанской крѣпости, К. Лопата былъ застрѣленъ съ городской башни, а Дорогобужской пронзенъ копьемъ.

(303) Въ Казанскомъ походѣ 1524 года.

(304) Будучи внукомъ В. Княгини Рязанской, сестры Іоанновой.

(305) См. Казан. Лѣт., гдѣ сказано, что Казань три дни стояла пустая и беззащитная; что Россіяне взяли выходы и оброки впредь на 3 года; что никто изъ Воеводъ не хотѣлъ тамъ остаться; что Бѣльскій обогатился золотомъ; что, кромѣ Митрополита, ходатайствовалъ за него Троицкій Игуменъ Парѳеній; что Бѣльскій сидѣлъ 5 лѣтъ въ темницѣ. См. Никон. Лѣт. 257.

(306) Къ Сафа-Гирею ѣздилъ Боярской сынъ Иванъ Полевъ, который прислалъ Бояр. Сына Сурю Нехаева съ вѣстію объ измѣнѣ Царя. Съ послами Казанскими въ Москвѣ говорили Ѳедоръ Ивановъ Карповъ и Дьякъ Меньшій Путятинъ. Ноября 24 отправили въ Казань Посника Головина съ письмами къ Уланамъ и Князьямъ, а Дек. 10 Шигъ-Алея съ

47

Казанскими послами въ Нижній, куда 20 Дек. поѣхалъ Дьякъ Аѳанасій Курицынъ съ новыми грамотами, которыя надлежало переслать въ Казань Намѣстнику Нижегородскому, Вас. Вас. Шуйскому. 17 Мая пріѣхалъ изъ Казани въ Москву Головинъ съ извѣстіемъ объ изгнаніи Сафа-Гирея, а чрезъ два дни послы отъ Царевны, Кичигилея Мурзы, К. Булата и всѣхъ Улановъ, чтобы дать имъ въ Цари Еналея. В. К. послалъ въ Мещерскій Городокъ Ѳед. Сем. Воронцова, велѣлъ Еналею къ 22 Іюня быть въ Василѣ, а Князю В. В. Шуйскому взять съ него присягу. Морозовъ и Дьякъ Курицынъ возвели Еналея въ Казани на престолъ Іюня 29. Никон. Лѣт. ошибается въ числахъ.

22 Февр. 1533 Еналей, Царевна и Вельможи Казанскіе прислали въ Москву К. Агыша съ прозьбою, чтобы Государь не бралъ у нихъ пушекъ. Іюня 6 Уланъ Аппай и другіе послы Казанскіе требовали у него дозволенія женить Царя и предлагали ему на рѣшеніе дѣла земскія.

(307) Въ Генварѣ 1533.

(308) Въ Степен. Кн. Латухина: «Вел. Княгиня Елена вопроси нѣкоего мужа юрода, именемъ Доментіана, глаголя: что имамъ родити? Онъ же яко юродствуя глаголаше: родится Титъ, широкій умъ.» — Синод. библіот. въ Лѣтописцѣ Димитрія Ростовск. въ листъ, No 87, л. 204: «Въ л. 7037 К. Великій В. I. и съ Вел. Княгинею былъ на Вологдѣ и въ монастырехъ у Чудотворцевъ въ Кирилловѣ, на Каменномъ, на Глушицѣ, на Прилуцѣ у Спаса, въ Корниліевѣ въ Павловѣ пустыни, и милостыню велію давалъ и потѣшеніе по монастыремъ и во градъ Попомъ, а велѣлъ молитися о чадородіи, чтобъ далъ Богъ, отродъ у него былъ; а пріѣха на Вологду за недѣлю до Рожд. Христова; а въ монастырь ѣздилъ 4 дни до Кириллова; а Рождество Христ. взялъ на Вологдѣ, назадъ ѣдучи изъ Кириллова.»

(309) Въ Ростов. Лѣт. 587: «Въ настоящій часъ рожденію его (Іоаннову) бывшу, внезапу бысть громъ страшенъ зѣло, и блистанію молніи бывшу по всей области Державы ихъ, яко основанію земли поколебатися, таковому страшному грому.» По другимъ лѣтописямъ сія необыкновенная гроза была только въ Новѣгородѣ.

(310) Синод. Лѣтоп. Димит. Ростов. No 87, л. 204: «И на той радости К. В. пожаловалъ многихъ людей опальныхъ, К. Ѳ. М. Мстиславскаго, да К. Мих. Данил. Наримантова Щенятева, да К. Бориса Ив. Суздальскаго-Горбатова, да Мих. Андр. Плещеева, да Як. Давид. Морозова, да Ив. Вас. Лятскаго, да Ив. Юр. Шигону, да Ив. Ив. Телешова Дьяка, да иныхъ многихъ Дѣтей Боярскихъ — и тюрмы велѣлъ распущать.» — См. въ Собраніи Госуд. Грамотъ записи Мстиславскаго и Плещеева (стр. 439 и 448), писанныя въ 1531 и 1532 году: первый винится въ замыслѣ бѣжать въ Литву, а вторый обѣщается впредь не приставать къ лиходѣямъ В. Князя и Елены. См. также Курбскаго Исторію Царя Іоанна: о гоненіи на тѣхъ, которые осуждали вторый бракъ Іоанновъ.

(311) Степен. Кн. ІІ, 210. Въ Синод. Лѣт. No 351: «Петру Чюдотворцу раку злату вычеканити повелѣ и образъ златъ каменіемъ украсити, а страны у раки сребряны, а Св. Алексію раку сребряну всю, а на ракѣ образъ его позлатити и столицы у раки.» Онѣ были сдѣланы въ 1535 году, и въ Февралѣ, въ Четвертокъ первой недѣли поста, Митрополитъ Даніилъ преложилъ мощи Св. Алексія въ новую раку.

(312) 30 Окт. 1539, въ седьмомъ часу дня; крещенъ на третьей недѣлѣ у Богоявленія на Троицкомъ дворѣ Игуменомъ Троицкимъ Іоасафомъ и Даніиломъ

48

Переславскимъ. На пиру были Государевы братья и всѣ Вельможи.

(313) Андреевны, 22 Февр. 1533. — Братья Государевы, К. Симеонъ скончался 26 Іюня 1518, а К. Андрей 14 Февр. 1521.

(314) Въ 1528 и 1530 г. были у насъ Волошскіе или Молдавскіе послы, Александръ Кержа съ товарищи; а къ Господарю ѣздили Посломъ Константинъ Замыцкій, а Посланникомъ Чудинъ Карачаровъ (см. Дѣла Польск. No 2, стр. 139—145). 3 Мая 1532 посылалъ В. К. въ Молдавію черезъ Крымъ Подьячаго Ивашка Елизарова, который возвратился оттуда 7 Ноября съ Молдавскимъ чиновникомъ Юшкомъ, отправленнымъ назадъ въ Молдавію 19 Іюня 1533 съ Дворяниномъ Ѳедоромъ Леонтьевымъ (см. Архив. и Никон. Лѣт.).

(315) Іюля 21 (1532) пріѣхалъ на Москву изъ Асторохани отъ Касыма Царя человѣкъ его Злоба съ товарищи, съ грамотою, и послѣ того пріѣхали съ Волги Казаки Городецкіе, да сказывали, что Черкасы Асторохань взяли, Царя и Князей побили... А Царемъ учинился Аккубекъ Царевичь. — Того же лѣта (1533) Авг. пріиде на Москву изъ Асторохани отъ Царя Абдылъ-Рохмана Кудояръ, » и проч. См. Архив. и Никон. Лѣт.

(316) Никон. Лѣт. 249.

(317) См. Архив. и Никон. Лѣт. 250. Сіе было въ Сент. 1532. Бабуръ названъ Падшею, т. е. Пашею.

(318) См. Архив. Ростов. (л. 593) и Никон. Лѣт. 256. Государь выслалъ на Оку съ полками К. Дим. Бѣльскаго, В. Б. Шуйскаго, Мих. Вас. Горбатаго, Мих. Сем. Воронцова, Ив. Лятцкаго.

(319) См. Дѣла Крым. No 7, л. 69—76.

(320) Ростов. Лѣт. л. 594: «Людіе же поразсудивъ и глаголаху въ себѣ, яко быти во Царствѣ премѣненію нѣкоему.»

(321) Выписываемъ здѣсь подробности изъ Ростов. Лѣт., л. 594:

«Объявися у него болячка близъ нужнаго мѣста, на сгибѣ, багрова, верху нѣсть, ни гною... И пріиде въ Нохабное село, и пойде нужно въ Покровское въ Фуниково, и ту празднова Покрову, и оттуда пойде въ свое село Покровское и пребысть 2 дни, и пріиде на Волокъ нужно въ Недѣлю послѣ Покрова, и бысть пиръ у Дворецкаго Тверскаго и Волоцкаго, И. Ю. Шигоны... Наутріе съ великою нуждею дойде до мыльни и за столомъ сѣде въ постельныхъ хоромахъ великою нуждею; на утріе же бысть погодіе велико тѣшитися Государю, и послаша по Ловчихъ, по Ѳедора Михайлова Нагова, да по Бориса Васильева Дятлова, да по Бобрищу Пушкина, и пойде въ село свое Колпь, болѣзнію одержимъ... И ѣдучи мало бысть потѣхи... И сѣдяше за столомъ нуждею. Посла по брата, К. Андрея Іоан., на потѣху къ себѣ, и пріѣха. Тогда съ великою нуждею поѣха со К. Андреемъ на поле съ собаками, и поѣздиша мало... И сѣдящу ему за столомъ съ братомъ изнемогающе; и оттолѣ стола у него не бысть, но вкушаше мало на постели... И повелѣ прикладывати къ болячкѣ муку пшеничную съ медомъ прѣснымъ и лукъ печенъ... И нача рдѣтися... И учинися прыщь малъ и появися мало гною. Живе же въ Колпѣ 2 недѣли, и понесоша его на носилицахъ Дѣти Боярскіе и Княжата (въ Волокъ)... И повелѣ К. В. прикладывати масть (бальзамъ), и нача изъ болячки гной ити до полутаза и по тазу... Въ грудѣхъ ему бысть тягость, и того ради озяша горшки тридневные и сѣменники, и съ того пронесе ему нанизъ... И не нача ѣсти.» (Тутъ посылаетъ за грамотами въ Москву)... «Въ нощи противу Димитріевы Суботы спадше множество звѣздъ съ небеси яко веліи градовыя или дождевыя тучи проливахуся на землю... Въ Субботу же противу

49

Дмитріева дни на 6 часу нощи повелѣ принести къ себѣ тайно духовныя грамоты... И нача мыслити, когда пустити въ ту думу.» (Тутъ пріѣзжаетъ къ нему братъ Георгій и ѣдетъ назадъ)... «Тогда же, предъ памятію Варлаама Хутынскаго, въ нощи выйде у него много изъ болячки гною, и стержень болѣ полуторы пяди, но еще не весь. Князь же Великій возвеселися, чая облегченія, и посла къ Москвѣ по Гетмана своего Яна. Янъ же нача прикладывати къ болячкѣ масть обычную... И мало отокъ поляже... И посла по старца своего, по Мисаила Сукина... Болѣзнь же его тяжка бысть... и посла по Боярина по Михайла Юрьевича... И быша съ нимъ Дьяки его, Гр. Путятинъ и Елизаръ Цыплятевъ, Аѳанасій Курицынъ, Третьякъ Раковъ... И не исхождаше отъ постели (В. Князя) ни мало; обращаху его со страны на страну. И егда же пойде съ Волока во Іосифовъ монастырь, а бысть у него въ каптанѣ (саняхъ) К. Дм. Ив. Шкурлятевъ, да К. Дм. Ѳед. Палецкой; обращаху его ѣдучи... И взяша подъ руки и пойдоша ко храму... Игуменъ же (послѣ обѣдни) моли Государя въ келліи, чтобы вкусилъ брашна... И вкуси нуждею... И посла брата съ Бояры во трапезу сѣсти, и ночева въ монастырѣ... Пойде къ Москвѣ, а брата отпустилъ въ его удѣлъ... Станы же В. Князя часты... И бысть въ Воробьевѣ два дни... Мостъ намостиша, а городовой прикащикъ бысть Димитрій Волынской, да Алексѣй Хозниковъ и иные. На утріе же въ Недѣлю пойде В. К. въ Москву... У каптаны въ оглоблехъ впряжены 4 санники вороны... Пойде во врата Боровицкіе... И повелѣ тайно служити у Благовѣщенія въ придѣлѣ, въ Василіи Великомъ, Благовѣщенскому Попу Григорію, а на обѣди туто были Владыка Коломен. Васіанъ, да Мисайло Сукинъ, да Протопопъ Алексій, и несъ дары Владыка... Въ среду же противъ Четверга В. К. тайно масломъ свящался, а передъ Николинымъ днемъ въ нощи явственно свящался... И несъ къ В. К. дары Протопопъ Алексій... Дару же и Пречистые хлѣбъ мало вземъ, и возлеже» и проч. Василій причащался 3 раза.

