Пожалуйста, прочтите это сообщение.

Обнаружен блокировщик рекламы, препятствующий полной загрузке страницы. 

Реклама — наш единственный источник дохода. Без нее поддержка и развитие сайта невозможны. 

Пожалуйста, добавьте rvb.ru в белый список / список исключений вашего блокировщика рекламы или отключите его. 

 

×


ПРИМѢЧАНІЯ

КЪ X ТОМУ

ИСТОРІИ ГОСУДАРСТВА РОССІЙСКАГО.

4

(1) Тацитъ.

(2) «Іоаннъ» — говоритъ Петрей, стр. 256 — часто укорялъ Ѳеодора тѣмъ, что онъ созданъ быть звонаремъ, а не Царемъ» (daß er eines Glöckners Sohne gleicher wäre, als eines Großfürsten): ибо Ѳеодоръ любилъ звонить въ колокола, пріученный къ тому самимъ отцемъ: см. Т. IX, стр. 51. — Въ Написаніи о Царехъ Московскихъ (Русск. Достопамят. 173); «о мірскихъ же ни о чемъ (Ѳеодоръ) попеченіе имѣя.» Патріархъ Іовъ въ своей Повѣсти (см. Никон. Лѣт. VII, 319): «Аще бо и безчисленными изрядными и многоцѣнными красными вѣка сего обимаемъ бѣ, но ни о единомъ же ихъ прилѣжнѣ внимая... но Богу повсегда умъ свой вперяше ... тѣло же убо свое повсегда удручаше церковными пѣніи, и дневными правилы, и всенощными бдѣніи, и воздержаніемъ и постомъ.» Въ Морозов. Лѣт.: «не радѣ о земномъ мимоходящемъ царствіи.»

(3) См. Написаніе о Царехъ, въ Русск. Достоп. 173. Въ Флетчерѣ C. W, 110: of a meane stature, sonewhat luwe and grosse, of a sallowe complexion and inclining to the dropsie (Ѳеодоръ склоненъ къ водяной болѣзни), hawke nosed (у него ястребиный носъ), unsteady in his pase by reason of some weakenes of his lims, heavie and unactive, yet commonly smiling almost to a laughter. Въ Москов. Архангельскомъ Соборѣ, надъ гробницею Ѳеодора, видимъ его изображеніе.

(4) Въ Морозов. Лѣт. (и во многихъ другихъ): «Умилосердися Господь Богъ на люди своя, и возвеличи Царя и люди, и повелѣ ему державствовати тихо и безмятежно... и дарова всякое изобиліе и немятежное на землѣ Русской пребываніе, и цвѣтяше и возрасташе веліею славою. Начальницы же Москов. Государства, Князи и Боляре, и Воеводы и все православное Христіанство начаша отъ скорби бывшія утѣшатися, и тихо и безмятежно жити, хваляще всещедраго Бога за дарованное благодѣяніе его.»

(5) См. Т. IX, стр. 256. Отецъ К. Ив. Мстиславскаго былъ женатъ на племянницѣ Вел. Князя Василія Іоан., Анастасіи, дочери Царевича Петра. — О человѣколюбіи Никиты Романов. см. Т. IX, стр. 133.

(6) Въ Никон. Лѣт.: «По преставленіи Царя» (въ Розрядн. Кн.: за три часа до вечера) «тое жь нощи Б. Ѳ. Годуновъ съ совѣтники возложи измѣну на Нагихъ... и иныхъ многихъ поимаху, коихъ жаловалъ Царь Иванъ, и разослаша по городамъ и по темницамъ, а иныхъ за приставы, и домы ихъ разориша.» Горсей въ Гаклуйт. Navig. 525: there was some tumult and uprore among some the nobilitie and cominaltie, which notwithstanding was quickly pacified.

(7) См. Горс. Coronation of Phed. Ivan. въ Гаклуйт. 526. Тамъ сказано: to see, what speede and policie was in this case used, was a thing worth the beholding.

(8) См. тамъ же, и Собр. Государствен. Грамотъ II, 72. Горсей ставитъ число: the 4 of May a parliament was held, wherein were assembled the Metropolitane, Archbishops, Bishops, Priors, and chiefe clergiemen, and all the nobility whatsoever (вѣроятно, люди воинскіе, приказные и купеческіе). Въ Никон. Лѣт.: «придоша въ Москвѣ изо всѣхъ городовъ и молили со слезами Царевича Ѳед. Ив., чтобы не мешкалъ, сѣлъ на Государство и вѣнчался Царскимъ вѣнцомъ.»

6

(9) Въ Морозов. Лѣт.: «И лобызавъ его (Ѳеодоръ Димитрія)... и вельми прослезився... и послахъ съ матерію на Угличь, и съ нею родъ ея, Нагихъ: отца ея Ѳеодора, Аѳанасья, да Андрея, да Семена Нагихъ, и до Углича провожати его (Димитрія) Бояръ своихъ, изъ Царскаго Двора Стольниковъ и Стряпчихъ, и Дворянъ Московскихъ, и Жильцовъ 200 человѣкъ, и для обереганія и ради Царскія чести четыре Приказа Стрѣльцовъ, Московскихъ Приказъ, Приказъ конныхъ, два Приказа пѣшихъ.» Горсей въ Гаклуйт. Navig. 526: sent with her father Ph. Ph. Nagay et that kindred, being 5 brothers, with officers of all sortes appointed, having allowance of apparell, iewels, diet, horse etc.

(10) См. Никон. Лѣт. и другія. Въ Латухин. Степен. Кн.: «Діаволъ вложи мнѣніе въ народѣ, яко Бѣльской со своими совѣтники извелъ Царя І. В... и Царство Московское прочитъ совѣтнику своему, Борису Годунову: начальницы же, глаголютъ, тому по заводу Шуйскихъ Бояръ были Рязанцы Ляпуновы и Кикины.» Сей мятежъ былъ еще до коронаціи Ѳеодоровой, при Англ. Послѣ Баусѣ (см. Гаклуйт. Navig. 521) около 10 Мая (см. Дѣла Англ. No 1, л. 232). Умалчиваю о несправедливыхъ сказаніяхъ Одерборна и Петрея. Гейденшт. (Rerum Polon. 225) разсказываетъ басню, что Московскіе Бояре въ Думѣ, въ присутствіи Литовскаго Посла Сапѣги, бранились съ Бѣльскимъ, обнажили сабли и человѣкъ двадцать изрубили. Сапѣга не бывалъ въ Думѣ, имѣвъ переговоры единственно съ Дьякомъ Щелкаловымъ и съ нѣкоторыми ея Членами особенно (см. ниже).

(11) См. Бауса въ Гаклуйт. Navig. 521.

(12) См. Розрядн. Кн. сего и слѣдующихъ годовъ. Въ 1591 г. Бѣльскій уже опять находился въ столицѣ, и называется снова Оружничимъ, въ росписи сановниковъ при защитѣ Москвы отъ Хана.

(13) Баусъ въ Гаклуйт. Navig. 521. Въ разныхъ лѣтописяхъ сказано, что Борисъ умеръ пятидесяти-трехъ лѣтъ: Горсей считалъ его годами тремя старѣе. Въ Морозов. Лѣт.: «Бысть бо вышереченный Борисъ Ѳедоровичь одаренъ отъ Бога возрастомъ и человѣчествомъ и умомъ паче всѣхъ человѣкъ: образомъ своимъ и дѣлы множество людей превосшедъ, и никто же бѣ ему отъ Царскаго Сигклита подобенъ во благолѣпіи лица его и въ разсужденіи ума его, и велерѣчивъ зѣло, и многое дивное о себѣ творяше во дни власти своея... Но врагъ свою злобу въ немъ положи, лукавство и властолюбіе: Богъ убо человѣка устрояетъ на добро, а врагъ поощряетъ на зло — а сей Борисъ не уклонися на добродѣтель, но уклонися на лукавство, и на вражіе коварство умъ свой изострилъ.»

(14) Въ Горсеев. Coronation of Ph. 526: the time of mourning being expired, called Sorachyn (сорочины), the day of the solemuizing of this coronation was come, being upon the 10 day of June, Sunday (по нашему Стилю 31 Мая: см. Дѣла Польск. No 15, л. 101). Въ Ядрѣ Росс. Исторіи замедленіе коронаціи приписано мятежу народа Московскаго.

(15) См. Одерборна.

(16) См. Латухина Степен. Кн. и другія Лѣтописи, Горсея, Одерборна, и въ Собр. Госуд. Грамотъ II, 72, гдѣ въ описаніи Ѳеодорова вѣнчанія сказано: «Посреди Соборныя церкви уготоваютъ Царскій чертогъ, у него же 12 степеней, и облекутъ его все червленнымъ червцемъ, и отъ того мѣста постилаютъ червчатъ поставъ до Царскихъ дверей, и поставляютъ налой съ паволокою близъ

7

оныхъ, вельми украшенъ, на немъ же стояти животворящ. кресту и Царскому сану; и на чертожномъ мѣстѣ учинятъ два стула, Царю да Митрополиту, и отъ того мѣста поставляютъ по обою страну двѣ великія скамьи съ драгими полавочники до налоя, гдѣ стояти Священ. Собору. Потомъ уготоваютъ Царское мѣсто на десной странѣ, и отъ того мѣста постилаютъ червчатъ поставъ до Царск. дверей, а сверхъ постава бархаты червчаты... И приходитъ Митрополитъ въ Соборную церковь... Тогда Царь, пріимъ Св. крестъ и свой Царскій санъ на златомъ блюдѣ, съ златою паволокою, на ней же саженъ крестъ съ бисеромъ, дастъ Отцу Духовному, Протопопу Елевѳерію Благовѣщенскому; онъ же поставляетъ у себя на верхъ главы; да съ нимъ же отпускаетъ съ Царскимъ скипетромъ Конюшего своего» (т. е. будущаго: см. Горсея въ Гакл. Navig.) «да двухъ Казначеевъ, да двухъ Дьяковъ... И во вся колокола звонятъ ... и пріидутъ къ южнымъ вратомъ Соборной церкви; и Митрополитъ и вси Святители срѣтаютъ у вратъ, и Архидіаконъ кадитъ. Протопопъ снимаетъ съ главы крестъ и санъ, и держитъ на рукахъ, и два Архіепископа пріимаютъ ихъ и приносятъ къ Митрополиту, и Митрополитъ шедъ поставляетъ на налой среди церкви ... и кадить крестообразно... и цѣлуетъ образ Спасовъ на той Св. бармѣ, и Царскій вѣнецъ: скипетръ же поставляетъ у налоя... а около налоя предстоятъ Вельможи посланные и брегутъ, чтобы никто отъ простыхъ людей не прикоснулся того сана и вѣнца. И тогда Царь исходитъ изъ своихъ полатъ ... предъ нимъ Духовникъ его со крестомъ со Святою водою, да кропитъ крестообразно до церкви; а за Царемъ Бояре и Вельможи ... и всенародное множество... По обоимъ странамъ Окольничіе и прочіе чиновники... И егда впидетъ Царь въ церковь, Дьяки поютъ многолѣтіе ... Идетъ Царь молитися и знаменатися къ Св. иконамъ, и къ Митрополиту благословитися ... и отходитъ на свое мѣсто. Митрополитъ же стоитъ у своего мѣста, у крилоса, съ Освящ. Соборомъ ... и поютъ молебенъ Богородицѣ и Чудотворцу Петру. Тогда Окольничіе и прочіе чиновники ходятъ по всей церкви и уставляютъ народъ, чтобы стояли съ молчаніемъ и цѣломудріемъ ... Митрополитъ посылаетъ Архимандрита, да Игумена, да двухъ Ключарей, да двухъ Діаконовъ по всей же церкви говорити, чтобы всѣ стояли со страхомъ и молили Господа за Царя... И по совершеніи молебна пойдутъ Царь и Митрополитъ на уготованное мѣсто и сядутъ... Святители по своимъ мѣстомъ; а за Царемъ съ десные страны стоятъ Бояре... Бываетъ же тогда великое молчаніе... И Царь и Митрополитъ, посѣдѣвъ мало, встанутъ, и Царь говоритъ рѣчь... Отецъ нашъ, оставль земное царство, меня при себѣ еще и послѣ себя благословилъ Вел. Княжествомъ Владимірскимъ и Московскимъ... и велѣлъ мнѣ помазатися и вѣнчатися, и именоватися въ титлѣ Царемъ, по древнему нашему чину; да о томъ и въ духовной написалъ.» Слѣдуетъ рѣчь Митрополита. Далѣе: «И потомъ Митрополитъ велитъ двумъ Архимандритомъ да Игуменомъ большимъ принести крестъ на златомъ блюдѣ... и Архіеп. и два Епископа у нихъ возьмутъ крестъ, да приносятъ къ Митрополиту, и онъ покланяется трижды кресту, и поцѣловавъ, да благословитъ Царя... и возлагаетъ ему на выю... Малая ектеніа ... и Митрополитъ возложитъ на верхъ главы Царя руку и глаголетъ: Господи! услыши молитву нашу и виждь отъ Св. жилища Твоего благовѣрнаго раба Своего, Царя и В. К. Ѳеодора... И посылаетъ двухъ же

8

Архимандритовъ по бармы... и Митрополитъ покланяется имъ и цѣлуетъ ихъ, и повелѣваетъ Царю, перекрестився, ихъ цѣловати, и возлагаетъ на него» (слѣдуетъ новая молитва)... «И Митрополитъ посылаетъ всѣхъ Архимандритовъ и Игуменовъ по Царскій вѣнецъ... и Архіепископы со всѣми Епископы» (взявъ отъ Архимандритовъ) «принесутъ къ Митрополиту, и Митрополитъ, перекрестивъ рукою, цѣлуетъ и благословитъ Царя, глаголя: во имя Отца и Сына и Св. Духа, и возлагаетъ на него... и пріимъ за десную руку, поставляетъ его на Царскомъ мѣстѣ. И Царь противъ Митрополита поклонъ творитъ, мало скрывъ Царскаго вѣнца» (т. е. не много приподнявъ)... И посылаетъ Митроп. по скипетръ .... да перекреститъ и вдаетъ его Царю, глаголя: блюди и храни его, елика твоя сила. Царь же покланяется, не снимая вѣнца. И потомъ Архіепископы и Епископы, вшедъ на Царское мѣсто, да благословятъ Царя, и отшедъ покланяются ему. Царь же малъ поклонъ творитъ, не снимая вѣнца. И Митрополитъ, пріимъ его за десную руку, посадитъ на мѣстѣ, и сядетъ на своемъ... и посѣдѣвъ мало, встанутъ, и Архидіаконъ начнетъ ектенію... Митрополитъ глаголетъ молитву (Богоматери)... И по молитвѣ сядутъ... И Архидіаконъ взыдетъ на амвонъ и глаголетъ велегласно многолѣтіе Царю... и поютъ ему многолѣтіе... И Митрополитъ, вставъ, призываетъ весь Освящ. Соборъ, и покланяются и поздравятъ Царя... И потомъ Бояре и вси людіе... и поучаетъ Митрополитъ Царя о полезныхъ... Сохрани Вѣру Греческаго Закона чисту и непоколебиму... люби милость и судъ правый... ко всѣмъ святымъ церквамъ имѣй вѣру... и ко святымъ монастырямъ ... и къ нашему смиренію и ко всѣмъ своимъ богомольцамъ духовное повиновеніе ... кто честь воздаетъ Святителю, та честь самому Христу восходитъ... Братію свою по плоти люби и почитай... Бояръ же и Вельможъ жалуй и береги по ихъ отечеству; ко всѣмъ же Княземъ и Княжатамъ, и Дѣтемъ Боярскимъ и ко всему воинству буди приступенъ, и привѣтенъ; всѣхъ же Христіанъ блюди и жалуй... за обидимыхъ стой Царски и мужески, по вашему исконному Царскому жребію и отечеству... Васъ бо Господь въ Себе мѣсто избра на земли, и на Свой престолъ вознесъ, милость и животъ положи у васъ... Вамъ подобаетъ, пріемше правленіе человѣческаго рода отъ Вышняго, не токмо о своихъ пещися, и свое точію житіе правити, но и все обладаемое отъ треволненія спасати, и боятися серпа небеснаго... Яко же бо солнцу на земли не сущу, темно есть все и неразсудно, сице и наказанію въ душѣ не сущу, размѣшено все... Едина бо точію добродѣтель безсмертна... Языка лстива и слуха суетна не пріемли, ниже оболгателя слушай, ни злымъ вѣры емли... Любомудру ти быти подобаетъ, или мудрымъ послѣдовати, на нихъ же яко на престолѣ Богъ почиваетъ. Не тако красная міра вся, яко же добродѣтель краситъ Царя ... раздавай саны туне, а не на дарѣхъ: еже бѣ цѣною купивый власть, мздовозданію надѣяся, ко мздопріятію безъ боязни зритъ. Аще бо и неприступенъ еси нижняго ради царства, но удобьприступенъ буди горняя ради власти ... Аще хощеши милостива имѣти себѣ небеснаго Царя, милостивъ буди и ты... И благословляетъ Царя крестомъ, и паки глаголетъ: буди на тебѣ милость Божія... и на Царицѣ Иринѣ, и на вашихъ чадѣхъ ... и узриши сыны сыновъ твоихъ и устроитъ Господь Царство твое мирно и вѣчно, въ родъ и родъ и на вѣки. И вси людіе рекутъ: будетъ и будетъ многолѣтно!... И Царь пойдетъ на свое мѣсто, и начинаютъ Литургію.

9

И Митрополитъ посылаетъ съ Архидіакономъ къ Царю Св. Евангеліе, и Царь, снемъ съ себя вѣнецъ, цѣлуетъ Евангеліе, и егда Архидіаконъ начинаетъ чести оное, Царь поставляетъ вѣнецъ на златомъ блюдѣ; и егда прочтетъ, да приноситъ паки къ Царю: Царь цѣлуетъ и покланяется, и паки вѣнецъ на главу возлагаетъ. И егда на Херувимской пѣсни выходъ творятъ, онъ поставляетъ вѣнецъ на златомъ блюдѣ, и поклоняется трижды до земли, и паки возлагаетъ вѣнецъ. И послѣ Митрополитъ, пріимъ свѣщу, въ Царскихъ дверехъ осѣняетъ крестообразно; и приходитъ Царь, и Митроп. благословляетъ его крестомъ и возлагаетъ на него цѣпь злату, Аравійскаго злата, что прислалъ Константинъ Мономахъ съ бармами... И отходитъ Царь на свое мѣсто. И егда речетъ Святитель: Изрядно! тогда Царь паки снимаетъ вѣнецъ и поклоняется трижды до земли... И егда Митрополитъ причастится Божественнымъ Тайнамъ, и повелѣваетъ отверзти Царскіе двери, и постилаютъ коверъ новъ предъ дверми, и на него возлагаютъ покровъ новъ отъ бархата червчата, и отъ него постилаютъ бархаты и камки до самаго Царя. И Митроп. посылаетъ Архидіакона и Протодіакона звати Царя на помазаніе и ко причастію; они же исходятъ Сѣверскими дверми и идутъ по десной странѣ уготованнаго Царскаго пути, и поклоняются Царю ниже пояса... и отходятъ. И Царь пойдетъ ... и никто же дерзнетъ съ своихъ мѣстъ преступати... И егда Царь пріидетъ къ Царскимъ дверемъ, и Митрополитъ станетъ въ нихъ, и принесутъ ему Святители великое мѵро... и Царь отдаетъ скипетръ держати сроднику своему, и сниметъ съ главы вѣнецъ, и поставляетъ на златомъ блюдѣ, и велитъ держати сродичемъ своимъ или двумъ большимъ Стратигомъ... И Митроп. помазуетъ его, на челѣ и на обою ушію, и на персехъ, и на плещу, и на обою руку на дланяхъ, и отъ другую страну... и пріемлетъ вамбакъ (губку) чистъ и отрыетъ святая она помазанія, да нѣкако что на землю падетъ, и сожизаетъ его въ мѣстѣ сокровеннѣ во олтари... и абіе причащаетъ его. И тогда Царь вѣнецъ возлагаетъ на главу и пріемлетъ скипетръ въ десную руку, и отходитъ радуяся на свое мѣсто; и имѣетъ у себя ручникъ платенъ чистъ, и симъ обрысовается, сіирѣчь утирается, или ястъ или піетъ: не омывати же его никако до осмаго дне; въ осьмый же день, окупався, налагаетъ другая одѣянія; первое жь, въ немъ же бѣ, испираетъ, сіирѣчь омываетъ въ рѣцѣ со всякимъ страхомъ, яко да ничто отъ сихъ попираемо будетъ ногами. Митрополитъ же, совершивъ Литургію, станетъ въ Царскихъ дверехъ, и Царь пріемлетъ отъ него Св. дору и отходитъ. И егда Митроп. отпустъ сотворитъ, и тогда исходитъ изъ олтаря со всѣмъ Соборомъ и пойдетъ одинъ Царскимъ путемъ съ просфирою къ Царю; прочіе же Святители по обѣ страны грядутъ... и поздравляютъ Царя. Царь же, пріимъ просфиру, зоветъ ихъ хлѣба ясти... И Митрополитъ благословляетъ его крестомъ... и Царь идетъ въ вѣнцѣ и въ бармахъ южными дверми къ церкви Архистратига ... и на мосту, отъ площади, осыпати его златыми денгами и серебряными трижды сроднику его или Вельможѣ нѣкоему... Путь же весь постланъ червчатыми поставы. А за Царемъ идутъ Бояре и Князи... и многое множество... И въ церкви Архангела ектеніа, и благословится Царь отъ Протопопа крестомъ, и знаменуется у иконъ и прикладывается у гробовъ Великихъ Князей, не снимая вѣнца ... и въ дверехъ его осыпати денгами... и Царь идетъ къ Благовѣщенію... и какъ ступить отъ Благовѣщенія на площадь и придетъ къ средней лѣствицѣ, и тутъ осыпати его

10

денгами... и въ свои палаты отходитъ... И тогда въ Соборной церкви Царскій постланный оный путь поднимаютъ на то уготованныи чиновники... и Царское мѣсто весь народъ обдираетъ, кождо что возметъ на честь Царскаго поставленія, опроче постланныхъ бархатовъ и камокъ, понеже бархаты и камки прежъ того съ Царскими Святительскими мѣсты поднимаются — и потомъ вси Царстѣй трапезѣ пріемни бываютъ: пиру жь зѣло честну и велику сотворяему новымъ Царемъ ... нищіи же паче довольно учреждаеми бываютъ.»

(17) Въ Горсеев. Coronation въ Гаклуйт. 527: His staffe imperiall in his right hand of an unicornes horne (единорога; но симъ именемъ называется особенный родъ китовъ). Сей скипетръ, осыпанный драгоцѣнными каменьями, былъ длиною въ 31/2 фута, купленъ Іоанномъ въ 1581 году у купцевъ Аугсбургскихъ за 7000 фунтовъ стерлинговъ (markes sterling), а ими у Горсея, который сказываетъ, что одежда Ѳеодорова вѣсила не менѣе двухъ сотъ фунтовъ; что 6 Князей держали хвостъ мантіи Царской, а Дм. Ив. Годуновъ, Никита Романовичь, Степанъ, Григорій и Иванъ Васильевичи Годуновы шесть коронъ: какихъ же?

(18) Горсей пишетъ (въ Гаклуйтѣ 527), что одежда и древняя конская збруя Князя Ив. Мих. Глинскаго стоили 100, 000 фунтовъ стерлинговъ: whose (Глинскаго) robe, horse and furniture was in register found worth one hundred thousand markes sterling, being of great antiquitie.

(19) Тамъ же: the Empresse, being in her pallace, was placed in her chaire of Maiesty (на тронѣ?) also before a great open window: most precious and rich were her robes and shining to behold, with rich stones and orient pearle beset; her crowne was placed upon her head, и проч.

(20) См. тамъ же, стр. 528. Стрѣльцевъ было 20, 000, а всадниковъ 50, 000 (and so the Emperor accompanied with all his princes and nobles, at the least 50 thousand horse departed through the city to his pallace).

(21) Горсей (тамъ же, стр. 528) разсказываетъ, что вмѣстѣ съ нимъ былъ у Царя славный Нидерландскій купецъ, Johu de Wale (см. Т. IX, примѣч. 842), коего хотѣли вести перваго къ трону; но Горсей спорилъ, не уступая ему сей чести, и Ѳеодоръ принялъ де-Валя уже послѣ Англійскихъ купцевъ.

(22) См. тамъ же, стр. 529, и Т. IX, 256.

(23) Послѣ Іоанна остались Бояре: 1) К. Ив. Ѳед. Мстиславскій; 2) Никита Роман. Юрьевъ-Захарьинъ; 3) К. Ѳед. Мих. Трубецкій; 4) Богданъ Юр. Сабуровъ; 5) К. Ѳед. Ив. Мстиславскій; 6) К. Вас. Ѳед. Скопинъ Шуйскій; 7) К. Вас. Юр. Голицынъ; 8) К. Ив. Петр. Шуйскій; 9) Дм. Ив. Годуновъ; 10) Борисъ Ѳед. Годуновъ; 11) К. Петръ Ив. Татевъ. Ѳеодоромъ пожалованы въ Бояре: 1) К. Григ. Андр. Куракинъ; 2) Степ. Вас. Годуновъ; 3) Ѳед. Вас. Шереметевъ; 4) К. Дм. Ив. Хворостининъ; 5) Дворецкій Григ. Вас. Годуновъ; 6) К. Вас. Ив Шуйскій; 7) Ив. Вас. Годуновъ; 8) К. Никита Ром. Трубецкій; 9) К. Андрей Ив. Шуйскій; 10) К. Ѳед. Дм. Шестуновъ; 11) К. Андрей Петр. Куракинъ.

Вотъ родство Годуновыхъ:

Григорій
Петръ
 
Иванъ
Василій
Ѳедоръ
Дмитрій
Степанъ, Григорій, Иванъ.
Борисъ, Ирина.

О награжденіи К. Ив. Петр. Шуйскаго см. ниже, въ примѣч. 148.

11

(24) Въ Дѣлахъ Англ. No 1, л. 349 (въ грамотѣ Ближняго Дьяка Андр. Щелкалова къ Елисаветинымъ Министрамъ): «къ Великому Боярину и къ Конюшему и Намѣстнику Казанскому Борису Ѳед. Годунову.» Въ другихъ грамотахъ онъ называется Ближнимъ Бояриномъ. См. также Горсея въ Гаклуйт. 527.

(25) Флетчеръ (Of the Russe Common-Wealth 28): Годуновъ имѣетъ ежегоднаго доходу съ своихъ вотчинъ въ Вязьмѣ и Дорогобужѣ 6000 рублей, отъ Конюшенныхъ слободъ, луговъ и пчельниковъ Москвы-рѣки (вверхъ на 30, внизъ на 40 верстъ) 12, 000 рублей или марокъ, жалованья отъ Царя 15, 000 p., съ уѣзда и города Ваги (или Шенкурска) 32, 000 p., съ Рязани и Сѣверы 30, 000 p., съ Твери и Торжка 8000 р., съ Московскихъ бань 1500 p., кромѣ того, что даютъ ему помѣстья.» Горсей (въ Гакл. 528): «Область Важская ежегодно приноситъ Годунову тридцать пять тысячь марокъ (или рублей): что не составляетъ ни пятой части его дохода.»

(26) Горсей (въ Гакл. 528): he and his house be of such authoritie and power, that in 40 dayes warning they are able to bring into the fielde 100 thousand souldiers well furnished; т. e. въ сорокъ дней Годуновъ съ своими ближними могъ вывести въ поле 100 тысячь вооруженныхъ людей.

(27) Такъ обыкновенно именуетъ Бориса Патріархъ Іовъ (Никон. Лѣт. VII, 337, 340, 355); на примѣръ: «Царь повелѣ изрядному Правителю и своему шурину... Царь отпусти изряднаго своего Правителя Бор. Ѳед.... изрядный же Правитель, Бор. Ѳед.» И въ дѣлахъ Посольскихъ встрѣчается это имя. Горсей (въ Гакл. 527): Boris was made Lieutenant of the Empire. Петрей (Musskow. Chron. 256) разсказываетъ, что Бояре, зная Ѳеодорову слабость, въ общемъ совѣтѣ съ Царемъ избрали Годунова ему въ помощники; что Ѳеодоръ всталъ съ мѣста, надѣлъ золотую цѣпь на своего шурина и сказалъ: «Борисъ! съ сею цѣпію даю тебѣ санъ Правителя, желая, чтобы ты всю тягость власти снялъ съ моей шеи на свою, всѣ дѣла маловажныя рѣшилъ самъ, а въ важныхъ относился ко мнѣ, Царю и Помазаннику.» Золотую цѣпь Великокняжескую надѣлъ Ѳеодоръ на Бориса гораздо послѣ, какъ увидимъ. Шведъ Петрей (Petrus Petrejus) былъ нѣсколько разъ посыланъ въ Россію Карломъ IX во время Самозванцевъ и сообщаетъ весьма подробныя извѣстія о тогдашнихъ происшествіяхъ, называя себя очевидцемъ; но всѣ его любопытныя сказанія взяты имъ изъ рукописной Московской Хроники Мартина Бера (не Конрада Буссау, какъ пишетъ Кельхъ), уроженца Нейштатскаго, Пастора Лютеранской церкви въ Москвѣ при Годуновѣ и Лжедимитріи (см. P. Petrei Chron. 276). И такъ, ссылаясь на Петрея, мы ссылаемся на Бера, коего лѣтопись Нѣмецкую съ Латинскимъ заглавіемъ (Chronicon Muscoviticum, contiuens res a morte Ioannis Basilidis Tyranni, omnium quos sol post natos homines vidit, immanissimi et truculentissimi an. Christi 1584—1612) получилъ я отъ Е. С. Графа Николая Петровича Румянцова.

(28) См. въ Гаклуйтѣ стр. 528.

(29) См. T. VIII, 36, 66 и Гакл. 529. Горсей славитъ здѣсь мудрость Царицы Ирины.

(30) См. Т. IX, 246, Никон. Лѣт. VIII, 7, и Латухина Степен. Кн., гдѣ сказано: мудрымъ смысломъ Бориса Годунова.» Въ Іюлѣ 1584 былъ посланъ на Черемисскихъ мятежниковъ Окольничій К. Дм. Елецкій, а въ Окт. К. Ив. Ноготковъ (см. Розрядн. Кн.). Въ Дѣлахъ Польск. No 15, л. 427: «Дальніе волости Луговые, которые поддались ко Сибири, учали было воровати, и Государь посылалъ Воеводъ, К. Дм. П. Елецкого съ товарищи,

12

и воровъ перевѣшали, а въ большой волости, въ Тутаевѣ, отъ которой все воровство ставалось, городъ поставили.» Съ Розрядн. Книгахъ упоминается въ 1592 г. о бунтѣ двѣнадцати волостей въ землѣ Луговыхъ Черемисовъ, для усмиренія коихъ посыланы Воеводы Владим. Вас. Головинъ, Ѳед. Вас. Годуновъ и Петръ Вас. Головинъ.

(31) Въ Строганов. Лѣт.: «Въ лѣто 7094, послѣ Семенова дни» (въ 1585 г.) «посла Государь съ Москвы Воеводу Ив. Мансурова со многими воинскими людми, и той пришедъ на Туру рѣку, и ту срѣтоша великаго Атамана, Матвѣя Мещеряка.» Ремезов. Лѣт. сказываетъ, что у Мансурова было только 100 человѣкъ съ пушками; что онъ на Иртышѣ узналъ отъ Татаръ о бѣгствѣ Россіянъ изъ Сибири, и поплылъ къ Оби.

(32) См. Т. IX, 220.

(33) Въ Есипов. Лѣт.: «Въ лѣто 7093 (1585) присланы съ Москвы Воеводы Вас. Борис. Сукинъ да Иванъ Мясной, да Писменной Голова Данило Чулковъ, и построили на Турѣ градъ Тюмень и въ немъ церковь, идѣже у поганыхъ былъ градъ Чингій» (по Ремезов. Лѣт., они имѣли не болѣе трехъ сотъ воиновъ и начали строить городъ 29 Іюля 1581). «Въ лѣто 7095 (1587) Данило Чулковъ съ Тюмени посланъ со многими ратными людми... и противъ Тобольскаго устья воздвигоша градъ Тоболескъ, и въ немъ церковь Живоначальныя Троицы» (или Вознесенія, какъ въ другомъ спискѣ). Въ Строганов. Лѣт.: «Государь прислалъ съ Москвы въ Сибирь Воеводу Дан. Чулкова со многими людми воинскими ... Татарове же избѣгоша изъ града своего стольнаго Сибири ... Рустіи же вои пріидоша и утвердиша градъ крѣпко, идѣже нынѣ именуется градъ Тоболескъ. Умысли же Сейдякъ съ Сибирскими людми собрати воинства множество и пришедъ войною подъ городокъ Тоболескъ... а Государевымъ Воеводамъ сказася, что пріиде для торгу, и людей своихъ поставилъ въ укрытѣ, и торговавше день, и наутріе пріиде приступомъ... и начаша Козаки стрѣляти, и на вылазку вышедше, многихъ побили, и самаго Князя Сейдяка жива яша ранена... Окаянніи же едва утекоша, и все свое богатство въ станѣхъ оставиша... И на семъ бою Атаманъ Мещерякъ убіенъ бысть, » и проч. — Мѣсто при устьѣ Иртыша, гдѣ находились сдѣланныя Мансуровымъ и Мещерякомъ укрѣпленія, донынѣ именуется городищемъ; по-Остяцки же Рушъ-Вашъ, т. е. Русской-городъ (см. Мил. С. И. 198).

(34) Въ Есипов. Лѣт.: «По поставленіи града Тобольска не по мнозѣхъ днехъ изыде изъ града Сибири К. Сейдякъ, да Казачей Орды Царевичь Салтанъ, да Думной Кучюма Царя Татаринъ Карача, съ ними же 500 человѣкъ, до мѣста, еже именуется Княжій лугъ, и начаша пущати ястребы за птицами. Данило же Чулковъ посла толмача и повелѣ говорити Сейдяку, чтобы пріѣхалъ въ Тобольскъ совѣтовати о мирномъ дѣлѣ... Сейдякъ же съ Царевичемъ Салтаномъ и съ Карачею взяша съ собою 100 Татаръ... и пріидоша къ Воеводѣ, и вси сѣдше за столъ, глаголаху много о мирномъ дѣлѣ. Сейдякъ же задумався, и не хотѣ ни пити, ни ясти. Воевода же рече ему: что злѣ мыслиши на насъ, яко ни питія, ни брашна вкуся? Сейдякъ же рече: не мышлю никакова зла. Воевода же пріемъ чашу съ виномъ и рече: аще не мыслите, то выпейте про здравіе Государя нашего! и Сейдякъ нача пити, и поперхнулся... и Салтанъ и Карача начаша пити, и такожде поперхнулись въ гортани: Богу бо обличающу ихъ зломысліе... и абіе поимани быша и связани. Татарове же въ городѣ вси побіени быша; стоящіе же внѣ города на бѣжаніе

13

устремишася и во градъ свой Сибирь не возвратишася; и оставши Агаряне въ градѣ такожде бѣжаша.» Ремезов. Лѣт. прибавляетъ, что Чулковъ немедленно, осенью 1588 года, отправилъ своихъ знатныхъ плѣнниковъ въ Москву.

(35) Въ грамотѣ Ѳеодоровой къ Кучюму 1587 г. (Собр. Госуд. Грам. II, 134): «а которые Нагайскіе Улусы, Тайбугинъ Юртъ, кочевали вмѣстѣ съ тобою, отъ тебя отстали.»

(36) См. Ремезов. Лѣт., Мил. С. И. 224, и Собр. Госуд. Грам. II, 131.

(37) Въ грамотѣ Ѳеодоровой къ Кучюму (см. выше, примѣч. 35): «На твои прежніе грубости и неправды не смотря... буде похочешь быть при нашихъ Царскихъ очехъ, мы тебя пожалуемъ, устроити велимъ городы и волостьми и денежнымъ жалованьемъ, также какъ и иныхъ Царей и Царевичей жалуемъ, которые служатъ нашему Царск. Величеству; а будетъ, бывъ у насъ, похочешь быти на прежнемъ своемъ Юртѣ въ Сибири, и мы тебя пожалуемъ на Сибирскій Юртъ.»

(38) См. письмо Абдулъ-Хаирово къ отцу въ Собр. Госуд. Гр. II, 131.

(39) См. тамъ же, стр. 130. Въ письмѣ къ Воеводамъ города Тары Кучюмъ говоритъ: «Гости, которыхъ вы взяли, ѣхали ко мнѣ въ Послѣхъ... изъ тое Посольскіе рухледи одного юка конского прошу: очи у меня были больны, и съ тѣми Послы были зелья, да и роспись тѣмъ зельямъ — и язъ того прошу.» Абульгази, какъ мы сказали (Т. IX, примѣч. 679), называетъ Кучюма слѣпымъ.

Отъ 26 Іюня 1595 Царь писалъ къ Тарскому Воеводѣ, Князю Ѳед. Борис. Елецкому (см. Мил. С. И. 288): «Писалъ къ намъ Воевода К. Андрей Елецкой съ товарищи, что послали они про Кучюма провѣдывать около Великаго озера и вверхъ по Иртышу... Сказали, что Оялынскіе Татары на Вузюковѣ озерѣ ловятъ рыбу на Кучюма... и на пыткѣ сказали, какъ-де послышалъ Кучюмъ, что идутъ наши Воеводы вверхъ по Иртышу, и онъ-де прислалъ къ нимъ сына своего, Алея, и велѣлъ ихъ всѣхъ забрати къ себѣ, и Алей-де собралъ 150 человѣкъ и отвелъ вверхъ по Иртышу, на Черной островъ, и тутъ-де поставили городокъ ... и зимуютъ... и посылаютъ рыбу къ Кучюму, а отъ него къ нимъ люди пріѣзжаютъ ежедень; а Кучюмъ стоитъ вверхъ по Иртышу межъ двухъ рѣчекъ, одернувся телегами, за Омь рѣкою, ходомъ днища съ два ... И отпустилъ Князь Андрей 276 человѣкъ» (Козаковъ, Стрѣльцевъ и проч.) и они Черной городокъ взяли ... а сидѣло въ городкѣ 200 Татаръ, да съ ними Кучюмовыхъ людей 20 человѣкъ.» — Въ другомъ письмѣ Государевомъ къ Тюменскому Воеводѣ, К. Григ. Ив. Долгорукому, отъ 26 Іюля того же года (Мил. С. И. 300): «Выѣхалъ въ новой городъ на Тару Чинъ-Мурза съ женою, дь съ нимъ Маметкула Царевича мать, а людей съ нимъ 38 человѣкъ.»

(40) Въ наказѣ 1594 года Тарскимъ Воеводамъ (см. Мил. С. И. 262, 269): «И что будетъ полемъ отъ новаго города отъ Тарскаго на Уфу ... Изъ Казани и съ Уфы послано полемъ въ Тобольской городъ.» Еще въ 1505 году упоминается о Князѣ Уфимскомъ (см. T. VI, стр. 208), Вельможѣ Царя Казанскаго; но нынѣшняго города Уфы еще не было около 1574 года: см. Мил. Сибир. Истор. 80. Астраханскій Воевода К. Ѳед. Лобановъ-Ростовскій въ Сент. 1586 писалъ къ Царю (см. Дѣла Астрахан. въ Москов. Архивѣ Коллегіи Иностран. Дѣлъ): «Пишетъ, Государь, Урусъ Князь (Ногайскій), чтобъ твоимъ Государевымъ городомъ на Уфѣ и на Самарѣ впередъ не быти.» Въ семъ году, весною, начали строить ту и другую крѣпость:

14

первую на Бѣлой Воложкѣ, вторую на рѣкѣ Самарѣ.

(41) См. Мил. Сибир. Истор. 226, 280, 311, 312.

(42) Тамъ же, стр. 239.

(43) См. тамъ же, стр. 240.

(44) Въ Дѣлахъ Польск. No 16, л. 27: «Ясаку положилъ (Государь) на Сибирское Царство, и на Конду Большую, и на Конду на меншую, и на Пелымское Государство, и на Туру рѣку, и на Иртышъ, и на Иргизское Государство, и на Пѣгіе Колмаки, и на Обь Великую, и на всѣ городки на Обскіе, на девяносто на четыре городы, съ году на годъ имати по пяти тысячь сороковъ соболей, по десяти тысячь лисицъ черныхъ, да по пяти сотъ тысячь бѣлки большіе Сибирскіе и Илетцкіе.» Такъ называемые Пѣгіе Колмаки (или Пѣгая Орда) жили въ Сургутскомъ Уѣздѣ (см. Мил. С. И. 326, 327).

(45) Въ Гаклуйтѣ стр. 521: The Chanceller Shalkan had now sent him (Баусу) word, that the English Emperor was dead. — Баусъ выѣхалъ изъ Москвы 30 Мая, на канунѣ Ѳеодоровой коронаціи.

(46) См. Дѣла Англ. No 1, л. 236.

(47) Приставъ Никиф. Сущовъ писалъ къ Государю изъ Колмогоръ: «Іюля 12 пришло къ Двинскому устью Англинскихъ 10 кораблей, и я Англ. Посла отпустилъ за море, и Дохтора Романа (Якоби) и Оптекаря Якова съ женою и съ дѣтми и съ тещею, и Елисеевскую (Бомелія) жену Анну и съ дѣтьми и съ ихъ людми.»

Романъ Бекманъ поѣхалъ изъ Москвы сухимъ путемъ въ Англію, черезъ Литву, въ Дек. 1584, а возвратился 18 Сент. 1585 (см. Дѣла Англ. No 1, 267).

(48) Тамъ же, л. 271: «Мы тебѣ хотимъ дружно учинити, и извѣщаемъ, чтобъ прироженные твои подданные ѣздили со всякими товары въ наше Государство торговати, а о томъ имъ вели заказать, чтобъ торговые люди иныхъ земель товаровъ ихъ съ собою не привозили за свои товары, и слуги бъ съ ними были такожь твоего Государства, а не иные земли... а о томъ просимъ, штобъ никому нашее земли людемъ, опричь тѣхъ, съ кѣмъ будетъ наша грамота, не велѣлъ въ своихъ Государствахъ торговати.»

(49) Горсей пишетъ: J. Horsey, remayning as servant in Russia for the Queenes most excellent Maiestie (въ Гакл. 528); въ нашихъ Статейныхъ Спискахъ онъ именуется гостемъ Еремѣемъ Ульяновымъ Горшіемъ.

(50) Юмъ: So much juster notions of commerce were entertained by this barbarian, than appear in the conduct of the renowned Queen Elisabeth! Hist. of Engl., appendix III.

(51) Горсей возвратился къ Царю 15 Іюля 1586. Слова Елисаветы въ ея письмѣ (л. 303): «А то мѣсто, гдѣ (Бекманъ) передъ нами былъ, есть мѣсто честное, блиско нашей полаты, а тамъ никого не пускаютъ, только великихъ и любительныхъ слугъ для чти, и въ томъ огородѣ нѣтъ ни луку ни чесноку, какъ Бекманъ сказывалъ неправду.» О Баусѣ (л. 300): «Посолъ нашъ Еремей, будучи онъ Рыцарского стану, бывалъ изъ давнихъ лѣтъ въ Ейрупѣ (Европѣ) у Королей, всегды съ мечемъ къ нимъ хаживалъ; а какъ къ тебѣ пріѣхалъ, и его не допустили на очи твои, нольны у него прежъ мечь отняли... и то намъ стало въ великую кручину.»

(52) Тамъ же, л. 308, 310. Елисавета называетъ Годунова: our most deare and loving cousin. Къ Иринѣ: «Часто слышимъ о вашей мудрости и чти, такъ какъ годно дѣлати Великой Княгинѣ, и та слава разошлась по многимъ Государствамъ; а сверхъ того честной мужъ Яковъ Дохторъ, лекарь нашъ,

15

намъ о томъ всегда извѣщалъ, чтобъ мы Ваше Пресвѣтлѣйшество прямымъ сердечнымъ умышленьемъ любили... Женскіе болѣзни всякіе знаетъ, и родильные болѣзни всякіе легчитъ; а насъ въ нашихъ болѣзнехъ тотъ же Яковъ лечилъ.»