(322) См. Собран. Госуд. Грам., стр. 416. Въ 1523 г. думая итти съ войскомъ къ Казани, В. К. подтвердилъ сіе первое духовное завѣщаніе, намъ неизвѣстное. — Въ Псков. Лѣт. Г. Толстаго: «Нарече (Василій) сына своего при своемъ животѣ В. Княземъ, и приказа его беречи до 15 лѣтъ своимъ Бояромъ немногимъ.»

(323) «Князь же Великій вкуси единыя миндальныя каши, мало токмо ко устомъ принесе.»

(324) Въ Степен. Кн. сказано, что Василій благословилъ сына и крестомъ Мономаховымъ, вручивъ ему вѣнецъ, діадиму, жезлъ и всю Царскую утварь сего древняго Великаго Князя.

(325) Жену Василія Андреев. Челяднина, бывшаго Дворецкимъ въ 1513 году.

(326) Жена Ивана Андреев., именемъ Елена.

(327) «Благословилъ его и далъ ему крестъ Пангійской, и приказа отнести тотъ крестъ по преставленіи своемъ Боярину Михайлу Юрьевичу.»

(328) «И посла своего Дворецкаго Тверскаго (Шигону) къ Алексію Протопопу, и повелѣ ему принести дары, и повелѣ его пытати, въ обычай ли ему то дѣло, егда же разлучается душа отъ тѣла? Протопопъ же отвѣща, егда мало того бывало... И какъ начали Канонъ пѣти, и забывся мало, и пробудився и нача говорити, яко видѣніе видѣ: Государыня великая Екатерина! пора царствовати! и пріимъ образъ Великомученицы Екатерины и любезно приложися къ ней, и коснуся рукою правою образу ея: понеже бо въ тѣ поры рука ему больна сущи... И мощи ея принесоша къ

50

нему... Протопопъ хотя ему дары дати, онъ же унявъ его, и рече: видиши самъ, что лежу боленъ, а въ разумѣ своемъ: и егда станетъ душа отъ тѣла разлучатися, тогда ми и дары дай.» Василій уже не могъ креститься: «И подносяше ея (правую руку) Бояринъ его Михайло Юрьевичь... Патрахиль бѣ и постризаніе у Митрополита. Еще тогда исповѣдалъ К. В. Митрополиту, когда дары взялъ въ Недѣлю передъ Николинымъ днемъ: аще ли не дадутъ мене постричи, то на мертваго положи платіе Чернеческое. Митрополитъ же вземъ патрахиль и подастъ чрезъ В. К. Игумену Іоасафу... И спѣшаху стричи его.»

(329) «И видѣ Шигона духъ его отшедшь аки дымецъ малъ.» — Всѣ сіи подробности взяты изъ Ростов. Лѣт.

(330) Василій въ 1531 году, Авг. 24, обязалъ брата, К. Юрія Іоанновича, клятвенною грамотою быть вѣрнымъ ему и сыну его. Она написана отъ слова до слова такъ, какъ писались договоры старыхъ Великихъ Князей Московскихъ съ младшими Удѣльными Князьями. Упоминается даже о выходахъ Ординскихъ: «Орды вѣдати мнѣ Великому Князю и сыну моему, а тобѣ Ордъ не знати; а въ выходы ти въ Ордыньскіе, и въ Крымъ, и въ Азсторокань, и въ Казань, и въ Царевичевъ городокъ, и въ иные Цари и въ Царевичи, которые будуть у меня въ землѣ, и во всѣ Татарскіе проторы давати ти мнѣ съ своей отчины, какъ отецъ нашъ написалъ.» См. Собраніе Госуд. Грамотъ. стр. 445.

(331) «А у В. К. остася Игуменъ Троицкій Іоасафъ, да Старецъ его Мисайло Сукинъ, и начаша его наряжати и браду чесати, якоже подобаетъ по Чернеческому чину, и положиша подъ него отъ Михайлова Чуда ордъ... и Старцы Іосифовскіе начаша его наряжати, а Стряпчихъ В. Князя отслаша; и начаша пѣти у него Заутреню... И поговоря съ Митрополитомъ и съ братіею В. К. и съ Бояры, Бояринъ его Михайло Юрьевичь повелѣ ископати гробъ подлѣ отца его, противъ Симеона Лѣтопроводца, и послаша Постельничаго Русина, снемъ съ него мѣру, ему гробъ привезти каменный. Тогда же пріиде Митрополитъ и съ нимъ Владыка Васіанъ Коломенскій и Досиѳей Крутицкой, а иные Владыки быша во своихъ областяхъ и не поспѣша. Архимандриты же, Чудовскій Іона, Симоновскій Филоѳей, Андрониковскій Зосима, Игуменъ Троицкій, Іосифовскій и Московскіе всѣ... и повелѣша Діакомъ его любимымъ пѣвчимъ большой станицы стати во дверехъ, и начаша пѣти... Великую же Княгиню несоша изъ ея хоромъ въ саняхъ на себѣ Дѣти Боярскіе на лѣствицу... Болярыня же тогда бысть съ нею К. Ѳед. Мстиславскаго Княгиня Анастасія, да К. Иванова Данилов. Пенково Княгиня Марья, да Челяднина Ивана Андреев. Елена, да Василья Андреев. Агрипина, да Михайла Юрьев. Ѳеодосія, да Василья Иванов. Агрипина, да К. Васильева Львовича Глинскаго Анна.»

(332) Въ Синод. Лѣт. Димит. Ростовск., л. 203 на обор.: «Добрый и ласковый Государь.»

(333) Павелъ Іовій, стр. 129: Specie corporis eximia. Мы имѣемъ портреты Василіевы, которые считаются копіями современнаго.

(334) Сихъ писемъ, хранящихся въ Архивѣ, пять (см. Древ. Рос. Вивліоѳ. III, 99). Выписываемъ для примѣра:

«Женѣ моей Оленѣ. Что меня не держышь безъ вѣсти о своемъ здоровьѣ, ино то дѣлаешь гораздо; и ты бъ и впередъ не держала меня безъ вѣсти, какъ тобя Богъ милуетъ. Да и о Иванѣ сынѣ ко мнѣ отпиши, какъ его Богъ милуетъ. А язъ здѣсе милостію Божіею и родительскою молитвою далъ

51

Богъ живъ до Божіей воли и по-здорову есми совсѣмъ. Да писала еси ко мнѣ напередъ сего, что противъ Пятницы Иванъ сынъ покрячелъ; а нынѣ писала еси, у сына у Ивана явилось на шеѣ подъ затылкомъ мѣсто высоко да крѣпко, а напередъ сего о томъ еси ко мнѣ не писала; а нынѣ пишешь, что утромъ въ Недѣлю на первомъ часу то мѣсто на шеѣ стало у него повыше, да и червленнѣе, и гною нѣтъ, и то мѣсто у него поболяетъ: и ты ко мнѣ напередъ того чего дѣля о томъ не писала?... И ты бъ нынѣ отписала, какъ Ивана сына Богъ милуетъ, и что у него таково на шеѣ явилося, и которымъ обычаемъ, и сколь давно, и каково нынѣ; и со Княгинями бы еси и съ Боярынями поговорила... живетъ ли таково у дѣтей у малыхъ; и будетъ живетъ, ино съ чего, съ роду ли или съ иного съ чего? О всемъ бы еси поговорила, да ко мнѣ отписала подлинно, чтобъ язъ вѣдалъ... И какъ нынѣ тобя Богъ милуетъ и сына Ивана, ко мнѣ отпиши. А писалъ у меня сію грамоту Діакъ мой Меншыкъ Путятинъ; а запечаталъ есми ее своимъ перстнемъ.» — Въ другомъ письмѣ: «Да поболяетъ у тебя полголовы и ухо и сторона; и ты бъ ко мнѣ и о томъ отписала, какъ тобя Богъ миловалъ, не баливала ли у тобя полголовы и ухо и сторона?» — Въ третьемъ: «Да писала еси ко мнѣ, что Юрьи сынъ попысался, а въ тѣ поры его парили въ корытѣ проскурникомъ, а спускъ крѣпокъ, чернъ... Да Бога ради не кручинся, а о всемъ клади упованье на Бога.» — Въ четвертомъ: «А зубу моему таковожь, какъ есми къ тобѣ писалъ... Да о кушеньѣ о Ивановѣ и впередъ ко мнѣ отписывай, что Иванъ, сынъ мой, коли покушаетъ, чтобъ то мнѣ вѣдомо было.» — Въ пятомъ: «Нынѣ есми послалъ къ Митрополиту да и къ тобѣ Юшка Шеина, а съ нимъ образъ Преображенье; да въ сей грамотѣ запись свою руку: и ты бъ ту запись прочла, да держала ее у собя. А язъ, оже дасть Богъ, однолично ко Крещенью буду на Москву.»

Сіи грамоты писаны въ послѣдніе годы Василіевой жизни; но откуда, не означено.

(335) Въ Синод. Лѣт. No 365: «Тояже зимы (въ 1525 г.) велѣлъ К. В. казнити Боярина своего Берсеня-Беклемишова, голову съсѣчи на Москвѣ на рѣкѣ; а Ѳедору Жареному языкъ вырѣзати.» Злословіе Берсеня и Жаренаго описано въ дѣлѣ Максима Грека (см. ниже, примѣч. 344346). Иванъ Берсень въ допросѣ 22 Февр. 1525 показалъ: «Угонилъ меня Ѳедько Жареной тому съ недѣлю противъ Николы, а Максима уже изымали, и учалъ мнѣ сказывати: велятъ мнѣ Максима клепати... а сказываетъ, что К. В. присылалъ къ Ѳедьку Игумена Троецкаго: только мнѣ солжишь на Максима, и язъ тобя пожалую

(336) Никон. Лѣт. 184, и Гербершт. R. M. Comment. стр. 11.

(337) Собран. Госуд. Грамотъ, стр. 414, 425 и 430. Повинная запись К. Ив. Мих. Воротынскаго писана въ 1525 году, К. Василія Шуйскаго въ 1522, съ ручательствомъ Духовенства; а Князей Ивана и Андрея Михайловичей Шуйскихъ въ Іюнѣ 1528, съ ручательствомъ Князей Ростовскихъ и многихъ Дворянъ, которые, въ случаѣ ихъ (Шуйскихъ) измѣны, обязывались внести въ казну 2000 рублей.

(338) Гербершт. R. M. Comment. стр. 31.

(339) См. рукописную повѣсть или Сказаніе о Максимѣ Инокѣ Святогорцѣ Ватопедскія Обители, найденное мною въ библіотекѣ Троицкой Лавры.

(340) Въ Посланіи Максима къ В. К. Василію о переводѣ Толковой Псалтири: «Сътрудившихся со мною и причастниковъ дѣла бывшихъ, Власа и

52

Митю толмачей, и Михаля Медоварпова, и Сильвана Инока и брата нашего, писарей и малѣйшихъ служебниковъ Царствія твоего познати да изволиши и трудовъ поминати; мнѣ же и сущимъ со мною братіи возвращеніе къ Св. Горѣ за вся просящимъ даровати, да изволиши отъ долгія сея печали свободити. Воздай паки насъ добрѣ и опаснѣ честному монастырю Ватопеди, издавна насъ ждущу, по подобію птенцовъ питающія ихъ ждущихъ, да не лишимся многолѣтнихъ тамошнихъ трудовъ и потовъ нашихъ, ихъ же положихомъ тамо о надеждѣ нашего о Господѣ скончанія... Да уразумѣютъ отъ насъ и тамо пребывающіи Христіане, яко имѣютъ еще Царя, не о языцѣхъ токмо безчисленныхъ и о иныхъ множайшихъ удивленія и слышанія достойныхъ царски изобилующа, но яко правдою и православіемъ паче всѣхъ прославленъ есть, яко Константину и Ѳеодосію Великимъ уподобитися мощи, имъ же и твоя Держава послѣдующи, буди и намъ нѣкогда царствовати, отъ нечестивыхъ работы свобожденнымъ Тобою: вся бо возможна всѣхъ Владыцѣ; и якоже древле отъ Нижнихъ Галловъ воздвигнувъ великаго въ Царехъ Константина Древняго Рима, злѣ стужима, избави отъ нечестиваго Максентія: сице, и нынѣ тезоименитаго тому Новаго Рима, тяжцѣ волнуема отъ безбожныхъ Агарянъ, Державою Царствія твоего да изволитъ свободити.» См. сей Исторіи Т. VIII, примѣч. 71.

(341) См. рукописное собраніе Максимовыхъ твореній въ библіотекѣ Троицкой Лавры, числомъ 134. Означимъ титулъ нѣкоторыхъ: 1) Посланіе къ Даніилу Митрополиту; 2) Сказаніе о томъ, что подъ крестомъ на церкви мѣсяцъ младъ; 3) Слово на Николая Нѣмчина, 4) На Ивана Лудовика, 5) На Лютеры, 6) На Самуила Евреина, 7) О пожарѣ Тверскомъ, 8) Благодарственное къ Богу о побѣдѣ на Крымскаго пса, 9) Отвѣтное Николаю Латинянину; 10) Словцо хотящимъ оставляти жены своя безъ вины законныя; 11) Посланіе къ В. К. Василію Ивановичу, 12) Къ Ѳед. Ивановичу Карпову; 13) Похвала Анакію, Епископу Тверскому; 14) Совѣтъ на злодѣя Исаака Жидовина; 15) Предисловіе къ житію Чудотворцевъ Соловецкихъ; 16) Слово къ отрицающимся поставленія Греческаго Патріарха, аки въ области суще безбожныхъ Турковъ; 17) Слово къ самому Царю, В. К. Ив. Васильев. воспоминательно; 18) Посланіе къ нѣкоему другу сѣдящу въ темницѣ, 19) Къ потопляемымъ и погибаемымъ безъ ума гнуснымъ Содомскимъ грѣхомъ; 20) О Сивиллахъ, колико ихъ было; 21) Къ Сильвестру Попу; 22) Къ Григорію Діакону.

(342) См. Курбскаго Исторію Царя Іоанна.

(343) См. Курбскаго — и выше, примѣч. 341; но Максимъ въ разсужденіи своемъ говоритъ болѣе о тѣхъ мужьяхъ, которые, оставляя женъ, идутъ въ монахи. Въ Хронографѣ Гр. Толст. подтверждается сказаніе Курбскаго такими словами: «Писано, яко сего ради на Старца Максима и на прочихъ гнѣвъ бысть В. Князя, дабы изложенія и обличія ихъ не было, егда восхотѣ первую В. Княгиню отринути отъ себя неплодствія ради и второму браку сопричаститися; и того ради Симоновскій Старецъ Васіянъ отсылается въ Іосифовъ монастырь, а Максимъ во градъ Тверь, Саву въ Зосиминъ монастырь, Селивана въ Соловки, доброписца Михайла Медоварцова на Коломну, иже данъ бысть Максиму писати книги.» Въ другой, Синод. рукописи (см. выше, примѣч. 277) сказано тоже, съ прибавленіемъ: «Составилъ (Митрополитъ) на Максима свѣдѣтеля Архим. Чудов. Іону... и Васьяна Топоркова, Еписк. Колом., и велѣлъ Іонѣ глаголати на Соборѣ.»

53

(344) Въ Дѣлѣ Максима Грека, хранящемся въ Архивѣ: «Максимъ сказалъ: въспросилъ его Ив. Берсень: какъ тебя Государь хочетъ отпустити въ Святую Гору? и язъ ему молвилъ: прошуся много, да Государь меня не отпуститъ (не отпускаетъ); и Берсень молвилъ: а и не бывать тебѣ отъ насъ; и язъ его вспросилъ, за что мнѣ не быти? и Берсень молвилъ: мнѣнья на тебя держитъ, что сюдѣ еси пришелъ, а человѣкъ еси разумной, и свѣдалъ еси наша добрая и лихая, и тебѣ тамо отшедъ сказати. Да вспросилъ меня Берсень: вѣдаешь ли де, съ которымъ дѣломъ къ намъ пришелъ Турецкой посолъ Скиндеръ? И Максимъ молвилъ: не вѣдаю, господине, а слышу, что денги Салтановы съ нимъ, купить что приказалъ. И Берсень молвилъ: начто намъ его дружба? лутчи было не дружитися съ нимъ, по тому же, какъ покойникъ К. В. Иванъ Васильевичь посылалъ посла къ Турецкому къ Салтану, и Салтанъ призвалъ посла нашего и молвилъ ему: скажи своему Государю: далече отъ меня живетъ; нѣтъ ему до меня дѣла; а будетъ ему которое дѣло, ино сынъ мой живетъ въ Кафѣ: посылай къ нему. — И Максимъ сказывалъ: пришелъ ко мнѣ Берсень, коли былъ въ опалѣ, а тому съ годъ нѣтъ, не помню, о котору пору, и язъ попыталъ, былъ ли еси у Митрополита? и Берсень молвилъ: язь того не вѣдаю, есть ли Митрополитъ на Москвѣ. И язъ молвилъ: какъ Митрополита нѣтъ? Данилъ. И Берсень молвилъ: не вѣдаю де Митрополита: простой Чернецъ; учительна слова отъ него нѣтъ никотораго, и не печалуется ни о комъ; а прежніе Святители сидѣли на своихъ мѣстѣхъ въ манатьяхъ, и печаловалися Государю о всѣхъ людехъ.»

(345) Въ Сказаніи о Максимъ Грекѣ: «Злоначальный врагъ (Діаволъ) воздвиже нѣкоторыхъ небратолюбцевъ на зависть, яко иноплеменный человѣкъ въ толику высость воздвигся; забыша бо Апостольское слово: нѣсть Іудей, ни Еллинъ, ни варваръ, ни Скиѳъ: вси бо о Христѣ едини есте. И сего Максима оклеветаша еретикомъ и прелестникомъ, и врагомъ земли Русской... лжесвидѣтельствомъ украшаху клевету. И тако неповиннаго заточенію осуждаютъ; и бысть въ заточеніи лѣтъ 22 во градѣ Твери... и ослабу улучи отъ Епископа Тв. Акакія, по благословенію Митрополита Іоасафа: къ церкви хожденіе и Св. Таинъ причащенія.» Самъ Максимъ въ посланіи къ Митрополиту Даніилу пишетъ: «Осудисте мя нѣкихъ ради малыхъ описей, обрѣтенныхъ въ бывшемъ отъ мене преводѣ, о нихъ же вещахъ вашему Собору, яко ниже по ереси, ниже по лукавству, но по нѣкоему случаю, или по забвенію, или по скорби смутившей мою мысль, или нѣчто излишному винопитію погрузившу мя, написашесь тогда тако. И падъ ницъ трижды предъ Соборомъ, прощенія просихъ... и вмѣсто прощенія оковы паки дасте ми.» — Въ одной лѣтописи сказано, что Максимъ былъ сперва сосланъ въ Іосифовскій Волоколамскій монастырь.

(346) Въ Дѣлѣ Максима Грека: «Берсень говорилъ, что Государь упрямъ и встрѣчи (противорѣчія) противъ себя не любитъ; а хто молвитъ противъ Государя, и онъ на того опалится. А отецъ его К. В. противъ себя встрѣчю любилъ, и тѣхъ жаловалъ, которые противъ его говаривали... Да въспросилъ язъ (Максимъ) Берсеня: Господине Иванъ! за что К. В. такова разумна человѣка не жалуетъ? И Берсень молвилъ: по грѣхомъ по моимъ обговоры пришли на меня... говорилъ встрѣчи В. Князю о Смоленьску, и К. В. того не полюбилъ, да молвилъ: пойди, смердъ, прочь; не надобенъ ми еси... А тебя есмя, господине Максимъ,

54

взяли изъ Св. Горы, да отъ тебя есмя какую пользу взяли? И язъ ему молвилъ: язъ, господине, сиротина: какой отъ меня пользѣ быти? И Берсень молвилъ: ты человѣкъ разумной, и можешь насъ пользовати, и пригоже было намъ тебя въспрашивати, какъ устроити Государю землю свою, и какъ людей жаловати, и какъ Митрополиту жити. И язъ молвилъ: у васъ книги и правила есть... Да Берсень же говорилъ: Добръ-де былъ К. В. Иванъ и до людей ласковъ, и пошлетъ людей на которое дѣло, ино и Богъ съ ними; а нынѣшней Государь не по тому: людей мало жалуетъ. А какъ пришла сюда мати В. Князя Софья съ вашими Греки, ино земля наша замѣшалася; а дотолѣ земля наша Руская жила въ тишинѣ и въ миру; пришли нестроенія великіе, какъ и у васъ во Царѣгородѣ. И язъ молвилъ: В. Княгиня Софья по отцѣ Царьскій родъ, а по матери В. Дуксуса Ферарійского. И Берсень молвилъ: какова ни была, а къ нашему нестроенью пришла. Вѣдаешь, а и мы слыхали у разумныхъ людей, которая земля переставливаетъ обычаи свои, и та земля не долго стоитъ; а здѣсь у насъ старые обычаи К. В. перемѣнилъ... Нынѣ Государь нашъ запершися самъ-третей у постели всякія дѣла дѣлаетъ... Подворье у меня отнялъ въ городѣ, а поставили на немъ Шемячичеву Княгиню; а изъ Новагорода изъ Нижнего людей всѣхъ роспустилъ, а сына моего одного оставилъ... А нынѣ отвсюды намъ брани; ни съ кѣмъ намъ миру нѣтъ: ни съ Литовскимъ, ни съ Крымскимъ, ни съ Казанью, за наше нестроенье. И въспросили (судьи) Максима, что онъ молвилъ: за наше нестроенье? и Максимъ молвилъ: мнѣ ся мнить по моей мысли, какъ бы несовѣтіемъ и высокоуміемъ

Сіи любопытные допросы уцѣлѣли въ подлинникѣ; видны поправки въ рѣчахъ.

(347) P. Iovii de Leg. 129.

(348) Гербершт. R. M. Comment. 96.

(349) Никон. Лѣт. 219: «Выѣхалъ К. В. къ Николѣ на Угрешу (въ Маѣ 1519), а оттолѣ въ Островъ, и тамо жилъ до Петрова заговѣнья; а пріѣхавъ въ Москву, жилъ лѣто все въ Воронцовѣ и до осени.»

(350) На прим. въ Можайскѣ, гдѣ было заключено перемиріе съ Литвою въ 1526 г.

(351) Гербершт. R. M. Comment. 99.

(352) См. тамъ же.

(353) См. выше, примѣч. 231, и Послужный Списокъ Бояръ. Первымъ Ловчимъ былъ въ 1509 г. Нагой, Оружничимъ въ 1511 Салтыковъ, Крайчимъ въ 1514 братъ В. Княгини Иванъ Сабуровъ.

(354) Гербершт. R. M. Comment. 34.