(53) Тамъ же, л. 312—319: «Поволили имъ (Царь гостямъ Англійскимъ) «торговати повольною торговлею, и пошлинъ съ ихъ товаровъ, таможные пошлины и замытные, и славные, и проѣзжіе, и судовые, и съ головъ, и мостовщины, и перевозовъ, имати есмя не велѣли. Только чужихъ товаровъ имъ съ собою въ наше Государство не имати и нашимъ людемъ отъ нихъ ихъ товары не торговати, и закладней за собою имъ не держати нашихъ людей, и закупней своихъ по городомъ не посылати... Товаръ на товаръ мѣняютъ и продаютъ мѣстнымъ дѣломъ, а нарозно, и въ розвѣсъ и въ аршинъ, на своемъ дворѣ ни продаютъ, ни мѣняютъ: продаютъ сукна кипами и поставы, а камка и бархаты поставцы, а вѣсчей товаръ въ развѣсъ въ золотники не продаютъ; а вино Фряское продаютъ куфами, а въ ведра и въ стопы и въ чарки не продаютъ... И коли Англинскіе купцы похотятъ ѣхати въ иные Государства или въ свою землю, и имъ наша бологодѣть отъ нашіе казны съ собою имати, и продавати и мѣняти на товары, которые нашему Государству потребны, и въ нашу казну отдавати... А какъ Англ. гости съ Москвы поѣдутъ, и они явятся въ Посольскомъ Приказѣ Діаку нашему, Андрею Щелкалову. А придетъ имъ на морѣ которое изнеможенье, розобьетъ корабль ихъ и принесетъ къ которому мѣсту нашея земли, и мы животы ихъ велимъ сыскати въ правду и отдати имъ ... а не будетъ въ то время Англинскихъ людей въ нашей землѣ, и мы, тѣ животы собравъ, велимъ положити въ одномъ мѣстѣ ... И они живутъ по старинѣ (въ Москвѣ) на дворѣ своемъ у Св. Максима за торгомъ, а держатъ одново дворника Русина или своего Нѣмчина, а иныхъ Русскихъ людей не держать. Да у нихъ же дворъ въ Ярославлѣ, дворъ на Вологдѣ, дворъ на Колмогорахъ, да дворъ у пристанища морскова... и товары свои на тѣхъ дворѣхъ кладутъ ... Также есмя ихъ пожаловали, двора ихъ съ морскова пристанища, съ Пудожерскова устья, къ новому Архангельскому городу, къ морскому пристанищу, переносити не велѣли, а приставати имъ по прежнему съ своими товары на тотъ свой дворъ... и Русскими товары нагруживати корабли подъ тѣмъ своимъ дворомъ; только у нихъ имати нашимъ Колмогорскимъ приказнымъ людемъ ихъ товаромъ росписи за ихъ руками ... а товаровъ не пересматриваютъ... А коли имъ (Англичанамъ) послати своихъ людей изъ нашего Государства, ино грамоты проѣзжіе даютъ имъ въ Посольскомъ Приказѣ; а кому будетъ до нихъ дѣло, ино ихъ судятъ наши Казначеи и Посольской Дьякъ... а чего сыскъ не иметъ, и присуживаютъ имъ въ томъ вѣру съ жеребья... Въ лѣто 7095, м. Генв. Въ 1 день.»

(54) Въ грамотѣ Ѳеодоровой къ Елисаветѣ (л. 328); «И тое Божью дорогу, Окіянъ-море, какъ мочно переняти, и унять, и затворить?» — Въ письмѣ Годунова (л. 330 и далѣе): «А въ грамотѣ своей писала еси ко мнѣ многіе свои жаловальные слова и любительные, насъ называючи себѣ кровнымъ любительнымъ пріятелемъ... И Государь нашъ для тебя, сестры своей, и для нашего печалованья твоихъ подданныхъ пожаловалъ свыше прежняго... А язь объ нихъ впередъ буду Государю своему за все печаловатись и держати ихъ подъ своею рукою... и славити передъ своимъ Государемъ и передъ своею Государынею, Царицею и Вел. Княгинею Ириною, твои къ себѣ малость и ласку.»

16

(55) Въ Дѣлахъ Англ. 349: «Его Ц. Величества Ближняго Діака отъ Ондрея Яковлича Щелкалова Елисаветъ Королевны... приказнымъ людемъ: Томосу Брумлею Канцлеру, Ульяну Бурлею» (William Burghley) «Ондрею Князю Дярбійскому (Henry Lord of Darby) «Амбросу Дудлею, Роберту Князю Лестерскому, Князю Карлусу Хаурду» (Lord Ch. Howard) «Князю Ондрею Гуздунскому» (Henry Earl of Hundsdon) и проч. и проч.... «Вы къ такому къ великому человѣку, къ Государя нашего шурину... писали въ своей грамотѣ многіе непригожіе дѣла... и такому великому человѣку противъ того вашего письма писати было не пригоже, » и проч.

(56) См. выше, примѣч. 55.

(57) См. Дѣла Польск. No 15, л. 1 и слѣд. Ѳеодоръ 12 Апр. 1584 отправилъ чиновника Андр. Яков. Измайлова къ Баторію съ извѣстіемъ о своемъ воцареніи.

(58) Тамъ же, л. 209: «А Царь сидѣлъ въ столовой избѣ въ Царскомъ платьѣ съ скифетромъ и съ Царскимъ яблокомъ; а при Государѣ были въ избѣ Бояре и Окольничіе и Дворяне Большіе въ золотномъ платьѣ; а Рынды въ бѣломъ и въ золотыхъ чепяхъ: К. Алекс. Ивановичь Шуйской, да К. Ондрей Ондр. Телятевской, Ѳедоръ да Иванъ Вас. Головины; а у Государева мѣста, выше Рындъ, стоялъ Борисъ Ѳед. Годуновъ, а возлѣ Рындъ Дьякъ Ондрей Щелкаловъ.» Сапѣга выѣхалъ изъ Москвы 28 Іюля. Съ извѣстіемъ объ освобожденіи всѣхъ Литов. военоплѣнныхъ Царь послалъ къ Стефану Дворянина Ислѣньева, который возвратился въ Августѣ. Стефанъ благодарилъ, обѣщаясь дать свободу и нашимъ плѣнникамъ, кромѣ Воеводъ и лучшихъ Дѣтей Боярскихъ, за коихъ требовалъ окупа. К. Троекуровъ и Мих. Андр. Безнинъ съ Дьякомъ Ѳомою Петелинымъ выѣхали изъ Москвы 22 Ноября.

(59) Никита Романовичь умеръ въ 1585 г. по списку Боярскому; а по другимъ извѣстіямъ, 23 Апр. 1586 (см. Миллер. Samml. R. G. V, 36). Флетчеръ пишетъ (C. W. л. 27 на обор.): was supposed to have dyed of poyson; т. е. говорили, что онъ былъ отравленъ ядомъ.

(60) Въ Степен. Кн. Латухина: «Въ лѣто 7093 (1585) К. Ив. Мстиславской съ Борисомъ Годуновымъ велію любовь между собою имѣша и о дѣлѣхъ Государскихъ зѣло радѣша, и назва Князь Иванъ Бориса сыномъ, а Борисъ его назва отцемъ себѣ. Никита же Романовичь ко Господу отыде. Врагъ же и ратникъ Діаволъ положи вражду между Боляръ: начаша говорити К. Ивану Шуйскіе, да Воротынскіе, да Голицыны» (не описка ли вмѣсто Головиныхъ?) «и иные Бояре и служивые люди и чернь Московская, чтобы онъ, съ ними соединяся, извелъ Бориса. Онъ же много отрицался, но и по воли ихъ хотя угодное сотворити имъ, умысли въ дому своемъ пиръ сотворить, и Бориса призвавъ, тогда его и убити, » и проч. Въ другихъ лѣтописяхъ (см. Никон. Лѣт. VIII, 7) ни слова о заговорѣ Мстиславскаго; сказано только, что онъ съ Шуйскими и другими враждовалъ Годунову, а Годуновъ имъ: «надѣясь на присвоеніе Царское, и ихъ осиливаше: К. Ив. Ѳед. Мстиславскаго поима и сосла въ Кириловъ монастырь, тамъ же и постригоша его; а Воротынскихъ и Головиныхъ и иныхъ многихъ поима и по городомъ разосла, » и проч. Въ Мороз. Лѣт. и въ другихъ новѣйшихъ: «Борисъ Годуновъ съ родомъ своимъ умышляетъ и присовокупляетъ себѣ Андрея Щелкалова и нарицаетъ его отцемъ, и брата его Василья, и возводитъ неистинно на великаго Боярина, К. Ив. Ѳед. Мстиславскаго, измѣну, и посылаетъ его

17

въ заточеніе въ Кириловъ монастырь, и постригоша его, и прія конецъ житію своему» (въ 1586 году).

(61) Флетчеръ пишетъ (C. W. 27), что Петра Ив. Головина (Казначея) уморили въ подземельной темницѣ или въ ямѣ; что въ числѣ опальныхъ находились и Бояре К. Андрей (Петровичь) Куракинъ (Градоначальникъ Московскій въ 1579 году) и Кн. Василій Юрьевичь Голицынъ: Миллеръ Bersuch einer neueren Geschichte von Rußland, стр. 41) къ сему извѣстію прибавляетъ, что первый, бывъ Бояриномъ съ 1577 года, пропалъ безъ вѣсти въ дальнихъ Крымскихъ походахъ: ни то ни другое несправедливо: санъ Боярскій дали ему во время Ѳеодоровой коронаціи, и въ 1598 году онъ именуется въ числѣ старыхъ Бояръ (см. списокъ Чиновниковъ Царскихъ въ Вивліоѳ. XX, 68). Князь же Вас. Юрьев. Голицынъ умеръ въ одно время съ Никит. Роман. Юрьевымъ (см. тамъ же, стр. 61).

(62) См. ниже.

(63) См. Дѣла Польск. No 16, л. 98.

(64) Въ Никон. Лѣт. VIII, 8: «Бяше въ отчинѣ своей, въ Медын. Уѣздѣ, въ селѣ Московцѣ (Маковцѣ)... побѣже въ Латынскую Вѣру, отъѣхалъ въ Литву, и тамъ скончался.»

(65) Въ дѣлахъ Польск. No 15, 629, въ донесеніи К. Троекурова и Безнина: «А какъ-дей пріѣхалъ хъ Королю твой Государевъ измѣнникъ, Мих. Головинъ, и Король-дей и досталь почалъ говорити высоко; а сказывалъ-дей Королю Михайло, что ты, Государь, насъ холопей своихъ послалъ хъ Королю съ великими поступками, велѣлъ дѣлати на всей Королевѣ волѣ, чево Король захочетъ, и Король бы-дей шолъ на твою землю ратью, куды захочетъ; гдѣ-дей ни пріѣдетъ, тутъ все ево будетъ, » и проч.

(66) См. тамъ же, л. 630. Троекуровъ и Безнинъ пріѣхали въ Варшаву 8 Февр. 1585, а выѣхали оттуда 24 того же мѣсяца.

(67) Тамъ же, л. 631: «Мы, холопи твои, про Михайла Головина поговоря межъ собою, приказали Ондрею Дедевшину» (Дворянину Посольства) «къ себѣ позвати пить Польского пристава, Миколая Фанеля, и съ нимъ подружиться, и роспився говорити, приведче его къ вѣрѣ, чтобы никому не сказалъ, что Михайла отпустилъ ты, Государь, хъ Королю лазучествомъ, а что Михайла сказываетца богатъ, и то съ нимъ все казна твоя Государева, для того, чтобъ ему всякихъ людей подкупати, и вѣстей вывѣдавъ, назадъ къ тебѣ ѣхати, потому жь какъ второму Страхову» (о семъ лазутчикѣ мы ничего не знаемъ). «А назвался Михайло на ту службу самъ, по тому, покрали они съ братомъ своимъ у тебя, Государя, казну, и ты на брата его положилъ опалу, ссылалъ его въ Казань на житье, да и велѣлъ-былъ сослати, и ему бъ тою службою вины своя и брата своего закрыть.» Фанель, услышавъ сію сказку отъ Дедевшина, немедленно донесъ о томъ Королю. Далѣе (л. 636): «а про Мих. Головина во всѣхъ людехъ слово почало быти, что онъ пріѣхалъ лазучествомъ... и Послы Повѣтные Королю говорили, такому-дей какъ вѣрити, что израдивъ Государя прироженново да говоритъ безлѣпицу, куда Король ни пойдетъ, то все ево будетъ... и люди-дей на Москвѣ гдѣ дѣлись? Да ещо бы-дей пріѣхалъ къ тебѣ отъ старова Государя, и тому бы-дей льзя вѣрити, потому что жестокъ былъ; а отъ нынѣшняго прочто ѣхати? Государь нынѣ у нихъ милостивъ, » и проч.

(68) Отъ 29 Мая до 3 Іюня 1587. Послы не могли условиться о выкупѣ нашихъ плѣнниковъ, отвергнувъ неумѣренныя Стефановы требованія; но Секретарь Баторіевъ, Янъ Ловѣйскій, догнавъ ихъ въ Борисовѣ, заключилъ съ ними слѣдующій

18

договоръ: «Если Царь за двѣ недѣли до Троицына дни пришлетъ Королю 32 тысячи рублей, то Король велитъ освободить всѣхъ Рос. плѣнниковъ.» Возвратясь въ Москву 4 Апр., Троекуровъ и Безнинъ жаловались на грубость Стефанову и Вельможъ его.

(69) См. Дѣла Польск. No 16, л. 1 и слѣд.

Гарабурда былъ представленъ Царю 10 Апр. «А при Государѣ были въ полатѣ Царевичь Крымской Муратъ-Гирей (см. ниже) да Касимовской Царь Мустофалей, да Сибирской Царевичь Магметкулъ; а сидѣлъ Крым. Царевичь въ большой лавкѣ противъ дверей, отъ Государева мѣста сажени съ двѣ, а отъ нево съ полсажени въ той лавкѣ сидѣли Бояре; а Мустофалей Царь въ другой лавкѣ, а отъ него съ полсажени Бояре; а Сибир. Царевичь на Окольничемъ мѣстѣ на большомъ, а у него сидѣли Князи Тюменскіе, Черкаскіе и иные служилые Князи по мѣстомъ.»

(70) Л. 75 и слѣд.: «Паны Рада прислали со мною къ Преосвящен. Отцу, къ Деонисью Митрополиту, и къ вамъ, къ Думѣ Государской, грамоту... И которые рѣчи промежъ насъ о городѣхъ и о волостяхъ, и то дѣло рѣчь неслушная: тому какъ мочно статись? Намъ просить у васъ, и вамъ безъ кровопролитья какъ мочно отдать что? А вамъ просить чего у насъ; ино намъ по тому жь безъ кровопролитья ничего отдати невозможно... Дай Господи многолѣтство обѣма Государемъ; а Богъ по душу сошлетъ Стефана Короля, а потомковъ у него не останетца, и Государство бъ Коруна Польская и Вел. Княжество Литовское соеднать съ Московскимъ Государствомъ подъ Государскую руку: Краковъ противъ Москвы, а Вильна противъ Новагорода... А Богъ по душу сошлетъ вашего Царя, ино бъ Москов. Государству быть подъ Государя нашего рукою, а иного бы Государя вамъ не искати. А то дѣло великое мнѣ поручено приговорить и записи пописать... И Бояре Послу говорили: намъ про Государя своего тово слова, что ты говорилъ, и поменуть не пригоже ... а то дѣло къ доброму дѣлу не пристоитъ... И шедъ Бояре о томъ сказывали Государю... И Государь говорилъ съ Бояры, что пригоже ему съ Стефаномъ учинитца въ докончаньѣ потому, что нынѣ за кѣмъ есть; а о томъ словѣ про Государя» (т. е. о смерти его) «Бояре отмолыли, что тово и говорить непригоже.» На третій день Гарабурда еще болѣе оскорбилъ нашихъ Вельможъ, сказавъ: «А Богъ по душу пошлетъ Государя вашего, ино бъ Государство Московское соеднать съ Королевствомъ Польскимъ и съ Вел. Княжествомъ Литовскимъ, и быть бы Посполу (соединеннымъ Державамъ) подъ Государя нашего рукою: Государства розные, а Главу бы одну надъ собою имѣли. Авося жь Стефана Короля не станетъ, и намъ, обѣма Государствамъ Коруны Польскіе и В. Княжества Литовскаго, обирать себѣ за Государя по своимъ правамъ повольно будетъ Государя вашего... будетъ же намъ нетреба обирати Государя вашего, и намъ въ томъ вольно.» Бояре отвѣчали: «Ты нынѣ, Михайло, говоришь мимо прежней своей рѣчи, что еси третьеводни съ нами говорилъ: ворочаешь рѣчь инымъ образцомъ; и намъ съ тобою о томъ и говорити нечего... Мы про твои рѣчи Митрополиту и Архіепископомъ и Епископомъ и всему Собору сказывали, и Митрополитъ со всѣмъ Соборомъ намъ запретилъ духовнѣ, что намъ отнюдь о томъ не говорити, » и проч.

(71) Л. 84: драницы Государь ни съ малого своево города ни съ которого не дастъ.»

(72) «А нынѣ Москва не старая: надобно отъ Москвы беречися ни Полотцку, ни Ливонской

19

землѣ: надобно беречи отъ Москвы Вильны.» Это долженъ былъ сказать Гарабурдѣ Царскій приставъ (см. Дѣла Польск. No 16, л. 29).

(73) См. Гейденшт. Res. Pol, 238. Стефанъ посылалъ въ Римъ своего племянника, Андрея Баторія, вмѣстѣ съ Іезуитомъ Антоніемъ Поссевиномъ (о коемъ см. Т. IX, 218).

(74) Въ Февр. 1585 Стефанъ прислалъ въ Москву безъ окупа только 20 Рос. плѣнниковъ: К. Матвѣя Мещерскаго, Радиловыхъ, Обухова, Чирикова и другихъ. Въ отвѣтѣ Михайлу Гарабурдѣ (Дѣла Польск. No 16, л. 113): «Братъ нашъ Стефанъ отпустилъ къ намъ только молодыхъ Дѣтей Боярскихъ и Стрѣльцовъ и пашенныхъ мужиковъ немного; а за лутчихъ полоняниковъ взялъ 54 тысячи рублевъ, опричь того, которые врознь окуплены; а иные и нынѣ ещо въ вязеньѣ въ Литов. землѣ и въ Польской сидятъ по Паномъ, и держатъ ихъ въ великихъ нужахъ и за окупъ мучатъ.» О серебрѣ, отнятомъ въ Литвѣ у Москов. гостей, Мишенина и Коробейникова, ѣхавшихъ въ Грецію, см. Дѣла Польск. No 15, л. 590.

(75) См. тамъ же, л. 585 и слѣд.

(76) К. Троекуровъ, Дворянинъ Ѳед. Андр. Писемской и Дьякъ Ѳома Дружина Петелинъ пріѣхали въ Гродно 15 Авг. См. Дѣла Польск. No 16, л. 263 и слѣд.

(77) Тамъ же, л. 265, 266, 351, 352: «Мы Бояръ Государя вашего, братью свою, кормимъ хлѣбомъ, а они намъ противъ нашего хлѣба мечютъ камень ... А каковъ онъ (Царь Ѳеодоръ) своимъ прироженьемъ, то мы вѣдаемъ: есть въ немъ набожество, а противъ непріятелей стояти нѣтъ ево столько... А на Москвѣ что дѣлаетца, то мы вѣдаемъ, » и проч.

(78) Тамъ же, л. 355, 356: «Сказызаете, что надъ Государствомъ Государя нашего по грѣхомъ учинилося; а мы надъ Государствомъ никоторово грѣха, кромѣ милости Божіей и благоденства, не видимъ. А вы еще съ Богомъ не бесѣдовали; а человѣку тово не дано знать, что впредь будетъ. ... По писаному, кто злословитъ Царя, тотъ смертію да умретъ: Государь нашъ дородной Государь, и разумной и счастливой, » и проч.

(79) Тамъ же, л. 377: «Не въ давныхъ временахъ дѣлалося (вамъ то и самимъ вѣдомо), Крымской Царь пришедъ безвѣстно, у Москвы посады пожегъ; а на другое лѣто пришелъ похвалясь, а съ нимъ 150 тысячь ... Государя нашего Бояринъ, К. Мих. Ив. Воротынской съ товарыщи Крымсково побили: убили у него лутчихъ людей, Карачеевъ и Князей и Мурзъ, о которыхъ Крымъ стоялъ, со сто человѣкъ и больши... а рядовыхъ много тысячь.» См. сей Исторіи Т. IX, 120.

(80) Тамъ же, л. 366, и выше, примѣч. 44.

(81) Тамъ же, л. 302 и слѣд. Въ грамотѣ сказано: А только въ тѣ два мѣсяца (перемирія) тѣ всѣ дѣла не здѣлаютца, ино Государя нашего Бояромъ и Короля Стефана Паномъ Радамъ перемирья прибавити, какъ будетъ пригоже. «Послы наши откланялись Королю 29 Авг. и возвратились въ Москву 1 Окт.

(82) Въ Дѣлахъ Цесар. Двора No 5, л. 45 (въ донесеніи Лукьяна Новосильцова): «А прежъ сего былъ» (говоритъ Архіепископъ) «у прежняго Государя Олексѣй Адашевъ, и онъ Государство Московское таково жь правилъ; а нынѣ на Москвѣ Богъ вамъ далъ такова жъ человѣка просужего. И язъ ему говорилъ: Олексѣй былъ разуменъ, а то не Олексѣева верста: то великой человѣкъ, Бояринъ и Конюшей, а Государынѣ нашей братъ родной, а разумомъ его Богъ исполнилъ всѣмъ, и о землѣ великой печальникъ.»

(83) См. Дѣла Польск. No 15, л. 598.

20

(84) Тамъ же, л. 830: «Лѣта 7094 Окт. 1 (г. 1585) Царь и В. К. приговорилъ съ Бояры, что Литовскіе торговые люди ѣздятъ къ Москвѣ многіе лазучествомъ: пріѣдутъ съ невеликими товары, да живутъ на Москвѣ годъ, иной и больши, будто для торговли, а все для лазучества, и провѣдавъ всякихъ вѣстей, съѣзжаютъ въ Литву, » и проч.

(85) См. Т. IX, 245, и Дѣла Швед. No 4, л. 1 и слѣд. Де-ла-Гарди писалъ къ Новогород. Намѣстникамъ отъ 26 Мая и 12 Іюля 1584, и 14 Марта 1585, а Король Іоаннъ къ Царю отъ 2 Марта сего года.

(86) См. въ сей же книгѣ Дѣлъ Швед. л. 4 и 40.

(87) Тамъ же, л. 50 и 54: «Отецъ твой» (пишетъ Король) «своею землею и подданными своими владѣлъ немилостивно и съ кровопролитьемъ: также онъ былъ лихъ и неспокоенъ сусѣдъ.» Ѳеодоръ начинаетъ свою отвѣтную грамоту такъ: «Милосердія ради милости Бога нашего, въ нихъ же посѣти насъ Востокъ свыше, воеже направити ноги наша на путь миренъ... Твоего гонца съ сею нашею грамотою отпустили есмя, и твою грамоту отослать велѣли къ тебѣ съ нимъ назадъ, и нашихъ Царскихъ очей видѣть ему есмя не велѣли, для того, что онъ съ такою грамотою пріѣхалъ, а въ грамотѣ писано укоряючи отца нашего: чего нигдѣ неслыхано, » и проч.

(88) См. Далина Gesch. г. 1585, стр. 133, и Дѣла Швед. No 4, л. 78—248. Въ Царскомъ наказѣ Посламъ: «съѣзду быти на Наровѣ у Николы у Ольгина Креста или въ старомъ мѣстѣ на Плюсѣ.»

(89) Тамъ же, л. 205, 206. Послы Шведскіе въ переговорахъ съ нашими именовали своего Короля: «Великій Князь Корелы и Водскіе Пятины и Югорскіе земли на Руси» (л. 192). К. Шестуновъ писалъ къ Царю: «Сидѣли мы, холопи твои, по прежнему въ своемъ шатрѣ, а столъ стоялъ въ нашемъ же шатрѣ; а Свейскіе Послы сидѣли въ своемъ шатрѣ у полъ за нашимъ столомъ.» То есть, Шведы не хотѣли для переговоровъ итти къ намъ въ шатеръ, а мы къ нимъ; каждый сидѣлъ въ своемъ. По крайней мѣрѣ столъ былъ нашъ! — Когда К. Шестуновъ началъ требовать городовъ, отнятыхъ у насъ Шведами, Класъ Тоттъ и де-ла-Гарди сказали: «а то гдѣ слыхано, чтобы городы отдавати даромъ? отдаютъ яблоки да груши, а не городы.»

(90) См. Далина, гл. XV, стр. 134. Въ Дѣлахъ Швед. 226 на обор.: «Послы Свейскіе ѣхали въ суднѣ на греблѣ, а съ ними было человѣкъ съ 70, и принесло судно вѣтромъ на пень, да выломило доску, а Нѣмцы почали метатца въ воду, и судно потонуло, и назавтрее въ Суботу выволокли изъ воды Пунцу» (Понтуса де-ла-Гарди).

(91) См. Дѣла Цесарск. Двора No 4, л. 17 и слѣд. Лук. Новосильцовъ съ Толмачемъ Яковомъ Заборовскимъ выѣхалъ изъ Москвы въ Ноябрѣ 1584. Императорскій чиновникъ, Даніилъ Припцъ (который былъ у насъ Посланникомъ: см. Т. IX, стр. 141), имѣлъ съ нимъ частые переговоры, зная, кажется, Славянскій языкъ. Новосильцовъ пишетъ (л. 67): «Данило говорилъ мнѣ такъ: Цесарское Величество приказывалъ своимъ большимъ людемъ тебя звати и чтити, чтобъ ты въ его Государствѣ былъ прохладенъ. И язъ пріѣхалъ до Арцыбискупа, и онъ встрѣтилъ меня на крыльцѣ, да мнѣ говорилъ: какъ тебя Цесарь отъ себя отпустилъ, и съ нами говорилъ, что отъ брата моего пріѣхалъ ученой человѣкъ, и Посольство мнѣ правилъ добро и рѣчь добру говорилъ... да за столомъ чашу пиль Государскую, а напередъ поменулъ имя Государя нашего» (такъ было и на всѣхъ иныхъ обѣдахъ). О любимцѣ императора: «Адамъ Титрихштейнъ у Цесаря большой человѣкъ

21

и Охмистръ, а по нашему какъ бы дядя, и во всемъ его слушаетъ; а дворъ ево подлѣ Цесарева, а полати подлѣ полатъ ево, и владѣетъ онъ всѣмъ Государствомъ.»

(92) Тамъ же, л. 63: «Да тутъ же (въ Вѣнѣ) живетъ сестра Цесарева, вдова Марья, что была за Королемъ Францовскимъ, за большимъ братомъ Индриковымъ, и какъ Короля, мужа ея, не стало, и она пріѣхала до братій своихъ, а Король Фр. Индрикъ присылаетъ ей казну впередъ за годъ на расходъ по уговору; а тотъ Король Индрикъ добрѣ боленъ; сказываютъ, съ нево мясо падаетъ. ... А Филипъ Король Ишпанскій нареклъ на Королевство, послѣ живота своего, брата Цесарского... а сына своего не хочетъ на Государство посадити, потому что хотѣлъ отца своего убити... Хочетъ Цесарь у Короля Филипа дочерь понять... А Турскому Цесарь даетъ выходу на годъ по триста тысечь ефимковъ, а взялъ съ Турскимъ миру на 14 лѣтъ.» О садахъ (л. 66): «Да былъ есми въ саду его (Императора) въ звѣринцѣ... Да былъ есми въ огородѣ Цесарскомъ любимомъ, что гдѣ самъ часто гуляетъ, и въ немъ полаты на подклѣтехъ, а подъ полатами погребы, гдѣ на зиму ставятъ розные цвѣты; да въ немъ же колодезей съ 50 возведены, а разгороженъ на четверо, а въ нихъ устроенье великое, и печати розные розныхъ земель, виноградъ и лимоны, и гвоздики и всякія зелья тутъ растутъ, и переходы по огороду поземные и чердаки, а кругомъ огорода стѣна камена.»

(93) Тамъ же, л. 71 на обор.: «Да приходили ко мнѣ нарокомъ на подворье Яковъ Нинцкій да Андрикъ Дудичь и говорили со мною наодинѣ, чтобъ великихъ Государей сердца были вмѣстѣ, и какъ выйдутъ перемирные лѣта съ Королемъ Стефаномъ, и Государь бы Царь съ братомъ своимъ съ Рудольфомъ сослался, и чтобъ стали за-одинъ на Стефана, потому что Стефанъ сидитъ не на своемъ Государствѣ, а Царь и нашъ Цесарь прироженые Государи, и довелось было то Государство промежъ себя раздѣлить.»

(94) См. Т. IX, 247, и въ Архивѣ Кол. Иностр. Дѣлъ грамоту Датскаго Короля Фридерика II къ Царю Ѳ. I. отъ 23 Авг. 1585 гдѣ сказано: «его же (Ѳеодора) Христіанскій нравъ и чювство намъ множествомъ славлено.» Тамъ же хранится Нѣмецкая проѣзжая грамота, данная (13 Авг. 1592) по волѣ Датскаго Короля Капитаномъ Томасомъ Норманомъ купцу Павлу Мейгеру, который ѣхалъ въ Россію съ товарами.

26 Ноября 1584 Бургомистры города Любека писали къ Намѣстнику Псковскому, К. Ивану Петр. Шуйскому, о свободномъ пропускѣ ихъ Депутата въ Москву къ Императору всея Россіи, Kayser aller Reußen, (см. сію грамоту, весьма красиво писанную, въ Архивѣ Иностран. Дѣлъ). Болѣе ничего не знаемъ о тогдашнихъ дѣлахъ Ганзы съ нашимъ Правительствомъ.

(95) См. Т. IX, 246, и Дѣла Крымск. No 16, л. 47.

(96) Въ Дѣлахъ Турецк. No 2, л. 370: «Какъ Турской велѣлъ Царю Магметъ-Кирею итти на Кизылбаши (Персіянъ), и Царь пришолъ въ новой городокъ въ Баклы-Сарай, и Князи и Мурзы всѣ учали Царю говорити, что-дей Турской посылаетъ тебя неволею, а нынѣ дорога въ Кизылбаши безкормна... а ты-дей Государь таковъ же, что Турской; къ тебѣ присылаетъ ежегодъ поминки великіе Московской Князь Великой и Король Литовской, и тебѣ отъ Турского чего боятца?... И Магметъ-Кирей Казылбашской походъ оставилъ... И Турской послалъ въ Крымъ на Магметъ-Киреево мѣсто Исламъ-Кирея Царевича съ братьею, а велѣлъ имъ дожидатца въ Кафѣ изъ

22

Кизыльбашъ-Асманъ-Паши... а Крымсково Царя поймати и привести къ себѣ ... и Асманъ-Паша въ Кафу пришолъ, и Магметъ-Кирей, послушевъ Князей, подъ Кафу пошолъ... а велѣлъ говорити Кафинскимъ Пашамъ, что ему городъ не надобенъ, а выдали бы ему Исламъ-Кирея... и Исламъ-Кирей съ братьею и Асманъ-Паша собрався пошли противъ Царя, и Магметъ-Кирей со всѣми людми отъ города побѣжалъ... и всѣ отъ Царя побѣжали, а Царя покинули ... и Алпъ-Кирей Царевичь Царя Магметъ-Кирея поималъ, да велѣлъ его удавити; а дѣти его убѣжали въ Шевкалы, и у Шевкалсково женился Муратъ-Кирей Царевичь, а понялъ у него дочь.»

(97) Дѣла Крым. No 16, л. 79.

(98) Тамъ же, л. 48, и въ Архив. Розрядн. Кн. л. 679. Это было въ 1584 году. Въ Дѣлахъ Польск. No 17, л. 329: «Крымцы и Азовцы и Якшисатовъ Улусъ пришли безвѣстно до тритцати тысячь, и тѣхъ легкіе Воеводы съ немногими людми побили на голову, а иныхъ нѣколько тысячь на Окѣ потопили, и живыхъ поимали, и Мурзъ.»

(99) Дѣла Крым. No 16, л. 94: «Сего лѣта (1586) твоей рати» (писалъ Царь къ Хану) «тритцать тысечь на наши украйны войною пришло, а братъ твой Кальга, Алпъ-Кирей Царевичь, дву братовъ своихъ воротилъ, а рать Крымская вся пошла на наши украйны ... и что надъ нею сталось, то тебѣ вѣдомо.» Въ Дѣлахъ Польск. No 17, л. 329: «Приходили многіе Мурзы на наши украйны, до сорока тысячь, и тѣхъ побили, а блиско тритцати тысячь во всѣхъ мѣстѣхъ убили, и живыхъ поимали больше дву тысячь, имянитыхъ Мурзъ, Суяетова сына, Янглычова, и иныхъ, и нынѣ въ тюрмѣ на Москвѣ сидятъ.» Въ Маѣ 1587 ожидали Хана на берегу Оки Воеводы К. Ив. Мих. Глинскій, Никита Ив. Очинъ-Плещеевъ, К. Одоевскій, Казый Кордануковичь Черкасской, Мих. Мих. Салтыковъ-Кривой; но не видали Татаръ. Въ Архив. Розрядн. Кн. л. 709: «Іюня въ 30 (г. 1587) два Царевича (Саламетъ-Гирей и Фети-Гирей) пришли къ городу Кропивнѣ и острогъ взяли; а было съ ними людей 40, 000.» Воеводы наши, Бояринъ Ив. Вас. Годуновъ, Кн. Дм. Ив. Хворостининъ и другіе, отъ 13 до 20 Іюля стояли за Тулою у Малиновыхъ воротъ. Вѣроятно, что они тогда взяли въ плѣнъ Ибрагимъ-Пашу, который приходилъ съ Царевичами, и о коемъ упоминается въ Дѣлахъ Крымскихъ сего времени. Въ письмѣ Государевомъ къ Хану въ началѣ 1588 г.: «Братъ твой Алпъ-Кирей Царевичь и Саламетъ-Кирей приходили на наши украйны со всѣмъ Крымомъ, а мы по твоимъ къ намъ присылкамъ оплошились и не чаяли того: ѣздили въ объѣздъ молитись.» Были еще иные маловажные набѣги и сшибки, по извѣстіямъ Книгъ Розрядныхъ (см. въ нихъ годы 1585—1588).

(100) Въ Дѣлахъ Крым. No 16, л. 2: «Сайдетъ-Кирей съ братьею приступали въ Бокчисараемъ и посадъ выжгли; и Исламъ-Кирей съ братьею сидѣли въ Бокчисараехъ, а съ ними было Крымскихъ Князей и Мурзъ тысечи съ четыре, да Яныченъ 600, и Яныченъ многихъ побили, и Царь на третей день въ ночи пошелъ на горы лѣсною дорогою, и Царевичи и Ногайскіе люди за нимъ гоняли, и Царь отбился, да пришелъ въ Болыклею въ городъ, и сѣлъ въ корабль, да пришелъ въ Кафу; а Калга да Саламетъ-Кирей пошли другою дорогою къ Старому Крыму, и пришли въ Кафу, и Сайдетъ-Кирей съ братьею пришелъ въ Крымъ, и учинился Царемъ, и былъ Царемъ полтретья мѣсяца ... и Царь Исламъ-Кирей послалъ Саламетъ-Кирея къ Турскому за море ... и Турскій далъ Яныченъ 4000, » и проч. См. также л. 21.

23

(101) Муратъ пріѣхалъ къ Государю въ 1586 г. (въ Никон. Лѣт. и въ другихъ: «съ снохою и съ племянникомъ и со многими Татары ... и посла его Царь въ Астрахань, а съ нимъ Воеводъ К. Ѳед. Мих. Троекурова да Ив. Мих. Пушкина). См. въ Архивѣ Кол. Иностр. Дѣлъ Отписки въ Посольскій Приказъ Астраханскаго Воеводы К. Ѳед. Лобанова-Ростовскаго о Царевичѣ Муратъ-Гиреѣ, присланномъ туда изъ Москвы съ Думнымъ Дворяниномъ Ром. Мих. Пивовымъ и съ Воеводою Мих. Ив. Бурцовымъ, въ Октябрѣ 1586. Тамъ сказано: «А пришедъ Царевичь блиско города къ пристани, и Воеводы велѣли изъ пушекъ и изъ ручницъ стрѣляти, а какъ стрѣльба минулась, и язъ велѣлъ по набатомъ и по накромъ (бубнамъ) бить, и въ сурны и въ трубы играти; для Царевича и иноземцевъ велѣлъ стрѣляти изъ тритцати изъ одной пушки, а изъ большого наряду не стрѣляти, » и проч.

(102) Тысячи двухъ сотъ. За Царевичемъ ѣхали верхомъ Воеводы.

(103) См. выше, примѣч. 40, и въ Архивѣ Иностр. Кол. Отпускъ изъ Москвы Муратъ-Гирея и отписки Воеводъ Астраханскихъ.

(104) См. тамъ же, въ Отпускѣ и въ Отпискахъ.

(105) См. Дѣла Крым. No 16, л. 164; см. также выше, л. 96 и 97.

(106) См. Т. VII, 57, — Т. VIII, 42, и Т. IX. 74.

(107) См. Дѣла Турецк. No 2, л. 259 и слѣд.

(108) См. тамъ же, л. 262, 275, 277, 457.

(109) Тамъ же, л. 441, 455.

(110) Тамъ же, л. 443, 445, 454. О кафтанѣ: «положилъ на Бориса кафтанъ бархатъ Бурской, шолкъ червчатъ съ золотомъ.» Нѣтъ сомнѣнія, что такъ назывались у насъ ткани славныхъ фабрикъ города Бурсы, въ древней Виѳиніи (Анатоліи), гдѣ жили Султаны до взятія Константинополя.

(111) Въ Розрядн. Кн. г. 1585: «посылалъ Государь Воеводъ своихъ (Ѳому Бутурлина и Юрья Булгакова) на поле къ Азову по Дону внизъ по Ногайской сторонѣ въ стрѣчу Турсково Посланника, и для Черкасъ, чтобъ ихъ съ Дону сгонити.» Въ Дѣлахъ Турецк. л. 475: «А какъ Посланникъ пріѣхалъ на дворъ (въ Кремлѣ, и вышелъ изъ саней противъ Казенные полаты не доѣхавъ мостковъ, и шелъ вверхъ середнею лѣсницею, да по крыльцу въ Набережную полату въ Малую къ Боярамъ, а Государь сидѣлъ въ Середней полатѣ въ Золотной въ Царскомъ платьѣ; а при Государѣ Бояре и Дворяне въ золотномъ платьѣ; а передъ полатою въ сѣнехъ сидѣли Дворяне и Приказные люди и по крыльцу отъ Грановитые полаты до Благовѣщенья по обѣ стороны стояли Дворяне и Дѣти Боярскіе и Подъячіе въ золотномъ платьѣ; а отъ Благовѣщенья до дверей Набережные полаты и въ проходной полатѣ стояли Дѣти Боярскіе и Подъячіе и торговые люди въ чистомъ платьѣ; а Стрѣльцы отъ крыльца по середней лѣсницѣ и до Фроловскихъ воротъ и въ торгу съ ручницами. А въ Набережной полатѣ Бояре сидѣли Борисъ Ѳедоровичь въ саженой шубѣ, а Князь Ѳедоръ Мих. и Дьяки Андрей и Василій въ золотномъ платьѣ, а при Боярѣхъ въ полатѣ стояли Дворяне и Дѣти Боярскіе въ золотномъ платьѣ. И какъ Посланникъ вшелъ въ полату, и встрѣтили его поконецъ ковра Дьякъ Вас. Щелкаловъ, а посереди ковра Дьякъ Андрей Щ., а Бояринъ К. Ѳед. Мих. отступивъ двѣ ступени; а Борисъ Ѳедоровичь всталъ и звалъ Посланника карашеватца; а послѣ того звали Посланника карашеватца Бояринъ К. Ѳ. Мих. и Дьяки Щелкаловы. А послѣ звали Бояре къ рукѣ Салтанова человѣка Янычанина, да Асманъ-Пашина человѣка, и Толмача Турскаго, и Посланниковыхъ людей; и велѣли Посланнику сѣсти противъ

24

себя на скамейкѣ, а Дворяномъ и Дѣтемъ Боярскимъ и Посланниковымъ людемъ велѣли выйти. И говорили Посланнику Бояре, съ чѣмъ къ Государю пріѣхалъ?... И вставъ Посланникъ являлъ Борису Ѳед. поминки, камку золотную. И Бояре шедъ рѣчи ево сказывали Государю, и Царь велѣлъ Посланнику итти къ себѣ, » и проч.

(112) Дѣла Турецк. л. 481.

(113) Благовъ донесъ Государю, что Султанъ желаетъ мира съ Шахомъ, съ Королями Испанскимъ и Французскимъ, мысля воевать Россію. Въ Дѣлахъ л. 369: «Приходилъ къ Борису (Благову) Астраханской Стрѣлецъ, Собинкою зовутъ, а взятъ въ полонъ на Волгѣ, и сказывалъ, что Асманъ-Паша (Кафинскій) нынѣ стоитъ въ Костоманѣ, а собираетца съ людми, а собрався итти ему однолично подъ Астрахань, не на Азовъ, на Керчь да на Черкасы, а на Азовъ нейти для Казаковъ, чтобъ ему не объявити своего походу; а вождь будетъ въ Астарахани Кафинской торговой человѣкъ... а пришедъ имъ къ Астарахани, отогнать отъ города суды, да ставити имъ у Астарахани городъ на старомъ городищѣ, да промышлять надъ Астараханью.» Столь долго державъ Ибрагима въ Москвѣ, Государь писалъ къ Султану: «Мы съ весны рано хотѣли его отпустить на Азовъ, и онъ извѣщалъ нашимъ Приказнымъ людемъ, что Дономъ много воровъ Донскихъ Казаковъ и Черкасъ Литовсково Короля, и живутъ по Дону и по Донцу ... Хотѣли есмя отпустити его на Крымъ степью, а не отпустили для того, что сего лѣта трожды изъ Крыму и изъ Азова и Якшисата Князя Казаки приходили на наши украйны... и Чаушъ твой почалъ проситись у насъ чрезъ Литовскую землю на Смоленескъ, а у насъ по Смоленской дорогѣ почало быть сего лѣта повѣтрее... а какъ въ осень повѣтрее перестало, и мы Чауша отпустили. «Но Послу Баторіеву мы говорили такъ (Дѣла Литов. No 16, л. 26): «Турской проситъ, чтобъ Государь нашъ былъ съ нимъ въ миру, и Государь къ Турскому Посла его не отпущаетъ, а ждетъ отъ Шаха Пословъ, и какъ Послы Кизылбашскіе будутъ, и Государь выслушавъ ихъ, и на чемъ съ Кизылбашскимъ здѣлаетца, и въ ту пору Турскаго Посла отпуститъ.»

(114) С. Т. VI, 143.

(115) См. Дѣла Грузинскія, No 1, л. 1 и слѣд. Послами были Священникъ Іоакимъ, Монахъ Кириллъ и Черкашенинъ Хуршитъ. Въ Москвѣ давали имъ ежедневно: «Священнику Іоакиму да Старцу Кирилу по гривнѣ человѣку на день, Черкашенину Хуршиту по полутретья алтына, людемъ ихъ тремъ по шти денегъ, а двѣмъ по 4 денги; питья Посломъ по 3 чарки вина, по крушкѣ меду обварнова, полведра паточново, ведро цыженого; людемъ пяти по двѣ чарки вина человѣку, ведро меду, всѣмъ по ведру пива; въ избы и въ поварни по возу дровъ на день.»

(116) Тамъ же, л. 287 (слова Царя Грузинскаго): «Прадѣдъ нашъ то Царство Иверское раздѣлилъ на три части, и въ нынѣшнихъ временахъ треть была за зятемъ моимъ, за Семеномъ, и зять мой мало не все свое Государство потерялъ... Турскаго люди на его землѣ городы поставили.» Увидимъ послѣ, что Удѣломъ Симеоновымъ была Карталинія.

(117) Шавкаломъ или Шевкаломъ (см. Т. VIII, примѣч. 412, 415) или Шамхаломъ назывался главный Князь Дагестанскій, коего столица была въ Таркахъ или Теркахъ, городѣ оставленномъ и срытомъ въ 1728 году. Нынѣшнія Терки стоятъ на другомъ мѣстѣ.

Въ Дѣлахъ Грузин. л. 92: «Шевкалскихъ людей зберетца до двунатцати тысечь, а Государевы бы

25

рати послати до дватцати тысечь... А про дорогу на Шевкала Послы сказали: итти съ Терки до Тюмени конному съ днище, а пѣшему два дни; а отъ Тюменского до Шевкала до города Тарки два жь дни, а отъ Тарковъ до Кафирькумука конному день; а отъ Кафирькумука до Казаныча пѣшему днище; а отъ Казаныча до Казыкумука до Сафурского съ четыре днища, а Сафурской подданной Александра Царя; а отъ Сафурского до Иверскіе земли ходу два дни; и всего до Грузеи отъ Терки на Шевкала ходу 15 денъ... Черкаскіе Послы, Шиховъ племянникъ, и Алкасовъ Посолъ» (бывшіе въ Москвѣ вмѣстѣ съ Грузинскими) «говорили, что они холопи Государскіе старинные, а прислали ихъ Алкасъ Князь и Шихъ Мурза бити челомъ, чтобъ Государь велѣлъ ихъ отъ недруговъ беречи Терскимъ Воеводамъ, а недруги имъ Асламбекъ Князь Кабардинской, а они хотятъ быть въ городѣ Терскомъ со Государевыми Воеводами... И Алкасовъ Посолъ сказалъ, что Алкасъ съ Воеводами самъ пойдетъ» (на Шевкала) «а съ нимъ его рати до тысечи человѣкъ... а Шихъ Мурза съ ними пошлетъ своихъ людей до ста человѣкъ конныхъ, а до ста пѣшихъ... Близко Шевкала есть землица, словетъ Караушь, и только тотъ Князь съ Шевкаломъ станетъ за-одинъ, ино зберетца у цехъ тысечь съ двѣнадцать ... Итти Посломъ лутче на Аварского Князя, а напередъ бы послати къ нему изъ Терского города, чтобъ онъ прислалъ закладъ ... Туды дорога добра, горъ мало и воды не велики... А ходу отъ Терки отъ Суншина городища до Шиха два дни, а Шевкалъ будетъ влѣвѣ отъ Шиха два дни; а сынъ Шевкаловъ, Алкасъ-Мурза, отъ Шиха не далеко: только онъ Шиху другъ и Государю служитъ; а до Аварского отъ Шиха три дни; а отъ Аварскаго до Чорнаго Князя шесть днищъ; а отъ Чорнаго до Иверскія земли днищъ съ десять.»