(355) То есть, изъ лисьихъ горлъ или душекъ черныхъ. Фр. да-Колло сказываетъ, что при его встрѣчѣ стояло въ ружьѣ, отъ Кремля до Посольскаго Двора, 40, 000 богато-одѣтыхъ воиновъ.

(356) См. Гербершт. R. M. Comment. 89—101, и Trattamento л. 53 на обор. Францискъ да-Колло пишетъ объ освѣщеніи улицъ: erano disposti et accesi lumi di tiglia di altezza d’un passo, dall’ una et dall’ altra parte della strada, discosti l’un da l’ altro intorno a due passi. Что такое lumi di tiglia? вѣроятно, не пылающіе отрубки липоваго дерева, а пуки зажженной лучины. Они были вышиною около аршина и разставлены на обѣихъ сторонахъ улицы, шагахъ въ двухъ одинъ отъ другаго. — Великій Князь за обѣдомъ подзывалъ къ себѣ пословъ, и спросилъ между прочимъ у Герберштеина, брѣетъ ли онъ бороду? Брею, отвѣчалъ Баронъ. Это по нашему, сказалъ Василій.

(357) См. Дѣла Прусскія, л. 214.

(358) Тамъ же, л. 43. Фр. да-Колло упоминаетъ о Медикѣ Николаѣ, бывшемъ тогда въ Москвѣ:

55

Maestro Nicolo Lubаcense, professor di Medicina et di Astrolegia, et di tutte le scienze fondatissimo: это Николай Люевъ, какъ вѣроятно. Онъ разсказывалъ Франциску много любопытнаго о горахъ Югорскихъ или Уральскихъ.

(359) Дѣла Турецк. 222, 249, и Фр. да-Колло л. 51 на обор.

(360) См. въ Указателѣ Рос. Законовъ, ч. 1. стр. 81 и 86, Судебникъ Царя Ивана Васил.

(361) См. выше, примѣч. 112.

(362) Въ Архив. Ростов. Лѣт. л. 579: «Лѣта 7027 Сент. въ 6 (1518) пожаловалъ Государь В. К. во своей отчинѣ, въ В. Новѣградѣ, слыша, что Намѣстники сильно и Тіуны ихъ судятъ по мздѣ, и велѣлъ своему Дворецкому Ив. Константиновичю, да Дворцовымъ Діакомъ, Семену Борисову, да Звягѣ Софонову, выбрати изъ улицы лучшихъ людей 48 человѣкъ, и къ цѣлованію привести; и оттолѣ по Государеву слову В. К. Іоанна Васильевича оставили судити съ Намѣстники Старосту купецкого Василія Никитина сына Тараканова, а съ Тіуны судити цѣловальникомъ по четыре на всякій мѣсяцъ.» Если здѣсь не описка въ имени В. Князя, то слѣдуетъ, что Іоаннъ обѣщалъ Новогородцамъ сихъ Присяжныхъ.

(363) Въ Архив. Ростов. Лѣт. 588 на обор.: «Прислалъ К. В. (въ Іюлѣ 1531) къ Архіеп. Макарію въ В. Новградъ грамоты и Дьяковъ своихъ, Якова Тишкина, Аѳан. Фуника и Дворцоваго Дьяка Митю Великого, и повелѣ имъ на Софейской сторонѣ улицы разсмотрѣть, и начата размѣряти Великую улицу отъ Володимерскихъ воротъ прямо, въ конецъ, и всѣ улицы изъ поля въ берегъ прямо, и мѣста по всему пожару, и решетки повелѣша ставити по всему граду и огневщики уставити. Тое же осени начаша у решетокъ стречи Окт. въ 1; но понеже прежде сего въ градѣ было много злыхъ человѣкъ, грабежи и татьбы и убійства, и оттолѣ начаша милость Божія быти и тишина по всему граду; и многи зліи человѣцы тоя ради крѣпости градской избѣгоша, а иніи на покаяніе обратишася и къ рукодѣлію навыкоша.»

(364) См. Никон. Лѣт. 182, 187, 227, 231, 245. Ровъ Кремлевскій обложенъ кирпичами въ 1508 г.; крѣпость въ Нижнемъ застроена тогда же, Тульская въ 1520, Коломенская въ 1525, а совершена въ 1531. Въ Архив. Лѣт. л. 249: «Поставленъ бысть градъ каменъ на Осетрѣ у Николы у Заразсково» (въ 1531 г.) Тогда же срубили крѣпость въ Черниговѣ и Коширѣ.

(365) Въ Архив. Ростов. Лѣт. л. 575: «Прислалъ К. В. Боярина своего Борба (въ 1508 г.), велѣлъ ему урядити въ Новѣгородѣ торги, ряды и улицы розмѣрити по-Московски.» См. выше, примѣч. 36.

(366) См. въ Собраніи Госуд. Грамотъ, стр. 416, запись В. Князя, писанную въ Іюнѣ 1523 г., передъ его Казанскимъ походомъ. См. также Архив. Лѣт. л. 212 на обор. и 238, гдѣ сказано: «Тое же весны (1525) поставиша новой монастырь Дѣвичей у града Москвы близъ монастыря Св. Савы за посадомъ.» Тамъ же, л. 182: «Тогоже лѣта (1506) заложиша во градѣ въ Москвѣ церковь Св. Николы, идѣже стояла старая церковь Николы лняной: тако бо изначала именуема.» Сію церковь освятили 1 Окт. 1506, и В. К. поставилъ въ ней образъ Св. Николая, украсивъ его золотомъ и каменьями драгоцѣнными.

(367) См. Архив. Лѣт. л. 184.

(368) См. Архив. Лѣт. л. 190 и 219 — Ростов. Лѣт. л. 578, и Никон. 182.

(369) Никон. Лѣт. 220.

(370) Въ Продолженіи Нестора, стр. 352: «Поймалъ К. В. (въ Маѣ 1509 г.) Новог. Арх. Серапіона и велѣлъ его везти къ Москвѣ, и учиниша на него

56

Соборъ, что посылалъ Серапіонъ грамоту неблагословенную на Іосифа, что Іосиф отказался изъ его Архіепископьи отъ К. Ѳедора (Борисовича, двоюроднаго брата Государева) и съ монастыремъ къ В. Князю безъ его вѣдома... Отпустилъ К. В. (15 Мая 1512) бывшаго Арх. Новог. Серапіона въ Сергіевъ монастырь.» — Въ Архив. Новогор. Лѣт. Малин.: «Лѣта 7034 Марта 4 (1526) поставленъ бысть Архіеп. Новугороду и Пскову Макарій Архим. изъ Лушковъ на Москвѣ... При немъ В. К. Дек. 24 (того же года) въ навечеріи Рождества пріѣхалъ на Тихвину, и бысть тамо 3 дни, и сталъ на Москвѣ на Крещеніе. И бысть при семъ Владыцѣ во всей его Архіепископіи молитвами его времена тиха и прохладна, и обиліе веліе: коробью убо жита купили по семи Новогородокъ.» — Въ Архив. Ростов. Лѣт. л. 578 на обор.: «Смирился К. В. съ Серапіономъ (въ 1516 г.); а кто ни постоялъ, Вас. Андр. Челяднинъ а Владыка Ростов. Васіанъ и братъ его Іосифъ, и Владыка Суздальскій, и того лѣта вси умерли; а Ив. Вас. Челяднинъ въ Литвѣ главу положилъ; а Рязанской Тарасій и Владычество оставилъ его же ради; да того же лѣта и Пермской Протасій умре. Того же лѣта преставися Серапіонъ Архіеп. у Троицы въ Сергіевѣ въ Лазареву Субботу и положенъ въ схимѣ.» Тамъ же, л. 584: «Архіеп. Макарій (въ 1528 г.) созва къ себѣ Игумены Антоніева монастыря и Деревяницкаго, и Благовѣщенскаго, и Оркажа, и прочіи, идѣже нѣсть общины, а нача ихъ учити, еже имъ устрояти общее житіе койждо въ своемъ, и трапезы со церквами ставити каменныя, иніи же древяныя; а прежде бо сего токмо велицы монастыри общины имѣша, а въ прочихъ, иже окрестъ града, (иноки) койждо особѣ въ келліяхъ ядяху и всякими житейскими печальми обдержими бяху; а въ лучшихъ монастыряхъ 6 или 7 Чернцевъ, а въ прочихъ 2 или 3. Тогда нача благодать множитися, и братія въ монастыри начаша приходити: идѣже было 2 или 3, ту 12 и 15; а гдѣ 6 или 7, ту 20 и 30; а въ прочихъ 40 и множае. Которые монастыри общины устроиша, се ихъ имена: Антоніевъ, на Деревяницѣ, Благовѣщеніе, Аркажь на Колмовѣ, на Волотовѣ, Наситецкій, Чудо Архангела на Сковороткѣ, въ Нередицахъ, въ Чиловѣ на Коломцахъ, на Липнѣ, на Перинѣ, на Николинѣ конецъ Легоши улицы, въ Пантелеевѣ. Только именитыхъ два монастыря не устроиша общины: Николинъ монастырь въ Неровскомъ Концѣ, а Игуменъ Илія Цвѣтной, да Рождество Хр. на полѣ, а Игуменъ Іоаннъ Заяцъ; не хотяху: въ томъ бо безчиніи обыкоша жити. — Тогда же Архіепископъ и Черницамъ вдасть монастыри: на Десятинѣ, Петровской, Инской, Ипской на Волоцкой дорозѣ, на Соколницѣ Богословской на Вяткѣ, на Шнетинѣ; а прежде жили тамо Игумены и Черницы, и Архіеп. повелѣ отвести Игуменовъ въ мужескіе монастыри, а Черницамъ вдасть Игуменіи.» Объ украшеніи Софійскаго храма см. тутъ же. Объ амвонѣ: «постави (въ 1533 г.) амвонъ вельми чуденъ, и Святыхъ на немъ отъ верха въ три ряды тридесять, и рѣзію и различными подзоры и златомъ лиственнымъ украшенъ, а отъ земли амвона устроены яко человѣчки древяные 12, я всякими вапы украшены и въ одеждахъ, и яко со страхомъ на главахъ держатъ сію святыню.» Далѣе разсказывается, что Макарій мыслилъ удивить народъ чудомъ: поставить мельницу на Волховѣ, на Софійской сторонѣ, гдѣ была на рѣкѣ баня: «а ту рѣлку (мысъ) звали крюкъ, а на ней жили нарочитые Дворяне Владычня двора.» Сыскался хитрецъ, житель Псковскій, увѣривъ Макарія въ возможности сего дѣла: онъ началъ работать, затопилъ множество срубовъ, утвердилъ на нихъ жерновъ,

57

хотѣлъ молоть; но весною пришелъ ледъ изъ озера Ильменя и разрушилъ все. Художникъ бѣжалъ; а Макарій велѣлъ поставить на семъ мѣстѣ конюшню.

Между бумагами Іосифовскаго Волоколамскаго монастыря находятся грамота Св. Іосифа къ Вельможѣ Борису Васильевичу и его духовное завѣщаніе, писанное въ 1507 году. Въ первомъ изображаются всѣ наглыя обиды, претерпѣнныя имъ и монастыремъ отъ К. Ѳед. Борисовича, который отнималъ у него вклады, деньги, вещи; хотѣлъ сѣчь Монаховъ кнутомъ, и проч. (см. Древ. Рос. Вивліоѳ. XIV, 177). Тутъ подробно описана ссора Іосифова съ Архіеписк. Новогородскимъ.