(118) Гонцевъ или Посланниковъ, Родіона Биркина, Петра Пивова, Подьячаго Полуханова въ Апр. 1587. Въ даръ Иверскому Царю отпустили съ нами: «сорокъ соболей во 100 рублевъ, двѣ лисицы черны въ 30 р., тысечи горностаевъ въ 40 р., десять зубовъ рыбьихъ въ 20 р., колчюга добрая въ 30 р., пансырь въ 20 р., шеломъ въ 30 рублевъ.» 16 Авг. они пріѣхали на границу Иверіи, гдѣ встрѣтилъ ихъ Александровъ Окольничій съ 50 Азнаурами (всадниками) и со 100 Янычанъ (пѣшихъ воиновъ); а 25 Авг. были представлены Царю, въ шатрѣ на горахъ. Мы хотѣли, чтобы Александръ прислалъ въ Терскую крѣпость хлѣба на 2500 воиновъ, на каждаго 6 четвертей пшеницы, или 3 четверти ячменю и 3 пшеницы: Александръ отговорился трудностію: «для дальнія дороги и для великихъ горъ, да и запасу собрати столько не мочно» (л. 61). — О дани сказалъ онъ (л. 64): «Камокъ Кизыльбашскихъ съ золотомъ да съ серебромъ и ковровъ золотныхъ въ моей землѣ не дѣлаютъ, а ведутца въ моей землѣ аргамаки да шолкъ; а впередъ камокъ и ковровъ пошлю добывати.»

Въ Окт. 1588 вторично пріѣхали въ Москву Послы Иверскіе, Князь Капланъ, Чернецъ Кириллъ и Черкашенинъ Хуршитъ (л. 78) съ извѣщеніемъ о подданствѣ ихъ земли. Дары Александровы были слѣдующіе: «коверъ золотной; покровецъ золотной, двѣ камки Кизыльбашскихъ, розные шолки съ золотомъ; 15 камокъ Кизыльбашскихъ безъ золота; три бархаты гладкихъ; три отласы гладкихъ; десетеры дороги; аргамакъ рыжъ; попонка бархатъ червчатъ гладкой; повяска отласъ золотной; оброть золотная; повяска камка золотная; узда зуфная; а Старецъ Кириллъ отъ себя поднесъ Государю камку Кизылбашскую, дороги, куршитъ

26

Въ Апр. 1589 поѣхалъ въ Иверію К. Семенъ Григор. Звенигородскій, Намѣстникъ Брянскій, съ Дьякомъ Торхомъ Антоновымъ. Въ ихъ наказѣ: «итти вамъ изъ Астрахани на Терку въ судѣхъ на усть Терки, а изъ Терского города до Суншина городища, гдѣ стоятъ изъ Терсково города Головы въ острогѣ; а лошади свои отпустити изъ Астарахани на Терку полемъ къ городу Терскому.»

Л. 201: «Роспись, что дано корму Грузинскимъ Посломъ изъ Казани до Нижнего: 70 калачей денежныхъ — яловица, 30 алтынъ — 5 борановъ, 12 алтынъ, 3 денги — пятеро утятъ, полтретья алтына — десятеро куровъ, гривна — полпуда масла коровья, двѣ гривны — пудъ икры паюсной, двѣ гривны — четыре осетры, 4 гривны — ведро вина горячево, » и проч.

К. Звенигородскій пріѣхалъ къ Александру въ Окт., а возвратился въ Москву лѣтомъ 1590 года.

(119) См. Дѣла Грузин. л. 147, 290, 292, 296, 313. О смотрѣ Александрова войска: «Ѣхали Послы (Россійскіе) отъ Олександра Царя по правую сторону, а съ лѣвую ѣхалъ Алкасъ Князь, а передъ Александромъ возилъ скипетръ Попъ его Акимъ, который былъ на Москвѣ; а назади за Александромъ возятъ знамя; а съ нимъ зять его Байграмъ, да Бояринъ его Ясонъ, да Чашникъ Коржа, и Стольники и иные ближніе люди, всего человѣкъ со сто, съ оружьемъ, съ щиты и съ зерцалы, и съ булавою и съ шестоперомъ; а за нимъ трубники и накрачеи... и въ первомъ полку сынъ его Юрьи, а въ другомъ Воевода Едиша да Старецъ Кирило... а въ третьемъ полку подъ знаменемъ сынъ его, Царевичь Давыдъ, да Епископъ Захарей, » и проч.

Воевода Терскій, К. Хворостининъ, въ 1589 г. писалъ къ Шавкалу «Къ намъ изо всѣхъ ближнихъ и дальнихъ мѣстъ, всѣ Карабдинскіе и Горскіе Князи, присылали Пословъ и учинились подъ Государя нашего рукою... а ты, Шевкалъ Князь, живешь ближе иныхъ, а по ся мѣста ни о чемъ еси не присылывалъ, и прежнюю свою присылку забылъ, что было тебѣ быти въ Царской волѣ, и Государь послалъ былъ на тебя рать свою, и ему билъ челомъ Муратъ-Кирей Царевичь (зять твой) чтобы на тебя рати своей ещо не посылалъ ... и ты бы прислалъ въ городъ Терской въ закладъ братью свою» (л. 185). Въ бумагахъ 1590 г. сказано (л. 313): «Шевкалу утѣсненіе великое учинено, и рѣку Койсу Государевы люди у него отняли, и городъ на Койсѣ хотятъ ставити, и Шевкалъ Государю бьетъ челомъ.»

(120) Тамъ же, л. 74 и 298: «Александръ Царь Турского Чеушу отказалъ: съ запасомъ въ Дербенъ и въ Баку черезъ свою землю не пущу, и своихъ запасовъ не дамъ: холопъ есми Царя и Вел. Князя всея Русіи; а Турскаго не блюдусь... А съ Турскимъ бы (Александръ) жилъ переманивая, доколѣ которой промыслъ надъ Турскимъ учинитца.»

(121) Тамъ же, л. 312 и 313 на об.

(122) Тамъ же, л. 88 на об. и 103: «Посылаетъ Государь» (изъ Москвы въ Иверію) «дву Старцовъ, да дву Священниковъ, да Діякона, да иконописцевъ трехъ человѣкъ, а о мастерѣхъ впередъ указъ свой учинитъ, очистя дорогу... Послалъ Государь съ ними» (съ К. Звенигородскимъ и Дьякомъ Торхомъ) «учительныхъ людей, Троицы Сергіева монастыря Соборнаго Старца, бывшаго Казначея, Заххею (Закхея), да Священника Черново Іосафа, да Чюдова монастыря Діакона Ѳеодосья, да Соборныхъ Священниковъ Богдана, да Архангельского Священника Дмитрея, да Дьякона Ѳедора, иконниковъ.»

(123) Тамъ же, л. 295 на об.

27

(124) Тамъ же, л. 194, 287.

(125) Тамъ же, л. 263 на об., 315, 317: «Александръ велѣлъ вамъ» (К. Звенигородскому и Торху) «говорити, чтобы вы нынѣ съ того стану пошли хъ Крыму... Велѣлъ (Александръ) въ Крыму приготовити дворы... А нынѣ Митрополитъ (Иверскій) у Александра Царя въ селѣ въ Тогу, и въ Заемѣ» (въ другихъ мѣстахъ: Загемѣ) «съ нимъ будетъ... И Генваря въ 26 Александръ Царь въ Заемъ пріѣхалъ и Митрополитъ Микола съ нимъ.» — О новомъ титулѣ Ѳеодора см. въ дипломатическихъ бумагахъ сего времени, на примѣръ въ Дѣл. Польск. No 21, л. 208, въ наказѣ Посланника Ислѣньева: «нѣто учнуть его спрашивати, почему Государь пишетца въ титулѣ Государемъ Иверскіе земли, Грузинскихъ Царей и Кабардинскіе земли Черкасскихъ и Горскихъ Князей? и Данилу говорити: тѣ Государства приложилися къ Государю нашему вновѣ: Грузинскіе Цари, Александръ и Симонъ, учинились подъ его рукою, а были подъ Турского ... а Кабардинскіе Князи издавна.»

(126) Въ Дѣлахъ Литов. No 16, л. 24 на об.: «а нынѣ (въ 1586 г.) Шахъ къ Государю нашему шлетъ Пословъ своихъ Великихъ, Удѣльного Князя, съ сеунчемъ (извѣстіемъ), что побилъ Турскую рать до ста тысячь, и Асманъ-Пашу убилъ.» См. о Посольствѣ Григорья Васильчикова и Подъячаго Монастырева въ Дѣлахъ Персид. No 1, л. 2 и слѣд.

(127) Въ Дѣлахъ Персид. л. 30 и слѣд.: «Іюля въ 29 (1588) Григ. Васильчиковъ и Кизылбашской Посланникъ изъ Асторахани пошли... съ Волского устья на море Авг. въ 4, и носило бусу моремъ 7 недѣль... и пришли межь Гилянского Царя земли и Маликова города, а Царь Маликъ Кизыльбашскому непослушенъ... и Григорей пошелъ на бусѣ къ Гилянской пристани... и пріѣхалъ въ городъ въ Лянгуръ ... Говорилъ Айдаръ» (чиновникъ Гилянскій) «Григорью: Государь нашъ, Ханъ Ахметъ, велѣлъ тебѣ ѣхати къ себѣ въ Лагозенъ ... И того дни (14 Окт.) Григорей у Царя былъ ... и Царь сѣлъ за столъ и велѣлъ ему, Подъячему и толмачю сѣсти за тою жь скатертью, противъ себя, а столъ былъ на землѣ по ковромъ.» Царь или Ханъ Гилянскій держалъ Васильчикова около двухъ мѣсяцевъ, и наконецъ отпустилъ къ Аббасу въ Казбинъ. Чиновники Шаховы сказали ему, что Аббасъ приметъ его сидя на конѣ; а Васильчиковъ отвѣчалъ: «то гдѣ слыхано, што Посломъ великаго Государя Посольство править, а Государъ на конѣ сидитъ?... И Приставъ говорилъ: ты пріѣхалъ къ Государю нашему, и тобѣ дѣлати по его волѣ, а обычаевъ тебѣ въ чюжой землѣ не уставить ... И Приставы ѣздили къ Шаху и пріѣхавъ говорили; Шахъ твоего хотѣнья не изневолилъ и хочетъ дѣлати все по твоему хотѣнью ... Апр. въ 9 велѣлъ Шахъ Григорью быти у себя на дворѣ ... а Шахъ сидѣлъ подъ навѣсомъ на коврѣхъ ... а послѣ Государева поклона правилъ Григорей отъ Бориса Ѳедоровича поклонъ ... Клалъ Шахъ на Григорья руку ... Пришедъ къ Григорью Дьяки Мурза Литвинъ, говорилъ: Шахъ велѣлъ былъ нынѣ тебѣ быти у стола, да сказали Шаху, что вы нынѣ скорому не ѣдите. Шахъ таковъ радостенъ учинился о ссылкѣ Государя вашего, о братцкой любви и дружбѣ, и не хочетъ ни съ которыми Государи быти въ такой любви, что съ вашимъ. А нынѣ велитъ тебѣ быти у себя у своей потѣхи, а иныхъ никоторыхъ Государей Послы у его потѣхи не бываютъ ... Турской Салтанъ съ Шахомъ въ ссылкѣ, чтобъ далъ Шахъ за Турского сестру свою, да прислалъ бы къ Турскому

28

племянника своего, Амзы-Мурзина сына, Шахъ Смаилъ Мурзу, а Турской дастъ за него дочь свою; а которы городы, Тевризъ и иные, опричь Ширвана и Шемахи, и Баки и Дербени, поималъ у Шаха, и тѣхъ городовъ Шаху поступитца ... А какъ Шахъ послышалъ приходъ Государева Посланника, и Шахъ велѣлъ Турскихъ Пословъ розвести по городомъ ... А поималъ Турской у Шаха, опричь Тевриза и Шемахи, и Ширвана, и Баки, и Дербени, городъ Эреванъ, Шабранъ, Кабеля, Агдашъ, Решта, Кешъ, Магмудова, Хой, Нохчюванъ, Дурванъ; да въ томъ году, какъ Григорей пришолъ, взялъ городъ Кенжю, городъ Берда, да отъ Казбина за 5 денъ городъ Амоданъ, и розорилъ, и поставилъ за днище отъ того мѣста два города.»

(128) См. тамъ же, л. 166—212. Послы Шаховы пріѣхали къ намъ въ Маѣ 1590.

(129) Въ Дѣлахъ Грузин. No 1, л. 71: «пришли къ Шаху Ишпанскаго Короля Послы, Филиппъ Дрейфъ съ товарыщи, а съ ними 400 человѣкъ, о миру и о ссылкѣ, и стояти бы имъ на Турскаго за-одинъ; и Шахъ-дей велѣлъ Турского и Ишпанского Короля Посломъ быти у себя вмѣстѣ, и какъ-дей съѣхались, и тутъ-дей была у нихъ брань великая, и битца хотѣли; а задоръ-дей былъ Ишпанскаго Короля Пословъ.»

(130) Въ Дѣлахъ Персид. л. 199: «и мы чаемъ не токмо противъ Турского стоять, мы сами Турсково со Государства сгонимъ.»

Дары присланные Шахомъ (л. 190): Сѣдло Кизылбашское дѣло; настилка бархатъ Кизылбашской; луки и звезди кованы золотомъ, въ нихъ вдѣланы яхонты червчаты и лалы и бирюзы; войлоки бархатъ; крыльца и тебенки камка; стремена желѣзные обогнуты серебромъ; пряжи серебрены; пуслища а подпруги тканы въ крушки, шолкъ чорнъ да лазоревъ, да червчатъ да бѣлъ съ золотомъ и серебромъ: цѣна 526 рублевъ» (т. е. около десяти тысячь нынѣшнихъ рублей ассигнаціями) узда и паперсть хозъ чорнъ, опушено гзомъ празеленымъ; пряжи и наузольники и запряжники, у паперсти крюки и запряжники золоты: цѣна 31 рубль. Коверъ розные цвѣты съ золотомъ и серебромъ: цѣна 30 рублевъ. Два лала: цѣна 150 рублевъ. Шатеръ и полы, выбиванъ по отласу и по тафтѣ, и шитъ шелки, подложенъ киндяками; соха писана золотомъ творенымъ: цѣна 792 рубли. ... Посолъ Бутакбекъ Государю челомъ ударилъ: камка шолкъ бѣлъ да червчатъ, по ней звѣри и козы: цѣна 6 рублевъ; бархатъ Бурской червчатъ, мѣры въ немъ 10 аршинъ съ четью: цѣна 12 рублевъ ... коверъ Бухарской розные цвѣты, кисти шолкъ зеленъ: цѣна 10 рублевъ... сабля булатна, наведена золотомъ, ножны хозъ празеленъ: цѣна 5 рублевъ, » и проч. Л. 184: «И того дни Кизылбашскіе Послы у Государя ѣли; а столъ былъ въ Большой въ Грановитой полатѣ, а поставцы были въ полатѣ около столба всѣ, и у дверей надъ трубою, и въ сѣнехъ передъ полатою по лѣвой сторонѣ стояли суды серебреные всѣхъ поставцовъ; а по правой сторонѣ, вышедъ изъ полаты, стояли бочки и ведра серебреные и ковши большіе. А Государь сидѣлъ за столомъ въ своемъ Государевомъ мѣстѣ, а мѣсто было учинено золото съ тремя степенми; а передъ Государемъ былъ столъ золотъ; а по лѣвую сторону въ окнѣ отъ Благовѣщенья стоялъ столъ Нѣмецкое дѣло, камень деманитъ на ношкахъ серебреныхъ а на немъ язычки; а въ другомъ окнѣ по правую сторону стояли часы боевые золочены, Нѣмецкое дѣло, походные на слонѣхъ. А Бояре сидѣли за столомъ, въ большой лавкѣ, К. Ѳед. Мих. Трубецкой, да Дм. Ив. Годуновъ, да Борисъ Ѳедор.

29

Годуновъ: а иные Бояре и Дворяне Большіе въ шубахъ нагольныхъ и въ шапкахъ чорныхъ. А въ другой лавкѣ сидѣли Дворяне выборные въ напольныхъ же шубахъ и въ шапкахъ. А Послы сидѣли въ кривомъ столѣ въ лавкѣ ... а противъ ихъ сидѣлъ и подчивалъ Дм. Ив. Вельяминовъ ... А Стольники и Стряпчіе всѣ были въ золотномъ платьѣ ... А подача Посломъ отъ Государя была послѣ Бориса Ѳед. Годунова.»

Титулъ Государевъ въ письмѣ къ Шаху (л. 223): «Бога безначальнаго, невидимаго, превыше небесъ пребывающаго, и словомъ вся сотворшаго, и духомъ Своимъ всѣмъ животъ дарующаго, страшнаго и неприступнаго, владающаго силами небесными и устрояющаго по всей земли всяческая, Его же трепещутъ и боятся небесная и земная и преисподняя, Сего силою и дѣйствомъ стоимъ и движемся и пребываемъ, и величеству Его славу возсылаемъ, утвердившаго насъ скифетръ держати православія и пастырствовати словеснымъ Его овцамъ, мы великій Государь, » и проч. Борисъ также писалъ къ Шаху. Въ тоже время были отпущены изъ Москвы и Гилянскіе Послы, 29 Іюня 1590.

(131) См. тамъ же, л. 269.

(132) См. ниже о многочисленности Ѳеодорова войска въ Шведскомъ походѣ 1590 года.

(133) См. Розрядн. Кн. Ѳеодорова времени; на примѣръ: «Посылалъ Государь (въ 1584 г.) на берегъ смотрити по полкомъ Дворянъ и Дѣтей Боярскихъ и Стольниковъ: въ большой полкъ въ Серпуховъ, да въ большой же полкъ за рѣку на Тулу Стольника С. В. Сабурова, въ правую руку въ Олексинъ да въ передовой полкъ въ Колугу Стольника своего, К. А. Д. Хилкова; въ сторож. полкъ на Коломну да въ лѣвую руку на Коширу К. А. А. Рѣпнина.»

(134) Въ Двинск Лѣт., въ Рос. Вивліоѳ. XVIII, 15: «въ 95 году (1587) пріѣхалъ писать Двинскихъ жителей и пашенныхъ земель и всякихъ угодій К. Вас. Андр. Звенигородской, и въ 96 и 97 годѣхъ писалъ на Двинѣ; онъ же и Воеводою былъ.» Въ Дѣлахъ Польск. 1591 г. No 21, л. 208: «что ни есть земель всего Государства, всѣ сохи въ торханехъ учинилъ, во льготѣ» (т. е. Борисъ положилъ на сохи легкую дань).

(135) Тамъ же, стр. 15.: «Въ лѣто 7092 присланы съ Москвы на Двину Воеводы Петръ Аѳан. Нащокинъ, да Залѣшанинъ Никифоровъ сынъ Волоховъ. Оные Воеводы отъ морскаго устья за 30 верстъ, надъ Двиною рѣкою, на Пуръ на волокѣ кругъ Архангельскаго монастыря, Архангельской городъ древянной однимъ годомъ поставили, и съѣхали къ Москвѣ.» См. выше, примѣч. 53.

(136) Въ Хронографѣ Гр. Толстаго, г. 1589: «заложенъ въ Астрахани городъ каменъ.»

(137) См. Хронографы и Латухин. Степен. Кн.; въ первыхъ строитель Бѣлаго города именованъ Конономъ Ѳедоровымъ (съ прибавленіемъ, что онъ занимался симъ дѣломъ около семи лѣтъ), а въ послѣдней Ѳедоромъ Конемъ.

(138) См. Въ Архивѣ Кол. Иностр. Дѣлъ Отправленіе посланника Ив. Хлопова къ К. Урусу (въ Іюнѣ 1586), гдѣ сказано: «а въ тѣжь поры, пришедъ на Яикъ Казаковъ съ шесть сотъ и съ семь сотъ, поставили городъ большой, » и проч. Князь Щербатовъ, ссылаясь на Розряд. Кн., пишетъ, что Государь въ 1595 году послалъ въ Астрахань Окольничаго Ив Мих. Бутурлина, Казначея Дементія Ив. Черемисинова, Дьяка Ѳому Панина, и съ ними Воеводъ, Ждана Степ. Сабурова и К. Владим. Вас. Кольцова-Мосальскаго, велѣвъ послѣднимъ заложить городъ на Тетюшахъ, то есть, на устьѣ Яика, куда они ходили

30

на судахъ, и гдѣ построили острогъ съ воротами, ввѣривъ его храненіе дружинѣ Стрѣльцевъ. Я не нашелъ сего извѣстія въ Розряд. Кн. Тетюши далеко отъ Яика. Въ Большомъ Чертежѣ, сочиненномъ, какъ думаю, въ концѣ Ѳеодорова царствованія, сказано: «пала въ Яикъ Илезъ рѣка; а на устьѣ той рѣки островъ Кошъ Яикъ; а промежъ тѣмъ протокомъ и рѣки Яика на острову Казачей городокъ» (въ немъ не бывало Стрѣльцовъ).

(139) На примѣръ, въ Дѣлахъ Персид. No 1, л. 194: «Маія въ 13 (г. 1590) по Государеву указу у Конюшего и у Вел. Боярина ... у Бор. Ѳед. Год., были на дворѣ Кизыльбашскіе Послы; а посыланы по нихъ Приставы Ондрей Клобуковъ да Дм. Тургеневъ, да переводчикъ С. Степановъ ... а встрѣтилъ Пословъ на середней лѣсницѣ Бориса Ѳедоровича Дворецкой Богданъ Ивановъ; а какъ вошли къ Борису Ѳ. въ переднюю избу, и явилъ ихъ Борису Ѳ. челомъ ударити Казначей его Девятой; и Борисъ Ѳ. звалъ Пословъ карашеватца» — однимъ словомъ, точно такъ, какъ у Царя.

(140) См. выше. Въ 1586 году Бояре Царской Думы такъ писались: «Отъ Боярина и Намѣстника Володимірского, отъ К. Ѳед. Ив. Мстиславского — отъ Б. и Н. Псковского, отъ К. Ив. Петр. Шуйского — отъ Б. и Н. Новогородцкого, отъ Дм. Ив. Годунова — отъ Б. и Конюшего и Намѣстн. Казан. и Астрах., отъ Бор. Ѳед. Годунова — отъ Б. и Н. Двинского, отъ К. Ондр. Ив. Шуйского — отъ Б. и Н. Костромского, отъ Степ. Вас. Годунова — отъ Б. и Дворецкого, отъ Григорья Вас. Годунова отъ Б. и Н. Каргопольского, отъ К. Дм. Ив. Шуйского — отъ Б. и Дворецкого Казанского и Нижегородцкого и Намѣстника Резанского, отъ Ив. Вас. Годунова, отъ Б. и Н. Вологоцкого, отъ К. Микиты Романовича Трубецкого — отъ Б. и Н. Нижегородцкого, отъ Ѳедора Никитича Романова — отъ Б. и Н. Устюжского, отъ К. Тимоѳея Роман. Трубетцкого, отъ Б. и Н. Ржевского, отъ К. Ив. Вас. Ситцкого-Ярославского — отъ Б. и Н. Бѣлозерского, отъ К. Ѳед. Дм. Шестунова — отъ Б. и Н. Коломенского, отъ К. Ѳед. Мих. Троекурова — отъ Кравчего и Н. Коширского, отъ Александра Никитича Романова — отъ Большихъ Діяковъ, отъ Ондрея да отъ Василья Яковлевичевъ Щелкаловыхъ.»

(141) См. Розряд. Кн. Ѳеодорова царствованія. На примѣръ: Маія въ 31 (г. 1584) ѣли у Царя Бояре, Бояринъ К. Вас. Ѳед. Скопинъ-Шуйской, да Бояринъ Дм. Ив. Годуновъ, да Бояринъ Степ. Вас. Годуновъ, да Окольничей Ив. Ив. Сабуровъ, да Окольничей К. Дм. Петр. Елецкой.» Иногда Ѳеодоръ обѣдалъ также съ избранными Боярами въ Чудовѣ монастырѣ.

(142) См. Т. IV, 149, и примѣч. 324. Въ Родолов. Кн. сказано, что Князь Четъ выѣхалъ въ 1330 году.

(143) Въ Никон. Лѣт. (и въ другихъ): «Борисъ же съ своими совѣтники держаше великій гнѣвъ на Шуйскихъ, а они же ему противляхусь и никакожь ему поддавахусь ни въ чемъ; гости жь и всякіе Москов. торговые люди черные всѣ стояху за Шуйскихъ.» См. также Латухина Степен. Кн. Годуновъ примирился съ Шуйскими еще въ 1585 году.

(144) Такъ всегда отвѣтствовали Митрополиты Литовской Думѣ, когда она требовала ихъ ходатайства или содѣйствія въ мирныхъ переговорахъ съ Россіею.

(145) См. Судебникъ.

(146) Въ Степен. Кн. Латух.: Премудрый Грамматикъ, Діонисій Митрополитъ.» Въ Патріаршей

31

или Синодальной библіотекѣ хранится подлинная жалованная грамота, данная Царемъ Ѳеодоромъ Іоан. сему Митрополиту 24 Генв. 1585: «о невъѣздѣ въ его волости, въ монастырскія и въ села Митрополичьихъ Дѣтей Боярскихъ Государевымъ Посланнымъ, Губнымъ Старостамъ, Городовымъ Прикащикамъ и Разсыльщикамъ для денежныхъ сборовъ, и о взносѣ всякихъ податей съ церковныхъ недвижимыхъ имѣній въ казну на Москвѣ.»

(147) По невѣроятному сказанію Д. Хитрея, Царь Іоаннъ написалъ будто бы въ своемъ завѣщаніи, что если Ирина черезъ два года не будетъ матерью, то Ѳеодору развестись съ нею и жениться на другой. Въ Степен. Кн. Латух.: «Діонисій Митрополитъ, да Кн. Ив. Петр. Шуйскій и иныя Боляре Царевы Полаты, гости же Московскія и вси люди купецкія между себе сотвориша совѣтъ, и рукописаніемъ утвердишася, бити челомъ Государю, чтобы онъ чадородія ради вторый бракъ пріялъ, а первую свою Царицу Ирину Ѳеод. отпустилъ бы во Иноческій чинъ. Таковый же совѣтъ увѣдавъ Борисъ Годуновъ, » и проч. См. также Ядро Рос. Ист. 253; но Авторъ взялъ сіе извѣстіе изъ Петрея, который пишетъ (Musskow. Chron. 259); «Борисъ представилъ Патріарху (т. е. Митрополиту), что Ѳеодору лучше не имѣть сыновей: ибо они не могли бы мирно уступить короны Димитрію, ни Димитрій имъ.» Это невѣроятно: Димитрій не имѣлъ бы права на корону, если бы Ѳеодоръ оставилъ сыновей. Выбранную для Царя невѣсту Петрей называетъ сестрою Князя Floro Iwonowitz Zizlphouschis (вмѣсто: Ѳедора Ив. Мстиславскаго) прибавляя, что сей Князь былъ родомъ знатнѣйшій по Государѣ (въ самомъ дѣлѣ Мстиславскій считался первымъ родовымъ Вельможею), и что невѣсту тайно вывезли изъ дому въ монастырь. Меньшую сестру ея въ 1589 г. выдали замужъ за Князя Черкасскаго, Василія. Въ Дѣлахъ Польск. No 19, л. 28: «Говорити (въ Литвѣ посланному туда гонцу Андрею Иванову) «что Князь Ѳед. Ив. (Мстиславскій) при Государѣ въ великомъ жалованьѣ, и Борисъ Ѳед. его добрѣ любитъ, и Государь его нынѣ пожаловалъ, далъ ему сестрѣ его меньшой жениха, великово человѣка, Кабардинскіе земли Князя, Княжь Канбулотова Черкасково племянника, а Князю Борису Черкаскому брата, который женился у Боярина у Микиты Романовича, понелъ дочь его, » и проч.

Кн. Ив. Ѳедор. Мстиславскій умеръ Монахомъ въ 1586 году: см. Списокъ Бояръ въ Вивліоѳ. XX, 62.

(148) Въ Дѣлахъ Польск. No 18, л. 123: «Государь Царь Ѳедоръ Ивановичь, послѣ отца своего смерти, Князя Ивана Петр. Шуйского за его службу пожаловалъ великимъ жалованьемъ, въ кормленье Псковомъ обѣма половинами, и съ пригороды, и съ тамгою, и съ кабаки: чего никоторому Боярину не давывалъ Государь. А братья его, К. Ондрей Шуйской съ братьею, учали измѣну дѣлать, неправду, и на всякое лихо умышлять съ торговыми мужики; а К. Ив. Петровичь, имъ потакаючи, къ нимъ же присталъ, и неправды многіе показалъ передъ Государемъ. И Государь ещо къ нимъ милость показалъ не по ихъ винамъ: памятуя Княжъ Иванову службу, опалы своей большой на нихъ не положилъ; сослалъ ихъ въ деревни — а братъ ихъ большой, К. Вас. Ѳед. Скопинъ-Шуйской, слово до него не дошло, и онъ передъ Государемъ живетъ по старому: нынѣ съѣхалъ съ Государева жалованья, съ Каргополя.» Въ Никон. Лѣт. (и въ другихъ): «Научи (Борисъ) на нихъ доводити людей ихъ, Ѳедора Старкова съ товарищи, и возложи на нихъ

32

измѣну, и въ 95 году (1587) ихъ поимали... И Шуйскихъ съ приставы сослаша: К. Ив. Петр. въ вотчину ево въ село Лопатницы съ приставомъ со Княземъ Ив. Туренинымъ, а изъ Лопатницъ на Бѣлоозеро, и удавленъ бысть; а К. Андрея Ив. Шуйского сослали въ село Воскресенское, а оттуда въ Каргополь, и такоже удавленъ бысть, » и проч. См. также Латух. Степен. Кн. Въ Морозов. Лѣт.: «Въ лѣто 7095 (1587) Борисъ составляетъ соборъ лживый на образъ истинный, и возводя на великихъ и славныхъ Бояръ на Шуйскихъ, на К. Ив. Петровича, на К. Андрея и на К. Дмитрея, и на К. Александра и на К. Ив. Ивановича, и разсылаетъ ихъ по городамъ, въ темницы, въ заточеніе: К. Ив. Петровича на Бѣлоезеро, К. Василья да К. Александра въ Буй городокъ, К. Андрея въ Галичь, К. Дмитрея да К. Ивана въ Шую, и повелѣ на Бѣлѣезерѣ К. Ивана Петровича мученически скончати, К. Ивану Туреневу огнемъ сожещи въ темницѣ, и тако преставися въ лѣто 7097 (1589), и положиша мощи его въ Кирилловѣ монастырѣ; а К. Ив. Ивановича въ Шуѣ городѣ повелѣ въ темницѣ Смирному Мамонтову убити, Маія въ 8 день... А многихъ Царскихъ Дворянъ и Приказныхъ, и гостей и торговыхъ людей разослаша въ поморскія городы, и въ Сибирь, и на Вологду, и на Терки, въ темницы и въ пустыя мѣста.» Въ Архив. Псков. Лѣт.: «первое всѣхъ удуши (Борисъ) сѣномъ Князя Ивана Петровича Шуйского, и гостя большаго Московскаго Голуба (вмѣсто Нагая) казни, имъ же приказалъ Царь Иванъ Царство и сына своего Ѳеодора хранити» (Шуйскому, такъ; но не Голубу).

(149) Флетчеръ 27: accounted among them for a man of a great wisedome.

(150) Гейденштейномъ и Флетчеромъ.

(151) См. Т. IX, примѣч. 506, и Кельха 392.

(152) См. Флетч. Com. Wealth. 16, 17. — Марія и дочь ея погребены въ Троицкой Лаврѣ въ храмѣ Успенія, подлѣ стѣны, на лѣвой сторонѣ. Надъ гробницами слѣдующая надпись: «Лѣта 7097 (1589), Марта въ 17 день, преставися благовѣрная Королевна Евдокея. Лѣта 7105 (1597) Іюня 13 дня преставися благовѣрная Королева Инока Марѳа (имя Маріи въ Иночествѣ) Владимеровна.» — Подлѣ сей же церкви, въ маленькой палаткѣ, лежитъ Борисъ Годуновъ.

(153) Флетч. C. W. 107.

(154) Флетчеръ говоритъ, что сію икону приносилъ, за Отцемъ Духовнымъ, Крестный Діакъ, Chresby Deyack Profery; что Ирина имѣла свой особенный столъ, и только въ заговѣнье обѣдала и спала въ одной комнатѣ съ Царемъ; что къ Заутренѣ Ѳеодоръ ходилъ въ свою домовую церковь (Chappell), а къ Обѣднѣ въ большую придворную (within his castle), обыкновенно въ 9 часовъ утра.

(155) Въ Морозов. Лѣт.: «аще кто восхощетъ о чемъ бити челомъ на выходѣ самому Государю, Государь же, избывая мірскія суеты и докуки, посылаше ихъ бити челомъ Большему Боярину Годунову: тако бо его Государь изволилъ назвати.»

(156) Флетч. C. W. 21 на об.: Wherin the empresse that nowe is, being а woman of great clemencie, and withall delighting to deale in publike affaires of the Realme (the rather to supply the defect of her husband) doeth behave her-self after an absolute manner, giving out pardon (specially on her birth-day end other solemne times: то есть, Царица прощала людей, особенно въ день своего рожденія или въ другіе торжественные дни) in her owne name, by open proclamation, without any mention at all of the Emperour.

33

(157) См. Гейденшт. Res. Pol. 238—241. Баторій умеръ по Старому Стилю 2 Дек. — Ржевскій выѣхалъ изъ Москвы 20 Генв. 1587, а возвратился въ Маѣ. См. Дѣла Польск. No 17.

(158) Тамъ же, л. 322: «надо всѣмъ всего больши любовь, яко Апостолъ рече: аще хто и горы преставляти можетъ, а любви не иматъ, ничто же есть.» Далѣе см. л. 323—338. Литовскіе Послы размѣнялись договорными записями съ Боярами 27 Апр., а выѣхали 4 Мая: наши отправились изъ Москвы 11 Іюня, и 12 Іюля пріѣхали въ село Окунево близъ Варшавы (которая въ Статейныхъ Спискахъ всегда называется Аршевъ): см. Дѣла Польск. No 18, л. 1—350.

(159) Тамъ же, л. 65 на об: «И въ Катайское въ великое Государство, въ которомъ родитца всякой дорогой камень и золото.» — Ниже, л. 119, о Царевичѣ: «Нѣчто учнутъ Паны Рада говорити, чтобъ Государь далъ намъ на Государство, на Корону Польскую и на Вел. Княж. Литовское, брата своего... То дѣло несходное: Царевичь еще младъ, всего четырехъ лѣтъ, » и проч.

(160) Тамъ же, л. 268: «А какъ Послы вошли въ Коло, и у воротъ встрѣтили Пословъ Бискупъ Кіевской, да Воевода Полотцкой, да Брясловской. ... И какъ Послы пришли, и Паны встали ... и Степ. Васильевичь поклонъ правилъ и о здоровьѣ спрашивалъ, и Паны спрашивали о Государевѣ здоровьѣ... Да послѣ Князь Ѳедоръ подалъ Паномъ Радамъ грамоту вѣрющую... И Паны говорили: сядьте, да говорите Посольство; а мы учнемъ слушати сидя жь: такъ у насъ на олекцѣе (элекціи) ведетца... И Послы говорили: то намъ какъ учинити, чтобъ Посольство Государя своего сидя правити?... И Паны говорили: вамъ обычай здѣшней сказываемь; а вы, какъ хотите. ... И сѣли Паны Рада.

(161) Тамъ же: «хотя бы и Римъ Старой и Римъ Новой, царьствующій градъ Византія, почели прикладыватися къ Государю нашему, и Государю свое Государьство Московское какъ мочно подъ которое Государьство поступитися?»

(162) См. Журналъ Сейма 1587 г. на Польскомъ языкѣ въ выпискахъ Аб. Альбертранди изъ Ватиканской Библіотеки (Т. IX, примѣч. 329).

(163) Такъ сказалъ Христофъ Зборовскій, прибавивъ: «Русскіе въ знакъ привѣтствія снимаютъ шапку съ какою-то угрюмою важностію, болѣе грубою, нежели учтивою.» Противъ Ѳеодорова избранія говорили еще Кардиналъ Радзивилъ и Воевода Познанскій; а за Ѳеодора Воевода Виленскій и Троцкій, Епископъ Виленскій, Янъ Збаровскій и многіе иные.

(164) Въ рѣчи Маршала Литовскаго: odmienne i wykretne.

(165) См. Дѣла Польск. No 18, л. 293—299, 304, 318, 320.

(166) Тамъ же, л. 320 на об.: «А Цысарева брата и помянуть нихто у насъ не хочетъ, для того, что онъ не богатой Государь, а се къ тому должной; а Цысарь, братъ его, и самъ долженъ, и дань даетъ Турскому; и какъ только у насъ Цысаревъ братъ на Государствѣ будетъ, и онъ тотчасъ захочетъ богатѣти, да и долги платити, а то все станетъ съ насъ лупить... Захочетъ съ Турскимъ воеватися, а сбирать съ насъ же станетъ; а своего ему на войну дати нѣчево: мало ль что сулитъ для своего Государства, а нѣтъ ничего. Да и потому Цысарева брата не хотимъ, которые Государства поддались Цысарю, и онъ у нихъ всѣ права поломалъ, и дань на нихъ положилъ, какъ стянуть нельзя... У насъ то писаное дѣло, что Нѣмецкой языкъ Словенскому языку

34

никакъ добра не смыслитъ: и намъ какъ котораго Нѣмчина взять собѣ за Государя?»

(167) Тамъ же, л. 306 и 307: «Канцлеръ и иные съ нимъ не многіе» (сказали нашимъ Посламъ Депутаты Сейма, Авг. 13) «Паны обрали Свейского сына, а Воевода Познанской да Збаровскіе Цысарева брата, а мы, всѣ Литва и Поляковъ большая половина, и Кіевъ, и Волынь, и Подолье, и Подляшье, и Мазовша, всѣ жадали есмя Государя вашего, да стало за Вѣрою да за пріѣздомъ, что Государь вашъ скоро не пріѣдетъ — а сами знаете, что Государству безъ Государя быти трудно; только бъ намъ вашего Государя пріѣздъ былъ вѣдомъ, и мы бъ, обравъ его, тотчасъ всѣ своими головами рушилися х’ Кракову и коруны бъ не дали ни Шведу, ни Цысареву брату... Сталося на вашемъ словѣ: олекцѣю есмя разорвали, а хотимъ съѣздъ учинити о обираньѣ Государскомъ инымъ чиномъ. А вамъ нынѣ еще про Государя вашего не отказываемъ: онъ стоитъ у насъ на Божьей волѣ.» — См. также Гейденшт. R. P. 242 и слѣд.

(168) Перемиріе было заключено 16 Авг. Послы возвратились въ Москву 20 Сент. Елизаръ Ржевскій выѣхалъ въ Литву 20 Окт., а пріѣхалъ назадъ 4 Февр. 1588.

(169) См. Договоръ Сигизмундовъ въ Дѣл. Польск. No 18, л. 346, гдѣ сказано: «А такимъ соединеньемъ двухъ крѣпкихъ Королевствъ» (Польскаго съ Шведскимъ) «естли не всю Москву подберетъ (Сигизмундъ), тогда меньшее отобранье Псковъ и Смоленскъ за помочью Божьею. А къ тому обѣцуетъ его Княжачая милость, которое пристанище у Николы Св. на Окіянѣ, (то отъ Москвы оторвать), и онъ то хочетъ учинити корабли воинскими, которые на то учинены, тое дорогу затворить, и тѣ бы прибытки и купечества были въ вопчемъ пристанищѣ, а отъ Москвы въ оторваньѣ, и въ томъ Московскому Государству убытокъ великой будетъ.»

(170) См. Дѣла Цесарск. No 5, л. 165. Въ Апр. 1587 пріѣзжалъ въ Москву Генрикъ Гогель отъ Максимиліана съ извѣстіемъ объ избраніи его въ Администраторы Нѣмецкаго Ордена. Въ Генв. 1588 Царь послалъ къ Рудольфу Дворянина Рѣзанова, а въ Февр. Нѣмца Лукаша Магнусова. См. л. 165 и 309. Въ числѣ Азіатскихъ Владѣтелей, готовыхъ помогать намъ на Турковъ, упоминается о Изюрскомъ Царевичѣ, у коего могло быть до 30 тысячь воиновъ.

(171) Тамъ же, л. 346: «отпустили есмя съ Москвы» (пишетъ Царь къ Воеводѣ Колмогорскому) «Цесарскихъ Нѣмецъ, а итти имъ къ Цесаревѣ области моремъ на Амборхъ.»

(172) См. тамъ же, л. 270 и слѣд. Сей Посланникъ именуется въ Русскихъ бумагахъ Миколай Варкачь Снопшицъ изъ Велемздорфа.

(173) Съ слугою Николая Варкоча, пріѣзжавшимъ въ Москву въ 1591 году (л. 382—385).

(174) См. выше, стр. 33.

(175) См. Дѣла Крымск. No 17, л. 70 и 406. Въ Іюлѣ 1588 возвратился изъ Тавриды нашъ гонецъ Судаковъ съ извѣстіемъ о смерти Исламъ-Гирея: Ѳеодоръ посылалъ къ новому Хану двухъ чиновниковъ, въ Окт. 1588 и въ Мартѣ 1589; отъ Хана же пріѣзжали гонцы въ Москву разъ пять или шесть до 1590 года.

(176) См. Розрядн. Кн. г. 1588—1590.

(177) См. выше, стр. 31. Дѣла Швед. No 5, л. 202—257, и Далин. Gesch. des R. Schw., глав. XV, 134. Съ нашей стороны Послами были Бояринъ Кн. Ѳедоръ Дмитр. Шестуновъ и Думный Дворянинъ Игнатій Петр. Татищевъ, а съ Шведской Клаусъ Охсъ и проч.

35

(178) Въ Дѣлахъ Швед. No 6, л. 2, въ письмѣ Ѳеодоровомъ къ Королю Іоанну: «Въ грамотѣ своей писалъ еси, будто наши люди, воинскимъ обычаемъ пришедъ въ вашу землю, въ Остроболъ и въ Савалокъ, въ Финскую Корелу, пожогами и грабежомъ и убойствомъ, молодыхъ и старыхъ мужей и жонъ мучили и казнили, » и проч.

(179) Въ Дѣл. Польск. No 20, л. 338: «Яганъ Король до сроку мирное постановленье порушилъ, и къ нашему Царск. Величеству писалъ, что онъ пришелъ въ Колывань со многими людми воинскими, и до того ему сроку перемирья не держать; и изъ Каинскихъ Нѣмецъ приходили многіе Нѣмецкіе люди въ нашу вотчину Новогород. землю о Петровѣ дни на приморскіе волости х’ Колѣ, х’ Керети, х’ Ковдѣ, Соловецкаго монастыря къ волостямъ, и къ Печенскому (Кольскому монастырю, и многихъ людей побили, а взяли животовъ больши ста тысячь рублевъ.»

(180) Въ Дѣл. Шведск. No 6, въ концѣ: «Пришла къ намъ твоя грамота, которая по прежнему писана неподобно и гордо... А та пособъ, которой ждешь отъ свата нашего и отъ иныхъ, и мы тому ради, что ты нынѣча сталъ безсиленъ, а ждешь отъ иныхъ помочи, » и проч.

(181) Окольничій Кн. Ѳед. Ив. Хворостининъ и Казначей Деменша Ив. Черемисиновь, назначенные для третьяго съѣзда съ Швед. Послами, писали къ нимъ: «Государю нашему, не отыскавъ своее отчины, городовъ Лифляндскіе земли и Ноугородцкіе, съ вашемъ Государемъ для чего миритца? Нынѣ уже Государю вашему пригоже отдавати (намъ) всѣ городы, да и подъемъ Государя нашего заплатити, что Государь нашъ укажетъ.» См. Дѣла Швед. No 6, въ концѣ.

(182) Такъ велѣно было нашему Приставу, Семену Олферьеву, говорить Шаховымъ Посламъ въ Москвѣ: «Съ Государемъ нашимъ ходило рати всякіе съ триста тысечь, а Стрѣльцовъ и Козаковъ съ вогненнымъ боемъ съ пищалми, и Черкасъ и Нѣмецъ и всякихъ людей съ вогненнымъ боемъ до осьмидесяти тысечь; а наряду было пушекъ стѣнныхъ и верхнихъ 300.» См. Дѣл. Персид. No 1, л. 157.

(183) См. Розрядн. Кн. г. 1589—1590. Тамъ сказано: «Генв. 11 (1590) Государь Воеводъ перемѣнилъ, Кн. Михайла Катырева отставилъ, для тово, что на службу не поспѣлъ: живетъ въ деревнѣ.»

(184) Флетчеръ, л. 56: At this time ther principall man and most used in their warres, is one Кnez Demetrie Ivanowich Forestine, an ancient and expert captaine, and one that hath done great service against the Tatar and Polonian. Сей знаменитый Воевода умеръ въ томъ же году (1590): см. Списокъ Бояръ въ Рос. Вивліоѳ. XX, 63.

(185) См. Розрядн. Кн., Дѣла Польск. No 20, л. 298, 299, 335, 337, и No 21, л. 253, 254 — Дѣла Персид. No 1, л. 159, и Далин. 168.

(186) Въ Архив. Псков. Лѣт.: «Ругодива не могли взять, понеже Борисъ имъ (Шведамъ) наровилъ, изъ наряду билъ по стѣнѣ, а по башнямъ и по отводнымъ боемъ бити не давалъ, и на приступѣ убиша К. Ив. Юр. Токмакова и иныхъ людей до 5000.» Въ Розрядн. Кн.: «Февраля въ 18 Государь велѣлъ быти у пролому Окольничему Сем. Ѳед. Сабурову, да К. Токмакову, а итти на проломъ напередъ Токмакову, а съ нимъ Голова Стрѣлецкой В. Тулуевъ съ своимъ приказомъ съ 500 человѣки, да Голова О. Засѣцкой съ 500, да Черемиса и Мордва, да съ Гр. Микулинымъ Черкасъ 100 человѣкъ; а Воеводѣ Сабурову итти послѣ пролому, а съ нимъ 750 Стрѣльцовъ, да Боярскихъ людей 2380, да розные люди съ головою 500.»

(187) Дѣла Польск. No 20, л. 335: «И по

36

нашему Царьскому указу Дворовой нашъ Воевода, Конюшей и Бояринъ, Борисъ Ѳед., велѣлъ сдѣлати перемирья до Крещенья 91 году Дворянину Думному, Игн. Петр. Татищеву, да Діаку Дружинѣ Петелину съ Карломъ Индриковымъ, и закрѣпили Ягану Королю въ то время прислати своихъ великихъ Пословъ, о нашей отчинѣ Корелѣ и о Ругодивѣ и о иныхъ городѣхъ договоръ учинити, а Корелу и Ругодивъ отдати.»

(188) См. Т. IX, 256.

(189) См. Никон. Лѣт. VII, 333.

(190) См. Далина 176, 177, и Дѣла Польск. No 20, л. 336, 337.

(191) См. Дѣла Польск. No 20, л. 298.

(192) См. тамъ же, л. 1—190. Въ Іюлѣ 1590 посылали изъ Москвы въ Кіевъ Стрѣлецкаго Сотника развѣдать, собирается ли войско Литовское на границѣ, и жаловаться тамошнему Воеводѣ, Князю Василью Острожскому, на разбой Малорос. Козаковъ въ областяхъ Черниговской, Рыльской, Путивльской, на Осколѣ и на Донцѣ. Въ Розрядн. Кн.: «Апрѣля въ 20 день (1590) Черкасы (Козаки) пришедъ 600 человѣкъ, взяли городъ Воронежъ, а Воеводу К. Ив. Шибановсково Долгорукаго убили, и всѣхъ людей до одново человѣка высѣкли, а городъ сожгли.» — Вельможи Литовскіе хотѣли, чтобы Ѳеодоръ въ доказательство своего добраго къ нимъ расположенія велѣлъ Царевичу Муратъ-Гирею итти изъ Астрахани къ границѣ Крымской для обузданія Хана, который вмѣстѣ съ Турками готовился къ нападенію на ихъ землю. Бояре отвѣчали гонцу Литовскому: «Муратъ-Кирей нынѣ въ дальнемъ мѣстѣ... а есть у Государя нашего Царевичей много ... и посылаетъ въ Сѣверу Царевича Арасланъ-Алея съ ратію, а съ нимъ Воеводъ своихъ, К. Ондрея Вас. Трубецкого съ товарищи.» Не въ угодность Панамъ, а для безопасности нашихъ собственныхъ границъ со стороны Литвы, Ѳеодоръ усилилъ войско въ Черниговѣ, Новѣгородѣ-Сѣверскомъ, Путивлѣ и Стародубѣ (см. Дѣла Польск. No 20, л. 174 и слѣд.).

Послы Сигизмундовы пріѣхали въ Москву 10 Окт. (см. тамъ же, л. 211—655).

(193) Л. 408: «Стефанъ хотѣлъ Корону Польскую и Вел. Княж. Литовское все подвести подъ его (Амуратову) руку — и такова Рыцаря Подкова, какова у васъ и не бывало, казнилъ для Салтана.»

(194) Сей договоръ (л. 545—554) сходствовалъ во всемъ съ прежними. Условились не писать Нарвы ни въ нашу, ни въ Польскую сторону, Царю не именовать Сигизмунда дѣдичнымъ Шведскимъ, а Посламъ Литовскимъ не называть Ѳеодора въ грамотѣ ни Царемъ, ни В. К. Смоленскимъ. — Въ особенной грамотѣ, о Королѣ Шведскомъ, сказано, что хотя и надлежало бы Россіи за его грубости и за двукратное нарушеніе перемирія воевать Швецію, но что изъ уваженія къ Сигизмундовой прозьбѣ и челобитью Годунова Ѳеодоръ велѣлъ остановить непріятельскія дѣйствія на годъ. — Послы выѣхали 23 Генв.; но главный изъ нихъ, Радоминскій, умеръ въ Москвѣ 6 Дек.: тѣло его отвезли въ Литву. — Мих. Салтыковъ и Дум. Дворянинъ Татищевъ отправились къ Сигизмунду 25 Февр. 1591.

(195) Въ Морозов. Лѣт. л. 77 на об.: «на всѣхъ людей найде страхъ... и вси стали ему покарятися и волю его во всемъ творити.»

(196) Въ Дѣл. Польск. No 21, л. 207, въ наказѣ данномъ Посланнику Ислѣньеву въ Іюлѣ 1591: «Борисъ Ѳедоровичь Годуновъ, тотъ начальной человѣкъ въ землѣ, и вся земля отъ Государя ему приказана, и строенье его въ землѣ таково, каково николи не бывало, какъ въ служилыхъ людяхъ, такъ въ торговыхъ и въ черныхъ: никто большой ни сильной никакова человѣка, ни

37

худого сиротки, не изобидятъ; и строенье во всемъ, какъ городы каменные на Москвѣ и въ Астарахани подѣлалъ, такъ всякое украшенье многое устроилъ по всѣмъ городамъ, на Москвѣ и по всѣмъ по большимъ Государствамъ: такъ то учинилъ, у Государя печалуясь, что искони въ Московскомъ Государствѣ не бывало. Что ни есть земель всего Государства, всѣ сохи въ торханѣхъ учинилъ, во льготѣ; даней никакихъ не емлютъ, ни посохъ ни къ какому дѣлу, а городовые дѣла всякіе дѣлаютъ изъ казны наймомъ; а плотниковъ устроено больше тысячи человѣкъ: да тѣхъ по всѣмъ городомъ и посылаютъ. И много того строенья и промысла Бориса Ѳедоровича, чего и переписать и переговорить не умѣть, какіе прибытки и легости починилъ по Государеву приказу ... У Бориса Ѳедоровича обычай таковъ, хоти въ маломъ въ чемъ на брата или на племянника на его хто побьетъ челомъ, и Борисъ Ѳедоровичь тотчасъ и безъ суда своего хотя передъ сиротинкою обинитъ и доправить велитъ безъ суда; таковъ Борисъ Ѳед. судъ праведной ввелъ, что отнюдъ никтобъ никого не изобидилъ.»

(197) См. въ Архивѣ Кол. Иностр. Дѣлъ Греческія Дѣла No 2, стр. 289 и 378. Іоакимъ пріѣхалъ 17 Іюня. Его честили въ Москвѣ, но не такъ, какъ Іеремію. Вотъ любопытное обстоятельство: «Велѣлъ Государь итти Патреарху въ Соборную церковь къ Митрополиту; а Митрополитъ былъ въ Святительскомъ сану на устроенномъ мѣстѣ... а по обѣ стороны къ амбону стояли Архіеп. Ростовскій и Архимандриты... И встрѣтилъ Патреарха въ южныхъ дверехъ Митрополичь Бояринъ, А. Плещеевъ, да Дворецкой Максакъ Судимантовъ, да Ключарь. И Патреархъ, вшедъ въ церковь, приклалывался къ образамъ; а послѣ того шелъ къ Деонисью Митрополиту, и Митрополитъ, сшедъ съ мѣста своего, Патреарха встрѣтилъ отъ мѣста съ сажень, и Патреарха благословилъ напередъ, и послѣ Патреархъ благословилъ Митрополита; а о томъ Патреархъ поговорилъ слегка, что пригоже было Митрополиту отъ него благословенье принять напередъ, да и пересталъ о томъ.» — Въ Іюнѣ 1587 пріѣхалъ въ Москву Грекъ Николай, который сказалъ Андрею Щелкалову слѣдующее: «Наказали со мною словомъ Патреархи Цареградской и Антіохейской, что приказывалъ къ нимъ Государь, что Патреарха учинити на Руси; и Цареградцкой да Антіохейской Патреархи соборовавъ послали по Ерусалимского и по Александрейскаго Патреарховъ, а велѣли имъ быти въ Царьгородъ, и о томъ дѣлѣ соборовать хотятъ, и съ Собору хотятъ послати Патреарха Ерусалимского, и съ нимъ о томъ наказати, какъ соборовать и Патреарха учинить.»

(198) См. Дѣла Греческ. No 3, стр. 1—154. Выписываемъ нѣкоторыя мѣста: «Се роспись, что давана на Москвѣ корму поденного Патріарху Іеремею и Моновасійскому Митрополиту и Еласонскому Архіепископу, и Архимандриту и Старцомъ и слугамъ: Патріарху колачь крупичатой и на 10 блюдъ ѣствы; Архидіакону Левонтью, да двумъ Священникомъ, да Чернцу, Казначею, Келарю, по три блюда ѣствы человѣку, да три колача съѣстныхъ, двѣмъ человѣкомъ колачь; толмачю да Дьякону по два блюда да колачь смѣстной; Патріаршескимъ девяти служебникомъ по два блюда, 4 колача; Митрополиту полколача бѣлого, по пяти блюдъ ѣствы» (Архіепископу тоже)... «А питья Патріарху съ Старцы и служебники на день: крушка меду вишневого, крушка малинового, крушка меду Боярского, ведро паточного, полведра квасу щавного людемъ его, и на приходъ по 4 ведра съ полуведромъ меду цѣженого на день... Іюля въ

38

21 Государь велѣлъ Патріарху быти у себя... а Государь былъ въ подписной золотой полатѣ, а сидѣлъ на Царьскомъ мѣстѣ въ Царскомъ платьѣ ... Бояре и Окольничіе и Дворяне въ золотномъ; а въ проходной полатѣ и по крыльцу Дворяне и Дѣти Боярскіе и Приказные люди въ золотномъ и въ чистомъ платьѣ ... Поднесъ Патріархъ Государю панагею золотую съ мощми, а въ ней крестъ отъ Животворящаго древа и кровь Христова, да часть отъ ризы Христовы, да часть отъ копья, да часть отъ трости, да часть отъ губы, которою поили Христа оцтомъ, да часть отъ тернового вѣнца, да три пуговицы отъ ризы Богоматери; мощи Св. Великого Царя Костянтина, кость ручная отъ лохтя въ кіотѣ серебряномъ (а привезъ тѣ мощи въ Царьгородъ изъ Сербскіе земли Сюлейманъ Салтанъ и отдалъ Патріарху бывшему Іеремею въ Пречистую Богородицу), «да Св. Якова руку по локоть. Да поднесъ Патріархъ Царицѣ Иринѣ панагею золоту, а въ ней камень, а на камнѣ образъ Св. Марины, Св. Ивана Златоустаго отъ руки перстъ малой» (и проч. и проч.) ... «А велѣлъ Государь Патріарху сѣсти блиско себя въ другой лавкѣ по правой сторонѣ ... и явилъ Государево жалованье Патріарху Казначей Ив. Вас. Траханіотовъ: кубокъ серебрянъ двойчатъ, портище бархату рытого синево, портище бархату багрового гладково, портище отласу, камки багровые, синіе, 40 соболей въ 60 рублевъ, другой сорокъ въ 30 рублевъ, 300 рублевъ денегъ.»

Спутникъ Іереміинъ, Арсеній, Архіеп. Элассонскій, описалъ, новымъ Греческимъ языкомъ, свое пребываніе въ Москвѣ. Сія любопытная рукопись хранилась въ Туринской библіотекѣ и была напечатана въ книгѣ изданной тремя Италіянскими Учеными въ 1749 году, подъ титуломъ: Codices manuscripti Bibl. Regii Taurinensis Athenaei. Латинскій переводъ Арсеніева путешествія (Descriptio itineris in Moscoviam, etc.) помѣщенъ. Гм. Вихманомъ въ его Sammlung kleiner Schriften etc. 1, стр. 57—123.

(199) Въ Дѣл. Греч. No 3: «Былъ у меня» (слова Іереміи) «Греченинъ подъ началомъ, да избѣгъ и обусурманился ... и почалъ наносить Салтану на меня и взводить великія богатства... а къ тому почалъ докупатися у Пашей на Патріаршество Ѳеолиптосъ и (хотѣлъ) давати Салтану сверхъ прежніе дани 2000 золотыхъ ... и Салтанъ грамоты прародителей своихъ порушилъ, и велѣлъ быти въ Патріархѣхъ Ѳеолиптосу ... и на меня опалу положилъ... а на пятой годъ отставилъ, и церковь Божію и все церковное строенье разграбилъ, и учинилъ въ ней мизгитъ, а по меня прислалъ.»

(200) Тамъ же, л. 74: «Будетъ на то (говоритъ Іеремія) воля Великаго Государя, чтобъ мнѣ быти въ его Государствѣ, и язъ того не отмещусь: только мнѣ въ Володимірѣ быти невозможно, зане же Патріархи бываютъ при Государѣ всегда: а то что за Патріаршество, что жити не при Государѣ?» Слѣдственно Арсеній несправедливо пишетъ (Descr. itineris in Moscov., Вихм. Kleine Schrift. стр. 70), что Іеремія никакъ не хотѣлъ быть Россійскимъ Патріархомъ, къ великой печали Годунова и Царя.

(201) Въ Собр. Г. Грамотъ, II, 94, въ докладѣ Царю отъ Патріарха Іереміи и всего Россійскаго Собора: «Л. 7097, Генв. 23, дня изволеніемъ Господа Бога... и повелѣніемъ Государя ... въ храмѣ Пречистые Богородицы ... въ придѣлѣ Ея Похвалы, у цѣлебныхъ гробовъ великихъ Чудотворцевъ, сѣдоша и избраша» (по благословенію Іереміи, Монемвас. Митрополитъ Іероѳей, Тихонъ Архіеп. Казан., Іовъ Еп. Суздал., Сильвестръ Смоленск., Арсеній Элассонскій, Митрофанъ Рязан.,

39

Захарія Тверск., Іосифъ Коломен., Геласій Сарскій и Подонскій).

(202) См. въ Арх. Кол. Ин. Дѣлъ Совѣтъ Царя Ѳеодора Іоан. съ Патріархомъ Іереміею. Тамъ сказано: «Повелѣніемъ Государя ѣздилъ къ Пресвятѣйшему Іеремею Патріарху Діякъ Ондрей Щелкаловъ, и о Патріаршескомъ поставленьѣ его роспрашивалъ. А се переводъ съ Греческого письма Іеремея П. Вселен. о поставленьѣ Патріаршескомъ... Кого Царь произволитъ (въ Патріархи), къ тому пошлютъ въ келью дву человѣкъ, извѣстить ему, что его Царь и Патріархъ хотятъ нарицати въ Патріархи... и тому избранному тѣхъ двухъ почтити, а дѣлаютъ то втай ... и какъ Соборомъ отпоютъ Вечерню ... послѣ молебна возметъ (избранный Патріархъ) свѣщу въ руку, а въ другую письмо, а въ томъ письмѣ пишетца благодареніе Царю и Патріарху и всему Собору; и къ тому Избранному въ церкви придетъ которой Царевъ ближній человѣкъ со свѣщею, и станетъ противъ его, и учнетъ тому Избранному говорити: Святый Царь и Самодержецъ, и Святѣйшій Патріархъ Іеремей, и весь Освященный Соборъ велѣли тебѣ говорити: призываютъ тебя возвышити на престолъ Владимерскій и Московскій и всея Русіи. И тотъ Нареченный держитъ тому Цареву ближнему человѣку отвѣтъ: коли меня грѣшнаго избралъ Святый Самодержецъ и Вселенскій Господинъ Іеремей со всѣмъ Осв. Соборомъ въ такій великій чинъ, и язъ о томъ Самодержцю Царю и Патріарху и всему Собору благодарю, и на себя тотъ чинъ пріимаю. Да послѣ того Избранный всему Собору и всему народу говоритъ, чтобы ему соблюсти сіе стадо Господне ... И какъ пойдетъ изъ церкви къ себѣ въ келью, и подаетъ Бояромъ и Дворяномъ сладости и питье.»

(203) Въ Совѣтѣ Царя съ Іереміею: «и Вселен. Патріархъ Іеремей Діаку А. Щелкалову сказывалъ, что Патріаршеское поставленье бываетъ такъ же, какъ и Митрополитомъ и Епископомъ.»

(204) Тамъ же: «среди церкви напишутъ мѣломъ орла двоеглаваго.» Въ Чинѣ Облаченій (см. Рос. Вивліоѳ. XVI, 308): «Святѣйшій Патріархъ въ постановленіи имѣетъ Ѳеатронъ или мѣсто о 12 степеняхъ и 12 огненникахъ.» Въ Обрядѣ Посвященія Рос. Митрополитовъ, въ бумагѣ врученной Дьякомъ Щелкаловымъ Патріарху Іереміи и находящейся въ Архивѣ Кол. Ин. Дѣлъ, сказано: «а огненниковъ учинити 8 человѣкъ, 4 передъ Нареченнымъ, а 4 у орла.» См. также Арсен. Descr. itin. in Moscov. 78—83.

(205) Въ Чинѣ Облаченій: «Въ ношеніи, въ великіе праздники, имѣетъ (Патріархъ) мантію бархатную зеленую съ высокими травы и со источники златыми и серебреными, клобукъ бѣлый, на немъ же водруженъ крестъ въ верху, въ концахъ же образы Чудотворцевъ обнизные, на скрижалехъ образъ Благовѣщенія; въ служеніи, въ великіе праздники, имѣетъ митру со крестомъ и съ короною, саккосъ съ передникомъ, 3 панагіи, 4 рипиды.» Арсеній въ Descr. itin. in Moscov.: ipse (Царь) propria manu elegantissimum Eucolpion ex aureo pendens tuniculo imposuit, iterumque propriis manibus splendidissimum, multique pretii pallium ex villoso serico Venetiis ullato, lapillis pretiosis, plurimisque adamantibus a vertice ad pedes usque exornatum largitus est. Tum lineas dedit candidas rubeis intextas, nec non electos la pides, multasque margaritas, и проч. Дюканжъ толкуетъ въ своемъ Лексиконѣ, что linea есть vestis interior, stricta, ex lino confecta, unde nomen ... linea dicebatur camisia: подризникъ?

(206) Въ Совѣтѣ Царя съ Іерем.: «И послѣ

40

Обѣдни поставятъ три стулы, Царю и двѣмъ Патріархомъ, и какъ сядутъ два Патріарха, и благословляютъ въ церкви весь народъ за-едино. Да потомъ новопоставленный Патріархъ, вставъ съ своего мѣста, ударитъ челомъ Царю и Патріарху и пойдетъ въ своемъ во всемъ сану къ себѣ въ келью; а Царь вставъ пойдетъ къ себѣ въ полаты, » и проч. Я не нашелъ обстоятельнѣйшихъ извѣстій о посвященіи Іова; но въ описаніи Филаретова (см. Чинъ нареченію и постановленію на Патріаршескій престолъ Филарета Никитича въ Архивѣ Кол. Иностр. Дѣлъ) сказано:

«Іюня въ 22 (г. 1619) въ первый часъ дни благовѣстиша у Соборные церкви ... и пѣли молебны ... а Святители снидошася вси на Патріаршъ дворъ; а въ 4 часу посланы быша къ Св. Патріарху Ѳеофану (Іерусалимскому) Архіеп. Рязанскій и Епископъ Коломенскій ... и возвѣстиша ему, яко время шествовати въ Соб. ц. для нареченія Патріаршескаго ... А какъ Ѳеофанъ пріѣхалъ въ церковь... и совѣтовалъ о Патріаршѣ нареченіи... съ Митрополиты и съ Архіепископы... и ходилъ къ Государю въ Золотую палату... и извѣстилъ его о избраніи ... и говорилъ рѣчь ... И Государь, призвавъ къ себѣ Логоѳета, сирѣчь Думнаго Дьяка, велѣлъ говорити Патріарху рѣчь... А къ отцу своему, М. Филарету, послалъ Митр. Казан. да Архіеп. Вологодцкаго, да Боярина да Дьяка Думнаго, возвѣстити ему его избраніе... и для того итти ему къ Государю... и Государь встрѣтилъ отца своего въ дверехъ... и шелъ (Филаретъ) къ благословенію Іерус. Патріарха, а потомъ самъ благословилъ его ... А послѣ того велѣлъ Государь говорити рѣчь Думному Дьяку... А послѣ говорилъ Царь отцу своему рѣчь самъ... И Митроп. Филаретъ, выслушавъ, отвѣтствовалъ» изъявляя согласіе быть Патріархомъ) ... И отпустилъ Государь обоихъ Патріарховъ въ Соборную церковь ... и Патріархи и весь Осв. Соборъ знаменовалися у образовъ... а потомъ Іерус. Патріархъ, благословя, отпустилъ новонареченнаго на Патріаршъ дворъ... А Государь со всѣми Боляры шествіе творилъ въ Соборн. церковь... а оттолѣ къ новонареченному Патріарху почести ради... и поздравлялъ его... А новонареченный съ Митрополиты и съ Епископы ходилъ въ Соборн. ц. и слушалъ Св. Литургію, а стоялъ подлѣ Патріарша мѣста... а послѣ Обѣдни былъ у него столъ, а ѣли всѣ Святители... А на завтрее было благовѣстіе Патріарше: въ Соборн. ц., въ придѣлѣ Похвалы, облачился Новонареченный, и пришедъ въ Олтарь, у Царскихъ дверей зря лицемъ къ Востоку, начало молитвѣ сотвори... Посемъ тропарь ... и ектенью обычную ... и отпускъ по обычаю ... И по сихъ изыде Новонареченный изъ Царскихъ дререй и ста руки къ персемъ приложивъ крестообразно подъ фелономъ, мало главу преклонь. Посланніи же отъ Іерус. Патріарха, Архіеп. Вологодцкій и Еписк. Коломенскій, благовѣстиша ему Патріаршество... И мало поклонь главу, возвращается (Филаретъ) въ Олтарь... и исходитъ. А Ѳеофанъ Патріархъ сѣдѣлъ въ то время на Патріаршѣ дворѣ въ палатѣ, на Патріаршѣ мѣстѣ; а Святители Россійскіе сидѣли по обѣ стороны, а подлѣ ихъ Архимандриты и Игумены. И потомъ Великія церкви Протопопъ и Протодьяконъ возведоша Новонареченнаго на Патріарховъ дворъ въ палату... Патріарху же Іерус. сѣдящу и посохъ въ лѣвой руцѣ держащу, хотяй же поставитися (Филаретъ) преклонься цѣлуетъ правое колѣно его, да руку на немъ лежащую, потомъ десную страну лица... и цѣлуетъ всѣхъ Святителей во уста... и тогда посадиша его ниже Епископовъ на особномъ столцѣ, на креслѣхъ, на зголовьѣ золотномъ... а

41

Протодьяконъ кадитъ Св. иконы... пѣвцы же поютъ Патр. Филарету многа лѣта... и отыдоша кождо во свояси. Іюня же въ 24 въ Соборн. церкви изготовлено было мѣсто широко и высоко, къ нему же 12 ступеней, и оболчено сукнами, багрецами червчатыми, а наверху три сѣдалища: первое Царю, позолочено драгимъ бархатомъ златнымъ, а на немъ зголовейцо низано жемчюгомъ; второе Іерус. Патріарху, третіе Филарету, оба мѣста оболчены бархаты смирными; а отъ нихъ по ступенямъ даже до амбона строены три пути, Государю бархатъ червчатъ золотной, а обоимъ Патріархамъ покрыты бархаты смирными... а отъ того высокого мѣста по обѣ стороны къ амбону устроены сѣдалища Святителямъ и Архимандритомъ, покрыты ковры Персидскими. Предъ амбономъ же, на помостѣ церковномъ, написанъ орелъ единоглавенъ, крылѣ имѣя простерта, стоящъ на ногахъ; подъ ногами же его градъ написанъ съ забралами и столпы, орлу же ногами наступившу на столпы тѣ; а огненниковъ учинено 12, и стояли у Новонареченнаго Патріарха, а 6 у орла, стрегуще его, да не наступитъ никтоже... И пріиде Филаретъ въ Соборн. церковь, и шелъ въ придѣлъ Похвалы... и пришли Митрополиты и вси Святители... и Патріархъ Іерус., и тогда благовѣстиша въ великій колоколъ... и шелъ Патріархъ на высокое мѣсто облачитися... и Государь съ Боярами пришедъ въ церковь... и шелъ къ Іерус. Патріарху благословеніе пріяти, и Патріархъ сшелъ съ своего мѣста и благословилъ... И Государь восшелъ на уготованное мѣсто и сѣлъ ... и послаша по Новонареченнаго Протопопа да Протодьякона, и взяша его подъ руцѣ и поставиша предъ амбономъ на орлѣ, и вдаша ему чести рукописаніе, Исповѣданіе Вѣры; онъ же, поклонься мало Царю и Патріарху, читалъ въ услышаніе всѣмъ... И тогда приступивъ Протопопъ къ Новонареченному, и снявъ съ него шапку... Патріархъ же Іерус. вставъ съ мѣста и руку протягъ, глаголетъ: благодатію Пресв. Духа и нашимъ смиреніемъ имѣется Патріархомъ въ богоспас. градѣ Москвѣ и всего Рос. Царствія; и тогда (Филаретъ) возводимъ бываетъ на высокое оно мѣсто... и Іерус. Патр. благословилъ его рукою; и Филаретъ пріемлетъ митру и возложи на себя, и сшедъ съ мѣста, цѣлуетъ Святителей во уста... и сотворяетъ поклоненіе Царю и Патріарху: они же нижайше ему поклонятся... и Іерус. Патріархъ вставъ и руку простеръ, знаменаетъ его крестообразно... и Филаретъ восходитъ на свое мѣсто къ Царю и къ Патріарху... и здравствуютъ ему и весь Осв. Соборъ и Боляре... и отходитъ Филаретъ паки въ придѣлъ и ожидаетъ тамо Литургіи... а Государь, благословясь у Іерус. Патр., сходитъ на свое Царское мѣсто. А лампада и посохъ были тогда Ѳеофана Патріарха. И начаша Литургію... и приведоша Филарета предъ Царскіе двери подъ руки, снявъ съ него шапку, и по Трисвятой пѣсни приводимъ бываетъ въ Олтарь двѣма Митрополиты... и Іерус. Патріархъ читаетъ писаніе: Божественная благодать поставляетъ Филарета, и проч. И тогда отверзаетъ Евангеліе и возлагаетъ на главу Филарета, на выю его... и имѣя руку на немъ лежащу, молится... и возглашаетъ аксіосъ... и полагаетъ на него Святительскую шапку, таже цѣлуетъ его, и вси Святители, во уста... и совершаютъ Литургію ... и Іерус. Патр. подноситъ Царю просвиру, и Царь восходитъ на свое мѣсто, а Патріарха Филарета возведоша подъ руцѣ на высокое мѣсто два Митрополита, и сажали его трижды, глаголюще исполаэти Деспота; и пѣвцы пѣли многолѣтіе... и Іерус. Патріархъ пріемлетъ посохъ Вел. Чюдотворца Петра Митрополита, и даетъ Филарету,

42

и благословляетъ его. Потомъ Государь восходитъ къ Патріархомъ на высокое мѣсто и даруетъ отцу своему панагію злату, украшену драгимъ каменьемъ, да манатью бархатну со источники низаными жемчюгомъ, да клобукъ бѣлъ шелковой, украшенъ златомъ и каменіемъ драгимъ... и сѣдаетъ Царь, а возлѣ его Патріархи... и Царь встаетъ и здравствуетъ отцу своему, глаголя сице... И Филаретъ, поклонься Царю по обычаю, говорилъ свою рѣчь... и поклоняется Царю до пояса, и благословилъ Государя Св. крестомъ... и обратився къ Востоку, Патріархи благословляли народъ ... и всѣ многолѣтствовали Царю... и Патріархамъ ... и вси отходятъ.»

(207) Какъ древніе наши Митрополиты (см. Т. IX, 275), такъ и Патріархи въ день своего посвященія ѣздили на ослѣ вокругъ городскихъ стѣнъ. Вотъ описаніе сего шествія въ 1642 году (въ Рос. Вивліоѳ. VI, 245): «Патріархъ (Іосифъ) со Властьми пошелъ къ Государю за столъ... и какъ вшелъ въ Золотую палату, и говорилъ Достойно и благословилъ Царя честнымъ крестомъ, и кропилъ образъ и Царя и шапку Святою водою... и Государь сѣлъ за столъ, а Патріархъ дѣйствовалъ надъ хлѣбомъ Богородичнымъ, стоя, и Отче нашъ говорилъ, и благословилъ рукою брашно и питье... и сѣлъ... и подали кушанье Патріарху, икру, да уху, да пирогъ... и изъ за той третьей ѣствы Патріархъ всталъ, и ударя челомъ Государю, пошелъ изъ палаты къ осляти, и по преданію Святыхъ Отецъ, и по чину церковному, творилъ шествіе кругъ Кремля... У Фроловскихъ воротъ всталъ Патріархъ и взошелъ на уготованное ему мѣсто, которое для того передъ нимъ несли, и предъ Спасовымъ образомъ и Богородицы, который написанъ на вратѣхъ, говорилъ Литію и молитву граду, и кропилъ образъ и градъ трижды... и сѣвъ поѣхалъ, осѣняя градъ, къ Тайницкимъ воротамъ... и ту потому же Литію говорилъ, и поѣхалъ черезъ Житной дворъ къ Боровицкимъ воротамъ и тамъ тожь сотворилъ; и ѣхалъ Боровицкимъ мостомъ и направо Стрѣлецкою слободою къ Каменному мосту, да къ Неглиненскимъ воротамъ ... и къ Никольскимъ ... и площадью къ Фроловскимъ ... и шолъ въ Золотою палату... и поклонился Государю и сѣлъ за столомъ... И по отдачѣ ѣствъ жаловалъ Государь Патріарха своимъ жалованьемъ... На завтрѣ, послѣ Обѣдни, Патріархъ вышелъ изъ церкви, сяде на осля... и ѣхалъ мимо старова Борисова (Годунова) двора къ Богоявленскому монастырю... да въ Боровицкіе ворота, да выѣхалъ за Бѣлый городъ въ Чертовскіе ворота... къ Арбатскимъ и къ Никитцкимъ, и къ Тверскимъ, и къ Петровскимъ, да на Трубу къ Неглиннѣ... и по Неглиннѣ вверхъ около Стрѣлецкихъ слободъ... ко Стрѣтенскимъ воротамъ... и окропя Святою водою, вшолъ въ городъ, и шолъ Стрѣтенскою улицею, да въ Китай Никольскою, да въ Кремль... и сошолъ съ осляти на Патріаршѣ дворѣ... А въ третій день пришелъ Патріархъ предъ Золотую палату, и Государь его встрѣтилъ въ сѣнехъ... и Патріархъ его благословилъ крестомъ и кропилъ его и шапку Св. водою, а послѣ благословилъ рукою, и цѣловалъ въ правое плечо... и поднесъ Государю дары: кубокъ сребрянъ золоченъ съ кровлею, отласъ золотной двойной... да 200 золотыхъ... а пришедъ отъ Государя, сѣлъ на осля у себя на дворѣ... и поѣхалъ въ Ризположенскіе ворота, да въ Никольскіе, да выѣхалъ за Бѣлой городъ въ Стрѣтенскіе ворота, и ѣхалъ около Бѣлова города къ Яузскимъ воротамъ, и кропивъ Св. водою, въѣхалъ въ городъ въ Яузскіе ворота, да ѣхалъ въ Варварскіе, да во Фроловскіе въ Кремль, а дѣйствовалъ, якоже и въ первые дни.»

43

(208) См. въ Собран. Госуд. Грамотъ II, 95.

(209) Ученый Епископъ, а послѣ еретикъ Аполлинарій жилъ въ IV вѣкѣ.

(210) Прежде уставили, чтобы именовать нашего Патріарха въ молитвахъ за Іерусалимскимъ: «Въ первыхъ старѣйшимъ Отцомъ Великому Господину Святѣйшему Патріарху Іеремею Вселенскому, тому въ Папино мѣсто быти; посемъ Александрейскому Патріарху Мелентью, и Антіохейскому Патріарху Іоакиму, и Іерусалимскому Патріарху Софронію, и Россійского Царьствія Патріарху Іеву.» Но послѣ такъ перемѣнили: «поминати Вселенскихъ Патріархъ въ первыхъ Костянтинопольского Новаго Рима Патріарха, потомъ Александрейскаго, потомъ нашего Россійскаго Царьствія, Царьствующаго града Москвы и всея Русіи Патріарха; потомъ Антіохейского, потомъ Іерусалимского Патріарха.» См. Дѣла Греческ. No 3, стр. 183, 252, 314. Тамъ, въ письмѣ Іова къ Патріархамъ, стр. 365: «въ Божественнѣй службѣ вамъ всѣмъ, Вселенскимъ Патріархомъ, по всѣмъ градомъ и мѣстомъ всего Греческого Царства поминати меня, Государева богомольца, или кто по насъ будетъ; а мнѣ васъ, Великихъ Патріарховъ, поминати и имѣть бы въ Св. Апостольской Церкви со всѣми съ вами единъ совѣтъ, и едину волю, и едино хотѣніе, и едино согласіе ... и едино моленіе возсылати, яко же едиными усты и единымъ сердцемъ, » и проч.

(211) См. Чинъ Облаченій въ Рос. Вивліоѳ. XVI, 308.

(212) См. Собр. Г. Грамотъ II, 98. Крутицкіе Епископы назывались прежде Сарскими и Подонскими (см. T. IV, 56).

(213) Здѣсь въ подлинникѣ пробѣлъ; т. е. не именовано Княженіе, гдѣ надлежало быть пятому Епископу. Хотѣли, какъ видно, вписать имя послѣ, и такъ оставили.

(214) См. Дѣла Греческ. No 3, стр. 81. Царь велѣлъ тамошнему Архимандриту и Келарію честить Патріарха и поднести ему слѣдующее: «образъ Спасовъ чеканенъ съ пеленою, которой чуднѣе изъ старыхъ; образъ Сергіево видѣнье, обложенъ серебромъ, вѣнцы съ сканью; кубокъ серебрянъ гривенокъ въ семь (31/2 фунта); чару или братину серебряну рублевъ въ 20 ... 40 соболей въ 30 рублевъ; 200 рублевъ денегъ; 2 полотенца Троецкихъ, 5 братинъ Троецкихъ, ставики Троецкіе, ковшъ Троецкой,» и проч.

(215) Въ Арсен. Descr. 71: nobilem virum Аndream Tzalcanem, œtate provectum, mirabili prudentia, doctrina et virtute præditum, celeberrimumque nec non germanum ejus fratrem nohilem Basilium miserunt (Дьяка Василія Щелкалова, брата Андреева).

(216) Вѣроятно, что Царь издержалъ на то гораздо болѣе нынѣшнихъ ста тысячь рублей. Арсеній называетъ объярь χλάδια, а рытой бархатъ (въ Латин. переводѣ) pannum sericum ad instar contexti ex villis caprinis.

(217) Арсеній стран. 97: amantissima Irene Regina... mirabamur sermonis (ея) suavitatem, splendorem, atque præstantiam. Далѣе онъ пишетъ, что Ирина вручила Іереміи драгоцѣнную чашу, наполненную жемчугомъ, агатами и золотомъ; что одежда ея прислужницъ бѣлизною уподоблялась снѣгу и хлопчатой бумагѣ; что каждая изъ нихъ дарила Патріарха ширинкою; что 12 зубцовъ Ирининой короны знаменовали 12 Апостоловъ; что если бы у него (Арсенія) было и десять языковъ, то онъ не могъ бы разсказать о всѣхъ видѣнныхъ имъ богатствахъ у Царицы, и проч. и проч.

(218) Въ Дѣлахъ Греческ. No 3, стр. 120: «Чтобъ еси, братъ нашъ, Муратъ Салтанъ, Патріарха Еремея держалъ въ своей области и беречи велѣлъ

44

Пашамъ своимъ потомужь, какъ ваши прародители ихъ держали въ береженьѣ по старинѣ во всемъ; а тобъ еси учинилъ насъ для... и мы напротивъ того тебѣ, брату нашему, любовь братцкую держати хотимъ.»

(219) См. Дѣла Греческ. No 3, стр. 179—190. Въ грамотѣ 83 подписи: Патріарховъ Константинопольскаго, Антіохійскаго, Іерусалимскаго (Александрійскій тогда умеръ: см. тамъ же, стр. 252), многихъ Митрополитовъ (въ томъ числѣ Аѳинскаго, Лакедемонскаго, Иверскаго), Архіепископовъ и Епископовъ.

(220) См. тамъ же, стр. 154. О дарахъ: «Отъ Цареградскаго Патріарха мощи Св. Пантелеймона, кость отъ руки. Митрополитъ Терновской, Деонисей, Государю челомъ ударилъ мощи Марьи Магдалыны, кость отъ лотки, Ивана Новаго перстъ отъ руки: вѣнецъ Царской золотъ съ каменьемъ и съ жемчюги. Царицѣ мощи Марьи Магдалыны отъ руки перстъ; вѣнецъ Царьской золотъ съ каменьемъ и съ жемчюги.» Сей Митрополитъ выѣхалъ изъ Москвы въ Февр: 1592.

(221) Въ Морозов. Лѣт. л. 75: «Призвавъ къ себѣ волхвовъ и волшебницъ, и вопроси ихъ: возможно ли вамъ сіе дѣло усмотрѣти... могу ли я свое желаніе получити?... буду ли я Царемъ? Врагоугодницы же ему сказаша: истинно тебѣ возвѣщаемъ, что получиши желаніе свое: будеши на Царствіи Московскомъ, только — на насъ не прогнѣвайся... Онъ же имъ рече: о любимые мои гадатели! отнюдь не убойтеся мене; ничего иного не получите, кромѣ чести и даровъ: только скажите мнѣ правду. Они же рекоша ему: не долго твоего царствія будетъ: только седмь лѣтъ. Онъ же рече имъ съ радостію великою, и лобызавъ ихъ: хотя бы седмь дней, только бы имя Царское положити и желаніе свое совершити.» — Далѣе сей баснословный Лѣтописецъ разсказываетъ, что Годуновъ, желая искусить мудрость волшебницы Варвары, показалъ ей сужеребую кобылу, и спросилъ: что во чревѣ у сея скотины? она же рече: жеребецъ, воронъ шерстью, бѣлогубъ, правая нога по колѣно бѣла, а лѣвая по щетку; во лбу звѣзда бѣлая; лѣвое ухо вполы бѣло... И тотчасъ повелѣ Борисъ у кобылы утробу разрѣзати ... и выняша изъ нея жеребенка, какъ сказала баба Варвара по навѣту вражію... И лукавый Борисъ воздалъ ей великую честь, и даде ей бѣломѣстную грамоту.» — Въ рукописной современной Повѣсти, како восхити Царьскій престолъ Б. Годуновъ, сказано: «изъ многихъ городовъ собираше (Борисъ) волхвовъ и кудесниковъ и тѣмъ волшебствомъ и прелестію сотвори, яко и самъ Царь и В. К. Ѳеодоръ Ив. вельми любляше его.»

(222) Флетчеръ 99: The Empereurs brother is not praied in their churches, because hee was borne of the sixt marriage and so not legitimate. This charge was given to the priests by the Emperour himselfe, by procurement of the Godonoes, who make him beleeve that it is a good pollicie to turne away the liking of the people from the next successor.

(223) Тамъ же, л. 16 на об.: That hee is naturall sonne to Ivan Vasilowich, the Russe people warrant it by the fathers qualitie, that beginneth to appeare already in his tender yeares: he is delighted (they say) to see sheepe and other cattel killed, и проч.

(224) Такъ въ Хроникѣ Бера: см. выше, примѣч. 27, Петрея Chron. 260 и Кельха L. G. 456. «Димитрій, говорили, веселится, смотря, какъ въ глазахъ его рѣжутъ овецъ или колютъ птицъ домашнихъ для кухни, и самъ убиваетъ ихъ до смерти

45

палкою.» Въ Исторіи Келаря Аврамія: «Царевичю Дмитрею естествомъ возрастающу и братне Царьство слышаще, и отъ ближнихъ си смущающе ему, зане же не вкупѣ пребывая съ братомъ, и о семъ печалуяся, и часто въ дѣтскихъ глумленіяхъ глаголетъ и дѣйствуетъ нелѣпая о ближнѣйшихъ брата, паче же о Борисѣ, и ласкатели и великихъ бѣдъ замысленицы въ десятерицу лжи составляюще, съ сими подходятъ къ Борису, и отъ многія смуты ко грѣху низводятъ.»

(225) Ядро Рос. Исторіи 257.

(226) Не Марья, какъ въ лѣтописяхъ: см. «Слѣдственное дѣло о убіенія Царевича Димитрія» въ Собран. Госуд. Грам. II, 107; тамъ и сынъ ея названъ Осипомъ (не Даниломъ).

(227) См. Никон. Лѣт. VIII, 16 Флетчеръ, 16: the nurse, that tasted before him of certaine meat (as have heard) died presently; т. e.: «кормилица Димитріева, отвѣдавъ кушанья, для него приготовленнаго, тотчасъ умерла.» Увидимъ, что добрая кормилица Димитріева была жива.

(228) См. Никон., Ростов. и другія лѣтописи. О Клешнинѣ см. ниже, примѣч. 247.

(229) См. Собран. Г. Г. II, 113, въ показаніи Царицыныхъ истопниковъ.

(230) Въ лѣтописяхъ: «Данило Битяговской да Качаловъ начаша ее (кормилицу) бити, и едва живу оставиша; праведного же (Царевича) у ней отняша и заклаша... Мати же его, видя пагубу сына своего, и кричаше надъ нимъ... той же часъ услышаша во градѣ и на посадѣ о убіеніи его: по вратомъ ѣздя біяху и вопіяху: что сидите? Царя у васъ нѣсть! Они жь выбѣжаху за врата, кой же за свои, и не видяху никого. Въ то же время на Государевѣ дворѣ не бяше никого: братія же его и дядья разыдошася по домомъ, что время бяше полуденное. Единъ же Соборной Пономарь видя такую пагубу, и запреся на колокольницѣ, и бити нача въ колоколъ; окаянніи же убойцы къ нему приступаху, хотяще его убити, и не можаху.» Въ допросахъ (Собран. Г. Г. II, 109): Царя — Костянтиновской Понамарь, вдовой Попъ, Ѳедотъ Оѳонасьевъ сынъ, прозвище Огурецъ, въ розспросѣ сказалъ: какъ Царевича не стало, а онъ въ тѣ поры былъ дома, и зазвонилъ у Спаса сторожъ Максимко Дмитреевъ сынъ Кузнецовъ, и онъ Огурецъ отъ себя съ двора побѣжалъ въ городъ, къ церкви къ Спасу, и къ нему встрѣчю бѣжитъ Кормового Дворца Стряпчей Субота Протопоповъ и велѣлъ ему у Спаса въ колоколъ звонити... А говорилъ Субота предъ Григорьемъ Нагимъ, что ему (Попу Ѳедоту) велѣла звонить Царица Марья... А Григорей Нагой сказалъ: тово онъ не слыхалъ... а то ему Григорью сказывалъ Попъ Ѳедотъ, что-дей велѣлъ ему звонить Субота; а прибѣжалъ-былъ къ нему въ колокольню Михайло Битяговской, и онъ ся заперъ и въ колокольню его не пустилъ.»