(371) Въ Архив. Ростов. Лѣт. л. 581 и 589 на обор.: «Пріѣхаша къ Москвѣ (въ 1526 г.) Поморцы и Лопляне съ моря Окіяна изъ Кандолажской губы, усть Нивы рѣки, изъ дикой Лопи, и били челомъ Государю, и просили Антимиса и Священниковъ церковь свящати и просвѣтити ихъ святымъ крещеніемъ, и Государь велѣлъ Архіеп. Макарію послати изъ Новаграда отъ Соборныя церкви Священника и Діакона, и они ѣхавше свящали церковь Рождества Іоанна Предтечи и многихъ Лоплянъ крестиша… Тое же зимы (1532) пріѣхаша въ В. Новградъ Лопляне съ Мурманскаго моря, съ Колы рѣки, съ Тутоломи, и просили у Макарія Антимисовъ и Священника — и посла отъ Соборныя церкви Священника и Діакона, и они ѣхавше церкви свящали Благовѣщенія и Св. Николая въ Филипповъ постъ, и самихъ многихъ крестиша за Св. Носомъ Лоплянъ.» — Въ 1530 г. В. К. даль милостивую грамоту Лапландцамъ, по коей они долженствовали быть судимы не Намѣстниками и не Тіунами Новогородскими, а Государевыми Дьяками. Сказано: «Пожаловалъ есми въ Вотцкой Пятинѣ у Студеново моря, отъ Каинскихъ Нѣмецъ съ рубежа, Лопь крещеную и некрещеную Шуи рѣки, Илейку Никитина, да Павлика, да у Кеми рѣки Старосту Сеньку, съ дву сотъ съ полутретьятцати луковъ... приставове-де Намѣстничи по нихъ ѣздятъ, а съ ними ябедники Ноугородскіе человѣкъ по тритцати, а отъ поруки-де на нихъ емлютъ рублевъ по десяти, а сроки наметываютъ въ дѣловую пору... А коли Дьяки наши посылаютъ къ нимъ моей дани брати Подьячихъ... и сроки имъ мечютъ стати въ Новѣгородѣ на Благовѣщеньевъ день... и тѣ Подьячіе медовъ и винъ съ собою не возятъ и сзывовъ не чинятъ и лишковъ не емлютъ.» См. Собр. Госуд. Грамотъ, стр. 436, Архив. Ростов. Лѣт. л. 606 подъ годомъ 1534, и въ Древ. Рос. Вивліоѳ. XIV, 149, грамоту Макаріеву къ жителямъ Вотской Пятинѣ, къ Чуди погоста Толдожскаго, Ижерскаго, Дудровскаго, Замошскаго, Егерскаго, Ополецкаго, Кипенскаго, Псковскаго, Зарѣцкаго, и проч. Въ сей послѣдней сказано: «Жертву на скверныя мольбища носятъ Арбуевъ Чюцкихъ, и мертвыхъ кладутъ по курганомъ и по коломищемъ съ тѣми же Арбуи... и къ родильницамъ призываютъ ихъ, и тѣ Арбуи младенцемъ имена нарекаютъ свойски... Арбуевъ бы есте и ихъ учениковъ къ тому нашему Священнику велѣли на поученіе приводити... И вы бъ о тѣхъ непослушницѣхъ сказывали тѣмъ Дѣтемъ Боярскимъ, которые Христіане за которыми Дѣтьми Боярскими живутъ, чтобы они тѣхъ имали и къ вамъ присылали.» Писана 25 Марта 1534: слѣдственно уже по кончинѣ Василія. Такого же содержанія грамоту писалъ и Новогород. Архіеп. Ѳеодосій къ сановникамъ Чудской земли, духовнымъ и свѣтскимъ, въ 1548 г.: см. Вивліоѳ. XIV, 167.

(372) См. въ Псков. Лѣт. Г. Толст. посланіе Памфила къ Намѣстнику Псков., К. Димитрію Владиміров. Ростовскому и проч. Вотъ собственныя

58

слова его: «Егда приходитъ день Рождества Предотечева и прежде того, исходятъ огавницы, мужіе и жены чаровницы, по лугомъ и по болотомъ, и въ пустыни и въ дубравы ищущи смертные травы и привѣточрева отъ травнаго зелія на пагубу человѣкомъ и скотомъ; ту же и дивія коренія коплютъ на потворенія мужемъ своимъ. Сія вся творятъ дѣйствомъ діяволимъ въ день Предотечевъ съ приговоры Сатанинскими. Егда бо пріидетъ праздникъ во Святую нощь, мало не весь градъ возмятется и въ сѣлѣхъ возбѣсятся въ бубны и въ сопели и гуденіемъ струннымъ, плесканіемъ и плясаніемъ, женамъ же и дѣвамъ и главами киваніемъ, и устнами ихъ непріязненъ кличь, вся скверные пѣсни, и хребтомъ ихъ вихлянія, и ногамъ ихъ скаканіе и топтаніе; туже есть мужемъ и отрокомъ великое паденіе, ту же и женское и дѣвичье шетаніе, блудное имъ возрѣніе, и женамъ мужатымъ оскверненіе, и дѣвамъ растлѣнія, » и проч.

(373) «Марта 4 приде изъ Царяграда Василій Копылъ да Иванъ Варавинъ, да съ ними отъ Патріарха Митрополитъ отъ града Жихна, да съ ними Старцы отъ Св. Горы изъ Ватопедя монастыря Максимъ Грекъ, да Неофитъ Грекъ, да Лаврентій Болгаринъ, а отъ Св. Пантелеймона изъ Русскаго монастыря Сава Игуменъ; а напередъ тѣхъ за годъ пришелъ отъ Св. 40 Мученикъ монастыря Исаіа Священноинокъ Сербинъ... и повелѣ имъ В. К. пребыти въ монастырѣ у Михайлова Чуда.» Они поѣхали назадъ 11 Сент. 1519.

(374) См. въ Синод. библіотекѣ рукопись въ листъ подъ No 87, л. 407: Соборъ въ богоспасаемомъ градѣ Вильни бывшій (Генв. 18, г. 1509). Кромѣ Митрополита Іосифа находились тамъ Епископы: Вассіанъ Владимірскій и Берестенскій, Варсонофій Смоленскій, Кириллъ Луцкій и Острожскій, Евфимій Полоцкій и Витебскій, Арсеній Туровскій и Пинскій, Антоній Перемышльскій и Филаретъ Холмскій. Уложивъ, что Іереями быть могутъ единственно люди безпорочные и женатые; что Князья и Паны, хищники церковнаго имѣнія, отлучаются отъ церкви; что иноки не выходятъ изъ монастырей безъ воли Настоятелей, Святители говорятъ далѣе: «Правилъ Божественныхъ мірскимъ людемъ не подобаетъ въ себе (у себя) держати, занеже держаще ихъ мірскіи люди въ нѣкоторыхъ дѣлѣхъ законъ презираютъ и Пастырей своихъ преслушаются; ино таковыи, по Св. Апостолу, сами собѣ законъ бываютъ.» Осуждаютъ Епископовъ, которые берутъ на себя мірскія дѣла, и за недосугами уклоняются отъ церковныхъ Соборовъ. Въ заключеніи такъ: «Аще ли отъ Господаря или отъ Вельможъ у (въ) сихъ предреченныхъ дѣлѣхъ, нами соборнѣ положенныхъ, хотя въ единомъ изъ нихъ до Митрополита или до Епископа присыланіе будетъ, сію заповѣдь, по правиламъ святымъ нами утвержденную, хотя зрушити, и ихъ волю вчинити: намъ ни единому на то не дерзнути никакоже; всѣмъ намъ зьѣхатися до Митрополита, кажный подъ своимъ накладомъ и шкодою, и о томъ Господарю челомъ бити и непоколебимо стояти.» Внизу подписано: «Сей Соборъ на паргаминѣ письмомъ стародавнымъ, яко же здѣ слово въ слово имаши, есть писанъ, у него же печатей завѣшенныхъ осмь.» — Въ языкѣ уже видимъ нечистую примѣсь Польскаго.

(375) Въ Псков. Лѣт. Толст.: «Отъ Ильина дни (1521) мряхуть во Псковѣ мужи и жены, старыя и младыя, а отъ гостей и отъ лучшихъ людей безъ мала вси не изомроша; а Москвичамъ то бысть не обычно; а гостей кто приметца у кого за животъ, и тотъ весь вымретъ; и первое почаша мерети на Петровской улицы у Юрья у Табулова, и К. Мих. Кислица велѣлъ улицу заперети, а самъ

59

побѣже на Руху въ паствище. И освящаша церковь кам. на Завеличьѣ Успенія 15 Авг. и стекошася весь градъ, а иные пойдоша къ печерѣ и молящеся о избавленіи града.» Великій Князь и Митрополитъ прислали Святую воду съ гонцемъ, а Псковитяне срубили церковь Покрова на Петровской улицѣ, гдѣ была прежде Мотыльная гридница. Моръ пресѣкся въ Февралѣ. Ростов. Лѣт. л. 574 и 590: «Бысть во Псковѣ (въ 1532 г.) моръ великъ отъ Іюля и до Рождества, яко и Воеводамъ и сановникомъ страха ради смертнаго вонъ выѣхати; въ селѣхъ и мѣстѣхъ тайныхъ крыяхуся... и Арх. Макарій мощи Святыхъ омывая и посылаше Святую воду... Тое же осени въ Окт. нача являтися на человѣцѣхъ вредъ яко прыщи... и Арх. Макарій (8 Ноября) вниде въ Св. Софію и нача молебная совершати отъ 2 часа дни, и всему народу повелѣ лѣсъ на рли во Славнѣ и церковь рубити... А Священники шести Соборовъ положиша Евангеліе на престолѣ, украсиша его паволокою и сребромъ... а людіе украсиша церковь Дейсусы и иконами; и Архіеп. молебная совершая даже и до вечернія годины, и егда совершися верхъ церкви, тогда вниде самъ въ церковь, и свяща во имя Св. Евангелиста Марка по жребію; прежде бо во всемъ градѣ не быша храмовъ Св. Евангелистъ Матѳея и Марка... и помалѣ повѣтріе преста.» См. Продолженіе Нестора 355. Въ 1506 г. былъ во Псковѣ моръ безымянной.

(376) См. Архив. Лѣт. л. 190, 238, 256, и Ростов. Лѣт. 592. Засуха 1533 г. настала послѣ ужасной грозы, бывшей 23 Іюня; молніею убило въ Москвѣ 9 человѣкъ.

(377) См. Никон. Лѣт. 213. Дожди начались въ Петровъ постъ.

(378) См. Продолженіе Нестора 355.

(379) См. Ростов. Лѣт. л. 578 на обор. В. К. ѣздилъ тогда съ супругою въ Ярославль и въ другіе города. См. еще Гербершт. R. M. Com. 45.

(380) См. Архив. Ростов. Лѣт. л. 575, 588, 592, и Никон. стр. 245. «Авг. 20 (1508) загорѣлася Торговая сторона (въ Новѣгородѣ) въ 11 ч. нощи на Коржевѣ улицѣ... мала часть стѣны осталася; мнози же и каменныя палаты развалишася... и церковь Димитрія въ Торгѣ выгорѣ... и бысть вихрь велій и гременія страшна, и вихромъ суды великія съ Волхова съ людьми и животы въ огнь приношаше; иніи же въ водѣ истопаша... а горѣло день и нощь до полдней. — Бысть пожаръ на Яневѣ улицѣ (въ 1531 г.) у тюремъ; изъ дву тюремъ Литву вывели, а изъ третьей не успѣли, и сгорѣ 145 человѣкъ; и Арх. Макарій повелѣ ровъ ископати у Св. Арханг. Гавріила, конецъ Фревковы улицы, и пѣвъ самъ надгробное пѣніе, и погребоша ихъ. — Бысть во Псковѣ пожаръ (въ Авг. 1533), и весь средній градъ выгорѣ, гдѣ живутъ гости Московскіе. — Іюля 3 (1531) загорѣся въ Нижнемъ Новѣгородѣ на посадѣ, выше Козмы и Даміана, и кровля городская и зеліе пушечное въ Ивановской стрѣльницъ, и паде стрѣльница, и внутри сгорѣ дворъ В. Князя... И загорѣся зеліе пушечное на Москвѣ на Успленскомъ врагѣ, на Олевизонскомъ дворѣ: дѣлаша бо его на томъ дворѣ градскіе люди, и сгорѣ ихъ во единъ часъ болѣ 200 человѣкъ, и ко двору не прикоснусь огнь.»

(381) Въ Архив. Лѣт. г. 1531: «Того лѣта явися звѣзда великая надъ лѣтнимъ восходомъ солнечнымъ по многія заутреннія; лучи отъ нея сіяша велики, и вверхъ идяше не по обычному теченію на полунощную страну, и послѣ являшеся на вечерней зарѣ червленымъ образомъ надъ лѣтнимъ западомъ... Окт. (1532) явися звѣзда за два часа до свѣта надъ зимнимъ восходомъ; лучь сіяше отъ нея великъ на полдни; являшеся на единомъ мѣстѣ

60

отъ 1 дни Окт. до 9 Ноября... Іюля (1533) являшеся звѣзда въ 4 часъ нощи надъ западомъ, а лучь отъ нее дологъ и широкъ на зимній востокъ по многія нощи.» Въ Ростов. Лѣт. сказано, что она показывалась дней 30 и болѣе. — Въ Псков. Лѣт. Толст. упоминается о явленіи Кометы въ 1520 году.

(382) На примѣръ, Анабаптисты и другіе.

(383) См. выше, примѣч. 341.

Выписка изъ лѣтописей:

Г. 1506. «Генв. 15 поставленъ въ Москвѣ Архіеписк. Новугороду Серапіонъ, Игуменъ Троицкой Сергіева монастыря; а въ 18 день Архіеп. Вассіанъ Ростову и Ярославлю, Архим. Симоновскій.» Приходили старцы отъ Св. горы, и черезъ 6 мѣсяцовъ, 9 Мая, выѣхали изъ Москвы обратно. В. К. посылалъ К. Петра Семен. Лобана Ряполовскаго на Бѣлую, чтобы основать тамъ новую крѣпость въ защиту отъ Литвы. «Пренесли въ Тройцкой монастырь храмъ Петра Митроп. изъ Петровскаго, а били челомъ міромъ Игумену Сергію.»

Г. 1507. Въ Февр. поставленъ Андроник. Архим. Митрофанъ Епископомъ въ Коломну. В. К. вызвалъ изо Пскова К. Дим. Ростовск., а на его мѣсто прислалъ К. Петра Васильев. Великаго.

Г. 1508. 23 Генв. поставленъ Епископъ Крутицкій Досиѳей. 8 Марта умеръ въ Москвѣ Епископъ Суздальскій Нифонтъ и отвезенъ въ Суздаль. 23 Мая умеръ Тверск. Еписк. Вассіанъ. Расписана и украшена золотомъ церковь Благовѣщенія на Великокняжескомъ дворѣ въ Москвѣ. 14 Мая въ Москвѣ горѣлъ отъ Панскаго двора посадъ и торгъ. Совершена тамъ церковь Іоаннъ Лѣствичникъ подъ колоколами; 5 Ноября священа церковь Іоанна Предтечи у Боровицкихъ воротъ, а 8 Михаила Архангела на площади. Заложили Псковичи стѣну около Гремячей горы.

Г. 1509. В. К. смѣнилъ Псков. Намѣствика К. Петра Великаго, а на его мѣсто прислалъ К. Ивана Михайлов. Рѣпню-Оболенскаго, прозваннаго во Псковѣ Найденомъ: «А по тому его назвали Найденомъ, что онъ не пошлиною (не по обычаю) пріѣхалъ; нашли его Псковичи на Загорскомъ дворѣ, а Священники противъ его съ кресты не ходили, а пѣли молебенъ на торгу, да шли ко Св. Троицѣ и посадили его на Княженіе; а бысть той Князь лютъ до людей (см. Псков. Лѣт. Г. Толст.). — На Масленой недѣли поимали (во Псковѣ) понамаря Троицкаго Ивана, а онъ изъ ларевъ деньги ималъ 400 рублевъ, и на Вѣчи казнили его кнутьемъ, и онъ сказался, и посадили его на крѣпость, и по Троицынѣ дни на Великой рѣки огнемъ сожгли его.» Поставлены въ Епископы Авг. 21 Симеонъ Архим. Андрониковскій въ Суздаль, а 24 Игуменъ Богоявленскій въ Тверь. Совершили и 1 Сент. освятили на Симоновѣ церковь Рождества Богоматери. Сдѣланъ мостъ въ Новѣгородѣ черезъ Волховъ къ пріѣзду В. К. Написанъ Дейсусъ въ Новогород. Софіи Андреемъ Лаврентьевымъ и Иван. Дермаярцовымъ. «В. К., ѣдучи изо Пскова, велѣлъ устроити у Св. Троицы свѣщу неугасимую день и нощь, а въ Новѣгородѣ предъ Софіею... Постави гость Иванъ Сырковъ церковь Мироносицъ на Дворищѣ, и въ ней три службы; да пометными деньгами со всего града поставлена ц. Николы конецъ Легощи улицы.»

Г. 1510. 8 Сент. В. К. выѣхалъ въ Переславль, Юрьевъ, Суздаль, Владиміръ, Ростовъ; а въ Москву возвратился съ супругою 5 Дек.

Г. 1511. Апр. 26 занемогъ Митроп. Симонъ, послалъ за бывшимъ Новогород. Архіеп. Серапіономъ въ Троицкій монастырь, помирился съ нимъ,

61

скончался 30 Апрѣля и погребенъ въ Успенск. храмѣ; Іюля 27 избранъ въ Митрополиты Симон. Архим. Варлаамъ, а 3 Авг. поставленъ Святителями. «Послѣ Велика дни скрыся гробъ Архіепископовъ Новогородскихъ Мартиріевъ да Семеновъ... и ко взятію Пскова скрыся, и ко сведенію Архіеп. Симеона скрыся.»

Г. 1513. Въ Февр. скончалась В. Княгиня Евдокія, сестра Государева, супруга Петра Царевича. Въ Маѣ умеръ К. Ѳедоръ Борисов. Волоцкій. Выгорѣлъ Изборскъ въ день Св. Георгія.

Г. 1514. Поновленъ въ Москвѣ славный образъ Богоматери Владимірской, а В. К. приказалъ сдѣлать для онаго кивотъ, украшенный серебромъ и золотомъ. Построены въ Москвѣ на большомъ посадѣ за торгомъ церковь Введенія, въ садахъ церковь Св. Владиміра, на Воронцовѣ Благовѣщеніе, на Государевомъ дворѣ Рождество Богоматери съ придѣломъ Св. Лазаря, за Неглинною Св. Леонтій Ростовскій и Петръ Чудотворецъ, на Ваганковѣ Благовѣщеніе, въ Дѣвич. мон. Алексій Божій человѣкъ, за рѣкою подъ боромъ Усѣкновеніе главы Іоанна Предтечи, на Стрѣтенкѣ Введеніе и церковь Св. Варвары, созданная Василіемъ Бобромъ и братьями его (Архитекторомъ былъ Алевизъ). Юрій Григорьевъ Бобынинъ построилъ въ городѣ у Фроловскихъ воротъ церковь Аѳанасія Александрійскаго.

Г. 1515. 15 Февр. Архим. Чудова монастыря Іосифъ поставленъ въ Епископы Смоленску, куда и поѣхалъ въ Мартѣ. Государь въ первый разъ ѣздилъ на охоту въ Волокъ Ламскій. Авг. 12 святили въ Тихвинѣ церковь Успенія; нарядчикъ былъ Дмитрій Сырковъ, а мастеръ Фрязинъ изъ Москвы. Авг. 28 преставился Ростов. Архіеп. Вассіанъ на Дорогомиловѣ и отвезенъ въ Ростовъ. 12 Ноября скончался Суздальскій Епископъ Симеонъ. Игуменъ Сергій поставилъ церковь Преображенія на Хутынѣ въ Новѣгородѣ.

Г. 1517. 10 Февр. Владимірскій Рожественскій Архим. Геннадій поставленъ въ Епископы Суздалю, а Февр. 12 Архим. Андрониковскій Сергій Рязани. «Паде стѣны 40 саженъ (во Псковѣ) на Крому до костра Снетоваго надъ рыбнымъ торгомъ, и надѣла Фрязинъ Иванъ ту сорокъ; а камень возиша Священники, а стала 40 сажень В. Князю въ 700 рублевъ опрочи повозу Поповскаго; а Псковичи песокъ носили решетомъ сѣючи. Тоя же осени дѣлаша стѣну въ пескахъ на прудѣхъ къ Гремячей горѣ и пескомъ посыпали; и чаяли Литвы подо Псковомъ.»

Г. 1518. В. К. прислалъ во Псковъ ко храму Троицы большой колоколъ на мѣсто Вѣчеваго. Въ Іюнѣ Коломенскій Святитель Митрофанъ оставилъ Епископію. Въ Іюлѣ иконы древнія Спасителя и Дѣвы Маріи были принесены изъ Владиміра въ Москву, встрѣчены Митрополитомъ у Срѣтенія на посадѣ и внесены въ Успенскій Соборъ, гдѣ В. К., возвратясь изъ Троицкой обители, молился имъ съ усердіемъ, и велѣлъ поновить ихъ въ домѣ у Митрополита, который самъ участвовалъ въ трудѣ живописцевъ. Приходилъ Старецъ отъ Синайской горы. Разобрали въ Кремлѣ старую церковь Вознесенія. 12 Сент. освятили церковь Св. Леонтія за Неглинною. Ѣздилъ В. К. на охоту въ Волокъ и возвратился на Дмитріевъ день. Святили въ Москвѣ церковь Введенія на Стрѣтенкѣ.

Г. 1519. Съѣхали Намѣстники Псковскіе, К. Ив. Шуйскій и Андрей Вас. Сабуровъ; ихъ мѣсто заступили К. Михайло Кислица и К. Петръ Лобанъ-Ряполовскій. «Начаша Мисюрь Мунехинъ Дьякъ, да его Подьячей Ортюша Псковитянъ назирати убогое мѣсто, незнаемо никимъ же, подъ Нѣмецк. рубежомъ 40 верстъ отъ Пскова, въ Тайловѣ погостѣ,

62

7 верстъ отъ Новаго городка Нѣмецкаго, Печерской монастырь, Вифлянскую пещеру, и начаша на праздники Пречистыя Богородицы ѣздити со многими людми и монастырь кормити; а монастырецъ былъ на версѣ горы... и нача Пречистая недужныя исцѣляти, и услыша вся земля Русская, яко не токмо Крестьянъ, но и Латыны исцѣляетъ, и нача Мисюрь волостьми своею казною по обѣ стороны ручья горы копати и церковь большую созидати и въ гору копатися далѣ и глыбле, и начаша монастырь строити въ подолѣ межъ горъ, а ручей сквозь монастырь и воду возведоша вверхъ, а Св. Ѳеодосія и Антонія снесоша съ горы въ печеру въ новую церковь, и начаша съ проскурою и со святою водою къ Государю ѣздити, и нача быти славенъ монастырь до моря Варяжска.» Сент. 15 отпущены изъ Москвы поновленныя иконы Владимірскія: самъ Государь провожалъ ихъ за Андрониковъ монастырь, коего Архиманд. Игнатій отправился съ ними въ Владиміръ; а В. К. далъ пиръ Духовенству и Боярамъ, удоволилъ бѣдныхъ милостынею и велѣлъ праздновать сей день въ честь Богоматери. — «Былъ судъ Окольничему Андр. Ник. Бутурлину съ Андр. Никол. Яровымъ на Волокѣ на Ламскомъ: К. В. оправилъ Бутурлина и даль ему правую грамоту.»

Г. 1520. Февр. 9 поставленъ Симоновскій Архиманд. Іоаннъ Архіепископомъ въ Ростовъ, Февр. 14 Игуменъ Угрешскій Тихонъ Епископомъ въ Коломну, Февр. 16 Игуменъ Соловецкій Пименъ на Вологду и въ Пермь. Священа въ Новѣгородѣ церковь Климента на Пворовѣ улицѣ.

Г. 1521. Игуменъ Илья Цвѣтной поставилъ церковь Иліи на сѣняхъ въ Новогород. Николинѣ монастырѣ. 14 Мая нашли въ землѣ мощи Св. Макарія Колязинскаго при основаніи новой церкви.