(231) Въ лѣтописяхъ: «А Митька и Данилка побѣжа, и отбѣгоша 12 верстъ: кровь же праведнаго вопіяше къ Богу... они жь окаянніи возвратишась, и граждане и тѣхъ каменіемъ побиша 12 человѣкъ и повергоша въ яму, псомъ на съѣденіе.» Въ допросахъ (стр. 112): «А Михайло Битяговской побѣжалъ въ Брусяную избу... и Данило Третьяковъ, и заперлися, и посадцкіе и всякіе люди дверь выломили, и Михайла и Данила вытащили, и туто ихъ убили; а Михайлова сына, Данила, да Микиту Качалова, выволокши изъ Розрядные избы, убили ... А починщики были Ляпунъ, да Микитко Гунбинъ, да Степанко Полуехтовъ, да Ив. Тимоѳеевъ, да Тихонъ Быковъ... А Данилко Михайловъ сынъ, конюхъ, сказалъ» (стр. 115): «Михайловыхъ людей Битяговскаго трехъ,

46

Осипова человѣка и Микитиныхъ людей Качалова двухъ человѣкъ убили въ Дьячьей избѣ съ Даниломъ и съ Никитою вмѣстѣ; а Осипа Волохова взяли на дворѣ Битяговскаго и привели къ Царицѣ въ церковь Спаса, и Мих. Нагой велѣлъ Осипа убити.» Выше, стр. 106: «Да Михайло жь Нагой велѣлъ убити посадцкихъ трехъ человѣкъ, которые были прихожи къ М. Битяговскому, да Михайловыхъ людей Битяговского четырехъ человѣкъ; да женочьку» (см. ниже) «Михайла рострѣлявъ въ воду посадили; да Осиповыхъ людей Волохова двухъ человѣкъ, да Данила Третьякова человѣка; а побивъ тѣхъ людей, въ ровъ велѣлъ (М. Нагой) пометать; а иныхъ людей М. Битяговскаго въ тюрму посажали, и подворье его велѣлъ розграбить.» Стран. 107 (въ показаніи мамки Василисы Волоховой): «И какъ Царевичь въ болѣзни черной покололся, и Царица Марья збѣжала на дворъ и почала ее Василису бити сама полѣномъ, и голову ей пробила во многихъ мѣстѣхъ... и Царица-де велѣла ее тѣмъ же полѣномъ бити по бокомъ Григорью Нагово... и почали звонити у Спаса... и Царица велѣла ее Василису взяти, и мужики-де ее взяли и ободрали, и простоволосу держали предъ Царицею, и прибѣжалъ-де на дворъ Мих. Битяговской, и почалъ былъ разговаривать посадцкимъ людемъ и Михайлу Нагому, и Царица-де и Мих. Нагой велѣли убити его... Поймали сына ее, Осипа, посадцкіе люди и привели еще жива предъ Царицу, и Михайлову жену Битяговского съ дочерми предъ Царицу жь привели, и Царица-дей міру молыла, то-дей убойца Царевичу... и сына ее тутъ до смерти убили, а убивъ и прохолкали, что надъ зайцемъ; а человѣкъ сына ее, Васкою звали, и онъ кинулся и палъ на Осипѣ ... и его туто жь убили; а другова человѣка Василисина убили, что увидѣлъ Василису, что она простоволоса стоитъ, и онъ на нее положилъ свою шапку... Да была жоночка уродливая у Мих. Битяговскаго, и хаживала отъ Михайла къ Ондрѣю къ Нагому, и сказали про нее Царицѣ Марьѣ, и Царица ей велѣла приходить для потѣхи... и Царица и ту жонку, послѣ того два дни спустя, велѣла добыть и убити жь, что будтось Царевича портила.»

(232) О семъ признаніи упоминается только въ нѣкоторыхъ спискахъ Московскаго Лѣтописца (въ Никонов. и въ Архив. Ростовскомъ ни слова); а въ Морозов. Лѣт. такъ: «И тотчасъ убійцъ всѣхъ похватали, и приведоша ихъ на дворъ, и рѣша граждане: окаянніи и зліи человѣцы! како дерзнусте такое дѣло сотворити? ... Они же окаянніи стояху и зряху сѣмо и овамо, видяще свою винность, и рѣша къ народу: неповинная кровь насъ обличила: послушали мы прелестника, Бориса Годунова... а нынѣ мы по́ дѣломъ своимъ смерть пріемлемъ

(233) Въ Мороз. Лѣт.: «Притворилъ себе, яко вельми запечалился... и видѣ его Государь Царь предъ собою стояща и воздыхающа часто... Царь же услыша... и нача сѣтовати велми и плакати неутѣшно, и рече: о Владыко Іисусе Христе!... буди воля твоя святая!» См. еще Никон. и Ростов. Лѣт.

(234) См. выше. Князь Дмитрій Шуйскій пожалованъ въ Бояре въ 1591 году (см. Рос. Вивліоѳ. XX, 64). О супругѣ его см. въ Маржеретѣ, стр. 94. Меньшіе ихъ братья, Князья Александръ и Иванъ, получили санъ Боярскій въ 1596 году.

(235) Въ Морозов. Лѣт.: «Пришедше во Угличь, и видѣша тѣло Царевича заколота ножемъ яко агнца; мати же его надъ нимъ стоящи плачющися... народи же града Углича такоже стояху и неутѣшно плакаху и рыдаху.»

47

(236) Такъ въ достовѣрнѣйшемъ Москов. Лѣт., въ Никонов. и Ростов. спискѣ: Морозов. Лѣт. говоритъ, что плакалъ не Клешнинъ, а К. Вас. Шуйскій.

(237) См. Никон. и Ростов. Лѣт.

(238) Въ допросахъ Шуйскаго (въ Собр. Г. Г. II, 103): «И того жь дни К. Василей и Ондрей и Елизарей роспрашивали Михайла Нагово: которымъ обычаемъ Царевича не стало, и что его болѣзнь была? и для чево онъ велѣлъ убити Мих. Битяговского, и Михайлова сына Данила, и Микиту Качалова, и Данила Третьякова, и Осипа Волохова, и посадцкихъ людей и Михайловыхъ людей, и Осиповыхъ, и для чего онъ велѣлъ во Вторникъ збирати ножи и пищали, и палицу желѣзную и сабли, и класти на убитыхъ людей, посадцкихъ, и изъ селъ многихъ людей для кого збиралъ, и почему Прикащика Русина Ракова приводилъ къ цѣлованью, что ему стояти съ нимъ за-одинъ, и противъ ково имъ было стояти? И М. Нагой сказалъ: Маія въ 15 день, въ Суботу, въ 6 часу дни, зазвонили въ городѣ у Спаса въ колоколъ, а онъ Михайло въ тѣ поры былъ у себя на подворьѣ и чаялъ того, что горитъ дворецъ, и бѣжалъ къ Царевичю на дворъ, а Царевича зарѣзали Осипъ Волоховъ да Микита Качаловъ, да Данило Битяговской; и пришли на дворъ посадцкіе люди, а Мих. Битяговской пріѣхалъ тутожь на дворъ, и Михайла и сына ево и всѣхъ людей, которые побиты, побили черные; а онъ побити ихъ не веливалъ, а былъ все у Царицы, а посадцкіе люди збѣжалися на звонъ; а ножей онъ и пищалей Русину Ракову збирати и класти не веливалъ, а збиралъ и клалъ ихъ на побитыхъ людей Русинъ Раковъ; и его онъ къ цѣлованью не приваживалъ: то на него Городовой Прикащикъ взводитъ.» — Сей Прикащикъ такъ доносилъ Митрополиту Геласію: «Язъ прибѣжалъ на звонъ: ажно въ городѣ многіе люди и на дворѣ Царевичевѣ; а М. Битяговскій да сынъ его, да Н. Качаловъ, да О. Волоховъ, да Д. Третьяковъ, да ихъ люди лежатъ побиты ... и меня Мих. да Григ. Нагіе изымали, а Михайло мертво піянъ... и велѣли мнѣ одново дни шесть разъ крестъ цѣловать: буди ты нашъ; а Мих. Битяговсково да и сына ево велѣлъ убить язъ, а Качалова да Волохова, да Третьякова, да и людей ихъ велѣлъ побити язъ же, для тово, что они у меня отымали Мих. Битяговсково съ сыномъ.»

Вѣроятно, что не всѣ показанія Мих. Нагаго были записаны; а въ другихъ допросахъ ложь была смѣшена съ истиною, чтобы дать силу первой. Одни сіи допросы, явно ознаменованные дѣйствіемъ страха, угрозъ, принужденія, совѣсти нечистой, свидѣтельствуютъ о ковѣ Бориса Годунова!

(239) См. Никон. и Ростов. Лѣт.

(240) Вотъ показаніе мамки: «И вдова Василиса Волохова въ роспросѣ сказала, что розболѣлся Царевичь въ Середу, Маія въ 12 день, падучею болѣзнью, и въ Пятницу-дей ему маленько стало полехче, и Царица-дей Марья взяла его съ собою къ Обѣднѣ, и отъ Обѣдни пришотчи, велѣла ему на дворѣ погулять; а на завтрее, въ Суботу, пришотчи отъ Обѣдни, Царица велѣла Царевичю на дворъ итить гулять; а съ Царевичемъ были она Василиса, да кормилица Орина, да маленкіе робятки Жильцы, да постельница Марья Самойлова; а игралъ Царевичь ножикомъ» (даютъ ли дѣтямъ играть ножемъ?) «и тутъ на Царевича пришла опять тажь чорная болѣзнь, и бросило его о землю, и тутъ Царевичь самъ себя ножомъ покололъ въ горло, и било его долго, да туто его и не стало!» Такъ во всѣхъ мнимыхъ показаніяхъ; въ иныхъ: «тѣшился съ Жильцами въ тычку ножемъ.» Далѣе: «А и прежъ того, сего году въ Великое говѣнье,

48

тажь надъ нимъ болѣзнь была, и онъ покололъ сваею (свайкою) и матерь свою; а въ другой рядъ, передъ Великимъ днемъ, Царевичь объѣлъ руки Ондреевѣ дочкѣ Нагово: одва у него дочь Нагово отнели.» См. въ Собр. Г. Г. II, стр. 103—116.

(241) Духовникъ Григорія Нагаго, Константиновскій Попъ Богданъ, Покровскій Игуменъ Давидъ, Алексѣевскій Игуменъ Савватій.

(242) Собран. Госуд. Грам. II, 121—123.

(243) Тамъ же: «По Государеву указу и по Боярскому приговору пославъ за Углечь по кормилицына мужа, по Ждана Тучкова, и по кормилицу по Орину Михайло Молчановъ, а по вѣдуна по Ондрюшу Мочалова Ѳедоръ Жеребцовъ... Везти ихъ бережно, чтобъ съ дороги не утекли и дурна надъ собою не учинили ... Вѣдуна Ондрюшу Мочалова везти, сковавъ крѣпко, въ ручныхъ желѣзѣхъ и въ ножныхъ, а ѣхати наспѣхъ.» Въ другомъ мѣстѣ сказано: «М. Битяговской съ Мих. Нагимъ бранился по часту за Государя, что онъ М. Нагой держалъ у себя вѣдуна Ондрюшу Мочалова и иныхъ многихъ вѣдуновъ.» — Шуйскій заставилъ кормилицу показать въ допросѣ, что Димитрій (стр. 108) покололся ножемъ и на ея рукахъ умеръ: чего еще хотѣли отъ нее? Можетъ быть, она говорила другое; можетъ быть, хотѣли для вида наказать ее за мнимое небреженіе.

(244) Въ лѣтописяхъ (см. Никон. и Ростов.): «Борисъ же съ Бояры пойдоша къ пыткѣ, и Михайла Нагово и Андрея и иныхъ Нагихъ пыташа накрѣпко, чтобъ они сказали, что самъ себя заклалъ: они жь никакъ тово не сказаша.» — Въ Морозов. Лѣт.: «Повелѣ Борисъ Царицу Марію съ нуждою и съ безчестіемъ во Иноческій орбазъ облещи, и наречено бысть имя ей Марѳа, и заточити ю въ мѣсто бѣдное и дати ей въ послуженіе только два человѣка; лежимо же тое мѣсто въ Бѣлоезерскихъ предѣлѣхъ, въ Судинѣ монастырѣ на Выксѣ» (или озерѣ Выксинѣ) «и пристави къ ней сторожей, и пищу ей повелѣ давати въ урокъ.» См. также Чети Минеи Іюня 3. Монастырь Выксипскій уничтоженъ. Нынѣ тамъ село Выксино (въ 25 верстахъ отъ Череповца) съ двумя церквами, Св. Николая и Св. Троицы; въ первой есть придѣлъ Св. Царевича Димитрія.

(245) См. Сибирскія лѣтописи и въ Словарѣ Географ. Рос. Государства статью объ Угличѣ, гдѣ сказано, что въ немъ было 3 Собора, 150 церквей, 12 монастырей, 2000 Иноковъ и 30, 000 жителей обоего пола. Въ Тобольскѣ, между колоколами церкви Всемилостиваго Спаса, показываютъ набатный Углицкій, коего звукъ извѣстилъ тамошнихъ гражданъ объ убіеніи Царевича, и который вмѣстѣ съ ними былъ сосланъ Годуновымъ въ Сибирь, если вѣрить преданію.

(246) См. Никон. и Ростов. Лѣт. Въ Собр. Г. Г. II, 120, въ челобитной жены Битяговскаго: «Государю Царю бьетъ челомъ и плачетца горькая вдовица Овдотьица съ своими дочеришками съ Дунькою да съ Машкою. Жалоба, Государь, мнѣ на Михайла да на Григорья на Нагихъ... велѣли убити мужа моего конюху Царицыну, Мих. Григорьеву да сыну его Данилку... и прислали (ихъ же) по меня и по дѣтишокъ; и они, взявъ меня и ободравъ, нагу и простоволосу поволокли на дворъ и животишки наши разграбили. Православный Царь и Государь! покажи милость; вели сыскати животишки.»

(247) Въ Исторіи Келаря Аврамія Палицына: «паче всего разумныхъ ослѣпи (Годуновъ) очеса имѣніемъ многимъ и трапезами сладкопитательными.» Въ Сказаніи, еже содѣяся въ царств. градѣ Москвѣ (No 93 между рукописями моей библіотеки): «и приводитъ къ себѣ (Годуновъ) всякихъ

49

Вельможъ, овыхъ лестію и дары, а иныхъ угрозами.» См. ниже, примѣч. 234. — Въ Боровскомъ Пафнутіевѣ монастырѣ, въ стѣнѣ церкви Св. Ирины, созданной, какъ сказываютъ, Царицею Ириною, сестрою Бориса Годунова, находится камень съ такою надписью: «Лѣта 7107 (1599), Апр. въ 6 день, преставися рабъ Божій, В. Государя Царя и В. Князя Ѳедора Ивановича всея Россіи дятка, Окольничей, Луппъ зовомый, Андрей Петровичь Клешнинъ, во Иноцѣхъ Левкей Схимникъ.»

(248) Въ Повѣсти о разореніи Москов. Государства (No 95 между рукописями моей библіотеки): «егда же Борисъ прослыша про себя въ народѣ ропотъ о убіеніи Царевича Димитрія, прискорбенъ бысть.»

(249) См. Исторію Авр. Палицына и лѣтописи Никон. и Ростов.

(250) Палицынъ: «Въ Суботу Великія Пятидесятницы, въ половину дне, возгорѣся напрасно въ Чертольской улицѣ.» Въ Степен. Кн. Латухина: глаголютъ же, яко повелѣніемъ Годунова бысть пожаръ той: тѣмъ онъ умыслилъ Царя къ Москвѣ возвратити, его же Государево изволеніе было во градъ Угличь итти и про убіеніе брата своего истинно увѣдати.» Такъ и въ Морозов. Лѣт. Маржеретъ: Les nouvelles (о смерти Димитрія) arrivées à Mosco, engendrent diverses pensées; l’on en murmuroit. Boris, etant averty du tout, fit mettie la nuit le feu aux principales boutiques et maisons des marchauds. Въ Розряд. Кн.:«Маія въ 4 день зажгли Москву на Арбатѣ у Ивана Милостиваго колымажниковъ дворъ и въ иныхъ въ трехъ мѣстѣхъ.» Въ Дѣлахъ Польск. No 21, л. 206, въ наказѣ Посланнику Данилу Ислѣньеву: «А нѣчто учнутъ спрашивать про пожары Московскіе, и Данилу говорити: мнѣ въ то время на Москвѣ быти не лучилось; а то поворовали мужики воры, люди Нагихъ, Оѳонасья съ братьею: то на Москвѣ сыскано, да еще приговоръ не учиненъ... А будетъ хто молылъ, что у нихъ тѣ слухи, будто зажигали Годуновыхъ люди, и Данилу говорити: то нѣхто воръ бездѣльникъ сказывалъ, затѣевъ напрасно. Годуновы Бояре именитые, великіе... Лихому человѣку воля что затѣвать; да только Богъ имъ не попуститъ.»

(251) Въ Дѣлахъ Крымск. No 19, л. 109: «Ходилъ Крымск. Царя гонецъ у Свитцкого казны прошать, и Король ему отказалъ: какъ-дей извоюешь Московского, и язъ-дей тогды тебѣ казну дамъ. И послѣ себя Царь, какъ пошелъ въ войну, послалъ къ Свитцкому другово гонца, Онтона Черкашенина, по казну.»

(252) См. выше.

(253) Ногайскій Депутатъ сказалъ нашему гонцу въ Тавридѣ (Дѣла Крым. No 17, л. 51): «Поѣхали Мурзы и всѣ лутчіе люди» (изъ Ногайскихъ Улусовъ) «въ Крымъ отъ неволи, заплакавъ пометали отцы и матери, и жены и дѣти; просили у насъ Муратъ-Кирей Царевичь и Воеводы Астороханскіе братью нашу и дѣтей въ закладъ. Наши отцы и дѣды закладовъ не давывали, а въ Государя Московского волѣ бывали; мы на него не пеняемъ: розгонилъ насъ Муратъ-Кирей Царевичь, и Мурзы и всѣ лутчіе люди послали къ Турскому Царю бити челомъ, чтобы Турской велѣлъ намъ быти въ своемъ имени, далъ бы намъ Балысарай, да Царевича, и прислалъ къ намъ Турской Чеуша, велѣлъ Уруса Князя и всѣхъ Нагайскихъ Мурзъ приводите къ шерти, и мы Турскому не шертовали: какъ насъ устроитъ, и мы толды и шерть дадимъ.»

(254) Въ лѣтописяхъ (въ Никон., въ Ростов. и въ другихъ): «Того жь году (1591) видячи Бусурманы службу къ Государю въ Астрохани Царевича

50

Муратъ-Кирея, и прислаша изъ Крыму и изъ Казыева Улуса вѣдуновъ, а его испортили. Воевода жь, К. Ѳед. Троекуровъ съ товарищи, видя его болѣзнь великую, приведоша къ нему лекаря Арапа: Арапъ же сказа, что его излечити не мочно, покамѣста сыщутъ вѣдуновъ, кои его испортили; и взя съ собою Русскихъ людей, и пошелъ въ Юрты, и переималъ вѣдуновъ, и мучи ихъ, и вѣдуны рекоша: будетъ кровь ихъ не умерла, и имъ-де мошно пособити. Той же Арапъ повелѣ имъ изъ себя кровь метати въ лахань; они жь изъ себя выметали всю кровь, кою Татары перепорчены съ Царевичемъ. Арапъ же нача спрашивати, коево чья кровь? и они начаша сказывати все по ряду, коя-де кровь не замерла и тою кровью помажутъ того, чья она, и онъ живъ станетъ. Царевичева жь кровь и Царицына всѣ замерли ... Царевичи жь оба и Царицы умерли, и съ ними Татарове многіе. Государь же прислалъ въ Астрахань Остаф. Мих. Пушкина, и вѣдуновъ пытати велѣлъ, по чьему умышленью портили... И не могли ничего допытатца. Тотъ же Арапъ самъ пошелъ съ ними къ пыткѣ, и въ зубы положилъ имъ удила конскіе, и велѣлъ ихъ повѣсити за руки, а бити по тѣлу не велѣлъ, а велѣлъ бити по стѣнѣ противъ ихъ, и они почали сказывати, что портили Царевича и Царицъ, пили изъ нихъ изъ сонныхъ кровь. Воеводы жь велѣли ихъ на полѣ жечь; а жегъ ихъ тотъ же Арапъ своимъ мастерствомъ — и тутъ слетѣлось сорокъ вороновъ, и кричаху, и какъ ихъ пережгли, и вороны исчезли! Государь же того Арапа пожаловалъ, а Татаръ достальныхъ велѣлъ перевезти къ Москвѣ и устроити по городомъ помѣстьями и кормомъ.»

Слѣдственно и мы имѣемъ сказки о Вампирахъ:

Въ Дѣлахъ Крымск. No 19, л. 136 и 235: «Учинилась Царю Казы-Гирею вѣсть изъ Астарахани, что Муратъ-Кирея окормили зельемъ, а послѣ другая вѣсть, что племянника его Кумыкъ-Кирея Царевича окормили... Тѣ ссорные слова сказывали лихіе люди; а Царевичей Муратъ-Кирея и Кумыкъ-Кирея не стало отъ его людей... Государь послалъ въ Астрахань Дворянина своего, Остафья Пушкина... и Царица» (жена Муратъ-Гиреева) «писала о томъ хъ Казы-Гирею.»

(255) См. въ Дѣл. Крымск. No 19, л. 106.

(256) См. Дѣла Польск. No 21, л. 178 и 183. Бѣлгородъ есть Акерманъ.

(257) См. Архив. Розрядн. Кн. 763, и Дѣла Крым. No 19, л. 75 на обор.

(258) Архив. Розрядн. Кн. 768 и слѣд.; также Никон. Лѣт. VII, 336 и слѣд.

(259) Въ Дѣлахъ Польск. No 21, л. 183 на об.: «и мы (Государь) тѣмъ своимъ ратемъ велѣли отойти отъ берегу и рѣку Оку очистить для того, чтобъ Царя черезъ рѣку перепустивъ, тѣмъ его оплоша, стати противъ его на прямое дѣло близко Москвы.» Въ Розрядн. Кн.: «а на берегу Царь велѣлъ оставить Дворянина добра и Дѣтей Боярскихъ 300 добрыхъ, для того, какъ Царь Оку перелѣзетъ, и Государю бы то было вѣдомо.»

(260) Въ Сказаніи Патріарха Іова (Никон. Лѣт. VII, 337, 338): «Устроити повелѣ окрестъ дальнихъ посадовъ градъ древянъ... близъ же града, яко поприща два, поставити градъ обозъ нарицаемый, иже нѣкоею мудростію на колесницахъ устроенъ и къ бранному ополченію зѣло угоденъ, и тамо совокупити воинство, и великіе пушки и многіе хитрости бранные устроити; внутрь же града поставити церковь во имя Сергія, иже отъ полотна устроена, » и проч.

(261) Т. IX, 119. — См. подробности въ Розрядн. Кн.

51

(262) Бѣльскій отличился въ войнъ Ливонской 1577 года. Въ Розрядн. Кн.: «Съ Борисомъ Ѳед. въ Думѣ Кравчей и Воевода Александро Микитичь Романовъ Юрьевъ, да Окольничей Андрей Петр. Клешнинъ, да Казначей Деменша Ив. Черемисиновъ, да Оружничей Богд. Як. Бѣльской, да Думной Двор. Ром. Мих. Пивовъ.»

(263) Іовъ въ Никон. Лѣт. VII, 341: «самъ окрестъ воинства непрестанно обходитъ, и полки изрядно устрояетъ, и къ бранному ополченію всѣхъ поощряетъ.»

(264) Тамъ же: «со всѣхъ стѣнъ градныхъ изъ великихъ огнедыхающихъ пушекъ непрестанно стрѣляху, и изо всѣхъ Обителей, иже близъ царствен. града.» Отъ Кремлевскихъ стѣнъ до поля сраженія было не менѣе трехъ верстъ; монастыри Новоспасскій и Симоновскій также не близки къ Донскому: вѣроятно, что вы только стрѣляли, а не били. — Далѣе: «весь день на различныхъ мѣстѣхъ окрестъ Москвы біяхуся непрестанно.»

(265) Въ разныхъ лѣтописяхъ: «онъ же, праведный Государь, стояше на молитвѣ день и нощь... въ полуденное жь время опочинувшу ему, и возставъ иде» (въ Никон.: опочившу ему отъ молитвы:» слѣдственно онъ пересталъ только молиться?) «въ высокій свой теремъ, и смотряше на полки... За нимъ же стояше Б. Гр. Годуновъ и плакася... Царь же обозрѣвся къ нему, и рече: не бойся ... завтро тѣхъ поганыхъ не будетъ: такоже и збысться слово его. Григорей же радостенъ бысть и сказа многимъ людемъ.» О семъ добродушномъ Бояринѣ см. выше. Въ нѣкоторыхъ лѣтописяхъ сказано, что Борисъ велѣлъ отравить его за несогласіе на убіеніе Димитрія; но онъ, будучи Дворецкимъ, жилъ до 1598 года (см. Списокъ Чиновниковъ въ Рос. Вивліоѳ. XX, 67).

(266) Іовъ (Н. Л. VII, 341): «Безбожный же Царь къ вечеру пріиде въ Царское село Воробьево, отъ града яко поприща три, тамо же бѣ горы превысоки: оттуду же узрѣ красоту и величество града, и великіе каменоградные стѣны, и златомъ покровенные церкви, и Царскія досточюдныя, двоекровныя и трикровныя палаты; паче же слыша тресновенный громъ, иже бысть отъ великово во градѣ и изъ Обителей пушечного стрѣлянія, » и проч.

(267) Въ Дѣл. Польск. No 21, л. 184: «Царевича Бахты-Гирея, Валди-Гиреева Царевичева сына, и многихъ большихъ Князей и Мурзъ ранили, и въ языцѣхъ многихъ именитыхъ Мурзъ поимали, и Царь, розведчи людей своихъ къ ночи, сталъ отшедчи полки.»

(268) См. Никон. Лѣт. VIII, 21.

(269) Въ Розрядн. Кн.: «Крымской отъ Москвы побѣжалъ за часъ до свѣта съ вел. ужасомъ, слыша, что Государь велѣлъ противъ него стояти своего Величества Слугѣ и Конюшему Боярину и Дворовому Воеводѣ, Борису Ѳеодоровичу.» — Въ Дѣл. Польск. No 21, л. 184: «а передовыхъ нашихъ людей увидя, и возки свои Царь пометалъ, въ которыхъ самъ ѣхалъ.» О разбитіи близъ Тулы см. тамъ же. — Въ Дѣлахъ Крымск. No 19, л. 103: «Пришелъ (Ханъ) изъ войны въ Бахчисарай въ ночи въ телѣгѣ; а сказываютъ, что раненъ, и видали его, что онъ ѣздитъ, а рука у него лѣвая подвязана. А Калга пришелъ за недѣлю, и не вѣдалъ, гдѣ Царь... а въ Крымъ-дей пришло людей съ треть, а пришли пѣшіе; а Царевичь Сафа-Кирей прешелъ изъ войны боленъ, и передъ Семенемъ днемъ и умеръ... И какъ Иванъ» (нашъ гонецъ Бибиковъ, бывшій тогда въ Крыму) «пришолъ къ Царю, и Царь Ивану велѣлъ сѣсти, и говорилъ: Былъ-дей есми на Москвѣ, и меня-де не подчивали: гостемъ не ради. И Иванъ говорилъ: Вольной человѣкъ Царь! то ты у Государя нашего

52

укралъ: ходилъ въ его землю чрезъ свое слово; а Государь того не вѣдалъ; да и у Москвы постаялъ еси не мношко; а только бы ты постоялъ побольши, и Государь бы нашъ умѣлъ тебя подчивать. И Царь противъ того не говорилъ ничего, да велѣлъ Ивану у себя ѣсти.»

(270) Въ Архив. Розрядн. Кн. 786 на об.: «Іюля въ 10 прислана Государева грамота ко Кн. Ѳ. И. Мстиславскому съ опалою: ты къ намъ писалъ отъ одново себя, и то ты учинилъ не гораздо... Тогожь числа пріѣхалъ отъ Государя И. Н. Романовъ-Юрьевъ съ Государевымъ жаловальнымъ словомъ и съ золотыми, и пріѣхавъ спрашивалъ Бояръ и Воеводъ, и Кравчево, и Думныхъ Дворянъ, и Чашниковъ и Стольниковъ, и всю рать, отъ Государя о здоровьѣ, да подалъ К. Ѳ. И. Мстиславскому да Конюшему Боярину и Дворовому Воеводѣ Б. Ѳ. Годунову, Государево жалованье, золотые Португанскіе, а инымъ Бояромъ и Воеводомъ, и Окольничимъ и всей рати въ два золотыхъ корабельныхъ, а инымъ корабельные, а инымъ въ полтора Угорскихъ, а инымъ Угорскіе по росписи.»

Въ Дѣл. Польск. No 21, л. 204: «Далъ ему Борису) Государь шубу дорогу съ своихъ плечъ, словетъ Руская, въ тысечу рублевъ, съ золотыми пуговицами, да съ себя чѣпь золоту дорогу, да судно золото, словетъ Мамай, что на Мамаевѣ побоищѣ побилъ Великій Государь Царь и Вел. Князь Дмитрей Ив. Донской Мамая Царя, и то судно тогды взято его Мамаевское Царево, и Государь пожаловалъ Бориса Ѳед. для памяти роду его; да въ вотчину три городы въ Важской землѣ съ великими доходы... И пиры были у Государя въ Большой Грановитой палатѣ по многіе дни.»

Тамъ же, л. 202, въ наказѣ Данила Ислѣньева, посыланнаго тогда въ Литву: «Нѣчто учнутъ спрашивая Паны Рада про Бориса Ѳед., почему нынѣ пишетца Слугою, и что то слово именуетца? И Данилу говорити: то имя чеснѣе всѣхъ Бояръ, а даетца отъ Государя за многіе службы; и при Вел. Государя нашего прадѣдѣ, Царѣ и Вел. Князѣ Иванѣ Вас., былъ Слуга Князь Семен. Иван. Ряполовской, а дано было ему то имя за многіе службы. А при дѣдѣ Государя нашего былъ Слуга Князь Ив. Мих. Воротынской, а дано ему то имя, какъ побили на Ведрошѣ К. Конст. Острожского, а К. Иванъ на томъ дѣлѣ великіе явственные службы свои показалъ. А при Отцѣ Государя нашего былъ Слуга К. Мих. Воротынской; а дано ему то имя также за многіе службы, что онъ многожды Крымскихъ людей побивалъ, а во одно время дошелъ Царевичей Крымскихъ на полѣ на Донцѣ на Сѣверскомъ и побилъ многихъ людей; и въ Казанской приступъ многую службу явственную показалъ. А нынѣ Царское Величество пожаловалъ тѣмъ именемъ шурина своего за многіе службы и за нынѣшнюю, что нынѣ Божьею Милостью и Вел. Государя счастьемъ, а его Бориса Ѳед. радѣньемъ и промысломъ такое великое дѣло сдѣлалось, что Царь Крымской по Турского Салтана велѣнью пришолъ... да хотѣлъ и за Москву пройти... и побѣжалъ назадъ, » и проч. — Ни въ лѣтописяхъ, ни въ Спискѣ Бояръ не сказано, чтобы К. Семенъ Ряполовскій (казненный въ 1499 году) и К. Ив. Мих. Воротынскій имѣли достоинство Слугъ; а К. Мих. Ив. Воротынскій названъ въ лѣтописи Слугою еще до взятія Казани.

(271) См. Никон., Ростов. и другія лѣтописи, гдѣ сказано: «по отходѣ же Крымск. Царя, чающе его впредь къ Москвѣ приходу, повелѣ Государь кругомъ Москвы, около всѣхъ посадовъ, поставить градъ древяной; а заложенъ бысть въ 99 (1591), а совершенъ въ 100-мъ году.»

53

(272) Въ Никон. Лѣт.: «Войде въ мысль во многіе простые люди Украинскіе, что приведе Царя Крымск. подъ Москву Борисъ Годуновъ, бояся земли про убойство Царевича Дмитрея... Изъ Олексина пріѣде къ Москвѣ Сынъ Боярской, Иванъ Подгорецкой, и возвѣсти на своего крестьянина сія словеса про Бориса; товожь крестьянина взяша и пытаху на Москвѣ: онъ же оклевета множество людей... и послаша сыскивать по городомъ, » и проч.

(273) Въ Повѣсти о разореніи Московскаго Государства: «Когда Государю доведется кого чѣмъ пожаловати или кого отъ казни свободна учинити, то писаху: пожаловалъ Государь Царь по упрошенію ближняго своею пріятеля, Бориса Ѳедоровича; егда же прилучится кого казнити за вину законную, то писаху: приговорили Бояре, К. Ѳед. Ив. Мстиславской съ товарищи.» О семъ знатнѣйшемъ Вельможѣ гонецъ нашъ въ Литвѣ, А. Ивановъ, по своему наказу долженъ былъ сказать: «К. Ѳедоръ Ив. Мстиславской при Государѣ въ великомъ жалованьѣ, и Борисъ Ѳедоровичь его добрѣ любитъ, и Государь его нынѣ (въ 1590 году) пожаловалъ, далъ сестрѣ его меньшой жениха, великово человѣка, Кабардинскіе земли Князя, Княжь Канбулатова Черкасково племянника, а Князю Борису Черкаскому брата, которой женился у Боярина у Микиты Романовича, понелъ дочерь его, и Кн. Ѳедоръ Ив. послѣ Дмитреева дни въ первое Воскресенье и выдалъ сестру свою за Князя Василья.»

(274) Въ Дѣл. Польск. No 23, л. 112, въ наказѣ гонцу Петру Пивову въ 1594 году: «А будетъ придетъ къ нему Михайло Головинъ, и Петру говорити: твое письмо до Бориса Ѳед. дошло... и тому Б. Ѳ. не добрѣ повѣрилъ, что много на тебя ссорныхъ словъ было о твоей неправдѣ, что ты много словъ позорныхъ говорилъ; а только будетъ ты, Михайло, прямо хочешь взыскати Бога и Вѣры Крестьянскіе, и своихъ родителей не забыть, а похочешь ѣхать къ Государю, и Борисъ Ѳед. у Государя и у Государыни то упроситъ, что тебя Государь пожалуетъ вотчиною и помѣстьемъ свыше прежнего, и въ твоемъ отечествѣ тебя учинитъ въ большой чести, въ чемъ отецъ твой и дядя Петръ были... и братью твою всѣхъ изъ Казани выведетъ.» Объ измѣнѣ Мих. Головина см. выше, стр. 23.

(275) Въ Повѣсти о разореніи Московскаго Государства: «Тако же и въ писаніяхъ веліи и несказанныя похвалы правленія свыше мѣры исплетаху ему, яко чимъ желая утѣшитися, тѣмъ и ублажаху его. Вси людіе, аще и видяще сію лесть вводиму въ народы отъ него, но не могуще ничего же сотворити: отъятъ бо отъ всѣхъ власть, и страхъ на всѣхъ наложи; не смѣюще ни помыслити нань: ослѣпи бо очи разумныхъ, » и проч.

(276) Въ Архив. Розрядн. Кн.: «Іюля въ 14 день крестилъ Государь дочь свою, Царевну Ѳеодосію, въ Чюдовѣ монастырѣ.» Въ тотъ день обѣдали у него въ Гранитовой палатѣ Святители, Бояре и царедворцы безъ мѣстъ, т. е. безъ разбора чиновъ или старѣйшинства. Въ Никонов. Лѣт. VIII, 25: «посла въ Іерусалимъ и во всю Палестинскую землю со многою милостынею.» См. Дѣла Польск. и Греческ. 1592 года. Трифонъ Коробейниковъ и Мих. Огарковъ ѣздили тогда къ Патріархамъ Греческимъ съ даромъ пяти тысячь, пяти сотъ, тридцати четырехъ золотыхъ Угорскихъ и трехъ золотыхъ Португальскихъ (изъ коихъ въ каждомъ было 10 червонцевъ), сверхъ множества соболей, куницъ и проч. Мы имѣемъ описаніе сего путешествія, не весьма любопытное. См. также Рос. Вивліоѳ. XII, 425.

54

(277) Послѣ перваго Самозванца явился въ Россіи и мнимый сынъ Ѳеодоровъ, Петръ, какъ увидимъ далѣе. Въ Дѣлахъ Польск. No 26, л. 286: «Паны Рады говорили: сказываетъ-де тотъ Петръ, какъ онъ родился, и его-де перемѣнили дочерью по Борисову велѣнью, чтобъ ему не быти на Государствѣ.»

(278) Въ лѣтописяхъ: «погребена бысть въ Вознесенск. Дѣвичьемъ монастырѣ... и повелѣ Государь въ Вознесенскій монастырь дати вотчину въ Мосальск. Уѣздѣ, село Чертень.»

(279) См. выше и Миллера Samml. Russ.Gesch. V, 60.

(280) См. выше и Дѣла Польск. No 20, л. 640—644. Послы Сигизмундовы уже выѣзжали тогда (въ исходѣ Генваря 1591) изъ Россіи: гонецъ нашъ догналъ ихъ и сказалъ имъ отъ имени Правителя: «приходило въ войну Свейскихъ Нѣмецъ съ Юрьемъ Боемъ» (но главнымъ Воеводою былъ Грипъ: см. Далина, XV, 178) «всего съ три тысечи, а Государя нашего рати, Русскихъ и Татарскихъ, съ двѣстѣ тысячь было въ Новѣгородѣ и по инымъ мѣстомъ собрано, да всѣ распущены.»

(281) См. Далина XV, 178.

(282) См. Дѣла Польск. No 21, л. 253, и Архив. Розряд. Кн. 790. Шведы писали, что они убили тогда (въ Авг. 1591) 6000 Россіянъ и взяли въ плѣнъ трехъ Воеводъ съ пятидесятью Боярами, то есть, Дѣтьми Боярскими (см. Далин. 179).

(283) См. Никон. Лѣт. VIII, 23; также Исторію Рос. Іерархіи VI, 584.

(284) См. выше и Дѣла Польск. No 21, л. 318—507. Сигизмунадъ цѣловалъ крестъ Дек. 4, а Салтыковъ и Татищевъ возвратились въ Москву 10 Генв. 1592.

(285) См. Архив. Розрядн. Кн. 795, Никон. Лѣт. VIII, 24, и Дѣла Крымск. No 19, л. 242. Богданъ Бѣльскій начальствовалъ надъ снарядомъ огнестрѣльнымъ; походъ кончился 21 Февраля. Въ Степен. Кн. Латухина: «Воеводы многія городки Нѣмецкія взяли, а отъ Выбора возвратилися. Тогда Государь на нихъ прогнѣвался, что у К. Ѳедора Мих. Трубецкого съ Годуновыми рознь была. Государь ходилъ молитися въ Троицкій монастырь, да въ Можаескъ къ Николаеву образу Чудотворца, и въ Боровскъ къ Пафнутію Чудотв., да въ Звенигородъ къ Савѣ Св., и прешедъ на Вербной недѣли, » и проч. См. также Никон. Лѣт. VIII, 25.

(286) См. Дѣла Крымск. No 19, л. 242, и Далина 179: онъ называетъ Ханскаго Посла Іоанномъ Антоніемъ.

(287) См. Дѣла Цесарск. No 5, л. 453, и Далина XVI, 207.

(288) Въ Дѣл. Цесарск. No 5, л. 470: «А то Максимиліану» (говорилъ въ Москвѣ его Посланникъ Варкочь) «подлинно вѣдомо отъ самаго Жигимонта Короля, что онъ на Польское Королевство не хочетъ, а хочетъ быти на Свейскомъ, потому что Паны Рада, Польскіе и Литовскіе, самовольные люди, и ни въ чемъ его не слушаютъ, и за Государя не имѣютъ, и повольности ему нѣть никоторые: держатъ его какъ бы за невольника.»

(289) См. Дѣла Швед. No 7, л. 1 и слѣд.; также Далина XVII, 254. Переговоры начались въ Ноябрѣ 1594.

(290) См. тамъ же. Вотъ нѣкоторыя статьи изъ договора: «Мы, полные Великіе Послы, язъ Окольничей и Намѣстникъ Колужской, К. Ив. Самсоновичь Туренинъ, язъ Дворянинъ и Намѣстникъ Елатомской Остафей Михайловичь Пушкинъ, мы Діаки Григорей Ив. сынъ Клобуковъ да Посникъ Дмитреевъ, съѣзжалися у Норовы рѣки ниже Иваня-города на Иванегородцкой сторонѣ у Тавзина... Всѣмъ Свейскимъ подданнымъ съ своими кораблями и съ товары ходити въ Ругодивъ (Нарву), а не изъ чюжихъ мѣстъ, а торгу быти на

55

Ругодивской, а не на Иванегородцкой сторонѣ... Имати дань (Королю) съ Лопарей на восточной сторонѣ къ Варангѣ... (Царю) имати дань съ Лопарей, которые къ Двинской и х’ Корельской землѣ и х’ Колѣ городу... Полоняниковъ всѣхъ свободить... а Рускимъ людемъ невольно посылати своихъ людей сыскивати Рускихъ полоняниковъ въ Свейскую землю... А какъ Воеводы уложатъ съ обѣихъ сторонъ рубежи, какъ изстари бывали, и городъ Корѣла съ волостьми очистити со всѣмъ нарядомъ (съ пушками), и Рускихъ людей, которые живутъ въ Корѣльскомъ Уѣздѣ, въ Свейскую землю не свозити, » и проч.

(291) Въ Апр. 1592 Сигизмундъ присылалъ въ Москву чиновника Литовскаго Волка, въ Ноябрѣ Хребтовича, въ Авг. 1593 Девялтовскаго, въ Авг. 1599 Корсака-Голубецкаго. Онъ требовалъ, чтобы Ѳеодоръ удовлетворилъ жалобамъ Литовскихъ купцевъ и велѣлъ освободить двухъ Черкесскихъ Князей, находящихся въ Польской службѣ и взятыхъ въ плѣнъ Донскими Козаками близъ Азова; извѣстилъ его о своемъ восшествія на Шведскій престолъ; писалъ къ нему изъ Стокгольма о несправедливости Царя Іоанна Вас. въ отношоніи къ Швеціи; увѣдомлялъ о побѣдѣ, одержанной Литовцами въ 1595 году надъ Ханомъ въ землѣ Волошской, гдѣ Замойскій объявилъ Господаремъ Іеремію Могилу, подданнаго Королевскаго. Сигизмундъ надѣялся, что мы вмѣстѣ со всѣми Европейскими Державами возстанемъ на Султана, и проч. Ѳеодоръ посылалъ къ Королю въ 1592 г. Дворянина Рязанова, жалуясь на то, что Литовцы завладѣли Велижскою областію, и что Князь Вишневецкій на Путивльскомъ ружебѣ выстроилъ городъ Лубны, убивъ около двухъ сотъ Россіянъ. См. Дѣла Польск. No 19, л. 22 и 23.

(292) См. Дѣла Польск. No 23, л. 177, въ донесеніяхъ гонца Петра Пивова, который ѣздилъ къ Литов. Панамъ въ 1594 году.

(293) Ибо съ Ханомъ было и много Турковъ.

(294) См. Въ Д. Крымск. No 19, л. 139. Ханъ прислалъ гонца въ Окт. 1591 года.

(295) См. тамъ же, л. 258. Гонцемъ ѣздилъ въ Крымъ Мих. Протопоповъ.

(296) Въ Маѣ 1592 (см. тамъ же, л. 270, 300, 373). Въ Никон. Лѣт.: «сведоша (Крымцы) полону много множество, яко и старые люди не помнятъ такіе войны отъ поганыхъ.»

(297) Т. е. жителямъ Акерманскимъ. Григор. Аѳ. Нащокинъ былъ отправленъ въ Константинополь 6 Апр. 1592, а возвратился 2 Окт. 1593. См. Дѣла Турецк. No 3, л. 186, 218, 219, 228, 238, 240, 247. По доносу жителя Азовскаго, Усеинъ-Челибея, что Россіяне тѣснятъ Магометанъ въ Астрахани — что Козаки Донскіе не даютъ Азовцамъ выйти изъ воротъ, и что Посолъ Царскій есть лазутчикъ, Султанъ хотѣлъ немедленно выслать Нащокина; однакожь умилостивился, и дозволилъ ему зимовать въ Константинополѣ. — Амуратовъ Посланникъ пріѣхалъ въ Москву 21 Окт. 1593, а выѣхалъ 22 Іюля 1594. Въ слѣдъ за нимъ, 31 Іюля, отправился къ Султану Дворянинъ Данило Ислѣньевъ.

(298) Тамъ же, л. 294: «Изначала Кабардинскіе и Горскіе Черкасскіе Князи и Шевкальской были холопи наши Резанскихъ предѣловъ, и отъ насъ збѣжали съ Резани и вселились въ горы, и били челомъ отцу нашему, » и проч.

(299) Тамъ. же, л. 260. — Въ Дѣлахъ Цесарск. No 8, л. 676: «Мы, Царское Величество» (говоритъ Ѳеодоръ въ сношеніяхъ съ Австріею) «послали къ Турскому Салтану Посланника своего, Данила Ислѣньева, и велѣли накрѣпко говорити Салтану, чтобъ онъ брата нашего на Рудольфову Цесареву

56

землю войною не ходилъ... и Турской то свѣдавъ, что мы Самодержцу, брату своему, помогаемъ своею Царскою казною» (см. ниже) «и за то Турскій Магметъ-Салтанъ Посланника нашего у себя задержалъ третей годъ, и по ся мѣста» (Ав. 1597) «не отпустилъ.» Въ лѣтописяхъ сказано о возвращеніи Ислѣньева въ 1595 году (несправедливо, какъ видимъ) съ Послами Хана Крымскаго).