Г. 1522. 23 Марта поставленъ Рязанскій Епископъ Іона, а 30 Тверскій Акакій.

Г. 1523. Окт. 1 святили въ Савинской пустынѣ церковь Покрова и гробъ Св. Саввы Вышерскаго. Въ Псков. Лѣт. Толст.: «Поставлена церковь кам. Св. Димитрей въ Домантовѣ стѣнѣ и священа Окт. 26; а старая первая бысть во Псковѣ каменая съ кирпичемъ, а поставилъ ее К. Аведъ, нареченный во Св. крещеніи Дмитрей; а мощи его лежатъ у Св. Спаса на Мирожи на лѣвой странѣ подъ стѣною, а стояла первая церковь 400 лѣтъ безъ 20.» — Татары сожгли посады въ Галичѣ. Близъ Новагорода выпалъ снѣгъ послѣ Троицына дня и лежалъ 4 дни.

Г. 1524. «Начаша поновляти Св. Пятницу (въ Новѣг.) Московскій гость Дмитрій Сырковъ и людіе, иже въ великомъ ряду сидятъ, и начаша голбцы разрушати и помостъ возрывати, и ту обрѣтоша сокровище сребра древнихъ рублевъ Новогородскихъ литыхъ 170, а полтинъ 44, и Намѣстники повелѣша вложити ихъ въ сосудъ и запечаташа.»

Г. 1525. Апрѣля 2 поставленъ на Коломну Епископъ Вассіанъ Топорко, а на Вологду, 9 Апр., Алексій Игуменъ Кириллова монастыря. — Поставилъ Филатъ Кобринъ церковь Св. Троицы на Коломцахъ въ Новѣгородѣ «На 2 недѣли по Пасцѣ иде вода въ Волховѣ ни вѣтромъ, ни бурею, но повелѣніемъ Творца своего, Бога, и до дней 9, а на 10 возвратися паки и пойде по своему подобію.» Дьякъ Мисюрь во Псковѣ сдѣлалъ каменную стрѣльницу на Гремячей горѣ, исполняя повелѣніе Государя.

Г. 1526. 9 Сент. святили въ Новѣгор. церковь Св. Филиппа на Нутной улицѣ. Въ Дек. Архіеп. Макарій ѣздилъ въ Тихвинъ, гдѣ былъ тогда В. К., молясь о чадородіи, и гдѣ роздали много денегъ бѣднымъ.

63

Г. 1527. В. К. жилъ въ Воробьевѣ до Успенія. Онъ поставилъ на своемъ дворѣ церковь Преображенія, другую у Фроловскихъ воротъ Св. Георгія, а третью Бориса и Глѣба на Арбатѣ. Государь женилъ К. Ивана Пенкова на своей своячинѣ, Княжнѣ Марьѣ. — Архіеп. Макарій въ Новѣгор. поновилъ чудотворную икону Знаменія Богоматери и 20 Окт. поставилъ ее на Ильинѣ улицѣ въ церкви Знаменія, тогда же передѣланной.

Г. 1528. «Пріѣха Владыка Макарій во Псковъ Генв. въ 26, а хотѣлъ жити тамъ мѣсяцъ, и Мисюрь Дьякъ показалъ ему грамоту В. К., что ему велѣно жити 10 дней; и срѣтоша его Намѣстники К. Василей Микулинской и Ив. Вас. Лятцкой и весь Псковъ... Марта 11 преставися Дьякъ Мисюрь и положенъ въ Печерѣ, и нача К. В. животъ его сыскивати, а на его мѣсто прислалъ Володим. Племянникова, и найдоша въ его казнѣ книги вкратцѣ написаны, кому что далъ на Москвѣ Бояромъ или Дьякомъ, и К. В. все то выискалъ на собя, а иное его племянники; и Подъячей Ортюша Псковитинъ, любезный его, на Москвѣ и на пытки былъ; и бысть въ людехъ мятежъ о его животахъ. И быша по Мисюри Дьяки частые и мудрые, а земля пуста; и нача казна В. К. множитися во Псковѣ; а сами ни одинъ не съѣхаша по здорову со Пскова къ Москвѣ, другъ на друга воюя.» В. К. провелъ осень въ Новой Слободѣ, а послѣ заговѣнья ѣздилъ въ Переславль, Ростовъ, Ярославль, на Вологду и въ Бѣлозерскій Кирилловъ монастырь. — Въ Новогор. монастырѣ на Колмовѣ освятили храмъ Успенія; Сент. 9 двѣ церкви у Св. Николая на Полатяхъ во Дворищѣ, Вознесенія и Зачатія Св. Анны; а 13 Сент. Евангелиста Луки на Лубяницѣ въ полѣ. Въ Новѣгородѣ 28 Окт., въ часъ обѣдни, въ церкви Пятницы опустился помостъ у лѣваго крылоса, гдѣ прежде нашли кладъ: народъ бросился изъ церкви, и множество людей задавили, 80 женщинъ и 4 мущинъ; а тѣ, которые послушались Священниковъ и остались въ храмѣ, вышли цѣлы и не вредимы.

Г. 1530. Въ день рожденія Царя Іоанна вылили въ Новѣгородѣ большой колоколъ, какого не бывало.

Г. 1531. По волѣ Государя были принесены 2 ветхія чудотворныя иконы изо Ржевы въ Москву, Параскевы Преподобной и Мученицы, поновлены и назадъ отправлены: а новыя, съ нихъ списанныя, остались въ Москвѣ, въ церкви Параскевы, тогда же созданной близъ Покрова. Сію церковь освятили 27 Ноября и уставили ежегодный въ оную ходъ со крестами. Кострома сгорѣла. — Въ одной лѣтописи сказано, что 15 Авг. Новогородци присягали В. Князю, супругѣ и сыну его Іоанну. Скончался Епископъ Суздальскій въ Москвѣ и погребенъ въ Суздалѣ. Въ Авг. В. К. поставилъ въ одинъ день церковь обѣтную на Ваганковѣ, Усѣкновеніе главы Іоанна Предтечи, заложивъ ее собственными руками; весь Дворъ и городъ были на ея освященіи. — Свирѣпствовала язва въ Ревелѣ. Преставился Пафнутій Боровскій.

Г. 1532. Іюня 22 преставился Іосифъ, Епископъ Смоленскій, и погребенъ въ Смоленскѣ. — Николай Фрязинъ слилъ въ Москвѣ колоколъ въ 500 пудъ. — Совершена церковь Вознесенія въ Коломенскомъ, и Лѣтописецъ говоритъ, что такой великолѣпной еще не бывало въ Россіи. Государь украсилъ ее иконами и сосудами богатыми. 3 Сент. Митрополитъ святилъ ее, а В. К. въ сей день далъ пиръ въ Коломенскомъ, и жилъ тамъ 3 дни. — Государь въ Сент. ѣздилъ къ Троицѣ, былъ въ Слободѣ и 3 Окт. возвратился въ Москву. — Въ Новѣгор. На Павловой улицѣ построены 2 церкви каменныя, Апостола Іакова и Зачатіе, Московскимъ Купцемъ Корюковымъ, а третья деревянная Успенія

64

у каменной стѣны городской, по приказанію В. Князя. Тамъ же сдѣлали мостъ черезъ Волховъ, взявъ изъ казны В. Князя 200 рублей; а нарядчикомъ былъ Филатъ Бобровникъ. Тамъ же Окт. 16 святили церковь Козмы и Даміана въ Кузнецахъ на Гзени.

Г. 1533. 10 Марта выѣхалъ Государь къ Николѣ Заразскому и возвратился 19. Мая 24 была страшная гроза въ Москвѣ. Слитъ въ Москвѣ колоколъ благовѣстникъ (Николаемъ Нѣмчиномъ) вѣсомъ въ 1000 пудъ, и поставленъ на деревянной колокольнѣ. — 30 Авг. преставился Игуменъ Александръ, основатель монастыря на рѣкѣ Свирѣ.

(384) R. M. Comment. стр. 11 и 92. Гербершт. говоритъ, что прежде его описывалъ Россію Николай Кузанъ: извѣстны сочиненія Антонія Кузана, напеч. въ Парижѣ 1513 г.; но въ нихъ не упоминается о Россіи. — Францискъ да-Колло (см. выше, примѣч. 174) говоритъ (л. 51, 52), что воля Государева служитъ въ Россіи вмѣсто писанныхъ законовъ, и что кому Вел. Князь прикажетъ повѣситься, тотъ немедленно исполнитъ надъ собою сей указъ; что никто не смѣетъ называть свое своимъ, а все называется Государевымъ; что имѣніе дѣйствительно переходитъ изъ рукъ въ руки по волѣ Вел. Князя, который возвышаетъ или унижаетъ людей въ одну минуту; что они всегда благодарятъ его, и за милость и за наказаніе.

(385) Тамъ же, стр. 36, 37, и въ прибавленіяхъ къ старому Нѣмецк. переводу Гербершт., напечатанному въ Базелѣ 1567 г. стр. 204. Фр. да-Колло пишетъ о 400, 000 конныхъ воиновъ Россійскихъ, прибавляя, что они служатъ не изъ жалованья, а изъ любви, страха и повиновенія (per amore, timore et obedientia).

(386) См. Павла Іовія стр. 128, и Гербершт. R. M. Comment. 21, 36, 38, 40.

(387) Тамъ же, стр. 42, 45, 49, 53—59, и Пав. Іов. 126—128. Толмачь Димитрій, говоря съ Іовіемъ о нашемъ дикомъ медѣ, разсказывалъ ему, что одинъ крестьянинъ, его сосѣдъ, спустился въ борть и едва не утонулъ въ меду, два дни имъ питался, кричалъ и не могъ вылѣзти вонъ; къ счастію, пришелъ медвѣдь и полѣзъ въ ту же борть задними ногами: крестьянинъ схватилъ его за хвостъ, и страшно закричалъ; медвѣдь испугался, бросился назадъ и вытащилъ крестьянина. — Фр. да-Колло цѣнитъ лучшаго соболя даже во 100 червонцевъ (л. 52 на обор.). Онъ волчьи шкуры называетъ, кажется, собачьими: pelli di cani, che eccedono di bellezza et di pretio le pelli de Lupi ceruieri (рысьи). Далѣе сказываетъ, что большихъ собакъ впрягаютъ въ сани, тамъ, гдѣ ловятъ соболей.

(388) Гербершт. 42. На Псковскихъ монетахъ голова человѣческая представлена такъ грубо, что она казалась Герберштеину бычачьею. На древнѣйшихъ Московскихъ, по его сказанію, изображалась роза

(389) Тамъ же, стр. 56—59.

(390) Тамъ же, стр. 11.

(391) Тамъ же, стр. 41.

(392) Тамъ же, стр. 45, 46, и Контарини въ Бержеронѣ, стр. 53. Фр. да-Колло несправедливо пишетъ, что въ 1518 г. была только одна каменная церковь въ Россіи: Кремлевскій храмъ Успенія. Онъ говоритъ о четырехъ или пяти каменныхъ домахъ, построенныхъ Итал. Архитекторами въ Кремлѣ, и называетъ стѣны его деревянными.

(393) Гербершт. стр. 41—56.

(394) См. сей Исторіи Т. ІІ, въ примѣч. на Рус. Правду.

(395) Гербершт. стр. 36.

(396) Тамъ же, стр. 35, 36—41.

65

(397) Тамъ же, стр. 40. Доказательствомъ, что свободные земледѣльцы продавали себя въ холопство, служитъ 77 статья Судебника, гдѣ сказано: «а которой крестьянинъ съ пашни продастся кому въ полную въ холопи, » и проч.

(398) Тамъ же, стр. 35, 40.