Въ Дѣлахъ Турецк. No 3, л. 81: «А Государева жалованья послано (съ Нащокинымъ) къ Атаманомъ и х’ Казакомъ: поставъ сукна страфилю, 6 половинокъ вренку, 24 половинки Рословскихъ, 25 пудъ селитры и сѣры и свинцу по указу; да запасовъ 200 четвертей сухарей, 30 четвертей крупъ, 30 четвертей толокна.» Козаки говорятъ Нащокину, л. 92 и слѣд.: «А полонянниковъ намъ отдать не мочно: взяли мы ихъ своею кровью; а ходили тѣ Черкасы за нами сами, и нашихъ головъ искали, а не мы на нихъ ходили; а которыхъ нашу братью емлютъ Азовскіе люди, и тѣхъ мечютъ на уды и на каторги сажаютъ; а не токмо дать даромъ, и на окунъ не даютъ... Сее зимы больши ста человѣкъ по городкомъ Азовскіе люди съ Черкасы поймали... Турского Чеушъ да Черкасск. 6 Князей, Кабанъ съ товарищи, цѣнилися сами; дати имъ за себя, Чеушу 6000 золотыхъ, а Кабану 3000, а достальные цѣнились въ 4000 золотыхъ... О миру присылывали напередъ изъ Азова къ намъ, а намъ чрезъ прежніе обычаи самимъ о миру задирать не пригоже. А се наши товарищи на морѣ Вас. Жегулинъ съ товарыщи 300 человѣкъ: и намъ, ихъ не выждавъ, какъ миритца?» Нащокинъ пишетъ, л. 97: «Іюня въ 11 Атаманы Вас. Жегулинъ, Ив. Носъ, Ив. Ѳед. Трубецкихъ, Вас. Кабанъ, а съ ними многіе Козаки, человѣкъ съ 600, пришли наряднымъ дѣломъ, съ саблями и съ ручницами, къ нашему шатришку, и говорили, чтобъ мы имъ показали твой наказъ... И мы отказали, что наказъ твой, Государевъ, данъ намъ о многихъ дѣлѣхъ... и будетъ вы пришли грабить Государевы казны, и въ томъ Государь воленъ, а мы готовы помереть за Государеву казну... и они шумѣли много... и достальную селитру и запасъ твой, Государевъ, взяли сильно; да у насъ же въ стану взяли Донского Атамана Вишату Васильева, которой посланъ съ нами съ Москвы, и бивъ его ослопы, передъ нашимъ шатришкомъ посадили въ воду.»

(300) См. Т. VI, стр. 85, г. 1284. Въ рукописномъ Сказаніи о построеніи монастыря Богородицкаго Знаменскаго: «Страна Курская пришедъ въ конечное отъ Татаръ запустѣніе, изобильна бывъ птицами, для промыслу коихъ жители города Рыльска почасту туда пріѣзжали, и одинъ изъ оныхъ, ходя по лѣсу при рѣкѣ Тускарѣ, тамъ, гдѣ нынѣ славная по своей ярмонкѣ Коренная Пустыня, обрѣлъ на корню образъ Знаменія Богоматери... Сіе случилось 1295 г. Сент. 3. Узналъ о томъ Рыльскій Князь Шемяка» (но Шемякинъ или Шемячичь властвовалъ тамъ въ XVI вѣкѣ: см. Т. VI, 183, и Т. VII, 15) «и велѣлъ принести въ городъ Рыльскъ; но икона очутилась паки въ пустынѣ... и 300 лѣтъ пребыла тамъ неподвижно въ часовнѣ... Въ 1597 г. указалъ Государь Ѳедоръ Іоанновичь сію чудотворную икону поднять къ себѣ въ Москву, гдѣ Царица Ирина украсила оную и паки отпустила на древнее мѣсто. Въ тожь лѣто построили вокругъ часовни монастырь и возобновили древній Курскъ, близъ Коренной Пустыни, » и проч. Въ лѣтописяхъ (см. Никон. Лѣт. VIII, 26) сказано, что Курскъ основанъ вмѣстѣ съ Воронежемъ и Ливнами: слѣдственно въ 1586 году (см. Дѣла Польск. No 17, л. 11). Строеніе сей крѣпости поручено было Воеводѣ Ив. Осип. Полеву

57

и Головѣ Нелюбу Огареву. Кромы (въ 1594 г.) укрѣплялъ К. Владим. Вас. Кольцовъ-Мосальскій. Сверхъ того было сдѣлано еще нѣсколько засѣкъ. Въ Розряд. Кн.: «Посыланы (въ 1594 г.) засѣкъ дѣлать на четыре статьи: въ перьвой статьѣ Окольничій К. Ив. Вас. Гагинъ, да Оружничей Богд. Як. Бѣльскій; въ другой статьѣ Окольн. К. Андрей Ив. Хворостининъ, да Думн. Дворянинъ Деменша Ив. Черемисиновъ; въ третьей Мих. Глѣб. Салтыковъ, да Думн. Дворян. Игн. П. Татищевъ; въ четвертой Дм. Андр. Замытской, да Кузма Осип. Безобразовъ.» Близъ Ливенъ дѣлалъ засѣку Никиф. Сем. Вельяминовъ-Воронцовъ. — Пишутъ, что Саратовъ основанъ въ 1591 году: я не нашелъ того въ современныхъ извѣстіяхъ.

(301) Въ Дѣл. Крымс. No 21, л. 487: «Присылалъ Папа Римской и Цесарь, а Король Ишпанской, и Португальской, и Датцкой, и вся Рѣша Нѣмецкая съ челобитьемъ, чтобы помочь учинилъ имъ людми и казною... и Государь бы велѣлъ рать свою послать на Крымъ... И Государь нашъ тѣмъ всѣмъ отказалъ, и Пословъ ихъ безъ дѣла велѣлъ отпустить... Да нынѣ Государю Князи и Бояре, и Воеводы, и всякіе ратные люди и Украйные, Каширскіе, Тульскіе, Рязанцы... и вся земля, приходя, Государю бьютъ челомъ, чтобъ Государь, памятуючи ваши досады и неправды, поволилъ ратемъ своимъ надъ Крымомъ поискъ учинить ... И Государь отказалъ... для брата своего, Салтана, и для Казы-Гирея.»

(302) См. Т. VII, 58, и Дѣла Крымск. No 21, л. 40—226. 9 Ноября съѣхались Хворостининъ и Бѣльскій съ Ахметъ-Пашею на мосту; 13 Ноября размѣнялись Послами: то есть, К. Щербатой отправился къ Хану, а К. Ишимаметъ въ Москву. Л. 223: «Государь нашъ» (сказалъ К. Щербатой Ханскимъ Вельмож.) «прислалъ къ Царю и х’Калгѣ, и къ Царевичамъ и къ Царицамъ, и къ Княземъ и къ Мурзамъ, деньгами и платьемъ половину семнатцать тысечь рублевъ, а одними деньгами Царю прислалъ 10, 000 р., опричь платья и всякой посылки; а Калгѣ и Царевичамъ деньгами 500 р., опричь платья — и такова посылка николи прежнимъ Царемъ не бывала. Да сверхъ того отпустилъ Государь Муратъ-Киреевскую Ертуганъ Царицу съ ее людми.» Ханъ отпустилъ К. Щербатаго съ Шертною грамотою 26 Апрѣля: см. л. 300 и 313.

(303) См. Дѣла Цесарск. No 5, л. 394 и слѣд. Слова Ник. Варкоча: «Францовского Короля Индрика не стало, а осталася наслѣдницею Францовскому Королевству Ишпанского Короля Филипа дочь, а Индрику Королю Франц. внука; а Ишпанской Филипъ Цесарю дядя, и они промышляютъ, чтобы Францовскому Королевству быти наслѣдницѣ Филиповой дочери; а понять ее хочетъ Государь нашъ Цесарь, для того, что она Цесарю сестра не блиско, и Францовскому бъ Королевству быти за ними, или бъ на немъ посадить выбравъ изъ тутошнихъ изъ поморскихъ Государей, хтобъ Цесарю и Ишпанскому Королю былъ другъ. А Король Наварской называетца наслѣдникомъ Фр. Королевства ложно, и сложась съ Аглинскою Королевою, хотятъ Францов. Королев. взять подъ себя, и съ Турскимъ хотятъ быть въ соединеньѣ, и приказываютъ къ нему, чтобъ онъ съ Ишпан. Королемъ и съ Цесаремъ воевался... И за тѣмъ присылка Цесарева къ Государю Москов. позамешкалася.» См. л. 462—554. Варкочь выѣхалъ изъ Москвы 8 Дек.

(304) Тамъ же, л. 519: «и мы, Великій Государь, пожалуемъ тебя своимъ великимъ жалованьемъ и твоему достоинству, какъ пригоже быть Государьскимъ дѣтемъ, и многіе городы тебѣ въ вотчину дадимъ.»

58

(305) См. Дѣла Цесарск. No 6, л. 4—25. Надпись грамоты: «Напресвѣтлѣйшему и непобѣдимому Государю Ѳеод. Ив. Царю и Вел. Князю Русскому — пресвѣтлымъ Аарону, Воеводѣ Волошскому (Молдавскому) и Князю Янушу Збораскому, Воеводѣ Брясловскому, Старостѣ Креминитцкому, и всякому чину, кому то годитца вѣдати — и чеснѣйшимъ и удалымъ рыцаремъ, которые живутъ въ войскѣ Запорожскомъ.» Далѣе: «объявляемъ, что чесный и мужественный Станиславъ Хлопицкій, Большой надъ войскомъ Запорожскимъ, у насъ на очехъ былъ, » и проч. Слова Хлопицкаго, л. 31: «За помочью Божіею нѣколико голдовниковъ, которые Турскому дань давали, имѣютъ совѣтъ съ Государемъ нашимъ, съ Цесаремъ: первой Воевода Седмиградцкой... Ааронъ Волоской, да Воевода Мутьянской (Волошскій) жадаютъ Цесарской милости, чтобы ихъ боронилъ отъ Турка; а они рклися давать на мѣсяцъ по 12, 000 ефимковъ, да сукна на 10, 000 Казаковъ Запорожскихъ.» Въ отвѣтѣ чрезъ Вас. Щелкалова, л. 34: «Государь повелѣніе свое Царьское къ Запорожскимъ Черкасомъ, къ Гетману къ Богдану Микошинскому, и ко всему войску Запорожскому послалъ, а велѣлъ имъ итти къ Цесарю на помочь.» Хлопицкій выѣхалъ изъ Москвы 3 Сентября.

(306) См. Гейденшт. R. P. 326—337, г. 1596.

(307) Нѣмца Ивана Анса Андреева: см. Дѣла Цесар. No 6, л. 42.

(308) См. тамъ же, л. 78 и слѣд.

(309) Тамъ же, л. 237: «Апр. въ 13 день Государь послалъ къ Цесарю съ своею казною, на вспоможенье противъ Турского, Думн. Дворянина Мих. Ив. Вельяминова, Намѣстника Кашинскаго, да Дьяка Оѳонасья Власьева.» Л. 268: Роспись мяхкой рухляди, что съ Послы отпущено къ Цесарю, и въ запасъ и на приказной росходъ, и на роздачю. Соболей отпущено 1009 сороковъ на 28, 907 рублевъ, а въ головныхъ былъ сорокъ въ 400 рублевъ; да куницъ 519 сороковъ, цѣна имъ 5190 рублевъ; 120 лисицъ черныхъ и чернобурыхъ, цѣна 565 р.; да бѣлки 337, 235 бѣлокъ, по двадцати р. тысяча, и того 6744 р. съ полтиною; да съ ними же отпущено 3000 бобровъ черныхъ, цѣна 2708 р., 18 алтынъ, двѣ денги; да 1000 волковъ, цѣна 530 р. Да изъ дворца отпущено 75 кожъ лосиныхъ: цѣна имъ по рублю кожа. И всего отпущено на 44, 720 рублей.»

(310) См. донесеніе Вельяминова тамъ же, л. 324. Онъ былъ представленъ Императору Авг. 18, и пишетъ: «Посылку твою, Государеву, устроя совсѣмъ отвезли Цесарю на дворъ Авг. 21, и у Цесаря на дворѣ дали намъ 20 полатъ, и мы соболи и лисицы, и куницы, и бобры, и волки роскладывали по полатамъ на лицо, а бѣлку въ коробьяхъ; а какъ изготовили, и Цесарь смотрѣлъ самъ все на лицо, а съ нимъ были его Думные люди, и твоему, Государеву, вспоможенью обрадовался, и удивляетца, и говорилъ въ слухъ, что онъ и прежніе Цесари николи такихъ дорогихъ соболей и лисицъ не видали, и распрашивалъ, гдѣ ведутца, и мы сказали, что ведутца въ твоемъ Государствѣ, въ Кондѣ и въ Печерѣ, и въ Угрѣ и въ Сибирск. Царствѣ блиско Оби... И Цесаревы Совѣтники присылали къ намъ, чтобъ намъ твоей присылкѣ цѣну положити, и мы отказали, что мы присланы съ твоею, Государевою, помочью, а не для того, чтобы намъ цѣнити соболи.» См. л. 326 и 380. Вельяминовъ возвратился 15 Ноября 1595. Л. 413: «Людей съ нимъ и съ Дворяны и извощиковъ было 130 человѣкъ, 225 лошадей; а поденного корму давали ему у Цесаря въ мясные дни по яловицѣ, да по стягу говядины, по 6 барановъ, по 30 куровъ, по четверо гусей, пятеро

59

утятъ, по 4 куропатки, 120 колачиковъ, 170 хлѣбовъ, 6 гривенокъ масла деревяного, 36 гривенокъ масла лняново, 20 лимоновъ, 50 яицъ; а муку и соль, и масло коровье, и лукъ и чеснокъ давали, колько надобе; да 25 свѣчь восковыхъ, а 60 сальныхъ. А въ рыбные дни по 20 щукъ, 200 раковъ, 60 сазановъ, 5 лососокъ, 200 сельдей, а въ ухи мелкіе рыбы не по велику. А питья по ведру вина Ренсково лутчево, 8 ведръ росхожего, 24 кружки Угорсково, 6 кружекъ уксусу виннаго, 24 кружки вина горячево, 40 ведръ пива. На недѣли 4 головы сахару, а въ нихъ 36 гривенокъ» (перцу, шафрану, корицы, пшена, изюму, и проч.).

(311) Тамъ же, л. 333: «По ся мѣсто съ Папою и съ Королемъ Ишпан. ещо у насъ въ томъ дѣлѣ большого утверженья нѣтъ; только отъ нихъ утѣшенье есть, что они къ тому дѣлу подвижны; а для того вскорѣ то не учинитца, что мы промежъ себя не по блиску; межъ насъ иные Королевства, и земли и море, и въ дальнемъ ходу многое страхованье.»

(312) Въ Дѣл. Цесарск. No 8, л. 624: «послали есмя» (пишетъ Императоръ) «Посла своего, того добророженнаго, чесного, нашего вѣрнолюбимого Аврама Бургграфа Донавского, Вольного Господина Вартембергскаго и Крашинского, Державца Вышніе и Нижніе земли Ляузницкіе, и съ нимъ того ученого Дохтора, Юрья Кала.» Сей знатный Посолъ названъ въ Нѣмецкихъ бумагахъ Abraham Burggraff zu Donau (см. въ Вихман. Samml. K. Schr. M. Schiel’s Relation, стр. 441).

(313) См. Дѣла Цесарск. л. 468, въ указѣ данномъ Дьякамъ Нармацкому и Дмитрееву.

Въ предписаніи, какъ везти Посла Москвою, л. 513: «Ѣхати съ нимъ въ деревянной городъ въ Арбатцкіе ворота, да новою Веденской улицею х’ каменному городу, а выѣхавъ къ городу, поворотить на лѣво подлѣ каменный городъ, да въ Тверскіе ворота, и Тверскою улицею, да выѣхать на плошадь х’ Китаю городу, поворотить на лѣво, и ѣхати мимо Житной Рядъ и мимо Пушечной дворъ на Конскую площадку, на Княжъ Михайловъ дворъ Ноздроватово.»

(314) См. ниже, примѣч. 462.

(315) Л. 553: «И ѣхалъ Посолъ къ Государю на дворъ въ воску въ Нѣметцкомъ въ непокрытомъ, для того, что у него была болѣзнь въ ногахъ камчюгъ» (см. Т. VI, 120) и онъ билъ челомъ Государю, что ему верхомъ ѣхати не мочно; а съ нимъ ѣхалъ въ воску одинъ Цесаревъ Дворянинъ, Удѣльного Князя сынъ; а Приставы ѣхали по обѣ стороны воску, а передъ Посломъ ѣхало Дворянъ и Дѣтей Боярскихъ и Сотниковъ и охотниковъ 120 человѣкъ; и какъ Посолъ пріѣхалъ въ городъ на плошадь, и Цесаревы Дворяне ссѣли съ лошадей противъ воротъ Казеннова Двора, а Посолъ вышелъ изъ воску на мостки противъ середнего быка Казенные полаты, и шли съ Посломъ мимо Благовѣщенья папертью да переходы къ Грановитой полатѣ. А Государь былъ въ Большой въ Грановитой въ Подписной полатѣ ... У Государя стоялъ Б. Ѳ. Годуновъ, а держалъ Царского чину яблоко золотое. А Бояре сидѣли въ лавкахъ, въ большой и въ другой лавкѣ, К. Василей да К. Дм. Ивановичи Шуйскіе, Ѳедоръ Никитичь Романовъ, К. Ѳед. Мих. Трубецкой, К. Александръ Ив. Шуйской, Степ. Вас. Годуновъ, Ив. Вас. Годуновъ, К. Никита да К. Тимоѳей Романовичи Трубецкіе, К. Ив. Ив. Голицынъ, К. Ондрей Ив. Голицынъ, Богданъ Юрьевичь Сабуровъ, К. Борисъ Канбулатовичь Черкасской, К. Ив. Вас. Ситцкой, К. Ѳед. Дм. Шестуновъ. А на Окольничемъ мѣстѣ сидѣли Воеводичи Волошскіе и Мутьянской и Князь Оѳ. Шейдяковичь Нагайской и Служилые Князи; да

60

Окольничіе Як. Мих. Годуновъ, Мих, Глѣб. Салтыковъ, Кравчей Александръ Никитичь Романовъ, Оружейничей Богданъ Яков. Бѣльской. А Рынды стояли при Государѣ въ бѣломъ платьѣ и въ золотыхъ чепяхъ: съ правую сторону отъ Государева мѣста К. Юр. Никитичь Трубецкой да К. Ѳед. Лыковъ; а по лѣвой сторонѣ быти было въ Рындахъ К. Ив. Княжь Семенову сыну Куракину, и онъ билъ челомъ о мѣстѣ на К. Юрья на Трубецкого, и съ Двора съѣхалъ; а былъ въ Рындахъ по лѣвой сторонѣ К. Ив. Большой Княжь Ондреевъ сынъ Хованской, да К. Борисъ Лыковъ. А грамоты отъ Цесаря принялъ и Посольство пріималъ Печатникъ и Посольской Діякъ Василей Яковличь Щелкаловъ. Дворяне Думные сидѣли по лавкамъ: Игнатей Петр. Татищевъ, Елиз. Леонт. Ржевской, Постельничей Истома Осип. Безобразовъ, Стряпчей Кузма Безобразовъ. Діяки Думные стояли въ Золотой Грановитой Полатѣ: Елизарей Вылузгинъ, Сапунъ Аврамовъ, Ив. Олексѣевъ сынъ Нармацкой. Дворяне: К. Ив. Княжь Ивановъ сынъ Шуйской, К. Мих. Петр. Катыревъ-Ростовской, К. Ив. да К. Ондрей Вас. дѣти Голицына, К. Вас. Кардануковъ Черкасской, К. Вас. Агишевъ Тюменской, Никита да Петръ Вас. Годуновы, К. Ив. Меньшой К. Никит. сынъ Одоевской, Ондр. Никит. Годуновъ, Вас. П. Морозовъ, Петръ Никит. Шереметевъ, Ѳома Оѳ. Бутурлинъ, К. Ѳед. Ондр. Ноготковъ, Верига Ѳед. Сабуровъ, Микиф. Ѳед. Сабуровъ, К. Мих. Гр. Темкинъ, К. Ром. Вас. Охлябининъ, Ѳед. Ив. Шереметевъ, Мих. Богд. Сабуровъ, Ив. Ѳед. Басмановъ, К. Мих. Самсон. Туренинъ, К. Вас. Ив. Ростовской, К. Петръ Ив. Буйносовъ, К. Мих. Ѳед. Гвоздевъ, К. Данило Борис. Пріимковъ, К. Ив. Борис. Хованской, Вас. Яков. Волынской, Остаф. Мих. Пушкинъ, Сокольничей Ив. Жеребцовъ, Ловчей Дм. Замыцкой. — Стольники: Мих., Иванъ да Вас. Никитины Романовы, Сем. да Ив. Никитины Годуновы, К. Ив. Большой Никитинъ Одоевской, Степ. Степан. Годуновъ, Ив. Ив. Годуновъ, К. Ондр. Ондр. Телятевской, Петръ Ѳедоров. Басмановъ, Матв. Мих. Годуновъ, К. Олек. Юр. Ситцкой, К. Ондрей Вас. Сицкой, К. Ив. Дмитр. Хворостининъ.» — Вотъ люди родовые, болѣе или менѣе знатные, которые послѣ губительнаго Іоаннова вѣка до царствованія Романовыхъ окружали престолъ Московскій!

(316) Л. 562: «Поминковъ отъ Цесаря къ Государю: мощи Вел. Святителя Николы, окованы златомъ да серебромъ съ каменьемъ; два воска совсѣмъ, а у восковъ по шти санниковъ, 6 сѣрыхъ, а 6 гнѣдыхъ; два жеребца; часы съ перечасьемъ, съ людми и съ трубы, и съ накры и съ варганы; а какъ перечасье и часы забьютъ, и въ тѣ поры въ трубы и въ накры и въ варганы заиграютъ люди какъ живые; часы съ перечасьемъ, и какъ забьютъ, и тѣ часы запоютъ розными гласы ... Да Посолъ отъ себя челомъ ударилъ Государю: крестъ золотъ съ жемчюгомъ; часы съ семью планитами, а подъ часами ящики деревянные съ розными цвѣты, серебромъ окованы, съ чернилицою; рукомойникъ и лоханя серебряны позолочены.» — Борису Годунову (л. 595): «кубокъ двойчатъ серебрянъ позолоченъ, жемчюгомъ да изумрудомъ саженъ; часы стоячіе боевые съ знамены небесными; два жеребца, а попоны на нихъ бархатъ червчатъ. Да Государя Бор. Ѳед. сыну, Ѳедору Борисовичю: часы стоячіе боевые, а придѣланъ на нихъ медвѣдь; 6 попугаевъ, да 2 обезъяны, » и проч.

(317) Л. 583: «Маія въ 25 приказывалъ Цесаревъ Посолъ, что есть съ нимъ приказъ Царскаго Величества къ шурину... и Бор. Ѳед.

61

докладывалъ о томъ Государя, и Государь велѣлъ ему у Бориса Ѳед. на дворѣ быти... и Маія въ 27 былъ; а посыланы по него Приставы... А въ то время на дворѣ у Бориса Ѳед. было устроено по Посольскому чину: въ комнатѣ и въ передней и въ сѣнехъ были Дворяне Бориса Ѳед. въ золотномъ платьѣ... Первая встрѣча Посла середи двора, другая на приступѣ, какъ вышелъ изъ воску; третья на середнемъ крыльцѣ, четвертая на верхнемъ: встрѣчали Дворяне; а какъ Посолъ вшелъ въ сѣни, и середи сѣней встрѣтилъ его Ѳедоръ Борисовичь» (сынъ Годунова)... «далъ ему руку и шелъ съ нимъ въ горницу... и середи избы передней встрѣтилъ Посла Борисъ Ѳедоровичь, и взялъ за руку и шелъ съ нимъ въ середнюю комнату; а какъ вошли, и Бурграфъ правилъ Борису Ѳед. отъ Цесаря поздравленье... и подалъ грамоту, и Борисъ Ѳед. говорилъ: Велик. Государя Рудольфа, смѣя и не смѣя, о здоровьѣ спрашиваю ... и подалъ Послу руку, и посадилъ въ другой лавкѣ близко себя, а самъ сѣлъ въ большой лавкѣ, и звалъ Цесаревыхъ Дворянъ къ рукѣ.»

(318) См. л. 575—689. Авраамъ Бургграфъ, обвиняя прежняго Австр. Посланника, Николая Варкоча, говорилъ (л. 612): «Къ Цесарю пріѣхавъ, сказалъ не такъ, какъ здѣся дѣлалось, и про Кизылбашскихъ Пословъ ничего не сказалъ, что имъ быти» (см. ниже)... «и за то ему отъ Государя нашего казнь будетъ. И въ иныхъ дѣлѣхъ его воровства много: росказывалъ онъ про здѣшней обычай, будто ся ему было во всемъ нужно, и въ корму недостатокъ, и онъ то все лгалъ, какъ я нынѣ вижу... Только бъ у меня были крылѣ, и язъ бы полетѣвъ такую науку» (т. е. полномочіе для заключенія договора) «у Цесаря взявъ, и здѣсь бы такое дѣло совершилъ.»

(319) Л. 697: «Государь велѣлъ ему противъ его поминковъ дати собольми и куницами и бѣлкою втрое.» Бургграфа отпустили изъ Москвы 2 Іюля 1597.

(320) Александръ Комулей (Comuleus, а въ Русскихъ бумагахъ Колеміусъ) былъ два раза въ Москвѣ, въ Апрѣлѣ 1595 и въ Мартѣ 1597 (см. въ Архивѣ Кол. И. Д. Дѣла Римск. Двора, въ столбцахъ безъ нумера). Наставленіе данное ему на Итал. языкѣ отъ Папы выписано, по волѣ Екатерины Второй, изъ манускриптовъ Ватиканской Библіотеки, и внесено въ Москов. Архивъ Княземъ Мих. Мих. Щербатовымъ (см. переводъ сей любопытной бумаги въ Древн. Рос. Вивліоѳ., XII, 449).

(321) Въ подлинникѣ (л. 9): per esser la nazione molto puntuale... Se potete instituire о lasciare aperta una fenestra per poter trattare di unire alla Chiesa Cattolica quella nazione a voi, che sete beu varsato nella materia, non mancaranno argomenti; e perche non è forse mai ріu avvenuto, che in sei о sette cento apui, che vi entró la Fede Cristiana, sia stato mandato da questa S. Sede a quei paesi uomo che possedesse la lingua, e che avesse insie me la dottrina, che avete voi, stiamo con qualche speranza voglia valersi di un tal instrumento per alcun gran bene della Chiesa Sua.

Изъ Прибавленій въ концѣ XI Тома, изданія 1824 года:

«Въ десятой строкѣ смыслъ, кажется не полонъ; но въ Архивскомъ спискѣ точно такъ, какъ напечатано.»

(322) См. выше, стр. 41.

(323) См. Дѣла Персид. No 4, л. 10, 14 и слѣд.

Ази Хозревъ (пріѣхавъ въ Августѣ 1593) словами Шаха сказалъ Годунову (л. 13): «а племянника своего мнѣ убить же было!» Далѣе говоритъ Посолъ: «Племянникъ Шаховъ у Турского шти лѣтъ, а есть у Шаха иные племянники, два ихъ, и тѣ

62

посажены по городомъ, да и очи у нихъ повыйманы ... Государи наши у себя братьи и племянниковъ не любятъ.» Онъ выѣхалъ изъ Москвы вмѣстѣ съ К. Андреемъ Дм. Звенигородскимъ въ Маѣ 1594.

(324) Тамъ же, л. 14, въ рѣчи Ази Хозрева: «Гилянь у Шаха мѣсто гольдовное было; сидятъ тамъ посаженики Государя нашего: а нынѣ былъ на Гилянѣ Царь Ахметъ, посаженикъ же Государя нашего; и почалъ ссылаться съ Турскимъ, а хотѣлъ Гилянь отдать Турскому, и Шаху тѣ вѣсти дошли, и онъ посылалъ къ нему не одиново, чтобъ Царь Ахметъ ѣхалъ къ Шахову Величеству, и Ахметъ не поѣхалъ, и Шахъ подъ Гилянь ходилъ, и Гилянь взялъ, и многихъ людей побилъ, а Царь Ахметъ изъ Гиляни побѣжалъ въ судѣхъ съ невеликими людми къ Турскому, и нынѣ въ Гиляни посадилъ Шахъ своего ближняго человѣка, Магметъ-Кулихана.»

(325) Тамъ же, л. 59 и слѣд.: «Ноября въ 5 пріѣзжалъ къ Князю Андрею Ази-Хозровъ, а говорилъ: Государь нашъ велѣлъ тебѣ быти у себя на Посольствѣ на потѣшномъ дворѣ, на майданѣ (базарѣ), а тутъ будутъ всякіе люди, Турскіе и Бухарскіе купцы и иныхъ земель многіе люди, для того, чтобы они все то видѣли... А К. Андрей говорилъ: язъ къ Шахову Величеству на Посольство итти готовъ: только бъ не на потѣшномъ дворѣ и на майданѣ, а на Шаховѣ дворѣ, и въ то бы время у Шаха недруговъ Государя нашего и Шаховыхъ, Турскихъ и Бухарскихъ Пословъ и купцовъ не было... Шаховъ Дворецкой говорилъ: у насъ въ обычаѣ ведетца, которые Послы бываютъ у Шахова Величества, и они его цѣлуютъ въ ногу. И К. Андрей говорилъ: Государь нашъ на отпускѣ зоветъ Шаховыхъ Пословъ къ своей Царской рукѣ... у ноги мнѣ у Шаха не бывать, и въ ногу мнѣ Шаха не цѣловывать... А какъ вшелъ (К. Андрей) къ Шаху въ полату, а при Шахѣ сидѣли сынъ его, Сейфи-Мурза, и Азима, Юргенского Царя, племянникъ, и ближніе люди... а Фергатъ-Хана и иныхъ ближнихъ людей Шаховыхъ не было: посланы были воевать Чорные земли Арапскіе ... Какъ К. Андрей шолъ съ Шахова двора, а въ тѣ поры вели дворомъ подъ нарядными попонами аргамаковъ съ 15, а сказали, что тѣ аргамаки прислалъ Шаху Маздропской Государь, а Маздронская земля поддана Шаху ... А потѣха была кругомъ всего двора потѣшного, по стѣнѣ зажжены были свѣчи и камышины съ зельемъ съ пищальнымъ и съ нефтью и съ сѣрою; а середи двора зажигали въ трубахъ мѣдяныхъ пищальное зелье; а въ столъ носили передъ Шаха и передъ ближнихъ людей его овощи, а питье носили шарапъ ... А какъ въ половину потѣхи пилъ Шахъ про Государево здоровье чашу, и Князю Андрею подавалъ... Марта въ 4 велѣлъ Шахъ Князю Андрею быти у себя на потѣхѣ въ рядѣхъ... а пріѣхавъ на майданъ, ссѣлъ съ аргамака, не доѣзжая Шаховы потѣшные полаты; а пришедъ Шахъ въ ряды, ходилъ по рядамъ и смотрѣлъ товаровъ, а у всѣхъ лавокъ стѣны и подволоки обиты камками и дорогами» (шелковыми тканями) «и киндяками и выбойками, а товары развѣшены по стѣнамъ и по полицамъ роскладены, и свѣчи и чираки многіе зажжены въ лавкахъ и ставлены у товаровъ... и Шахъ сѣлъ среди рядовъ, и велѣлъ играти въ сурны и въ дефи бити, и пѣсни пѣти и плясати... Послѣ стрѣльбы пошолъ Шахъ въ садъ, и велѣлъ К. Андрею смотрѣти полаты и воды, которые въ полату вверхъ приведены... и тутъ Шахъ въ саду кушалъ, овощи, вишни и дыни и арбузы въ меду, и передъ К. Андрея носили тожь, » и проч. и проч.

63

(326) Л. 74: «И показывалъ К. Андрею яхонтъ жолтъ, а вѣсу въ немъ сто золотниковъ, да сѣдло оковано золото съ каменьемъ съ великимъ съ драгоцѣннымъ, съ яхонты и съ лалы и съ берюзами; а сказалъ Шахъ, что то сѣдло Темиръ-Аксаковское; и показывалъ шеломы и шапки, и зерцалы булатные, навожены золотомъ, и пансыри, а говорилъ: то дѣлаютъ въ нашемъ Государствѣ, а булатъ хорошей красной выходитъ къ намъ изъ Индѣйского Государства, а пансыри добрые изъ Черкасъ — и пожаловалъ К. Андрею зерцало.» Л. 82: «И Шахъ К. Андрею говорилъ: дай Боже то, чтобъ мнѣ Персицкое Государство видѣти въ первомъ достояніи, какъ бывало за прародители нашими славные памяти.» Л. 90: «Индѣйского Джеляледдинъ-Государя съ Шахомъ ссылка о дружбѣ, и въ свойствѣ Шаху Индѣйского называютъ: въ прежніе-де времена при Шахъ-Тамазѣ учинилося утѣсненіе Индѣйскому старому Джеляледдинъ-Айбереву отцу, Гамаюну Государю, отъ братьи его, отъ Удѣльныхъ, и съ Индѣйскіе его земли согнали, и онъ-де прибѣгъ къ Шаху, и Шахъ-Тамазъ-де послалъ братью свою, а съ нимъ рати 40, 000, и взяли Индѣйское стольное мѣсто Лагуръ, и сталъ опять Гамаюнъ Инд. Государемъ, и отъ тѣхъ мѣстъ Тамазовы братья, Шахъ-Исмаилевы дѣти, Беграмъ Мирза да Солъ Мирза, осталися на Индѣйскомъ рубежѣ съ тою ратью, и далъ имъ Гамаюнъ Кандагарскую землю, и донынѣ въ Кандагарѣ Беграмъ Мирзины да Солъ-Мирзины дѣти, Рустемъ Мирза да Музиферъ Мирза, и нынѣ Индѣйской Государь далъ дочерь свою за Рустемъ-Мирзу. А Гилянской Ханъ Ахметъ былъ у Турского, а Турской отпустилъ его въ Багдадъ, а по Русски въ Вавилонъ... А Шевкалской-де Князь, послыша на себя Государеву рать, посылалъ къ Шаху бити челомъ, что они изначала бывали подданные Шаховы и къ нимъ посылывали дочерей своихъ... и Шахъ бы-де послалъ къ своему другу Московскому, чтобы Государь его Шевкала воевати не велѣлъ, а онъ Шевкалъ во всей волѣ Государевой учинится.»

(327) Въ письмѣ Бориса Годунова къ Шаху Аббасу (см. тамъ же, л. 26): «Рудельфа Цесаря Посолъ Н. Варкачь говорилъ на Посольствѣ, чтобъ Великому Государю нашему къ Вамъ, Государю Аббасъ-Шахову Величеству, отписати, чтобы Ваше Величество съ Турскимъ не мирился и стоялъ бы съ Цесаремъ за-одинъ; Цесаревъ Посолъ мнѣ билъ челомъ, чтобъ ему съ Вашимъ Посломъ, Ази-Хозровомъ, сослатися о Вашихъ о вопчихъ дѣлѣхъ... и посылалъ къ нему Дворянина, а Вашъ потомужь посылалъ къ Цесареву Дворянина, и говорили о соединеньѣ на Турского... Цесарь пришлетъ къ Вашему Величеству Пословъ своихъ вмѣстѣ съ тѣми, которыхъ пошлетъ къ нашему Государю, а Вамъ бы къ Цесарю потомужь слати своихъ Пословъ, а Государю бы нашему Цесаревыхъ и Вашихъ Пословъ чрезъ свои Государства пропустить велѣть.» О семъ сношеніи Варкоча съ Ази-Хозровомъ въ Москѣ говорится и въ Дѣлахъ Цесар. Двора.

(328) Л. 82: «Пожаловалъ Шахъ К. Андрею камень сердоликъ, обложенъ золотомъ, да образъ Богородицы на золотѣ, а сказалъ, что тотъ образъ писали его писцы со Фрясково образа, а Фрянской образъ присланъ къ нему изъ Гурмыза.» — К. Андрей Звенигородскій выѣхалъ изъ Казбина 10 Апр., пріѣхалъ въ Гилянь 31 Апр., и три недѣли ждалъ тамъ Шахова Посла, Пакъ Изеймамъ-Кулыя Князя.

(329) См. Д. Персид. въ столбцахъ, No 2. К. Вас. Вас. Тюфякинъ и Дьякъ Семенъ Емельяновъ (изъ коихъ первому выдали изъ казны на подмогу 300,

64

а второму 200 рублей) были отправлены изъ Москвы въ Іюнѣ 1595. Тюфякинъ умеръ еще на пути въ Персію, 8 Авг., Дьякъ въ Гиляни, а Подьячій, толмачь и люди ихъ, числомъ 38, умерли въ Персіи: возвратились три кречетника, Іеромонахъ и нѣсколько Стрѣльцевъ въ 1598 году.

(330) См. Д. Грузинск., въ столбцахъ, г. 1596. Ѳеодоръ писалъ къ Александру въ Іюнѣ сего года: «Посылали есмя на Шевкала Воеводъ своихъ, К. Григ. Осип. Засѣкина съ товарищи, и они многихъ людей побили, и самого Шевкала ранили. А послѣ того присылалъ еси къ нашему Величеству бити челомъ, чтобъ намъ на Шевкала послать большую рать свою, и городъ Тарки взявъ, посадити въ немъ изъ своихъ рукъ твоего свата, Крымъ-Шевкала... и мы писали есмя къ тебѣ, чтобъ ты съ своей стороны въ тожь время послалъ на Шевкала съ своею ратью сына своего, Царевича Юрья, и свата своего, Крымъ-Шевкала.» См. Т. VIII, примѣч. 415. Пишутъ, что Крымъ-Шевкаломъ именовался обыкновенно наслѣдникъ Шевкаловъ (см. Миллер. Samml. Russ. Gesch. IV, 35). Далѣе: «И къ намъ писали съ Терки Окольничей и Воевода, К. А. Ив. Хворостининъ съ товарищи, что они Шевкалову землю воевали и Тарки взяли; а ты сына не присылалъ, и сватъ твой, Крымъ-Шевкалъ, на Шевкала не ходилъ же. И Воеводы, стоявъ въ Таркахъ долгое время, да Тарки разорили, а сами на Терку воротилися.» Въ Лѣтописяхъ: «Посла Государь (въ 1594 г.) К. Андрея Ив. Хворостинина со многими ратными людми, а съ Терку велѣлъ итти въ Шевкальскую землю и поставити городъ Койсу, а другой въ Теркахъ, и на Койсѣ городъ поставиша, и съ ратными людми сяде Воевода К. Волод. Тимоѳ. Долгорукой, а въ Таркахъ города поставити не дали: пришли многіе Шевкалскіе и Кумыцкіе люди и Черкасы, и Государевыхъ людей побиша. Воеводы жь утекли не со многими людми; а убиша ту Ив. Вас. Измайлова и иныхъ Дворянъ, а ратныхъ людей съ три тысячи.» — Герберъ пишетъ о Таркахъ (въ 1730 г.): «Сей городъ лежитъ въ пяти верстахъ отъ Каспійскаго моря на обширной долинѣ между скалами... Шамхаловъ (или Шавкаловъ) дворецъ построенъ на высокомъ мѣстѣ... Улицы тѣсны и домы не красивы... Вода проведена съ горъ черезъ трубы въ Ханскій дворецъ и во всѣ части города, древняго и весьма немалаго.» Нынѣ видны тамъ однѣ развалины. Далѣе пишетъ Гарберъ: «Достоинство Шамхала произошло отъ Аравитянъ, которые въ первыхъ вѣкахъ Магометанскаго лѣтосчисленія овладѣли берегами Каспійскаго моря. Шамъ есть имя города Дамаска, откуда присылались начальники или Князья въ сіи завоеванныя земли; имя Халъ означаетъ Князя». Олеарій толкуетъ, что Schemchal значитъ свѣтъ.

(331) См. Дѣла Грузин., въ столбцахъ, г. 1597.

О крѣпостяхъ на Койсѣ сказано въ донесеніи нашихъ чиновниковъ, посыланныхъ тогда въ Грузію: «И ты, Великій Государь, на то не смотря, что Александръ Царь учинилъ не по пригожу, рать свою войною Терскимъ Воеводамъ безпрестани посылать велѣлъ, и твои Воеводы въ Шевкаловѣ землѣ на рѣкѣ на Койсѣ городы поставили.»

(332) К. Щербатовъ, ссылаясь на Розрядн. Кн., пишетъ, что въ Маѣ 1594 Князь Ногайскій Казый съ осьмью тысячами Ногаевъ и Царевичь Яросланей съ двѣнадцатью тысячами Азовцевъ осаждали городъ Шацкъ, гдѣ былъ Воеводою К. Владим. Ив. Кольцовъ Мосальскій; что сей храбрый мужъ побѣдилъ ихъ и заставилъ отступить къ рѣкѣ Медвѣдицѣ. Я не нашелъ сего извѣстія въ моихъ Розрядн. Книгахъ. Тогда не было Князя Казыя, а былъ только Улусъ Казыевъ. Число Азовцевъ

65

означено, кажется, слишкомъ велико, и рѣка Медвѣдица далеко отъ Шацка. Объ Уразъ-Магметѣ и Ханѣ Тевкелѣ см. выше, и Дѣла Киргизск., въ двухъ столбцахъ, г. 1594 и 1595—1599. Вмѣстѣ съ Посломъ Тевкелевымъ, Кулъ-Магметемъ, отправили изъ Москвы къ сему Хану Переводчика Татарскаго, Вельямина Степанова, съ жалованною Царскою грамотою. См. въ Дѣлахъ Бухарск., въ столбцахъ, г. 1589, грамоту Бориса Годунова къ Бухарскому Царю Абдулѣ, въ коей онъ дѣлаетъ ему выговоръ за непристойныя выраженія, употребленные имъ въ письмѣ къ Ѳеодору. См. тамъ же, г. 1596, дружеское письмо Абдулы къ Кучюму, въ которомъ онъ извиняется, что не можетъ скоро дать ему войска, имѣя войну кровопролитную.

(333) См. въ Архивѣ Кол. Иностр. Д. списки съ двухъ грамотъ къ Королю Датскому: первая писана 15 Авг. 1592 изъ Колы отъ нашихъ Пословъ, Воеводы и Намѣстника Брянскаго, К. Сем. Григ. Звенигородскаго, и Дворянина и Намѣстника Болховскаго, Григ. Бор. Васильчикова; а вторая въ Іюлѣ 1593 отъ самого Царя. Сіи списки съ подлинныхъ грамотъ были доставлены Е. С. Графу Николаю Петровичу Румянцову въ 1820 г. изъ Копенгагенскаго Архива.

(334) Въ Дѣл. Англ. No 1, л. 544: «всего на Онтонѣ съ товарыщи взяти Государевыхъ денегъ, Боярина и Конюшего Б. Ѳ. Г., и Дворяномъ и торговымъ людемъ 23, 343 рубли, и 17 алтынъ, 3 денги, опроче Титовыхъ денегъ Петрова.»

Бекманъ поѣхалъ къ Елисаветѣ въ Іюнѣ 1588, а возвратился въ Іюлѣ 1589. Флетчеръ пріѣхалъ въ Москву 25 Ноября 1588, а выѣхалъ назадъ въ Авг. 1589. (см. тамъ же, л. 357—462, и 462—715). — Елисавета сказала Бекману (Ноября 3): «Великая досада наша была на тебя въ томъ, какъ ты былъ у насъ прежъ сего въ нашемъ потѣшномъ саду, и ты тотъ садъ примѣнилъ и сказалъ еси своему Государю противъ капустнаго огорода, гдѣ сѣютъ лукъ да чеснокъ» (см. выше, примѣч. 51). Бекманъ увѣрялъ, что это клевета.

(335) «А только будетъ тѣ гости станутъ посылати сыскивати Катайскія земли, и имъ бы вольно вожей и судовыхъ людей и суды имати, и кормъ на люди имати... Чтобъ Англичанинъ никаковъ и иные иноземцы не ѣздили торговать въ его Государеву землю по сю сторону Варгава ни х’ которому пристанищу, къ Двинскому устью и къ Ругодиву и въ Новгородъ безъ Королевнины проѣзжіе грамоты и ослобоженья» (тамъ же, л. 475—489).

(336) «То слово не пригоже, только гостемъ не торговати и Царскому Величеству съ Елисаветъ-Королевною братцкая любовь меньши будетъ, что не льзя часто ссылкамъ быти: и Государемъ великимъ не для торговыхъ дѣлъ межъ себя, о любви ссылатись» (см. тамъ же, л. 496—541).

(337) Тамъ же, л. 573: «и всего нынѣ взяти на Аглинскихъ гостехъ Государевыхъ денегъ и Боярскихъ, и Дворянскихъ и торговыхъ людей, 12, 162 рубли и полторы денги.»

(338) «Государь нашъ всякимъ товаромъ безъ вывѣта гостемъ Англинскимъ торговати велѣлъ: только одного воску ни на которой товаръ мѣняти не велѣлъ, кромѣ ямчюги или зелья (пороха) и сѣры.»

(339) «Ты Государыню нашу любишь и еѣ всю землю жалуешь, и Государыня моя велѣла тебѣ, Государю, извѣстити, что она такіе твоей любви вовѣки не забудетъ, и за то тебя любитъ паче всѣхъ иныхъ вѣрныхъ Государей... Еси честь и слава здѣшнему Государству» (л. 551—554).

(340) Л. 578—585: «съ ихъ (Англичанъ) товаровъ имать велѣно половину передъ иными иноземцы; а нынѣ для тебя, сестры нашіе, нашу Царскую жаловальную грамоту новую дать есмя

66

имъ велѣли; а съ иныхъ гостей всѣхъ Государствъ пошлину емлютъ сполна.»

О дарахъ, въ письмѣ Годунова къ Елисаветѣ (л. 700—709): «А что еси прислала ко мнѣ свое жалованье, поминки, и язъ поминковъ не взялъ, потому что Посолъ твой привезъ отъ тебя къ Государю нашему поминки золотые и вполы золотой, и въ четверть золотого, и въ денгу золотого: и такіе поминки межъ васъ, великихъ Государей, прежъ сего не бывали.»