(399) Тамъ же, стр. 36, 40, 56 и выше, примѣч. 277. Всѣмъ извѣстно Бургонское вино, называемое Романеею, la Romanée. Вѣроятно, что его привозили въ Россію Нѣмецкіе купцы. Нынѣ у насъ въ питейныхъ домахъ именуется такъ наливка красная, составляемая изъ вина, черники, клюквы и меду. — Бастръ (у Поляковъ Bastard, Baster, у Нѣмцевъ Bastardwein: см. въ Лексиконахъ Линде и Троца) есть Канарское вино. Имя Мальвазіи не встрѣчалось мнѣ въ древнихъ Русскихъ извѣстіяхъ: не она ли называлась Мушкателемъ? Въ старинныхъ Русскихъ Ариѳметикахъ, писанныхъ въ концѣ XVI вѣка, означена слѣдующая цѣна винамъ: «Ренского вина стопа 11 денегъ, Романеи 10, Бастру два алтына и двѣ деньги» (14 денегъ) «Алкану» (Аликанту?) «по семи денегъ, красново по алтыну.» — Гербершт. говоритъ, что Псковитяне стригли себѣ волосы какъ Поляки, и тѣмъ отличались отъ другихъ Россіянъ. — Выписываю здѣсь, что говоритъ о старинномъ платьѣ Россіянъ Олеарій, бывшій въ Москвѣ при Царѣ Михаилѣ Ѳеодоровичѣ:

«Сверхъ короткой рубашки (у богатыхъ вышитой разными шелками и даже золотомъ, на рукавахъ и на воротникѣ, который выставляется изъ-подъ одежды) они надѣваютъ узкое и короткое полу-кафтанье, едва достающее до колѣнъ и сшитое всегда изъ тонкой матеріи (изъ тафты или атласа) съ бархатнымъ или парчевымъ воротникомъ, высокимъ и стоячимъ, а сверхъ того кафтанъ, по икру, также изъ тонкой матеріи, но всегда стеганый и называемый фереземъ или ферезью; а когда идутъ со двора, тогда всякой наряжается въ кафтанъ длинной, суконной, темносиней или кофейной, иногда же въ парчевой или атласной, съ широкимъ воротникомъ, съ золотыми петлицами и съ длинными сбористыми рукавами. Такихъ богатыхъ кафтановъ хранится множество въ Царской кладовой; въ день аудіенціи даютъ ихъ надѣвать чиновникамъ, и снова запирають въ сундуки. — Бояре, при всякомъ торжественномъ случаѣ, являются въ высокихъ шапкахъ собольихъ и черныхъ лисьихъ; а другіе знатные или богатые люди носятъ обыкновенно бархатныя съ собольею опушкою. Сапоги у нихъ короткіе, по большой части изъ Персидскаго сафьяна, остроносые и съ высокими каблуками. Женщины носятъ ферези, или сарафаны, а сверхъ шубу, или длинное, широкое платье, почти такое же, какъ мущины, съ застежками или съ серебряными пуговицами. Замужнія ходятъ въ шапкахъ съ бобровою опушкою, унизанныхъ жемчугомъ и вышитыхъ золотомъ; а дѣвицы въ большихъ лисьихъ.»

Гваньини, современникъ Царя Іоанна Василіевича, пишетъ, что по указу Государеву запрещалось бѣднымъ наряжаться, и что Москвитяне, видя простаго человѣка въ богатомъ платьѣ, говорили ему: «Откуда взялъ ты, измѣнникъ, такую одежду, которой самъ не стоишь? смѣешь ли наряжаться Паномъ? Вѣрно задумалъ бѣжать въ Литву!» Онъ же сказываетъ, что вороты рубашечные вышивались обыкновенно въ женскихъ монастыряхъ, и что сапоги, всегда подкованные желѣзомъ, не доставали до колѣна. — Флетчеръ, описывая наши обычаи во время Царя Ѳеодора Іоанновича, говорить, что Русскіе богачи носятъ на головѣ подъ шапкою скуфью, Taffia, вышитую золотомъ или шелкомъ съ жемчугомъ; на шеѣ козырь въ 3 или

66

4 пальца, также украшенный жемчугомъ; сверхъ рубашки легкое шелковое полу-кафтанье, Shepon, зипунъ или жупанъ, до колѣна; сверхъ жупана кафтанъ парчевой узкой, застегнутой съ Персидскимъ поясомъ, а за поясомъ ножъ съ вилками; сверхъ кафтана ферезь, или широкую шелковую одежду, подбитую мѣхомъ; сверхъ ферези охабень, Alkaben, или длинное платье съ рукавами и воротникомъ; сверхъ охабня, для выѣзда, однорядку, Honoratkey, суконную или камлотовую, длинную одежду, подобную охабню, но безъ воротника, сапоги сафьянные съ жемчугомъ; нижнее платье парчевое. — Фр. да-Колло пишетъ, что Вел. Князь жаловалъ храбрыхъ, любимыхъ воиновъ одеждами шелковыми, суконными, шубами, коихъ лежало всегда безчисленное множество въ кладовыхъ, занимавшихъ въ Москвѣ цѣлую улицу.

(400) Пав. Іовій, стр. 127.

(401) См. сей Исторіи Т. VI, примѣч. 629. подъ годомъ 1473.

(402) Пав. Іов. de Legat. стр. 129. Фр. да-Колло: «В. К. Василій, вздумавъ жениться, » (это было еще при отцѣ его) «обнародовалъ во всемъ Государствѣ, чтобы для него выбрали самыхъ прекраснѣйшихъ дѣвицъ, знатныхъ и незнатныхъ, безъ всякаго различія. Привезли ихъ въ Москву болѣе пятисотъ: изъ нихъ выбрали 300, изъ трехъ сотъ 200, послѣ 100, наконецъ только десять, осмотрѣнныхъ повивальными бабками; изъ сихъ десяти Василій избралъ себѣ невѣсту, и женился на ней (на Соломоніи): однакожь не имѣлъ удовольствія быть отцемъ, и потому не весьма уважалъ супругу, такъ, что я, находясь въ Москвѣ, долженъ былъ ходатайствовать о свободѣ брата ея, сидѣвшаго въ темницѣ за легкую вину.»

(403) Т. е. которыя горѣли въ навечеріи Богоявленія Христова при освященіи воды. — Сіе описаніе Василіевой свадьбы напечатано въ Древн. Рос. Вивліоѳ. XIII, 5.

(404) Гербершт. R. M. Comment. 92.

(405) Тамъ же, стр. 35.

(406) Павл. Іовія de Legat. стр. 128.

(407) См. тамъ же.

(408) Т. VI, стр. 95.

(409) См. Степен. Кн. ІІ, 205, 206.

(410) Степен. Кн. ІІ, 205, 206, 213.

(411) Сіи двѣ повѣсти: Слово о нѣкоемъ купцѣ и Сказаніе о Дракулѣ, нашелъ я между рукописями купленными Графомъ Ѳедоромъ Андреевичемъ Толстымъ у Княгини Голицыной изъ Архангельской библіотеки К. Дмитрія Михайловича Голицына, о коей упоминаетъ Татищевъ. Списокъ долженъ быть XVII вѣка; но сочиненіе древнѣе. Вотъ начало первой повѣсти: «Бысть нѣкій купецъ богатъ въ Рустѣй земли во градѣ Кіевѣ, именемъ зовомый Дмитрей Басарга, тако нарицаемъ. Сей купецъ много намъ повѣдаше приключавшуюся надъ нимъ бѣду, глаголя, яко бысть мнѣ нѣкогда отплыти въ корабли отъ славнаго Царяграда; пловящу же ми по морю — бѣ бо язъ единъ купецъ; рабовъ же моихъ и наймитовъ въ корабли 150: бѣ бо у меня со мною сынъ мой единочадый семи лѣтъ суще возрастомъ; а товару же много множество — пловящу же ми по морю, возста буря и вѣтръ великъ и волненіе носяще корабль на волнахъ; быше буря 30 дней. Божіимъ же изволеніемъ узрѣхомъ издалеча градъ великъ, » и проч. Загадки Царскія не весьма остроумны и весьма безтолковы. На примѣръ: 1) много ли того, мало ли отъ Востока и до Запада? Отвѣтъ сына Димитріева: «Отъ Востоку и до Западу ни много, ни мало: день съ ночью.» 2) Что есть: днемъ десятая часть по міру прибываетъ? Отвѣтъ: «десятая часть по міру днемъ убываетъ

67

изъ моря изо всего, и изъ рѣкъ и изъ озеръ, на всякъ день солнцемъ усыхаетъ, а десятая часть прибываетъ нощію изо дна моря.» 3) Что есть то, чтобъ тобѣ поганой не смѣялся? Сынъ Дмитріевъ выпрашиваетъ у Сміяна корону, скипетръ, порфиру, мечь булатный, отсѣкаетъ Царю голову и говоритъ: «се язъ отгонулъ загадку твою, чтобы ты, поганой, не смѣялся!»

Герой второй сказки, Дракула или Драгулъ (какъ его называетъ Византійскій Историкъ Дука, въ гл. XXVIII) былъ побочной сынъ Воеводы Волошскаго, Мильцы; служилъ Императору Греческому; разбилъ наслѣдника и внука Мильцына, Дама; отсѣкъ ему голову и сдѣлался Господаремъ Волошскимъ. Онъ дѣйствительно былъ тиранъ. — Въ примѣръ слога выписываемъ нѣсколько строкъ:

«Нѣкій купецъ приде отъ Угорскіе земли: оставилъ возъ свой на улицы во градѣ предъ полатою и товаръ свой на возѣ, самъ спяше въ полатѣ, и пришедше нѣкто, украде его злато. Купецъ же пойде къ Дракулѣ и повѣда ему изгубленіе злата. Поди: въ сію нощь обрящеши злато — и повелѣ по всему граду искати татя, глаголя: аще не обрящетца злато, весь градъ погублю — и повелѣ свое злато принести положити на возу нощію, и приложи едину златницу. Купецъ же вставъ и обрѣте единъ лишній златникъ, и шедше къ Дракулѣ

68

рече: Государь! обрѣтохъ злато свое все; единъ лишній, а не мой. Тогда приведоша татя со златомъ, и глагола Дракула купцу: иди съ миромъ; аще бы еси не повѣдалъ злата, то и тебя бы повелѣлъ съ татемъ симъ на колъ посадити

(412) Гербершт. R. M. Comment. стр. 74.

(413) Тамъ же, стр. 76. Гербершт. прибавляетъ, что Ханъ имѣлъ обыкновенно четырехъ Совѣтниковъ для рѣшенія важнѣйшихъ дѣлъ: первый именовался Ширни, вторый Барни, третій Гаргни, четвертый Кипчанъ. Въ Крымскихъ Дѣлахъ No 8, л. 97, упоминается о сихъ четырехъ главныхъ совѣтникахъ Ханскихъ, или Карачахъ: о Ширинѣ, Барынѣ, Аргынѣ, Кыпчанѣ.

(414) Тамъ же, стр. 60 и 89. — Лербергъ, въ своемъ разсужденіи о землѣ Югорской, догадывается, что подъ именемъ черныхъ людей Сибирской торговли надобно разумѣть Индѣйцевъ или Бухарскихъ купцевъ, а Грустинцы должны быть Gaustinzi, о коихъ упоминаетъ Штраленбергъ въ описаніи Сибири, и которые жили близъ Томска: Татары идолопоклонники, числомъ до двухъ сотъ семействъ. Миллеръ въ своей Сибирской Исторіи называетъ ихъ Евштинцами (см. Лерберг. Untersuch). 38 и слѣд.). — Гербертшеинъ зналъ Географію Россіи лучше, нежели Фр. да-Колло: послѣдній говоритъ нелѣпости о теченіи Дона, Волги, Двины (см. его Trattamento etc. л. 56).

КОНЕЦЪ ПРИМѢЧАНІЙ VII ТОМА.



Н.М. Карамзин. История государства Российского. Примечания к 7 тому // Карамзин Н.М. История государства Российского. М.: Книга, 1988. Кн. 2, т. 7, с. 1–68 (7—я паг.). (Репринтное воспроизведение издания 1842–1844 годов).
© Электронная публикация — РВБ, 2004—2019. Версия 2.0 от от 11 октября 2018 г.

Загрузка...
Loading...
Loading...
Loading...