(341) О винѣ Горсея: «Писалъ Еремей (Горсей) съ Москвы х’ корабельной пристани къ товарищу своему, къ Ульяну Тромболу, что здѣсь вѣсти носятца великіе о Бѣлобородовыхъ короблехъ и о новыхъ складчикахъ изъ Амборха (Гамбурга)... и язъ себѣ хочю залѣсти корабль отъ Западные страны, а хочю тѣхъ переимати, которые сюды поѣдутъ на другой годъ; а язъ здѣсь буду, и отвѣтъ имъ дамъ ... И то пригожее ли дѣло, что, живучи въ Государя нашего Государствѣ и въ такой милости, да такіе грамоты писати, что на тѣ корабли, которые ходятъ въ Государя нашего Государство, приходить разбоемъ и торговлю испортить?» Если вѣрить Горсею, то немилость къ нему Ѳеодорова произошла отъ ложнаго доноса слуги его, по кознямъ Ближняго Дьяка Андрея Щелкалова (notable bad man of that country Shalkan), что будто бы онъ (Горсей) у себя за обѣдомъ злословилъ Царя (см. А discourse of the second and third imployment of M. Jer. Horsey Esq., sente from hir Majestie to the Emperor of Russia, въ бумагахъ присланныхъ Графу Николаю Петровичу Румянцеву изъ Британскаго Музея въ 1817 году). Сами Англичане, торгующіе въ Россіи, жаловались на обманы Горсея: на примѣръ, выпросивъ у Королевы для Царицы искусную повивальную бабку, онъ держалъ ее нѣсколько времени въ Вологдѣ и тайно отправилъ назадъ въ Лондонъ (см. тѣ же бумаги Музея Британскаго). Называясь Елисаветинымъ Посланникомъ, Горсей пріѣхалъ въ Москву 15 Авг. 1590. Въ слѣдующемъ году Елисавета писала къ Ѳеодору и къ Борису, извиняясь, что избрала такого человѣка для сношенія съ Царемъ. Въ 1592 и 1593 была переписка между Лондонскимъ и Московскимъ Дворами черезъ купцевъ Англійскихъ. Въ 1594 прислала Елисавета въ Москву своего Медика Марка Ридлея, исполняя желаніе Царя, и въ ласковомъ письмѣ поздравляла Ѳеодора съ рожденіемъ дочери. См. Дѣла No 2, л. 1—40.

(342) Въ Горсеевомъ Discourse etc. (см. выше, примѣч. 341): had а more speciall lyking to our nation, then to any other.

(343) См. Камдена, стр. 365, и бумаги Музея Британскаго въ библіотекѣ Ѳ. Н. П. Румянцова. Общество Лондонскихъ купцевъ, торгуя съ Россіею и боясь гнѣва Царскаго, убѣдило славнаго Министра Сесиля запретить Флетчерову книгу. Вотъ ея полный титулъ: Of the Russe Common-Wealth, or manner of governement by the Russe Emperour, commonly called the Emperour of Moskovia, with the manners and faschions of the people of that countrey. At London printed by T. D. for Thomas Charde 1591. См. также въ Гаклуйтѣ, стр. 535. Флетчеръ поднесъ свою книгу Елисаветѣ, и говоритъ въ письмѣ къ ней о Россіи: without true knowledge of God, without written Lawe, without common justice; т. e. что «Россійское Государство стоитъ безъ истиннаго познанія о Богѣ, безъ писменныхъ законовъ и безъ общаго правосудія!» Не смотря на сей забавный приговоръ, онъ сказалъ много справедливаго и любопытнаго о тогдашнемъ состояніи нашего отечества.

(344) Въ бумагахъ 1594 году еще упоминается объ Андреѣ Щелкаловѣ (см. Дѣла Цесарск. No 6,

67

л. 131); но въ 1595 заступилъ его мѣсто въ дѣлахъ Василій. Горсей (см. Discourse etc.) сказываетъ, что Андрей весьма часто измѣнялъ въ грамотахъ смыслъ Царскихъ приказаній, не рѣдко бывалъ наказанъ за ложь, и не исправлялся; что Царь Іоаннъ употреблялъ его всегда въ орудіе своего тиранства для угнетенія подданныхъ; что Годуновъ уважалъ въ немъ опытность и разумъ, но не вѣрилъ ему, и что сей безсовѣстный человѣкъ кончилъ жизнь въ опалѣ (as I have heard, his miserable ende bekame an untymely herrould to shortene his diabollycall and moste odyous lyfe, пишетъ Горсей нескладно и безъ правописанія). Флетчеръ въ донесеніи Англійскому Министерству говоритъ, что въ 1589 г. Царь или Годуновъ велѣлъ описать все имѣніе А. Щелкалова, оцѣненное въ 60, 000 марокъ или 300, 000 нынѣшнихъ серебряныхъ рублей. Въ семъ же донесеніи сказано слѣдующее: «Бѣглый Константинопольскій Патріархъ» (Іеремія; см. ниже) «будучи орудіемъ Папы» (нелѣпая басня!) «склонилъ Царя заключить союзъ съ Испаніею: Ѳеодоръ мыслилъ послать туда своего Переводчика, Славянина Петра Рагона; но извѣщенный Адмираломъ Дрекомъ объ истребленіи Армады, я велѣлъ перевести его письмо на Русской, вмѣстѣ съ рѣчью Королевы къ войску; доставилъ эту бумагу Двору Московскому и тѣмъ охладилъ дружество Ѳеодорово къ Филиппу, вопреки Послу Австрійскому, который увѣрялъ Бояръ, что наша побѣда весьма неважна, и что Филиппъ новымъ вооруженіемъ смиритъ или завоюетъ Англію... Мы должны обуздывать Россіянъ угрозою союза съ Литвою, Шведами и Турками; а если гнѣвный Царь велитъ описать въ Россіи имѣніе нашихъ купцевъ, то можемъ отмстить ему, прислать военные корабли къ берегамъ Печоры и захватить всѣ Русскіе товары тамошней ярмонки, цѣною тысячь на сто фунтовъ стерлинговъ.» См. бумаги Британск. Музея въ библіот. Г. Н. П. Румянцова.

(345) См. Дѣла Англ. въ столбцахъ, письмо Елисаветы отъ 20 Марта 1596, и другое отъ 18 Генв. 1597, гдѣ она пишетъ къ Борису: «Извѣстилъ намъ нашъ вѣрной подданный, Иванъ Ульяновъ, нашъ большой гость (а нынѣ онъ на Москвѣ), что ты ему сказалъ, что Посолъ Папинъ да Цесаревъ нанесли Государю вашему не хрестьянское безвѣрье на насъ, будто мы помочь учинили Турецкому, » и проч.

(346) Юрьевъ день: см. T. VI, стр. 221. и Т. VII, стр. 129.

(347) Флетчеръ, л. 46, на обор.: there are in sight (many) villages, that stand vacant et desolate without any inhabitant. Герберштейнъ, стр. 40: sunt (крестьяне) miserrimæ conditionis, quod illorum bona nobilium ac militum prædæ exposita sunt. См. T. VII, стр. 128.

(348) См. выше, стр. 68.

(349) См. Судебникъ Г. Ц. и В. К. Іоанна Вас. и Указы его преемниковъ, собранные Татищевымъ, стр. 221 и 240. Сей законъ 1593 г. до насъ не дошелъ: но объ немъ упоминается въ законѣ 1597 года: см. ниже, примѣч. 352. Въ Указѣ Царя Вас. Шуйскаго: «Лѣта 7115 (1607) Марта въ 9 день Государь Царь и В. К. Василій Іоанновичь всея Русіи съ отцемъ своимъ, Гермогеномъ Патріархомъ, со всѣмъ Освящен. Соборомъ и со своимъ Царскимъ Сигклитомъ, слушавъ докладъ Помѣстной Избы отъ Бояръ и Дьяковъ, что переходомъ крестьянъ причинилися великія крамолы, ябеды и насилія немощнымъ отъ сильныхъ, чего-де при Царѣ Іоаннѣ Вас. не было, потому что крестьяне выходъ имѣли вольный; а Царь Ѳеодоръ Іоан. по наговору Бориса Годунова, не слушая совѣта

68

старѣйшихъ Бояръ, выходъ крестьянамъ заказалъ, и у кого колико тогда крестьянъ было, книги учинилъ.» См. также въ Указателѣ Рос. Законовъ I, 127 и 130. Признаюсь, что сей Указъ Шуйскаго, даже и Ѳеодоровъ, о крестьянахъ кажется мнѣ сомнительнымъ, по слогу и выраженіямъ необыкновеннымъ въ бумагахъ того времени; оставляю будущимъ разыскателямъ древностей рѣшить вопросъ объ истинѣ или подлогѣ Татищевскаго списка; пусть найдутъ другой! Татищевъ говоритъ, что онъ списалъ законы Ѳеодоровы и Борисовы съ манускрипта Бартеневскаго, Голицинскаго и Волынскаго, а законъ Царя Вас. Шуйскаго получилъ отъ Казанскаго Губернатора К. Сергія Голицына (стр. 227 и 228).

(350) См. Т. IX, стр. 49.

(351) Татищевъ въ примѣчаніяхъ на Судебникъ, стр. 224: «Духовные и Вельможи, имѣющіе множество пустыхъ земель, отъ малоземельныхъ Дворянъ крестьянъ къ себѣ призвали.»

(352) Указъ Царскій 21 Ноября 1597 (см. Судебникъ Татишева, стр. 220): «Царь и В. К. Ѳеодоръ Іоан. всея Руссіи указалъ, и по его Государеву указу Бояре приговорили: которые крестьяне изъ-за Бояръ и изъ-за Дѣтей Боярскихъ и Приказныхъ людей изъ помѣстей и отчинъ, изъ Патріарховыхъ, Митрополичихъ и Владычнихъ и монастырскихъ отчинъ выбѣжали до нынѣшняго 106 года за 5 лѣтъ» (слѣдственно тогда, въ 1592 или 1593 г., былъ запрещенъ переходъ крестьянъ) «и на тѣхъ бѣглыхъ крестьянъ въ ихъ побѣгѣ, и на тѣхъ помѣщиковъ и отчинниковъ, за кѣмъ они живутъ, отъ тѣхъ, изъ-за кого выбѣжали, судъ давати и сыскивати накрѣпко, а по суду тѣхъ бѣглыхъ крестьянъ съ женами и дѣтьми и со всѣми ихъ животы отвозить назадъ, гдѣ кто жилъ; а которые крестьяне выбѣжали до сего Указа лѣтъ за 6 и за 7 и за 10 и больше, а тѣ помѣщики или отчинники, изъ-за кого они выбѣжали, на тѣхъ своихъ бѣглыхъ крестьянъ въ ихъ побѣгѣ и на тѣхъ, за кѣмъ они живутъ по нынѣшній 106 годъ, лѣтъ за 6 и болѣе, Царю и Вел. Князю Ѳ. Іоанновичу не били челомъ, и Государь Царь и В. К. на тѣхъ бѣглыхъ крестьянъ въ ихъ побѣгѣ на тѣхъ, за кѣмъ они живутъ, указалъ суда не давати, и назадъ ихъ, кто гдѣ жилъ, не возити, а давати судъ и сыскъ въ бѣглыхъ крестьянахъ, которые отъ нынѣшняго году бѣжали за 5 лѣтъ. А которыя дѣла въ бѣглыхъ крестьянахъ засужены, а до нынѣшняго Государева Царева указа не вершены, и тѣ дѣла вершити по суду и по сыску и по сему уложенію.» Указъ о холопяхъ, 5 Февр. 1597, см. въ Указателѣ Рос. Законовъ, I, 125. Въ немъ сказано: «Своихъ холопей имена и на нихъ крѣпости принести въ Холопей Приказъ... и записывати въ книги, за Дьячьею рукою большаго для укрѣпленія... а пошлинъ не имати... А буде крѣпости въ Московской пожаръ въ прошломъ 79 году и послѣ того сгорѣли, или утерялися, и въ томъ даваны явки, ... и тѣмъ имати новыя крѣпости... Денегъ по служивымъ кабаламъ у холопей не имати» (т. е., если бы закабаленный должникъ хотѣлъ взносомъ должной суммы выкупить себя изъ неволи, то сихъ денегъ не брать, но оставить его въ холопствѣ) ... «А о вольныхъ людехъ Государь приговорилъ со всѣми Бояры, которые люди служатъ у кого добровольно, и тѣхъ вольныхъ людей ставити въ Холопьѣ Приказѣ съ тѣми, у кого служатъ, да распрашивати, сколь давно кто у кого служитъ, и кабалу на себя дастъ ли, и которые люди вольные послужили у кого недѣль пять-шесть, а кабалъ на себя давати не хотятъ, и тѣхъ отпущати на волю; а кто послужилъ съ полгода и больше, и на тѣхъ холопей служивыя

69

кабалы давати, и челобитья ихъ не слушати, потому что тотъ человѣкъ (господинъ) того добровольного холопа кормилъ и обувалъ и одѣвалъ.»

(353) Въ Степен. Кн. Латухина: «Въ тоже время Боляринъ К. Ѳ. М. Трубецкой противу Борисовыхъ рѣчей глагола сице: какъ въ томъ ожерельѣ заведутся вши, и ихъ будетъ и не выжить,» и проч. Въ Никон. Лѣт. VIII, 30: «Повелѣ (Царь) имати каменщиковъ, и кирпишниковъ... и горшешниковъ» (для строенія Смоленской крѣпости). Тамъ же, стр. 45: «градъ же Смоленескъ совершенъ бысть при Царѣ Борисѣ, а дѣлаша его всѣми городами; камень имали, пріѣзжая изъ всѣхъ городовъ, въ Старицѣ да въ Рузѣ, а известь жгли въ Бѣльскомъ Уѣздѣ, у Пречистые въ Верховьѣ.»

(354) Въ Никон. Лѣт. VIII, 28: «Выгорѣ Китай весь, не токмо дворы, но и въ храмахъ и въ погребахъ все погорѣло. Тогожь году бысть на Москвѣ буря велія: многія храмы и у деревянаго града съ башенъ верхи послома, и въ Кремлѣ у Бориса Годунова съ воротъ верхъ сломило, и многи дворы разлома, людей же и скотъ носяще.» Въ Хронографахъ: «заложены въ Китаѣ-городѣ дворы и лавки каменныя, а совершены въ 104 (1596) году.» См. и Латухин. Степен. Кн. Патріархъ Іовъ въ Житіи Ѳеодора (Никон. Лѣт. VII, 328): «стѣны градные окрестъ всея Москвы превелики каменны созда (Годуновъ), и величества ради и красоты проименова Царь-градъ; внутрь же его и полаты купеческіи созда въ упокоеніе и снабдѣніе торжникомъ.»

(355) Въ Никон. Лѣт. VIII, 29: «Врагъ вложи въ мысль въ человѣцы, въ К. Вac. Щепина да въ Вас. Лебедева и въ ихъ совѣтниковъ, чтобъ зажечь Москву, а самимъ у Троицы на рву, у Василья Блаженного, грабити казну, что въ тѣ поры была великая казна; совѣтникомъ же его, Петру Байкову съ товарищи, решетокъ не отпирати.»

(356) Въ Повѣсти о разореніи Москов. Государства: не въ единой Москвѣ, но и во многихъ градѣхъ и посадѣхъ быша пожары... и жители милость отъ него (Бориса) получаху.»

О голодѣ (въ 1589 или 1590 году) такъ сказано въ Архив. Псков. Лѣт.: «Пала (8 Мая) снѣгу туча велика, и мразъ зѣло великъ... Гладъ бысть въ Новѣгородѣ и по селомъ; ржи купили четвертку по 20 алтынъ; а по селомъ купить было не добыть.» О морѣ въ 1595 г. см. въ Никон. Лѣт. VIII, 32; а въ Псков. Лѣт.: «Бысть» (въ 1592 году) моръ въ Псковѣ и по засадамъ и на Иванѣгородѣ; тогда же и Епископъ Псковскій Мисаилъ первый преставися Апр. въ 21, въ Пятокъ... Взыде въ морѣ китъ рыба и хотѣ потопити Соловетцкой монастырь и островъ, и молитвами Преподобныхъ опять въ море пошолъ.»

(357) См. Никон. Лѣт. VIII, 32, и Латух. Степен. Кн.

(358) См. Флетчера, л. 36. Маржеретъ пишетъ, что засѣданія Думы продолжались отъ 1 часа дни до 6: puis l’Empereur va ouyr le service, qui dure depuis 11 heures jusques à midi; après que l’Empereur est sorty, un chacun se retire pour aller disner, et après disner se couchent et dorment 2 ou 3 heures; puis se sonne une cloche, et retournent tous les seigneurs au chastean.

(359) К. Щербатовъ пишетъ, ссылаясь на Розрядн. Кн., что Борисъ съ 1589 года завелъ частые столы у Царя: обѣды дѣйствительно часто бывали, но для немногихъ ближнихъ людей. На примѣръ, въ Розр. Кн. 7097: «у Царя и Вел. Князя въ селѣ Тонинскомъ (Тайнинскомъ или Тайницкомъ) Бояре ѣли: Бояринъ Ив. Вас. Годуновъ, да Окольничей К. Петръ Сем. Лобановъ, и Царь и В. К. велѣлъ въ столы смотрѣти Стольникомъ: въ

70

большомъ столѣ К. Ив. Одоевскому, а въ кривомъ К. Вас. Ив. Гвоздеву.» См. выше, примѣч. 141. Иногда Ѳеодоръ дозволялъ садиться за столъ и царедворцамъ второстепеннымъ. Въ Розр. Кн. 1588 г.: «Іюня во 2 Царь и В. К. пожаловалъ велѣлъ сѣсти за столъ Постельничему Истомѣ Безобразову, да Стряпчему Елизарью Шершавину.»

(360) См. Никон. Лѣт. VIII, 23, Латух. Степен. Кн. и Флетчера 111.

(361) См. Маржер. 94, 95, Никон. Лѣт. VIII, 30, г. 1595, и Латух. Степен. Кн.

(362) См. присягу Бояръ, сановниковъ и народа Царю Борису и Ѳеодору Борисовичу, въ Собраніи Госуд. Грамотъ II, 192, гдѣ сказано: «также мнѣ Семіона Бекбулатова и иного никого на Московское Государство не хотѣти.»

(363) Въ 1595 году: см. Никон. Лѣт. VIII, 23, 31, 32. Сей Князь Углицкій преставился въ 1286 г.

(364) Тамъ же, стр. 33: «Бысть же въ полуденное время при Архимандр. Трофимѣ, пріиде шумъ велій, яко земли поколебатися... и разсядеся земля... Людіе же бѣжаху изъ монастыря и стояху на горахъ ... Церковь и келья, и ограда, и житницы, и дворъ конюшенный и все погибоша, единъ столпъ остася Олтарній... не обрѣтоша ни единаго древа... и братія переселишася на иное мѣсто.» Въ Исторіи Рос. Іерархіи, V, 164: «Въ 1596 г., Іюня 8, въ третьемъ часу ночи, отодвинулась гора съ лѣсомъ, которая была надъ монастыремъ, и придвинулась къ Волгѣ на 50 саженъ: отъ чего все монастырское строеніе разрушилось.» Сей монастырь, основанный Св. Діонисіемъ въ XIV вѣкѣ, былъ въ верстѣ отъ нынѣшняго Печерскаго, внизъ по Волгѣ, на правомъ берегу ея.

(365) Въ Степен. Кн. Латухина: «управляй люди, якоже и нача, и желаніе свое улучишь, но вмалѣ суета.»

(366) Въ Архив. Псков. Лѣт., л. 39: «Княгиня Дмитреева Шуйского ... бѣ сестра Борисовы жены Годунова, иже отравою окорми Царя Ѳеодора.» Въ Степен. Кн. Латухина: «глаголютъ же нѣцыи, яко пріятъ смерть онъ Государь Царь отъ Борисова злохитрства, отъ смертоноснаго зелія.» Въ Морозов. Лѣт.: «Учреди онъ лукавый Борисъ Годуновъ нѣкое отравное зеліе, и пойде вверхъ къ Царю, и впиде въ полату во время стола (Государь изволилъ кушать съ Царицею въ заднихъ покояхъ) и вшедъ сталъ у поставца ... и Государь позна въ немъ чрезъ Св. Духа проклятую мысль, и рече: о любимый Правитель мой! твори, по что пришелъ еси ... подаждь ми уготованную чашу пити ... Онъ же окаянный, похвативъ изъ поставца чашу златую, и наливъ въ ню меду, и отворотяса всыпа зеліе, и поднесъ Государю, и Царь чашу у него принялъ, и оградилъ себя крестнымъ знаменіемъ ... и выпилъ всю, и рече: О Борисе! подаждь ми и другую чашу; сладко бо ми есть твое раствореніе... Царица же Ирина прослезися, и рече: что, Государь, ты глаголеши? и не хотѣла дати ему другой чаши пити. Царь же рече Царицѣ: остави мя; уже бо судъ Божій приспѣ ми. Царица же не познала рѣчей Царя своего, но познала коварство брата своего. Борисъ же стоя поклонися и изыде вонъ, и радовашеся, что Царя и благодѣтеля своего опоилъ... и Государь Царь Ѳ. И. сталъ изнемогати, и жилъ по той отравѣ только 12 дней.» Подробности явно баснословны. — См. также Петрея Chron. 263.

(367) Напомню Читателю трогательную исторію Андрокла и льва въ Аѳинскихъ Ночахъ Авла Геллія.

(368) См. Никон. Лѣт. VII, 347, и VIII, 34; Латухина Степен. Кн. и Морозов. Лѣт., гдѣ сказано, что Ѳеодоръ изнемогалъ 12 дней.

71

(369) Въ Никон. Лѣт. VIII, 34: «и о томъ у насъ уложено.»

(370) Въ Латух. Степен. Кн. и въ другихъ сказано, что Ѳеодоръ будто бы наименовалъ своимъ преемникомъ Ѳед. Никит. Романова; а Петрей (стр. 263) слѣдуя Беру, баснословитъ такъ: «На вопросъ Бояръ кому царствовать въ Россіи, умирающій Ѳеодоръ отвѣтствовалъ: тому, кому я въ послѣднюю минуту жизни моей вручу скипетръ, и предложилъ его Ѳ. Н. Романову; но Романовъ хотѣлъ уступить сію честь своему брату Александру, Александръ брату Ивану, Иванъ брату Михайлу, Михайло какому-то иному Вельможѣ, такъ, что Царь лишился терпѣнія и бросилъ скипетръ на землю, сказавъ: владѣй же имъ, кто хочетъ! Тутъ Борисъ Годуновъ схватилъ его и сдѣлался Вѣнценосцемъ!» — Вотъ слова Розрядныхъ Книгъ и Послужнаго Списка Старинныхъ Чиновниковъ (Рос. Вивліоѳ. XX, 66): «вручаетъ (Ѳеодоръ) послѣ себя Московское Самодержавство Царицѣ своей.» Такъ пишетъ и Патріархъ Іовъ (Никон. Лѣт. VII, 352); такъ и Давидъ Хитрей (см. де-Ту Hist. Univers. кн. CXX, стр. 177) и гонецъ Австр. Михаилъ Шиль или Шель (Samml. etc. von Wichmann I, 447). Вотъ еще самое достовѣрнѣйшее свидѣтельство: въ избирательной грамотѣ на Царство не только Годунова, но и Михаила Ѳеодоровича сказано: (см. Рос. Вивліоѳ. VII, 136): «Ѳеодоръ Ивановичь на всѣхъ своихъ великихъ Государствахъ скипетродержанія Рос. Царствія оставль свою Царицу, Ирину Ѳ... а душу свою приказалъ Святѣйшему Іову... да брату своему Ѳед. Никитичу Романову-Юрьеву, да шурину своему... Борису Ѳ. Годунову.»

(371) Въ Никон. Лѣт. VIII, 34: «призва къ себѣ благочест. Царицу... и давъ ей о Христѣ цѣлованіе, и простивъ ее.»

(372) См. тамъ же, и VII, 348—350. Ѳеодоръ въ седьмомъ часу ночи призвалъ къ себѣ Іова для елеосвященія, а въ девятомъ ночи преставился. Пишутъ, что онъ, умирая, видѣлъ Ангела, и проч.

(373) Никон. Лѣт. VII, 353, 355. Тутъ плачь Ирины, напоминающій Евдокіинъ (T. V, 238). См. также Мих. Шеля Relation 448 и де-Ту CXX, 179.

(374) Въ Никон. Лѣт. VII, 355: «отъ великаго ея сердечнаго захлипанія и непрестанно въ перси біенія кровію уста ея обагришася.» Выше, стр. 353: «увы мнѣ, смиренней вдовицѣ безъ чадъ оставшейся! мною бо нынѣ вашъ Царскій корень конецъ пріятъ.» См. также стр. 357 и 358.

(375) Въ Никон. Лѣт. VIII, 34: «не повелѣ ей царствовати, но повелѣ пріяти Иноческій Образъ.»

(376) Въ Степен. Кн. Латухина: «нача Годуновъ совѣтники своя розсылати по царствующему граду.» Въ Морозов. Лѣт.: «посла по всѣмъ улицамъ и переулкамъ съ листами, всѣхъ людей прельщати и устрашати ихъ.» — Пасторъ Беръ (см. выше, примѣч. 27) пишетъ, что Царица Ирина, тайно призвавъ къ себѣ многихъ городскихъ Сотниковъ и Пятидесятниковъ, обѣщаніями и деньгами склонила ихъ къ избранію Бориса въ Цари.

(377) См. Избирательную Борисову Грамоту въ Рос. Вивліоѳ. VII, 39, 40: другой почти современный списокъ ея, въ коѣмъ есть отмѣны, доставленъ мнѣ А. И. Ермолаевымъ; подлинникъ перваго напечатаннаго списка хранился въ Патріаршей Ризницѣ, а втораго въ Казнѣ Царской: въ немъ означены имена всѣхъ Членовъ Собора, Духовныхъ и свѣтскихъ Депутатовъ.

(378) См. Избират. Борисову Грамоту въ Вивліоѳ. VII, 40. Въ Лѣтописи несправедливо сказано, что Ирина велѣла съ погребенія Ѳеодорова, не заходя въ палаты Царскія, отвезти себя въ монастырь.

(379) См. М. Шиля 451, 452, и де-Ту Hist. Univers. CXX, 180. По тому и другому извѣстію, самъ

72

Годуновъ присутствовалъ въ семъ собраніи чиновниковъ и гражданъ: сказалъ, что не хочетъ быть Царемъ, и послѣ уѣхалъ къ сестрѣ. Но Избирательная Грамота свидѣтельствуетъ, что онъ уже былъ въ монастырѣ, когда ему предложили вѣнецъ.

(380) См. Грамоту въ Вивліоѳ. 41—49.

(381) См. М. Шиля 452 и де-Ту 180, 181.

(382) Въ Грамотѣ: «съ Боляры радѣти и промышляти радъ не токмо по прежнему, но и свыше перваго.»

(383) Тамъ же: «по многи дни Св. Патріархъ моляше его со слезами.»

(384) См. тамъ же, стр. 49.

(385) Въ Степен. Кн. Латухина: «и по прочимъ Россійскія земли городамъ (розсыла совѣтники своя), чтобы на Царство избрали и молили его Бориса.» Въ Морозов. Лѣт. такъ (что однакожь совсѣмъ невѣроятно): «Повелѣ Борисъ грамоты писати яко бы отъ сестры своей, чтобы всѣ молили на Царство брата ея ... аще же кто повелѣнія нашего не послушаетъ, сану своего и чести лишенъ будетъ. .. тѣ разосланы будутъ по дальнимъ странамъ, и домы ихъ разорены.»

(386) Въ Розряд. Кн.: «Писалъ къ Государынѣ Царицѣ и В. Княгинѣ Александрѣ Ѳеодоровнѣ всея Россіи изъ Смоленска Бояринъ К. Тимоѳей Роман. Трубецкой на К. Василія Голицына, что съ нимъ К. Василей никоторыхъ дѣлъ не дѣлаетъ и списковъ за нимъ не возметъ ... И по Государынину Царицыну указу Бояре К. Ѳед. Ив. Мстиславской съ товарищи сказывали про то Патріарху... Писалъ къ Государынѣ Царицѣ Александрѣ Ѳеод. всея Россіи изъ Пскова Бояринъ К. Андрей Голицынъ, что К. Василей Буйносовъ списковъ не взялъ, » и проч. Патріархъ писалъ отъ себя къ строптивымъ Воеводамъ, чтобы они повиновались указамъ Царицы; но Воеводы упрямились. — Самъ Годуновъ распустилъ слухъ о впаденіи Хана въ Россію: см. Маржарет. 22.

(387) См. подписи въ Избирательной Грамотѣ, полученной мною отъ А. И. Ермолаева (выше, примѣч. 377).

(388) См. Грамоту въ Рос. Вивліоѳ. VII, 50 и слѣд.

(389) Въ Лѣтописи сказано (см. Никон. Лѣт.), что одни Шуйскіе не хотѣли Годунова на Царство; однакожь и Шуйскіе не противорѣчили.

(390) Въ Грамотѣ, стр. 54: «Борисъ! не ты боленъ, сынъ мой Ѳедоръ боленъ, не сынъ мой Ѳедоръ боленъ, Богомъ дарованная ми дщи, невѣстка Ирина больна; и не невѣстка Ирина больна, азъ боленъ.» О родителяхъ Бориса и Царицы Ирины сказано въ Прощальной духовной грамотѣ Патріарха Іова: «преставльшимся Государю Ѳедору Ивановичю и его благовѣрной супругѣ Стефанидѣ, во Иноцѣхъ Сундулеѣ, иже израстивши намъ прекрасный плодъ благочестія, Богомъ вѣнчаннаго Царя нашего, подаю миръ и благословеніе» (см. Собр. Госуд. Грамотъ. II, 183).

(391) Въ Грамотѣ Избират. стр. 55: «И Духовникъ Ѳеодосей Борису Ѳедоровичу глагола, чтобы вонъ выступилъ, и Великій Государь Ив. Вас. Борису Ѳед. не повелѣ исходити вонъ, глаголя ему: тебѣ душа моя обнажена вся... слезъ очи свои наполнивъ, » и проч.

(392) То есть, Грузинскаго и Киргизскаго.

(393) См. въ семъ Томѣ стр. 90.

(394) Въ Грамотѣ, стр. 65: «И въ Суботу Мясопустную, и въ Недѣлю и въ Понедѣльникъ Сырный недѣли пѣвше молебное, ... и Февр. въ 20 день Патріархъ со всѣмъ Освящ. Соборомъ и съ Боляры, и со всенароднымъ множествомъ идоша въ Обитель Богородицы, » и проч.

(395) Тамъ же, стр. 68: «прощаемъ и разрѣшаемъ въ клятвенныхъ словесѣхъ, что онъ многія

73

клятвенныя словеса со слезами подъ великою клятвою о Государствѣ говорилъ, что у него желанія и хотѣнія о Государствѣ нѣтъ, и въ мысли того не бывало, и впередъ того не будетъ.»

(396) То есть, Выборные или Депутаты, какъ сказано въ рукописной Грамотѣ (см. выше, примѣч. 377).

(397) Въ рукописной Грамотѣ: «жены ссущихъ младенецъ на землю съ слезнымъ рыданіемъ пометаху.» Въ одномъ Хронографѣ сказано, что нѣкоторые люди, боясь тогда не плакать, но не умѣя плакать притворно, мазали себѣ глаза слюною!

(398) Тамъ же: «Великій жe Государь Борисъ Ѳедоровичь, изъ глубины сердца воздохнувъ, съ слезнымъ рыданіемъ глаголаше: сія ли угодно твоему человѣколюбію, Владыко, и тебѣ, моей Великой Государынѣ, иже такое великое бремя на меня возложила еси, неудобь мною носиму быти, и на толикій превысочайшій Царьскій престолъ предаеши меня, о немъ же мысли моей не было и на разумъ мой не взыде? Всевидящій сердца человѣческаго зритель, Богъ, свидѣтель на меня, да и ты, моя Великая Государыня... язъ всегда при тебѣ хощу быти, и святое, пресвѣтлое, равноангельное лице твое зрѣти.»

(399) См. рукописную Грамоту.

(400) См. Флетчера л. 54 и слѣд. Онъ пишетъ: Dworaney Bulshey, Seredney Dworaney, Dyta Boiarskey. Въ Іоанново царствованіе упоминалось о Дворянахъ Сверстныхъ и Младшихъ (Т. IX, 263). О Дворянахъ Выборныхъ см. Маржерет. 70.

(401) См. выше, и Маржерета (который описываетъ состояніе Россіи отъ 1590 и 1606 года) стр. 86, 87.

(402) См. Маржерета 80, 82, 88, 89. Онъ говоритъ: cela fait un nombre incroyable. См. также сей Исторіи T. VII, 121, и T. VIII, 162. Маржеретъ въ Царскомъ войскѣ считаетъ 20, 000 Казанцевъ и Черемисъ, 8000 Татаръ съ Мордвою и 4000 Черкасовъ.

(403) См. Маржерета 74, 79, и Флетчера, 58, 59, 60. Первый: Chaque général а son enseigne particulière, laquelle se discerne par quelque saint, qui y est peint... il y a deux ou trois hommes ordonnés à la tenir droite. Chaque général а son propre Nabat: ce sont des tambours de cuivre qui se portent à cheval (при каждомъ барабанѣ находилось 8 барабанщиковъ). Начальникъ подвижнаго городка или вежи (called Beza or Gulay gorod) назывался Гуляйнымъ Воеводою (Voiavoda Gulavoy).

(404) Флетчеръ л. 59, 61. — Въ первый разъ упоминалось о сухаряхъ въ письмѣ Іоанновомъ къ Магнусу (Т. IX, 151).

(405) Т. VIII, 161. Флетчеръ пишетъ (л. 54): «каждому Дворянину Большому давали отъ 70 до 400 рублей, Середнему отъ 40 до 60 p., Меньшему или Сыну Боярскому отъ 12 до 30 р. См. также Маржерета 87.

(406) Флетч. л. 37—41. — Кажется, что Іоаннъ, уничтоживъ Опричнину, назвалъ города и волости собственною Царскою отчиною. — Мы цѣнимъ здѣсь, какъ и прежде, рубли XVI вѣка въ пять нынѣшнихъ серебряныхъ, въ два червонца или нѣсколько менѣе. Маржеретъ пишетъ (стр. 56 и 66), что въ рублѣ было 6 ливровъ и 12 су, въ Рейхсталерѣ 12 алтынъ, а въ червонцѣ 18 алтынъ (или 54 коп. по нынѣшнему счету) иногда болѣе, иногда менѣе.

(407) О Четяхъ или Четвертяхъ см. Т. IX, 262, также въ Т. IX примѣч. 816. — Вѣрить ли Маржерету (стр. 56), что съ семи или осьми десятинъ пашни казенные крестьяне платили Царю ежегодно 10, 12 или 15 рублей, т. е. 60 нынѣшнихъ серебярныхъ?

74

(408) Флетчеръ сказываетъ, что сія казна хранилась въ Кремлевскомъ дворцѣ, вмѣстѣ съ коронами, каменьями драгоцѣнными и проч. (см. л. 40 и 42).

(409) См. Собр. Г. Грамотъ, I, 584, и басню Флетчерову въ сей Исторіи IX, примѣч. 137, въ концѣ.

(410) Флетчеръ говоритъ (л. 53), что многіе Боярскіе Дѣти находились въ крайней бѣдности за недостаткомъ земель.

(411) Флетчера л. 44. — Объ уменьшеніи налоговъ см. выше въ семъ Томѣ, стр. 13. Флетчеръ приписываетъ Іоанну такое разсужденіе (л. 41): «народъ подобенъ стаду овецъ: чѣмъ болѣе стрижешь ихъ, тѣмъ болѣе на нихъ шерсти.» Онъ въ шутку, думаю, пишетъ, что сей Царь однажды потребовалъ будто бы мѣры живыхъ блохъ отъ Московскихъ гражданъ, которые, не умѣвъ наловить ихъ, должны были отплатиться за то семью тысячами рублей. On prete aux riches.

(412) Л. 47, 48. Онъ говоритъ о трехъ братьяхъ.

(413) Въ завѣщаніи Іонновомъ 1572 года (см. Примѣч. къ IX Тому, стр. 179): «Князь Михайло Воротынскій вѣдаетъ треть Воротынска... какъ было изстари, а сынъ мой въ то у него не вступается.»

(414) См. въ семъ Томѣ стр. 7.

(415) Флетч. 53: They have no written law, save onely a smal booke (судебникъ?), that conteineth the time and manner of their sitting, order in proceeding and such other judicial forms, but nothing to direct them to give sentence upon right or wrong. Their onely law is their Speaking Law, that is, the pleasure of the Prince and of his Magistrates (т. e.: «у Русскихъ одинъ словесный законъ: произволъ Государя или судей его.»)

(416) Въ Татищев. Судебникѣ, стр. 103: «а взыщутъ на Бояринѣ или на монастырѣ Царя и В. К. земли, ино судити за шесть лѣтъ, а долѣе не судити.»

(417) См. выше, стр. 68.

(418) Въ 1586 г. Намѣстниками были: К. Ив. Ѳед. Мстиславскій Владимірскимъ, К. Ив. Петр. Шуйскій Псковскимъ, Дм. Ив. Годуновъ Новогородскимъ, Борисъ Ѳед. Годуновъ Казанскимъ, К. Анд. Ив. Шуйскій Двинскимъ, Степ. Вас. Годуновъ Костромскимъ, К. Дм. Ив. Шуйскій Каргопольскимъ, Ив. Вас. Годуновъ Рязанскимъ, К. Ник. Ром. Трубецкій Вологодскимъ, Ѳед. Никит. Романовъ Нижегородскимъ, К. Тимоѳ. Ром. Трубецкій Устюжскимъ, К. Ив. Вас. Сицкій-Ярославскій Ржевскимъ, К. Ѳед. Дм. Шестуновъ Бѣлоезерскимъ, Ѳед. Мих. Троекуровъ Коломенскимъ, Алек. Никит. Романовъ Коширскимъ. — Въ Судебникѣ, стр. 92: «а на которомъ городѣ будетъ два Намѣстника.» Такъ въ 1584 г. были Намѣстниками Новогородскими Князья Вас. Ѳед. Шуйскій и Мих. Петров. Катыревъ: первый жилъ, какъ Бояринъ, въ Москвѣ; а вторый, какъ младшій, въ Новѣгородѣ.

(419) Флетч. 32 и Маржерет. 43, 67, который говоритъ, что подарокъ законный могъ стоить рублей 10 или 12, но не болѣе. Червонцы возвышались въ цѣнѣ и передъ всякою коронаціею: ибо купечество дарило новаго Вѣнценосца золотыми деньгами.

(420) См. T. VII, 123, Флетч. 52, 53, и Маржерет. 46.

(421) Флетч. 7—12.

(422) Въ Дѣл. Персид. No. 4, л. 74: «Государь о кречетѣхъ и о дорогихъ соболехъ и чорныхъ лисицахъ Сибирскимъ Воеводамъ крѣпкой заказъ учинилъ, чтобъ Бухарскимъ людемъ продавать невелѣли.»

75

(423) «Прежде» — говоритъ Флетчеръ — «отпускалось 50, 000, а нынѣ только 10, 000 пудъ: ибо Россія уже не имѣетъ Нарвской пристани.»

(424) Флетч.: their Losh-hide is very faire and large; their bull and cowe hide (for oxen they make none) is of a small sise; т. e. «коровьи и бычачьи кожи малы.»

(425) Въ Дѣлахъ Персид. No 4, л. 71: «жемчюгъ ведется у Государя нашего въ землѣ на Двинѣ на Колмогорахъ и въ Вел. Новѣгородѣ въ рѣкахъ.»

(426) См. въ Архивѣ Кол. Иностр. Дѣлъ отписки изъ Колмогоръ 1604 и 1605 года No 1. Выписываю для примѣра: «Іюля въ 24 д. пришелъ х’ Колмогорскому городу корабль Галанскіе земли, города Амстрадама, Галанскіе же земли къ гостю къ Ондреяну Лукьянову; карабельщикъ на караблѣ Гертъ Сакласъ; кормщикъ Томасъ Вилемсъ; а дѣловыхъ бушмановъ 17 человѣкъ; а товару на кораблѣ: 2 камышки яхонты лазоревы, поставлены въ золотѣ, цѣна обоимъ 50 рублевъ; 120 золотниковъ жемчюгу, по 2 рубли съ полтиною золотникъ; 476 золотниковъ жемчюгу, по рублю и по 26 алтынъ по 4 денги золотникъ... 24 зерна жемчюжку, по 26 алтынъ по 4 денги зерно... 16200 ефимковъ, по 12 алтынъ ефимокъ; 200 литеръ золота и серебра пряденово, по 5 р. литра, 8 ожерелей мускихъ канутельныхъ, 4 стоячихъ, а 4 отложныхъ, по 20 р. ожерелье; 33 поставы суконъ Лундышевъ (Лондонскихъ), по 30 р. поставъ; 10 поставовъ суконъ на страфили середніе земли, по 13 р. поставъ; 111 половинокъ суконъ еренковъ, по 3 р. половинка; 75 половинокъ суконъ Аглинскихъ середніе земли, по 6 р. половинка; 4 кипы суконъ Рословскихъ, по 40 р. кипа; 130 пудъ перцу чернаго, по 5 р. пудъ; 60 пудъ перцу диково, по рублю пудъ; 90 пудъ ягодъ винныхъ, по 20 алтынъ пудъ; 8 пудъ изюму, по 23 алтына по 2 деньги пудъ; 130 пудъ черносливу, по 4 гривны пудъ; 17 пудъ цылибухи, по 5 р. пудъ... 25 четвертинъ желѣза бѣлаго (жести), по 5 р. четвертинка; 4 дюжины зеркалъ, по 40 алтынъ дюжина ... 3 колоколы, а въ нихъ мѣди 30 пудъ, по 2 р. съ полтиною пудъ... 40 киндяковъ, по 40 алтынъ киндякъ ... 2 лохани мѣдные, по полтинѣ лохань; 6 подсвѣчниковъ мѣдныхъ, по 8 алтынъ подсвѣчникъ; 3 рукомойники мѣдные, по полтинѣ рукомойникъ; 42 сафьяны черныхъ, по 10 алтынъ сафьянъ; 9 дюжинъ замковъ круглыхъ, по рублю дюжина; 8 погребцовъ, по рублю погребецъ ... 42 пуда сахару головнаго, по 4 р. пудъ; 12 пудъ сахару дѣланаго въ коробкахъ, по 4 р. пудъ; 15 пудъ анису, по полтора р. пудъ; 15 паникадилъ мѣдныхъ, по рублю... 14 пудъ яри, по 6 р. пудъ ... 23 полотенца Амстрадамскихъ, по 2 рубли полотенцо; 155 полотенецъ Амстрадамскихъ посконныхъ, по рублю полотенцо... 10 бочекъ москотильнего всякого товару, по 50 р. бочка; 3 пуда мѣди въ тазѣхъ, по 21/2 р. пудъ; 15 пудъ проволоки желѣзные, по 1 р. пудъ ... 100 кистокъ камешковъ бѣлыхъ льячныхъ, по гривнѣ кистка, » и проч. Аршинъ бархату съ золотомъ цѣнился въ 11/2 р. атласу съ золотомъ по 40 алтынъ, тафты-Китайки въ 3 алтына; пудъ мыла Грецкаго въ 60 алтынъ, масла бобковаго въ 3 р.

Въ сихъ оттискахъ упоминается о корабляхъ знаменитаго Нидерландскаго купца Ив. Бѣлоборода (см. T. IX, стр. 277, и примѣч. 842); онъ здѣсь называется не Девахомъ, а Девалемъ, какъ у Горсея: что и должно быть справедливо. О торговлѣ Ногаевъ см. Маржерет. 58, 84.

(427) Въ Посольствѣ Дьяка Аѳанасья Власьева къ Цесарю (см. Дѣла Австр. въ Арх. Кол. И. Д., г. 1599): «Посланникъ нашъ, Oѳонасей Власьевъ,

76

на своихъ на купленыхъ на дву караблехъ (пріѣхалъ), а корабельщики и дѣловые люди нa тѣхъ его караблехъ были наемные изъ Любка.»

(428) См. Hansiche Chron. III, 163.

(429) См. Т. IX, 96. — Флетчеръ, хваля умъ Россіянъ (л. 48), прибавляетъ: as appeareth by naturall wittes in the men and very children.

(430) Въ Д. Цесарск. No. 5, л. 375, въ письмѣ Николая Варкоча къ Годунову (въ Іюнѣ 1591): «Какъ есми былъ Посломъ у Вел. Государя вашего, и въ тѣ поры слышелъ есми отъ торговаго человѣка изъ Любка, отъ Кашпара Крона, и отъ иныхъ, что блаженные памяти В. Государь Ив. Вас. того желалъ, штобъ Еронима Шкота великаго роду славнаго изъ Италіанскіе земли, которой навыченъ великими розными науками свыше иныхъ всякихъ людей, на время при своемъ Дворѣ видѣти; также есми больше выразумѣлъ, штобъ и нынѣ тотъ чесный добрый Панъ Графъ Шкотъ можетъ быть достоенъ при Дворѣ славномъ Вел. Госуд. вашего ... и онъ (Шкотъ) такъ то учинить хочетъ... а что Графъ есть человѣкъ годный у его Цесарск. Величества и въ великомъ жалованьѣ, также и у иныхъ Королевъ и у Княжатъ... хто его о чемъ спроситъ, и онъ всю правду гадаетъ, и такія мастерства и дѣла умѣетъ, что во всѣхъ земляхъ Нѣметцкихъ и Италіянскихъ нихто того не умѣетъ... всякіе языки, что есть подъ солнцемъ, знаетъ, » и проч. — Борисъ писалъ къ Іерониму Шкоту (л. 379): «При отцѣ Государя нашего твоя мысль, и хотѣнье было ѣхати къ отцу Государя нашего... да тогды не сталось, а нынѣ то учинить хочешь... и язъ въ томъ тебя похваляю, что ты такой Рыцарскій и мудрый и ученый человѣкъ, и умыслилъ быти у такова Великого Государя ... а Государь нашъ всякихъ иноземцовъ, хто къ нему пріѣдетъ, милостивно пріимаетъ, а тебѣ, Рыцарскому человѣку мудрому, начаюсь будетъ честь и свыше иныхъ: только нынѣ вскорѣ мнѣ о томъ твоемъ дѣлѣ Царскому Величеству извѣстити было невозможно, что Государя нашего зашли дѣла многіе земскіе; а впередъ, аже дастъ Богъ, твою мысль извѣщу, и тебѣ о томъ вѣдомо учиню впередъ.»

(431) Въ Гаклуйтѣ, стр. 573, письмо Эдуарда Гарленда къ Дж. Ди: Right worshipfull, it may please you to understand, that I was sent unto you from the most mightie Prince Feodor Ivanowich, Lord Emperour and Great Duke of Russia etc., as also from the most excellent Prince Boris Fed., Lord Protector of Russia, to give your worship to understand the great good will and heartie desire they beare unto you: for that of long time they have had great good report of your learning and wisedome, as also of your good counsel unto Princes: whereupon his Maiesties most earnest desire and request is unto you, that you would take the paines to come unto his citie of Mosco, to visite his Maiesties Court: for that hee is desirous of your company, and also of your good counsell in divers matters, that his Maiestie shall thinke needfull. And for the great goodwill that his Maiestie beareth unto you, he will give you yeerely toward your maintenance 2000 pound starling, and the Lord Protector will give you a thousand rubbles, as also your provision for your table you shall have free out of his Maiesties kitchin.

(432) См. T. VI, 140 — и Дѣла Цесарск. No 6, л. 265.

(433) См. Т. IX, 261 — и Маржерета 33.

(434) См. Т. IX, 262.

(435) См. выше, примѣч. 134, и Розрядн. Кн. г. 1594, гдѣ сказано, что въ Костромскую область, за Волгу, были посланы тогда Писцы К. Ѳедоръ Кривоборскій и Аѳ. Зиновьевъ, по сю сторону

77

Волги Вас. Вельяминовъ и Пант. Усовъ, а на Угличь Князь Дм. Бѣльскій.

(436) Титулъ моего экземпляра, писаннаго уже за половину XVII вѣка: Книга именуема Геометріа, или Землемѣріе родиксомъ и цыркулемъ. Въ ней содержатся только правила для измѣренія мѣстъ съ пособіями ариѳметическими. За Геометріею слѣдуетъ Книга о сошномъ и о вытномъ письмѣ (см. Т. IX, примѣч. 816). Татищевъ (въ Судебникѣ 139) пишетъ: «писцовой его (Іоанновъ) наказъ тогожь года (1556) съ приложеніемъ землемѣрныхъ начертаній, которое видимо нѣкто знающій Геометрію съ вычетами плоскостей сочинилъ... Въ немъ соха добрыя земли 800 четвертей, » и проч. Вѣроятно, что онъ говоритъ о книгѣ сошнаго письма; но всѣ видѣнные мною списки ея новѣе XVI вѣка.

(437) Титулъ: Книга рекома по-Гречески Ареѳметика, а по-Нѣмецки Алгоризма, а по-Руски цыфирная счетная мудрость. Въ предисловіи: «Сиръ, сынъ Асиноровъ, мужъ мудръ бысть: сій же написа численую сію Философію Финическими писмены, якоже онъ мудрый глаголетъ, яко безплотна сущи начала, тѣлеса же преминующая ... Безъ сея книги ни единъ Философъ, ни Дохтуръ не можеть быти; а хто сію мудрость знаетъ, можетъ быти у Государя въ великой чти и въ жалованіи; по сей мудрости гости по Государствамъ торгуютъ, и во всякихъ товарѣхъ и въ торгѣхъ силу знаютъ, и во всякихъ вѣсѣхъ, и въ мѣрахъ, и въ земномъ верстаніи, и въ морскомъ теченіи зѣло искусни, и счетъ изъ всякаго числа перечню знаютъ.» — Въ концѣ моего экземпляра — и другою, новѣйшею рукою — вписано сочиненіе Галеново о большомъ и маломъ мірѣ, съ слѣдующимъ извѣстіемъ: «Выписано въ Кириловѣ монастырѣ съ книги преподобнаго отца нашего, Игумена Кирила, Бѣлозерскаго Чюдотворца, съ книги въ четверть снисканія его. Въ лѣто 7143 (1635).»

Въ примѣрахъ сей Ариѳметики означены вещамъ такія цѣны: «46 аршинъ чернаго Англ. сукна 13 рублей; сто овчинъ 11/2 рубля; воску 100 ф. 4 р.; 100 ф. изюму 11/2 р.; 100 ф. хлопчатой бумаги 5 р. (см. выше, примѣч. 426); пудъ олова 1 р.; фунтъ масла коровьяго 2 деньги, » и проч.

Мелкій денежный счетъ былъ такой: «въ рублѣ 400 полушекъ, 800 полуполушекъ, 1600 пироговъ, 3200 полупироговъ, 6400 четвертей пироговъ.»

Въ сказаніи о составѣ человѣческомъ: «Есть убо человѣкъ, якоже повѣдаютъ, на главѣ имѣя три швы и на углы составлены; женская же глава имѣетъ единъ шовъ, кругомъ обходя главу: да по тому знаменію и въ гробѣхъ знаютъ, кая мужеска, кая ли женска... Есть чело, еже аще велико есть, то знаменуетъ, яко премудръ разумъ имать, » и проч. Это кажется переводомъ.

(438) Въ Д. Польск. No. 20, л. 52: «Грамота изъ Литвы отъ Подьячево отъ Ондрея Иванова, писана новою азбукою, что взята у Цесарева Посла, у Николая Варкача.» Далѣе, л. 58: «А на низу грамоты подписано по-Русски вязью» (см. ниже, примѣч. 453) «што тое грамоту перевести Латынскому Переводчику Якову Заборовскому, и переводилъ тое грамоту Яковъ.» Другое донесеніе сего Подьячаго было писано такъ называемою литореею.

(439) Борисовъ на Донцѣ основанъ въ 1600 году (см. Розр. Кн.), а Царевъ-Борисовъ, на устьѣ Протвы, около того же времени. Беръ въ своей Хроникѣ упоминаетъ о строеніи сихъ городовъ. Въ Больш. Черт. (стр. 233) наименованъ городъ Царицынъ, но не нынѣшній, а древній Татарскій: ибо въ другомъ мѣстѣ той же книги, стр. 84, скасано: «рѣка Царица пала въ Волгу противъ

78

Царицына острова, а на острову стоялъ Царицынъ городъ.» О нынѣшнемъ Царицынѣ упоминается въ Разрядн. Кн. съ 1600 года: онъ построенъ, вѣроятно, Годуновымъ вмѣстѣ съ Борисовымъ около сего времени.

(440) Къ Курбскому, къ Игумену Кирилловскому Козмѣ и проч.

(441) См. Т. VIII, 68, и Т. IX, 27 и 270. О Діонисіи см. выше, примѣч. 146.

(442) См. Никон. Лѣт. VII, 316—359. Вотъ нѣкоторыя мѣста подлинника: «Древнимъ бо Царемъ благочестивымъ равнославенъ, нынѣшнимъ же красота и свѣтлость, будущимъ же сладчайшая повѣсть... и не еже бо памятовати ему житейскихъ сихъ многоцѣнныхъ и красныхъ, и къ симъ вседушно пригвоздитись (стр. 319)... Душу свою Царскую умащая поученіемъ Божественныхъ глаголъ (стр. 320)... Не точію въ своей Державѣ, но и въ дальнія страны яко нескудная рѣка изливашеся пространная его милостыня (стр. 322)... Имѣяше и благозаконную супругу свою благими нравы подобну себѣ: бѣ же добродѣтелію и вѣрою къ Богу другъ друга преспѣвая ... Имѣста единую блаженную лѣторасль Царского своего корени, и та ко Господу отыде, яко нѣкій прекрасный цвѣтъ вскорѣ увядше, опаде, или яко нѣкій пречестный бисеръ въ скалкѣ скрыся, благочестивымъ своимъ родителямъ великую скорбь сотвори, и ихъ Царскому Сигклиту и всему народу печаль немалу нанесе ... Слышасте ли, братіе, повѣсть страшну; слышасте ли вещь всякія печали и сѣтованія исполнь сущу, яко Господь вѣрнаго своего слугу и блаженнаго раба святую душу съ миромъ пріемлетъ? Толико убо мирно успе, елико не единому отъ предстоящихъ одру его разумѣти святое преставленіе его; яко же убо всегда звѣзда предваряетъ солнце, сице сего благочестиваго Царя святая душа словомъ изыде, и никако же потрепета ни единъ удъ тѣлеси его, но яко же нѣкоимъ сладкимъ сномъ успе... Отселѣ убо что реку и что возглаголю? Слезъ настоящее время, а не словесъ; плача, а не рѣчи; молитвы, а не бесѣдъ ... Здѣ убо Пророческаго вѣщанія слово на насъ явѣ совершися: кто даетъ главѣ моей премногую воду и очесѣмъ моимъ источникъ слезъ, яко да плачу довольно?... Скорби нашея пучина ... плача нашего бездна ... Отселѣ же прекрасный и многолѣтный Царскій престолъ великія Россіи вдовствовати начинаетъ, и великій, Богомъ спасенный, матерь градовъ, царствующій многолюдный градъ Москва сиротства сѣтованіе пріемлетъ» (стр. 350—352).

(443) См. тамъ же, стр. 327, 328.

(444) Это посланіе утѣшительное, вмѣстѣ съ грамотою Борисова избранія, находится въ рукописи принадлежащей А. И. Ермолаеву (см. выше, примѣч. 377).

(445) См. Т. IX, 28, и Маржер. 28.

(446) См. выше, примѣч. 437. Начало такъ: «Міръ отъ четырехъ вещей составися: отъ огня, отъ воздуха, отъ земли и отъ воды. Составленъ же бысть и малый міръ, сирѣчь человѣкъ, отъ четырехъ стихій, сирѣчь отъ крови, отъ мокроты, отъ чермныя желчи и отъ черныя. И убо кровь видѣніемъ червлена, вкушеніемъ же сладка, подобна убо есть воздуху, мокра и тепла. Флегма же, яже есть мокрота, видѣніемъ бѣла, вкушеніемъ же слана, подобна убо есть водѣ, яко мокра и студена. Чермная желчь видѣніемъ жолта, вкушеніемъ же горька, подобна убо есть огню, яко суха и тепла. Черная желчь видѣніемъ черна, вкушеніемъ же кисела, подобна убо есть земли, яко суха и студена. Симъ убо стихіомъ умаляющимся или умножающимся, или одебелѣвающимся выше

79

естества своего, или премѣньшимся и отступившимъ отъ своихъ имъ мѣстъ, и проходящимъ въ необычныя мѣста, многообразно и многоразлично створяютъ человѣка болѣти.» Далѣе не такъ ясно, и много описокъ. Слѣдуютъ вопросы и отвѣты. На примѣръ: «Что есть здравіе? благораствореніе стихій, отъ нихъ же составлено есть тѣло... Что есть врачь? естеству служитель и въ болѣзнехъ сподвижникъ; и совершенъ убо врачь, иже видѣніемъ и дѣяніемъ искусенъ: изряднѣйшій же, иже вся творяй по правому слову.» Замѣтимъ, что въ этомъ древнемъ переводѣ (XIV или XV вѣка: ибо Св. Кириллъ Бѣлоезерскій скончался въ 1428 году) три мѣсяца весны, Мартъ, Апрѣль, Май, называются пролѣтіемъ.

(447) См. В. М. Рихтера Gesch. Der Medicin in Rußland, I, 324. Прекрасный списокъ сего Лечебника находился въ библіотекѣ у Москов. Профессора Баузе, и сгорѣлъ, вмѣстѣ со многими драгоцѣнными памятниками нашей Исторіи, въ 1812 году; вотъ оглавленіе: О травахъ; о лейкахъ и водкахъ; о рыбахъ въ морѣ и въ рѣкахъ; о драгоцѣнныхъ каменьяхъ; о философскомъ ученіи; о кровопусканіи; объ искусствѣ Аптекарскомъ. Въ началѣ сказано, что сія книга переведена съ Латинскаго на Польскій въ Краковѣ въ 1423 г. для Пана Станислава Гачкова, Воеводы Троцкаго, а въ 7096 на Русской по приказу Воеводы Ѳ. А. Бутурлина въ Серпуховѣ. Авторъ увѣряетъ, что гранатъ веселить сердце; что магнитъ родится въ Индіи при Великомъ Океанѣ; что яхонтъ предохраняетъ отъ ужасныхъ сновидѣній, и проч.

(448) Сіи пѣсни напечатаны въ Полномъ Собраніи Рос. пѣсенъ 1780 года, Ч. I. Въ Древнихъ Рос. Стихотвореніяхъ, издан. въ 1818 г., также не мало истинно-древняго и хорошаго; но все перемѣшено съ новымъ и скудоумнымъ.

(449) См. Т. IX, 273.

(450) См. въ семъ Томѣ стр. 49.

(451) Арсеній говоритъ: inscriptas etiam habebat (сія митра или шапка) plures Russicas literas (въ Вихм. Sammlung 116). — Въ Маржеретъ 62 и 63: toutes les dites vaisselles sont ouvrages de Russie. — Венеціанскій ювелиръ, Францискъ Асцентини (Aszentini), пріѣхавъ къ намъ въ Іюнѣ 1601 г., жилъ въ Москвѣ три года; выгранилъ большой изумрудъ для Царскаго перстня и вырѣзалъ на агатѣ распятіе І. Х.: за что Годуновъ далъ ему соболью шубу, горлатную шапку, муфту и 100 червонцевъ. Асцентини выѣхалъ изъ Москвы 13 Мая 1604 въ Кіевъ, чтобы чрезъ Турцію возвратиться въ отечество, гдѣ онъ въ 1617 г. издалъ свои записки, переведенныя на Франц. языкъ Аббатомъ Бурьеромъ, подъ титуломъ: Mémoires d’Aszentini: я не могъ достать ихъ и пользовался только выпискою, сдѣланною изъ сей рѣдкой книги однимъ любопытнымъ читателемъ и сообщенною мнѣ Г. Бестужевымъ, Авторомъ Исторіи Флота Россійскаго. Далѣе сказано въ выпискѣ, что Асцентини нашелъ въ Москвѣ земляка и друга своего, Марка Чинопи, призваннаго еще Царемъ Ѳеодоромъ для тканія парчей, штофовъ и бархатовъ; что Чинопи представилъ его Борису чрезъ Окольничаго Дмитрія Аѳанасьева, когда Борисъ осматривалъ новую колокольню Ивана Великаго, близъ того мѣста, гдѣ находилась и фабрика Чинопіева; что Асцентини два раза обѣдалъ у Царя за большимъ столомъ и многократно за кривымъ: въ 1604 году уже слышалъ въ Москвѣ о Самозванцѣ; выѣхалъ оттуда съ путевою грамотою, скрѣпленною Дьякомъ Ильею Муромцовымъ; встрѣтилъ Разстригу въ Черниговѣ и цѣловалъ у него руку; взялъ новый охранный листъ отъ мнимаго Царевича для путешествія изъ Кіева въ Астрахань, имѣя въ

80

карманѣ и видъ Борисовъ, для предъявленія въ тѣхъ мѣстахъ, которыя еще не сдалися Лжедимитрію; жилъ въ Астрахани у Флорентійскаго уроженца, Антонія Ферацо; жалуется на разныя неудобства въ пути, на худыя дороги въ Россіи и на обиды, причиненныя ему Калужскимъ Воеводою, Княземъ Аѳанасіемъ Кудашевымъ, и проч. и проч.

(452) См. выше, примѣч. 451 о Маркѣ Чинопи, и Т. VI, 49, Т. IX, 52, и выше, примѣч. 315, гдѣ говорится о Большой Грановитой и Золотой Грановитой Палатѣ: о послѣдней упоминается со временъ Іоанна; ту и другую стали называть подписными въ Ѳеодорово.

(453) Я имѣю подлинникъ сего описанія, гдѣ сказано: «Въ нынѣшнемъ въ 180 (1672) году, Марта въ 20 день, В. Г. Царь и В. К. Алексѣй Михайловичь, всея Великія и Малыя, и Бѣлыя Россіи Самодержецъ, указалъ въ своей Великаго Государя Золотой палатѣ и передъ Золотою въ сѣняхъ списать подписи и описать подлинно, какіе на стѣнахъ и на сводахъ притчи написаны, и здѣлать тому всему книги... И то писано въ сихъ книгахъ подлинно; а у описей тѣхъ притчей были Приказу Большого Дворца Подьячей Никита Клементьевъ да иконописецъ Симонъ Ушаковъ.» Золотая палата была одною стѣною къ Красному крыльцу, другою къ Панихидной палатѣ, третьею къ Столовой, четвертою къ сѣнямъ съ дверью; описаніе картинъ сей палаты занимаетъ листовъ 25. Далѣе: «180 г., Марта въ 23 день, В. Г. Царь и В. К. Алексѣй Мих. указалъ въ Грановитой палатѣ стѣнное письмо, и что на стѣнахъ какихъ притчей и подписей написано описать имянно.» Слѣдуетъ описаніе листахъ на двадцати. Сказано, что сія палата стѣнами къ Красному крыльцу, къ сѣнямъ, къ Успенскому Собору и къ Ивану Великому. Вотъ нѣкоторыя изъ описаній: «Въ Золотой палатѣ вверху въ сводѣ, въ самой срединѣ, написанъ кругъ, а въ кругу Еммануилъ: сѣдитъ на небесныхъ дугахъ, а подъ ногами колеса многоочитыя; въ лѣвой руцѣ держитъ потиръ златъ, а въ правой палицу; а у рукъ локти обнажены: а въ вѣнцѣ седмь клиновъ; а подпись І. Х. Еммануилъ. Около того кругу другій кругъ, а въ томъ кругу написано 4 Евангелиста прообразованныхъ; а около Еммануила и того круга кругомъ половина золотая, а другая празеленная; на золотомъ кругу, подъ главою Еммануиловою, подпись: Богъ Отецъ премудростію Своею основа землю и утверди вѣки и благослови вѣнецъ лѣту благости Твоея, Господи! А по празеленному кругу другая подпись кругомъ въ дверяхъ: Превѣчное Слово Отчее, Иже во образѣ Божіи сый, и составляй тварь отъ небытія въ бытіе, Иже времена и лѣта Своею областію положій! Благослови вѣнецъ лѣту благостію Своею; даруй миръ Церквамъ Твоимъ, побѣды вѣрному Царю, благоплодіе же земли и намъ велію милость. А около того круга во весь сводъ большой кругъ по самыя шалыги, и въ томъ кругу отъ ногъ Еммануиловыхъ до большаго круга врата, а во вратѣхъ Ангелъ съ скипетромъ; въ лѣвой рукѣ держитъ свитокъ... а около Ангела во вратѣхъ облако раздвоилось; а подъ Ангеломъ и подъ облакомъ среди тѣхъ же вратъ человѣкъ стоящій съ посохомъ; а отъ круга внутрь въ кругъ шесть крылъ; а среди круга солнце; а между тѣхъ крылъ сверху лице человѣче обвито змѣинымъ хоботомъ, конецъ хобота къ солнцу; на правой сторонѣ лице львово, межъ крылъ обвито также хоботомъ, конецъ хоботу къ солнцу; на лѣвую сторону глава зміина, окружена хоботомъ къ томужь солнцу; съ правуюжь сторону, межъ крылъ же, глава орля, обвита хоботомъ ... А по правую сторону человѣка во вратѣхъ подпись: узкимъ бо путемъ

81

вводятся души праведныхъ въ Царство Небесное; а по лѣвую сторону человѣка того надъ звучнымъ кругомъ подпись въ тѣхъ же вратѣхъ: широкимъ бо путемъ вводятся души грѣшныхъ во врата лютаго ада... Подлѣ вратъ написано дѣвичьимъ образомъ воздухъ, надъ тѣмъ воздухомъ и подлѣ того Ангелъ летящъ въ клинѣ огненномъ; а отъ того клина, къ затворѣ вратной, къ низу, написанъ Діаволъ: по земли бѣжитъ заяцъ, а на Діавола изъ полукругу большаго стрѣляетъ изъ лука Ангелъ... Ниже Ангела сѣдитъ смерть: держитъ въ обѣихъ рукахъ трубу, и ту трубу положила широкой конецъ въ половину во временной кругъ, » и проч. и проч. Довольно для того, чтобы имѣть понятіе объ умѣ и воображеніи нашихъ художниковъ XVI вѣка. О вязи или связи см. выше, примѣч. 438. Ею писали такъ: ХХОѴЫА. Сіи знаки, отчасти похожіе на Латинскія буквы, изображены въ разныхъ мѣстахъ Описанія Золотой и Грановитой палаты.

Изъ Московскаго Артиллерійскаго Депо доставлено мнѣ слѣдующее извѣстіе о трехъ пушкахъ Ѳеодорова времени: «На Дробовикѣ, называемомъ также и Царь-Пушкою, съ правой стороны написано: Повелѣніемъ благовѣрн. и Христолюбив. Царя и В. К. Ѳедора Ивановича, Самодержца всея Великія Россіи, при его благочестив. и Христолюбив. Царицѣ и В. Княгинѣ Иринѣ; съ лѣвой стороны: слита бысть сія пушка въ преименитомъ и царьствующемъ градѣ Москвѣ лѣта 7094, въ третье лѣто государства его. Дѣлалъ пушку пушечной литецъ Андрей Чоховъ; съ правой стороны у жерла: Божіею милостію Царь и В. К. Ѳеодоръ Ив., Государь и Самодержецъ всея Вел. Россіи; а ниже изображенъ Царь на конѣ съ скипетромъ и въ вѣнцѣ. На пищалѣ Троилѣ съ правой стороны: Божіею милостію, повелѣніемъ Государя Царя и В. К. Ѳедора Ив. всея Россіи; а съ лѣвой: здѣлана сія пищаль Троилъ лѣта 7098; дѣлалъ Андрей Чоховъ. На пищалѣ Аспидѣ съ правой стороны тѣ же слова, что и на Троилѣ; а съ лѣвой: здѣлана сія пищаль Аспидъ лѣта 7098: дѣлалъ Андрей Чоховъ; а сверху изображенъ аспидъ. Вѣсу въ Троилѣ 430, а въ Аспидѣ 370 пудъ.» — Въ VI Т. сей Исторіи, въ примѣч. 109, гдѣ упомянуто о большой Кремлевской пушкѣ, ошибкою напечатанъ 1686 г., вмѣсто 1586.

(454) См. Musscow. Reise anno 1602, въ Бишинг. Magaz. VII, 265, и Петрея Chron. 3—10; см. также, для сравненія, сей Исторіи Т. VII, 127, Т. VIII, 60, и IX, 111, 276. Петрей, бывъ въ Москвѣ при Годуновѣ, и послѣ, пишетъ, что въ ней считалось 4500 церквей съ придѣлами (Kirchen, Klöster und Capellen), а въ Кремлѣ 50; что при каждой находилось отъ четырехъ до двѣнадцати колоколовъ; что въ иныхъ малыхъ церквахъ не могло помѣститься ни семи человѣкъ. Авторъ Musskow. Reise говоритъ только о 35 церквахъ Кремлевскихъ, но за то умножаетъ ихъ число въ Москвѣ до 5300, по сказанію тамошнихъ старожиловъ Нѣмцевъ. Въ Исторіи Келаря Аврамія Палицына: «тогда бысть въ царств. градѣ болѣ четырехъ сотъ церквей.» Въ Musskow. Reise означенъ вѣсъ большаго Кремлевскаго колокола: 120 Schiffpfund или 33, 600 Нѣмецкихъ фунтовъ. Миллеръ, ссылаясь на Олеарія и Адама Бранда, ошибкою поставилъ 10, 000 пудъ вмѣсто 1000 (см. его Bersuch einer N. Gesch. v. R. 90). О Дворахъ Арменскомъ и Литовскомъ упоминается въ Дипломатическихъ бумагахъ 1599 года (см. Т. XI, примѣч. 34, о въѣздѣ въ Москву Кучюмова семейства).

(455) Въ Розрядн. Кн. г. 1597: «Маія въ 10 д. велѣлъ Государь Царь и В. К. ѣздити Объѣзжимъ Головамъ кормы да огни гасити: въ старомъ Кремлѣ

82

городѣ К. Ив. Сем. Дѣевъ, да К. Ѳед. Андр. Мещерскій; въ Китаѣ г. Ив. Борис. Голочеловъ-Морозовъ; въ Царевѣ каменномъ городѣ К. Ив. Бабичевъ; въ Царевѣ же городѣ на Большомъ посадѣ К. Петръ Пожарской; въ новомъ деревянномъ городѣ отъ Москвы-рѣки по Неглинну Русинъ-Милюковъ; отъ Неглинны по Яузу рѣку Ив. Бреховъ; за Москвою рѣкою Д. Ошанинъ; за Яузою, въ Дворцовыхъ слободахъ, С. Благой.»

(456) Въ Розр. Кн. 1591 г.: «Іюня въ 26 сказалъ Розрядной Дьякъ Сапунъ Аврамовъ быти на Москвѣ въ осадѣ... въ Китаѣ К. Ив. Ив. Голицыну, въ Царевѣ городѣ (Бѣломъ) К. Данилу Андр. Ногтеву Суздальскому... и Князь Данило билъ челомъ Государю въ отечествѣ о счетѣ на К. Ив. Шапку-Голицына. Тогожь дни билъ челомъ Замятня Лыковъ на К. Василья Мусу-Туренина въ отечествѣ о счетѣ, и грамоту и наказъ положилъ.» — Тамъ же: «Окт. въ 1 (1589) Царь и В. К. велѣлъ К. Василья Гвоздева безъ суда батоги бити, а бивъ батоги, велѣлъ ево выдати головою Князю Ив. Меньшому Никитичю Одоевскому... И Дьякъ Дружина Петелинъ сказалъ Князю Петру Борятинскому: велѣлъ тебѣ Государь сказати: билъ ты челомъ на К. Володимера Долгорукова да на К. Луку Щербатаго, и тебѣ быти съ ними пригоже; да тыжь глупалъ, говорилъ про Боярина про Ѳед. Вас. Шереметева — и Государь велѣлъ тебя за то въ тюрму посадить. И Князь Петръ сидѣлъ въ тюрмѣ три дни, а на службу не поѣхалъ.»

(457) См. Розрядн. Кн. сего времени, гдѣ описаны мѣстничества упомянутыхъ и многихъ другихъ знатнѣйшихъ родовъ.

(458) См. Маржерета 97, 98.

(459) См. Флетчера 108.

(460) См. выше, примѣч. 130. Флетчеръ пишетъ, что у Ѳеодора за обыкновеннымъ его столомъ бывало до семидесяти блюдъ; у Царя же Борися въ дни торжественные до двухъ сотъ, по сказанію Петрея (стр. 281). Въ должности Крайчаго соединялись двѣ нынѣшнія: Оберъ-Шенка и Оберъ-Гофмаршала. — Для гостей любимыхъ Царь всегда отвѣдывалъ съ тѣхъ блюдъ, которыя отпускались къ нимъ домой послѣ обѣда. О сливахъ см. Нѣмцев. Dzieie Panow. Zygm. III, Т. II, стр. 576.

(461) См. Маржерета 99—105.

(462) Въ Дѣлахъ Цесарск. No. 6, л. 569: «Что послано къ Послу отъ Государева стола ѣствы и питья, и тому роспись. Съ Сытного Дворца: кубокъ Романеи, кубокъ Ренсково, к. Мушкатели, к. вина Францовсково бѣлого, к. Бастру, к. Алкану (Аликанту), к. Мармазеи.» (см. сей Исторіи Т. VII, примѣч. 399. Тамъ я сказалъ, что мнѣ не встрѣчалось имя Мальвазіи въ древнихъ Русскихъ извѣстіяхъ; но здѣсь Мармазея есть безъ сомнѣнія Мальвазія). «Медовъ красныхъ: ковшъ вишневого, к. смородинново, к. меду мозжеелового, к. обарново, к. приварного, к. бѣлово паточного, к. малинового, к. черемхового, к. старого, к. вешнево, к. меду съ гвозцы; да въ оловяникѣхъ ведро меду смородинново, ведро черемховово, в. мозжеелового, в. старово, в. вешнево; да въ бочкахъ пять ведръ меду вишневого, 5 в. малинового, 5 в. Боярсково, 5 в. обарново, 5 в. приварного выморозки, 10 в. меду паточного, 5 в. меду съ гвозцы, 20 в. меду Княжого, 5 в. квасу медяного паточного. Съ Кормового Дворца: лебедь на восмь блюдъ, на блюдо крыло лебяжья потроху, грудь боранья съ шафраномъ, жеравъ (журавль) съ зельи на восмь блюдъ, утя верченое, утя съ огурцы, тетеревъ съ шафраномъ, тетеревъ съ сливами, ряби (рябчики) съ сливами, кострецъ говяжей верченой,

83

языкъ говяжей верченой, почки бараньи верченые, ножки бараньи, плечико баранье верченое, четверо куровъ росольныхъ молодыхъ съ инбиремъ, юрмя уха курячья шафранная, уха курячья черная, уха курячья бѣлая, уха курячья съ умачемъ, манты, калья съ лимоны, калья съ огурцы, калья въ лапшѣ, пирожки кривые, токмачи (колотушки), заецъ въ лапшѣ, заецъ росольной, заецъ тушеной, заецъ въ рѣпѣ, кострецъ лосинъ, часть лосины, осердье лосье крошеное, осердье лосье росольное, печень лосья, мозгъ лосей, четверо куровъ верченыхъ молодыхъ, куря рожновое, куря рафленое, куря безкостное, гусь шестная со пшеномъ Сорочинскимъ, потрохъ гусинъ, лытка ветчины, куря шестное, куря верченое окрашиваное съ лимоны, кундумы. — Съ хлѣбенного Дворца: хлѣбецъ крупичатой въ 5 колачей, перепеча крупичатая въ 5 колачей, колачь крупичатой въ 5 колачей, курникъ, колобъ, три пирожки подовыхъ съ бораниною, блюдо пироговъ пряженыхъ кислыхъ съ сыромъ, блюдо оладей приказныхъ большихъ, блюдо котломъ, пирогъ подовой съ сахаромъ, пирогъ подовой съ мясомъ, пирогъ подовой съ яицы, пирогъ подовой съ сыромъ, коровай мягкой, коровай битой, коровай ставленой съ яицы, коровай ставленой съ сыромъ, на блюдо оладеекъ съ сахаромъ, на блюдо налитковъ, на блюдо трудоношъ, на блюдо пироговъ пряженыхъ съ сахаромъ, на блюдо пироговъ пряженыхъ съ сыромъ, на блюдо сырниковъ съ яицы, на блюдо сырниковъ съ сыромъ, на блюдо блиновъ красныхъ, на блюдо блиновъ тонкихъ, блюдо жаворонковъ, блюдо карасовъ съ мясомъ, блюдо листней со пшеномъ Сорочинскимъ, блюдо киселя бѣлово, ставецъ сливокъ, блюдо сыру губленово, горшечикъ молочка вареново, горшечикъ молочка Тверсково, блюдо хворосту, блюдо елецъ, блюдо орѣховъ, блюдо ядеръ, блюдо шишекъ чешуйныхъ, блюдо мисенного

(463) См. Маржерета 29, 33, 40, 47, 52, 53, и выше, примѣч. 341. — Письмо Генрика IV къ Ѳеодору, сохраненное въ Архивѣ К. И. Д.: Très illustre et très-excellent Prince, notre cher et bon аmy ... Il y a un nommé Paul, citadin de la ville de Milan, qui Vous sert en qualité de médecin il y a longtemps, lequel estant fort agé, désire passer en ce royaume pour y revoir ses parens et amys, qui sont en Notre Cour et Nous ont suplié très humblement d’interceder pour luy vers Vous. Au moyen de quoy Nous Vous prions aussi le luy vouloir permettre. Et si en son lieu Vous desirez un autre de cette profession, Nous tiendrons la main de Vous en envoyer un, de la doctrine et fidelité duquel Vous aurez toute satisfaction. Comme en toutes autres occasions Nous serons très aises d’avoir moyen d’user de revanche et faire chose qui Vous soit agréable et tourné à Vostre contentement. Priant Dieu, très-illustre et très excellent Prince, Notre très cher et bon amy, qu’il Vous ait en Sa très-sainte et digne garde. Escript à Paris le 7 jour d’Avril 1595.

votre bon amy
Henry.

Сей Медикъ Павелъ былъ еще живъ въ 1600 году. О немъ сказано въ бумагахъ Флорентійскаго Посольства (см. Т. XI): «Дохтура Павла Великіи Государь Борисъ Ѳ. добрѣ жалуетъ: на Москвѣ женился, и ѣхати ему въ свою землю для старости не можно.» Въ 1598 г. Королева Елисавета, просила Бориса отпустить Доктора Марка Ридлея (Rydley) въ Англію, обѣщая прислать къ нему другаго, и прислала Виллиса, давъ ему и государственныя порученія (см. Дѣла Англ. 1598 и 5199 г., въ столбцахъ). Щелкаловъ спрашивалъ

84

у Виллиса: «Сказываешься ты Дохторъ... и книги Дохторскіе и лечебные и зелье съ тобою есть ли? и какъ немочи знаешь?... И Дохторъ говорилъ: которые книги были со мною, и язъ тѣ всѣ оставилъ въ Любкѣ, и сказывался есми въ дорогѣ торговымъ человѣкомъ для того, чтобъ меня пропустили; а и такъ меня въ дорогѣ осматривали, и нашли у меня платье доброе бархатное, и язъ сказалъ, что везу къ Москвѣ къ Дохтору къ Марку (Ридлею); а зелья есми не взялъ для проѣзду, что насъ Дохторовъ къ Москвѣ нигдѣ не пропускаютъ. И Вac. Яков. Щелкаловъ Вилизу говорилъ: по чему жь тебѣ у человѣка безъ книгъ, какая немочь, можно познати, по водамъ ли или по жиламъ? И Дохторъ говорилъ: можно и безъ книгъ разумомъ знать по водамъ; а которая въ человѣкѣ тяжкая болѣзнь, ино ее и по жиламъ можно познати; а и лечебная книга со мною есть же: а старая книга у меня въ головѣ... Мы Дохторы зелій не держимъ: то живетъ у Обтекарей.» — Пасторъ Беръ (см. выше, примѣч. 27) пишетъ: «Въ 1600 году Борисъ вызвалъ изъ Германіи Медиковъ и Аптекарей; первыхъ было у него 6: 1) Христофоръ Рейтлингеръ, изъ Венгріи, пріѣхавшій въ Москву съ Англ. Посланникомъ, весьма искусный въ своей наукѣ и свѣдущій въ языкахъ; 2) Давидъ Вазмеръ; 3) Генрихъ Шредеръ изъ Любека; 4) Іоаннъ Вильке изъ Риги; 6) Каспаръ Фидлеръ изъ Кенигсберга; 6) Студентъ Медицины Эразмъ Бенскій изъ Праги. Каждому изъ нихъ отпускали ежемѣсячно знатное количество хлѣба, 60 возовъ дровъ и бочку пива; ежедневно штофъ водки, уксусу, и запасъ для стола; ежедневно три или четыре блюда съ Царской кухни. — Государь давалъ имъ обыкновенно по пяти лошадей, верховыхъ и каретныхъ. Всякому отводили деревню съ тридцатью или болѣе работниками. Когда Царь принималъ лекарство, и когда оно хорошо дѣйствовало, то Медиковъ дарили камками, бархатами и соболями; дарили также за леченіе Бояръ и сановниковъ, » и проч. Наши Архивскія бумаги свидѣтельствуютъ, что Борисъ въ 1600 году посылалъ своего Переводчика, Рейнгольда Бекмана, въ Нѣмецкіе города за Докторами, и что Бекманъ въ Ригѣ уговорилъ Каспара Фидлера, бывшаго Медикомъ Императора, Королевы Французской, Герцоговъ Прусскаго и Курляндскаго, ѣхать въ Россію. Вѣроятно, что и другіе выше означенные Медики были вызваны къ намъ Бекманомъ.

Въ Дѣлахъ Англ. 1601 г. (см. столбцы Ліева Посольства): «Покорно челомъ бью» (пишетъ Ли къ Боярамъ) «штобъ Его Царское Величество пожаловалъ для моего челобитья, велѣлъ дати имя Дохторское Христофору Рыхтенгеру, назвати его Дохторомъ; и я вѣдаю, что онъ достоенъ такого жалованья по его ученью; а у меня онъ пребывалъ 26 лѣтъ; и вѣдаю, что Великій Государь, какъ есть во всей вселенной, можетъ дать честь всякимъ людемъ по ихъ достоинству.» — Тамъ же, въ столбцѣ 1602 г., въ донесеніи изъ Архангельска о пріѣздѣ Аптекаря Френчгама: «А сказывалъ, Государь, намъ, холопемъ твоимъ, тотъ Яковъ (Френчгамъ), что онъ прежде сего при Царѣ и В. К. Иванѣ Васильевичѣ жилъ на Москвѣ, а съ Москвы-де отпущенъ съ Аглинскимъ Посломъ, со Княземъ Еремѣемъ Баусомъ; а нынѣ-де отпустила его къ тебѣ, Государю, служити Елисаветъ Королевна съ женою и съ дѣтми и съ людми.» Слѣдуетъ опись его лекарствамъ, числомъ 146: «Слива бѣлая булисъ въ сахарѣ, яблоки поморанчи въ сахарѣ, цидоны яблоки въ сахарѣ... сахаръ барберисъ, сахаръ робъ дерибесъ, сахаръ цвѣту розмарининъ или антосъ... масло киріе, коричное, мушкатное, гвоздишное, анисово ... вотка

85

розосолисъ, вотка Дохтура Стефана, кокліяріа... кора сытри, кора каперисъ, кора мандрагора... корень брусе, корень сыпере, корень еринге... гуми ладаномъ, гуми бургоніе ... сторакъ каламенти ... олибаномъ ... аса федеита ... руби тинторумъ... тартаръ алби ... прямая глина Арменская... манна фоли Индіе... сена Алексанрейскій ... ячмень Француской...» и проч. и проч. См. изъясненіе въ Рихтер. Gesch. Der Medicin in Rußland, I, 448. Въ Дѣлахъ 1602 г. упоминается еще объ Аптекарѣ Ричардѣ, который пріѣхалъ въ Москву изъ Лондона съ Микулинымъ, но возвратился въ Англію. О Голландцѣ Клаузендѣ см. Петрея Chron. 373.

(464) Флетч. 106, Маржерет. 35 и 118, и сей Исторіи Т. IX, 266.

(465) См. Марж. 46, Флетч. 113, и Musskovit. Reise (въ 1602 г.), въ Бишинг. Magaz. VII, 271. Флетчеръ о головномъ женскомъ уборѣ: first а caull of some soft silke, and over it a fruntlet, called obrosa. Думн. Дворянинъ Мих. Татищевъ, посыланный Борисомъ въ Грузію (см. Т. XI), описывая нарядъ Карталинской Царевны, говоритъ: «на головѣ у нее былъ шлыкъ, бархатъ гладкой червчатъ, кабы науруса:» вотъ Флетчерова obrosa!

(466) Одежду мужчинъ мы уже описали: см. Т. VII 131.

(467) См. Флетч. 109.

(468) Тамъ же, 116.

(469) См. Флетч. 89 и 104. Онъ пишетъ, что Годуновъ поилъ также сего больнаго сына холодною Святою водою. О юродивыхъ см. въ Флетч. л. 90. 3 Іюля 1589 года скончался въ Москвѣ, съ именемъ Святаго, Іоаннъ Юродивый, прозванный Большимъ Колпакомъ и Водоносцемъ. Онъ родился въ Вологдѣ, съ юныхъ лѣтъ изнурялъ себя постомъ и молитвою, носилъ на тѣлѣ кресты съ веригами желѣзными, на головѣ тяжелый колпакъ, на пальцахъ многія кольца и перстни мѣдные, а въ рукахъ деревянныя четки. Тѣло его съ великою честію было погребено въ церкви Василія Блаженнаго. Рукописное житіе сего Іоанна есть въ библіотекѣ Графа Ѳ. А. Толстаго.

(470) См. Т. IX, 90, и Флетч. 90. Замѣтимъ однакожь, что Василій Блаженный преставился въ 1552 году, какъ пишутъ: слѣдственно не дожилъ до ужасной эпохи Іоаннова тиранства.

(471) Ни въ странахъ языческихъ, подвластныхъ древнимъ Россіянамъ (въ Ливоніи, въ землѣ Двинской, въ Перми), ни въ Магометанскихъ (въ Казани, въ Астрахани), мы никого силою не обращали въ свою Вѣру. Первые Князья: Олегъ, Игорь, Святославъ, были примѣромъ терпимости. Владиміръ велѣлъ народу креститься; но не гналъ язычниковъ.

(472) См. T. VI, 182.

(473) См. Исторію Уніи Н. Н. Бантыша-Каменскаго, стр. 39 и слѣд.

86

(474) См. Поссев. Moscov. 9—11.

(475) См. T. VI, 182.

(476) Въ Дѣлахъ Цесарск. No 6, л. 340: «Присылалъ къ Михайлу и къ Оѳонасью» (Вельяминову и къ Дьяку его Власьеву, въ городѣ Борисовѣ, въ Іюнѣ 1595 году) «Митрополитъ Ноугородцкой, Михайло Рагоза, Архидіакона Григорія, и Архидіаконъ говорилъ, что хотѣлъ было Митрополитъ съ ними видѣтись, да не смѣетъ Поляковъ, для того что нынѣ онъ и всѣ люди, которые были съ нимъ Греческіе Вѣры, по грѣхомъ во изгнаньѣ отъ Поляковъ: одинъ за него стоялъ Воевода Ноугородцкой Ѳедоръ Скуминъ, и нынѣ-дей и тотъ ему отказалъ, и за него стояти не хочетъ, для того что на него пришли всѣ Паны Рады Польскіе и Литовскіе, что онъ держитъ Митрополита Греческіе Вѣры, а не Римскіе; а присылалъ-дей о томъ хъ Королю и къ Паномъ Радамъ Папа Римской съ великимъ запрещеніемъ, чтобъ въ ихъ землѣ одна была Церковь Римская, и Митрополитъ-дей Михайло хочетъ имъ мѣсто здати и Митрополью оставити, а самъ хочетъ быти въ монастырѣ, а на его мѣсто Папа хочетъ тотчасъ прислати Бискупа своево Римскіе Вѣры; и нынѣ-дей Митрополитъ прислалъ къ вамъ бити челомъ: прежъ сево къ нему Царская милость бывала, присылывана милостыня для ихъ убожества; и Михайлобъ и Оѳонасей дали ему на милостыню, а онъ за Государя и за Государыню и за все Крестьянство Бога молитъ и впредь радъ Бога молить. И Михайло и Оѳонасей говорили: То дѣлаетца за грѣхъ всего Крестьянства: Богъ попущаетъ такихъ волковъ, а не Пастырей, которые Церковь Божію расхищаютъ, какъ прежніе Папы Фармосъ и Евгеній и иные Папы... а нынѣшніе Папы и остатокъ хотятъ видѣти въ расхищеньѣ; и Митрополиту Михайлу пригоже было стояти о томъ крѣпко и пострадати хотя и до смерти, а Вѣры Крестьянскіе и престола своего не оставляти.. А что велѣлъ у насъ просити на милостыню, и прежъ сево къ нему Царская милостыня прислана съ Степ. Котовымъ, а нынѣ съ нами отъ Государя милостыни къ нему не послано, а что улучилось, и мы за здоровье Великаго Государя и Государыни милостыню къ нему пришлемъ. И на завтрее того послали къ Митрополиту Михайлу за здоровье Государя и Государыни пять золотыхъ Угорскихъ.» И такъ Митрополитъ жилъ тогда не въ Кіевѣ, а въ Новогродкѣ Литовскомъ, и назывался Новогродскимъ?

(477) См. Барон. Annal. Eccl. VII, 6, 14 и 24, и Пясецкого Chron. л. 138, 164, въ Исторіи Уніи 41—49.

(478) Лаврентій Древинскій, Чашникъ и Депутатъ земли Волынской въ 1620 году (см. Исторію Уніи 69—73).

КОНЕЦЪ ПРИМѢЧАНІЙ X ТОМА.

 



Н.М. Карамзин. История государства Российского. Примечания к 10 тому // Карамзин Н.М. История государства Российского. М.: Книга, 1988. Кн. 3, т. 10, с. 1–86 (6—я паг.). (Репринтное воспроизведение издания 1842–1844 годов).
© Электронная публикация — РВБ, 2004—2019. Версия 2.0 от от 11 октября 2018 г.